Хроники Тириса. Книга 2

Глава 4

— Издеваетесь? — Райн стоял рядом с бурильщиком, едва сдерживая гнев. По-хорошему следовало врезать наглому гаду, доставившему нам технику, но три зависших неподалёку от нас истребителя прикрытия, а также несколько «Гераней», без лишней скромности нацелившие на нас стволы пушек, удерживали нашего командира от опрометчивых действий. Хотя я прекрасно понимал Райна. То, что сделали военные — это даже не издевательство. Это плевок в нашу сторону.

— Парень, вопросы не к нам, — ответил командир прибывшего отряда. — Приказ генерала, мы только исполняем. Бурильщик вам выдан? Выдан. Работает? Работает. Дальше сами. Учтите — если с ним что-то произойдёт, спишут с вашего счёта. Чисто от себя, не для протокола — вольных наёмников в армии не любят. Не ту дорогу вы выбрали, парни. Сворачиваемся!

Командир сделал характерный жест «сворачиваемся» и вскоре «Малыши» остались в полном одиночестве. Горы. Тишина. Отсутствие кислорода в атмосфере. И старая модификация бурильщика, практически мёртвым грузом валяющаяся неподалёку от нашего корабля. К нему даже энергоячеек не выдали, так как для подобных моделей их на складе просто не существует. Тридцать минут плодотворной работы, после чего эта махина встанет и превратится в бесполезный металлолом.

— Техник, что можно с этим сделать? — Райн посмотрел на Рорка, ожидая вердикта.

— Выкинуть и забыть о его существовании, — честно ответил Рорк, проведя экспресс-диагностику прибывшего оборудования. Его пальцы скользили по тактическому планшету, выводя на экран данные сканирования. — Я даже не знаю, откуда они это откопали. Эта модель снята с производства лет сорок назад, если не больше. Хакер, можешь этой железке мозги поправить?

— Без вариантов, — ответила Лана, отключаясь от похожего на толстую металлическую змею бурильщика. Она покачала головой, убирая кабель обратно в отсек костюма. — Старая технология. Минимум памяти — максимум проблем с управлением. Нужно время, чтобы переписать весь управляющий контур. Неделя-две, не меньше. Я с таким древним железом ещё не сталкивалась, придётся всё изучать с нуля, пользуясь древними мануалами. А их, между прочим, ещё и найти где-то надо!

— Столько же потребуется на адаптацию энергоячеек нового поколения к этой развалине, — добавил Рорк, разглядывая энергетический блок бурильщика. — Только даже после всех переделок бурильщик всё равно будет жрать энергию, как не в себя. Калькулятор, твоё мнение?

— Использование данного механизма лишено практического смысла, — ответил Векс, проведя собственный анализ ситуации. — Вокруг нас находятся горные породы, а буровые установки этого устройства для работы с камнем не предназначены. Сломаются минуты через три-четыре. Мало того, бурильщик не прессует породу, как современные модели, а переводит её позади себя, блокируя проход. Нет ни одного логического обоснования того, что нам необходимо пользоваться подобным устаревшим механизмом в данных условиях.

— Короче говоря, перед нами обычный металлолом, — подытожил я, внимательно разглядывая ржавеющие части бурильщика. — Нам дали груду бесполезного железа, которую невозможно использовать по прямому назначению, невозможно быстро починить без специального оборудования, и которая при этом жрёт огромное количество энергии, источников которой у нас попросту нет.

— Точная оценка ситуации, — кивнул Векс, закрывая свой планшет. — Идеальный способ отчитаться, что необходимую технику нам предоставили, при этом фактически не дав ничего действительно полезного для работы.

— Забываем про эту железку, — произнёс Райн, разворачиваясь к группе. — Мы получили оборудование чисто формально, чисто формально же его использовать и будем. Дальше работаем исключительно своими силами и средствами. Обустраиваем полноценную базу. Раз корабль станет нашим домом на ближайшие три месяца, нужно обеспечить себе удобства. Техник, Хакер — займитесь входным шлюзом корабля. Сделайте так, чтобы яды Гипериона-7 не проникли внутрь. Калькулятор — проработай охранные системы по периметру базы. Датчики движения, сканеры, всё доступное оборудование, что можно придумать и установить. Не мне тебе рассказывать, что нужно поставить. Мускул, Следопыт и Малыш — проведите осмотр местности в радиусе километра от корабля. Снайпер — готовься стрелять. Без понятия, во что, но ты должна быть готова в любой момент. Золотой — организуй дальнюю разведку территории с помощью дронов. Нужна максимально полная картина этих гор и всего, что в них находится. Отчёт через шесть часов.

У меня на лице появилась улыбка. Даже хорошо, что визор не позволял её видеть другим. Можно страдать и переживать по поводу того, как нас «кинули» военные. Полагаю, подобное от нас военные и ждали. Раз мы дети, то и вести себя должны по-детски. Но можно поступить иначе. Взять ситуацию под полный контроль и сделать всё, чтобы выжить. Райн выбрал второй вариант.

«Ультар» находился на единственной ровной площадке, которую мы с Эхо смогли обнаружить после двухчасового сканирования региона. Площадка представляла собой выровненный участок породы размером примерно сорок на пятьдесят метров — достаточно для посадки нашего фрегата. Это была моя первая посадка на планету, так что попотеть пришлось знатно. Если бы не Эхо, я бы не учёл потоки воздуха и просто бы промахнулся бы мимо. Не критично, но рейтинга нам бы это точно не добавило. Хотя, падать ему всё равно, как видно, некуда. Наёмников в армии не любят. Интересно, император знал об этом, отправляя нас сюда?

Военные рекомендовали нам садиться на самом краю горной цепи, где, по их словам, «обстановка контролируется», но от этой сомнительной идеи я сразу отказался. Сканеры дальнего радиуса показывали огромное скопление брутов в той зоне — тепловые сигнатуры фиксировали движение минимум сотни особей в радиусе десяти километров. Да и драксы периодически поднимались из глубин планеты, атакуя всё, что двигалось в воздухе. Если бы не постоянное патрулирование истребителей прикрытия, которые на лету сбивали плазменно-органические снаряды, мы бы на планету даже не рискнули садиться. Так что пришлось тщательно выбирать место, где ксорхианцев не фиксировалось вообще — ни на поверхности, ни в приповерхностных слоях.

Такое относительно безопасное место нашлось практически в самом центре протяжённой горной гряды, километрах в двухстах от её края. Даже если бруты каким-то образом обнаружат наше присутствие и решат наведаться к нам в гости, им придётся основательно пробежаться через изломанные расщелины, глубокие провалы и практически непроходимые горные перевалы. Векс даже время на подход рассчитал — минимум два часа, что давало нам достаточный запас для подготовки к обороне или эвакуации.

Я вошёл в корабль, сразу направившись в грузовой отсек. Подписанная императором бумага творила настоящие чудеса и в моём распоряжении отныне имелось три типа дронов, каждый со своими уникальными характеристиками и предназначением.

«Осы» — мелкие разведчики размером примерно с человеческий кулак. Созданы для скрытного наблюдения и шпионажа благодаря почти бесшумным гравитационным двигателям и покрытию, частично поглощающему сканирующие импульсы. Хотя после недавних событий на орбитальной станции стало понятно, что для настоящего шпионажа используют куда более продвинутую и миниатюрную технику. Те дроны, что мы обнаружили на борту «Ультара», были раз в пять меньше моих «Ос» и явно обладали технологиями, недоступными обычным наёмникам.

Следующими были «Герани» — тяжёлые боевые дроны последнего поколения. После того как я управлял сразу шестью штуками, осознал всю разрушительную мощь этих машин. При правильной синхронизации шести дронов в единую боевую сеть можно эффективно сдерживать целую лавину драксов. Недолго, конечно, минут пять-семь, но этого вполне достаточно, чтобы дать группе время на передислокацию или укрепление позиций. Как по мне — практически идеальные боевые машины, за исключением одного существенного недостатка. «Герани» потребляли энергию с чудовищной скоростью. У них попросту не существовало походного режима — только максимально энергозатратный боевой режим с активными щитами и постоянной готовностью систем вооружения.

Поэтому сейчас я решил воспользоваться третьим типом своих дронов — стандартными разведывательными дронами среднего класса. Сбалансированные машины с радиусом действия двадцать километров. Идеальное управление, долгоживущая батарея, сканеры и видеокамеры с высоким разрешением. Всё, что нужно для детального изучения местности.

На визоре ожила система управления дронами. Шесть голографических окошек вспыхнули перед моими глазами, показывая изображения с камер всех активированных разведывательных дронов. Подключился Эхо, помогая поднять все машины в воздух и плавно вылететь из открытого грузового отсека «Ультара». Рорк и Векс уже во всю колдовали с входным шлюзом корабля, устанавливая сложную систему двойной фильтрации с декомпрессионной камерой и химическими поглотителями токсинов.

Дроны взлетели в воздух и, покружив вокруг «Ультара», ринулись в разные стороны. Не удержавшись, я пролетел одним дроном над головой Орина, в последний момент включив максимальное ускорение, заставляя антигравитационные двигатели взвыть от перегрузки. Гул был таким, что Орин вздрогнул и даже вскинул лучевую винтовку, готовясь отражать атаку с воздуха. Но мой дрон был уже далеко.

— Золотой! — в эфире послышался недовольный голос Райна. — Что за детский сад ты тут устроил?

— Нельзя расслабляться! — уверенно заявил я. — Следопыт расслабился. Будь это ксорх, сожрал бы его и даже не поперхнулся.

— Ксорхи не летают! — пробурчал недовольный Орин.

— Если хорошо швырнуть, летать будет даже Мускул, — авторитетно заявила Зорина. — Золотой прав — нельзя расслабляться. Груваки только и ждут, как к нам подобраться!

Мелкое событие, на самом деле, но благодаря ему группа наконец-то выдохнула. Да, нас отправили на планету и едва ли не открытым текстом заявили, что мы здесь должны сдохнуть. Но пока мы живы — будем бороться. «Малыши» иначе не умеют.

Дроны показывали крайне неприглядную картинку. Острые пики гор. Разрушенные склоны с глубокими трещинами и разломами. Глубокие расщелины, уходящие в беспросветную темноту на сотни метров вниз, где даже прожекторы дронов не достигали дна. Бесконечные километры безжизненного камня под ядовитым жёлто-зелёным небом, затянутым плотной пеленой токсичных газов. Пришествие ксорхов с последующими двумя масштабными орбитальными бомбардировками стёрло само понятие жизни на Гиперионе-7.

Дроны летали по заранее заданным маршрутам, сканируя каждый квадратный метр местности. Я переключался между различными камерами, внимательно изучая поступающие данные. Пропустить ксорхов очень не хотелось — достаточно одного брутa, и наша база окажется под угрозой. Но всеядных тварей не было. Лишь мёртвые горы мёртвой планеты. Слишком много «мёртвого» на Гиперионе-7.

— Обнаружена аномалия, — неожиданно произнёс Эхо. — Рекомендация — проверить и проанализировать.

— Что за аномалия? — мысленно спросил я.

Эхо подсветил окно одной из проекций и, перехватив управление дроном, повёл его прямо к отвесной стене скалы. За несколько метров до неминуемого столкновения он резко изменил вектор движения, отправив дрон вертикально вниз, прямо во тьму глубокого ущелья. Судя по данным сканеров, здесь вообще ничего не было — сплошной монолит породы. Однако не доверять Эхо я не мог — его уровень сканирования значительно превосходил любые человеческие технологии.

Дрон опустился на самое дно ущелья. Сканеры работали без остановки, что позволило мне увидеть широкий проход. Вот только если на сканерах этот проход сразу заканчивался сплошной стеной, то визуальный осмотр показывал, что проход продолжается дальше, уходя куда-то вглубь скалы.

— Это место находится в семнадцати километрах триста двадцати метрах от нашей текущей позиции, — с абсолютной точностью заявил Эхо. — Зафиксирован вход в некую подземную структуру. Однако сама структура не обнаруживается. Наблюдается резкий обрыв любого сканирования на глубине приблизительно пяти метров от входа. Мои датчики не способны проникнуть дальше этой отметки. Это аномалия, которую следует изучить.

Ситуация вырисовывалась крайне неприятной. Иметь под боком непонятную аномалию плохо даже на хорошо изученной планете, полной людей. У нас же здесь ксорхи царствуют, так что оставлять подобное место без тщательного изучения никак не следовало. В этом я с Эхо был полностью согласен. Неизвестность на враждебной планете — это смертельная опасность.

— Давай изучим, — согласился я, направляя дрон к проходу. Судя по ширине, через него с лёгкостью мог бы пройти даже «Ультар», вздумай я опустить корабль в эту расщелину. Но делать так я, конечно же, не собирался — слишком рискованный манёвр без гарантированной возможности развернуться и выбраться обратно.

Дрон медленно двинулся к проходу. Сканеры работали на пределе, пытаясь пробиться сквозь непонятную «тьму», но у них ничего не получалось. Лишь луч фонаря показывал, что проход резко пошёл вверх, скрываясь в недрах горы. Камеры транслировали изображение чёрного туннеля. Ничего необычного, кроме самого факта существования подобного места.

Я мысленно отправил дрон чуть дальше, подводя его вплотную к месту, через которое не пробивалось сканирование. Ничего. Те же камни, та же тьма, тот же проход. Почему сканеры не пробивались дальше, оставалось загадкой.

Как стало загадкой и то, что произошло с моей машиной. Стоило мне отправить дрон чуть дальше той самой линии блокировки, как он просто исчез. Мгновенно. Без предупреждения. Без каких-либо признаков неисправности. Изображение не рябило помехами, не искажалось. Оно просто исчезло. Связь оборвалась мгновенно, словно дрон перестал существовать. Как испарился и контроль над ним. Все системы показывали, что устройства больше нет — ни сигнала, ни телеметрии, ни аварийного маяка.

— Отправляй туда другого разведчика, — приказал я Эху, ощущая нарастающее беспокойство. Потеря дрона — это уже не шутки. Возникла мысль предупредить группу, но я сдержался. Вначале пойму, что произошло с дроном, потому начну паниковать.

— Командир, новые новости и они неприятные! — словно слыша моё настроение, в эфир пробился голос Векса. — Поступающие данные с орбитальной станции показывают, что корабли ксорхов будут возле Гипериона-7 не через месяц, а через четыре дня. Армады, что их сдерживала, больше не существует. Флот полностью уничтожен. Ксорхи потеряли три из четырёх кораблей, но даже одного хватит, чтобы всех уничтожить. Он заблокирует планету и не даст эвакуироваться.

Райн выругался и вышел на связь с теми, кто командовал операцией на планете. Разговор длился недолго, буквально несколько минут. Однако его хватило, чтобы мы осознали главное — империя не собирается отступать. Ретранслятор куда важнее жизни всех военных, высадившихся на планету. Пока цель не будет выполнена, никакой эвакуации не последует. Если мы взлетим без разрешения — корабль немедленно собьют. Прямо на взлёте. Без предупреждения. Дезертирам нет места в империи Тирис!

— Второй дрон на подходе к аномалии, — Эхо вывел меня из тягостных раздумий. — Провожу спуск в ущелье.

Всё повторилось. Эхо едва не врезался в отвесную стену, в последний момент изменил траекторию и резко ринулся вперёд, во тьму провала.

— Не спеши, — приказал я, забирая управление дроном. — Нужно осмотреться.

Дрон подлетел к границе «блокировки». Сканеры всё так же не проходили дальше, но кое-что сейчас изменилось. Мы увидели первый дрон! Он неподвижно висел в воздухе, буквально в метре от зоны «блокировки». Двигатели работали, фонарь светил, зелёные огни статуса горели штатно. Всё выглядело так, словно дрон был готов к работе, вот только сигнал от него не проходил. Ни команды управления, ни телеметрия, ни даже простейший пинг-запрос.

Стоп. Не проходил сигнал… При этом устройство функционировало нормально.

С подобным явлением на этой планете мне уже приходилось сталкиваться. Эхо понял, куда я клоню и направил луч фонаря на стены. Обычный камень, ничего нестандартного. Вот только сейчас я понимал, что он слишком обычный. Слишком однородный. Слишком гладкий. Слишком неестественный. В обычной пещере подобного идеально ровного камня быть не должно. Природа не создаёт такой точности.

— Командир, я тут кое-что нашёл, — произнёс я. — Сбрасываю картинку с дрона.

Пришлось пояснять, что я нашёл и почему один из дронов висит неподвижным грузом. Хорошо хоть не стали допытываться, каким образом я вообще нашёл это место. Был приказ исследовать каждую щёлочку, вот я и исследовал. То, что это нашёл Эхо — честь ему и хвала, но знать о нём группе не надо.

— Сеть из белого биоматериала? — Векс озвучил очевидную мысль.

— Блокирующая любое сканирование, — подтвердил я. — Я понятия не имею, что находится внутри этой пещеры. Может ничего, а может там логово ксорхов. Вряд ли Ретранслятор стал бы устраивать подобное место у поверхности просто так. Зачем-то же оно ему потребовалось? Тем более в таком месте.

— Хреново, — озвучил Райн общую мысль. — Таких мест много?

— Нашёл одно, — честно ответил я. — Но это не значит, что оно единственное.

— Уходим? — Лана и Рорк прекратили обустраивать шлюз «Ультара», готовясь к экстренной эвакуации.

— Для начала нужно выяснить, что там внутри, — после раздумий ответил Райн. — Мускул, Снайпер, Техник и Малыш — отправляйтесь к точке. Золотой, корабль должен быть готов взлететь в любой момент. Вперёд!

«Малыши» начали организованно суетиться. Как бы мне ни хотелось отправиться с основной группой, я понимал справедливость приказа Райна. Я был единственным, кто мог управлять фрегатом. Случись со мной что-то, остальным будет плохо. Очень плохо.

Так что пришлось гасить в зародыше свой порыв побежать первым к странному месту. Усевшись в кресло пилота, я вернул все разведывательные дроны обратно, отправив одного с группой. Времена, когда мы двигались бы пешком по камням, остались в далёком вчера. Майор, что отвечал за материально-техническое обеспечение орбитальной станции, выделил нашему отряду девять летающих платформ модели «Стриж-4М», идеально крепящихся к нашим «Призракам». Заряда хватало всего на три часа непрерывного полёта, но даже это переводило мобильность «Малышей» на принципиально иной уровень. Семнадцать километров, разделявших нас с ущельем, группа преодолела всего за десять минут.

— Вижу потерянный дрон, — произнёс Малыш. Согласно негласному правилу, Вальтер являлся вторым заместителем Райна. Первым, что естественно, считался я. Во всяком случае, мне бы хотелось так думать. Официально мы никогда не делились по старшинству. Запросто может оказаться, что Зорина считает заместителем себя. С неё станется.

— Ставлю ретранслятор, — Рорк действовал прагматично. Прежде чем проникать в пещеру, он установил антенну и присоединил к ней толстый провод. Второй конец крепился к другому ретранслятору, который Рорк без раздумий установил внутри поля «блокировки».

— Настраиваю синхронизацию, — произнесла Лана и буквально через мгновение мне вернулся контроль над утерянным дроном. Напрямую сигнал всё ещё не проходил, так что пришлось действовать через систему ретрансляторов.

Скинув всем картинку на визоры, я отправил дрон вперёд. Лучше жертвовать железкой, чем кем-то из группы. Туннель поднимался метров сто, после чего резко поворачивал, превращаясь в огромную пещеру.

До дальнего края, если верить показаниям сканеров, было метров сто. Высота в самом низком месте — сорок пять метров. В самом высоком — все шестьдесят. Пол выглядел удивительно ровным, практически гладким, словно специально обработанным промышленным оборудованием. Точно такими же, идеально ровными и гладкими, были и стены. Всё гладкое, всё обработанное. Разве ксорхи умеют делать что-то подобное?

Самих ксорхов, к слову, здесь не было. Ни тепловых сигнатур, ни биологических следов, ни характерного органического запаха, который фиксировали бы датчики. Практически идеальная чистота. Кроме, разве что, одного странного предмета в самом центре огромной пещеры. Что-то высокое, похожее на массивный столб, вертикально торчащий прямо из ровного пола. Три, возможно чуть больше метров в высоту. Диаметр небольшой — можно обхватить руками. Столб не был идеально гладким — на нём имелось несколько небольших отростков длиной около двадцати-тридцати сантиметров. Отдалённо всё это напоминало гигантский кактус, полностью лишённый характерных острых шипов. И, что самое удивительное, этот «кактус» слабо мерцал тёмно-зелёным светом с золотистыми переливами, создавая вокруг себя удивительную ауру из игры света.

Дрон подлетел ближе, заставив моё сердце быстрее забиться. Я знал, что это такое. Никогда прежде вживую не видел, но знал. Сколько передач было про этот материал! Единственная органика, которую не жрут всеядные ксорхи. Единственное дерево, которое растёт исключительно на планетах, отравленных ядом ксорхианцев. Мерцающее дерево, из которого делают самую дорогую мебель нашего мира. Императорский трон. Личные покои высших аристократов. Артефакты стоимостью в целые планеты.

— Это же… — начала было Зорина, но осеклась.

— Вот именно, — ответил я. — Именно «это же». Командир, мы тут нашли предмет стоимостью с целый флот наших «Ультаров». Что делаем?