Хроники Тириса. Книга 2

Глава 5

— Эдриан, — произнёс Вальтер заворожённым голосом. — Но почему он здесь?

— Я одна ничего не понимаю? — в разговор вмешалась Лана. — Эдриан — это же то самое мерцающее дерево? И оно, если верить Золотому, дорогое?

— Дорогое — это мягко сказано, — ответил Райн. — Золотой, пояснишь?

— У Малыша больше информации, — ответил я. — Да и слушать его куда прикольней. Он словно живого предтечу увидел. Малыш, пояснишь, чем эта деревяшка так ценна?

— Эдриан никто не называет деревяшкой, Золотой! — с нотками злобы ответил Вальтер. — Только такие же невежественные груваки, как ты! Это один из самых дорогих и редких органических материалов нашего мира. Мой дядя три года назад заказал себе небольшой рабочий стол из эдриана. Знаете, какой ему сообщили срок изготовления? Двенадцать лет! Двенадцать лет ожидания заказа, который был размещён с приоритетом высшего дома Кирон! Очередь на эдриан настолько огромна, что даже высшие дома вынуждены десятилетиями ожидать своей очереди. Это не просто редкий материал — практически уникальный. А тут ствол высотой около трёх метров, плюс сколько-то ещё в глубину уходит. Золотой ошибся, решив, что перед нами стоимость целого флота из фрегатов. Эдриан такого объёма будет стоить гораздо больше.

— Но ценность-то его в чём конкретно? — уточнила Лана. — Только в уникальности и редкости? Или его мерцание ещё что-то даёт?

— Эдриан успокаивает и даже лечит, — на этот раз ответил я. — Я кучу передач про него пересмотрел в своё время. Если эдриан потереть, он выделяет особый запах, который успокаивает нервы и снимает стресс. А мерцание благотворно влияет на нервную систему. В общем, не деревяшка — чудо природы. Нужно срочно забрать и спрятать в надёжное место.

В эфире раздался смех Зорины.

— Кто о чём, а Золотой о прибыли, — усмехнулась она. — В пещере опасности нет?

— Чисто, можно входить, — ответил я, ещё раз проверив всё дронами. — Сканеры не фиксируют ничего угрожающего. Температура стабильная. Биосигнатур нет.

— Входим, — приказал Вальтер. Его группа пролетела через поднимающийся туннель и очутилась в огромной пещере.

— Это не похоже на естественное образование, — послышался голос Векса. Пока остальные двинулись к эдриану, он подошёл к стене. — Визуально я не наблюдаю белой сетки. Либо её здесь нет, либо она скрыта. Провожу детальный анализ.

— Калькулятор, только не вздумай нас завалить, — на всякий случай вмешалась Зорина. — Если я сдохну под камнями — лично тебя прибью.

На какое-то время Векс подвис, пытаясь осмыслить логику угрозы Зорины, но покачал головой и начал ковырять стену.

— Это искусственная облицовка, — практически сразу послышался отчёт. Большая каменная пластина отошла от стены и, рухнув на пол, рассыпалась на мелкие крошки. Под каменной облицовкой обнажилось белое органическое волокно ксорхианцев, переплетённое в сложную сеть с ячейками около двадцати сантиметров. Пещера действительно была надёжно спрятана от всех типов сканирования. Даже тех, которые имели личностные матрицы предтеч.

— Калькулятор, подойди, — послышался обеспокоенный голос Рорка. — Здесь что-то странное с полом.

Векс оторвался от стены и приблизился к эдриану. Его тёмная поверхность слабо мерцала, отражаясь на «Призраках» зеленовато-золотистым свечением.

— Нелогично, — задумался Векс, наклонившись к полу. — Откуда это здесь?

— Что там у вас происходит? — заволновался Райн. Ему явно хотелось быть рядом со своей группой, но позволить себе подобное командир не мог. — Малыш, отчёт!

— Да тут… — начал было Вальтер, но замолчал. — Калькулятор, а действительно, что это вообще?

— Это земля, — последовал ответ, после чего Векс достал сапёрную лопатку и вогнал её по самую рукоять без малейшего усилия. — Хорошая, взрыхлённая земля, готовая к посевной.

— На отравленной ксорхами планете, — даже не спрашивал, а утверждал Райн. — У вас там что, галлюцинации начались?

— Галлюцинации реальными не бывают, — ответил Векс и откинул в сторону целую лопату земли. Та рассыпалась по камням, и тут же начала активно шипеть, взаимодействуя с отравленным воздухом Гипериона-7. — Это тоже галлюцинация?

— Органика? — с недоверием спросил Райн.

— Чистая, — подтвердил Векс. — Нужны сканеры и анализаторы для полноценной проверки.

— Золотой, отправь им оборудование, — приказал Райн. — Что-то мне это всё перестаёт нравиться. Откуда здесь обычная земля? После носителей ксорхов и двух орбитальных бомбардировок здесь не должно быть никакой органики!

— Однако она есть, — настаивал Вальтер. — Либо у нас всех действительно начались глюки. Золотой, давай оборудование.

— Да даю уже! — пробурчал я. — Креплю к «Герани».

Потребовалось около десяти минут, чтобы прикрепить к боевому дрону несколько сканеров и анализаторов. Куда проще было отправить с оборудованием кого-то из наших, но Райн не желал разделяться. Ему не нравилось происходящее, и он хотел держаться двумя группами до полного понимания ситуации.

— Что и требовалось доказать, — заявил Векс, вогнав в землю длинный щуп анализаторов. — Плодородная почва. Насыщена азотом, фосфором, углеродом и органическими соединениями. Никак, кроме «аномалии», назвать это у меня не получается.

— Щуп, к слову, погружается без сопротивления, — заметил Вальтер, вгоняя инструмент всё глубже. — Метр. Два метра. Всё ещё рыхлая земля без признаков каменной породы. И она не прессуется под собственным весом.

— Нелогичная аномалия, — Векс, видимо, окончательно определился с названием. — При этом весьма ограниченной области действия. Ширина участка нелогичной аномалии — шесть метров. Это…

Векс сделал ещё несколько замеров, заставив помогать себе не только Рорка, но и Вальтера с Зориной.

— Это идеальный круг диаметром в шесть метров, с центром в виде ствола эдриана. За пределами нелогичной аномалии находится твёрдая каменная порода, соответствующая геологическому составу горного массива Гипериона-7. Запускаю глубинное сканирование.

«Эхо, есть мысли, что это такое?» — спросил я у личностной матрицы, пока Векс возился со сканерами.

«Что-то важное для падальщиков», — ответил Эхо. — «Что, если изначальная мысль по поводу эдриана была неверна? Падальщики не уничтожают дерево не потому, что оно им неприятно, а потому что оно им чем-то важно?»

«Или потому, что это не дерево», — закончил я мысль Эхо.

— Сканеры показывают, что земля уходит вглубь на пятьдесят метров, — послышался отчёт Векса. — Увеличиваю мощность. Триста метров. Пятьсот. Предельная мощность. Километр двести. Всё ещё земля. Вывожу данные на общий канал.

На визорах появились данные сканирования — идеально ровная круглая шахта диаметром шесть метров, которая уходила вглубь планеты на километр двести метров и явно продолжалась глубже.

— Глубже наши сканеры не берут, — произнёс Векс. — Плотность земли везде однородна. Что нелогично, но принимается как данность. Похоже на искусственно созданную структуру.

— Калькулятор, попробуй копнуть рядом с эдрианом, — попросил я. — Хочу посмотреть на его корни. Есть у меня подозрение, что с этой деревяшкой не всё так просто, как нам кажется.

Углубиться на метр, когда копаешь рыхлую податливую почву — дело нескольких минут для четвёрки бронированных десантников.

— Ствол заканчивается на глубине около метра, — доложил Векс. — Срез выглядит неестественно гладким, словно кто-то аккуратно его отпилил. Но от места среза отходит очередная аномалия. Белый органический отросток диаметром около пяти сантиметров. Структура идентична белым волокнам сетки на стенах пещеры. Отросток уходит строго вертикально вниз, дальше в землю. Даю картинку.

На визорах появилось изображение белого волокна, прикреплённого к стволу эдриана.

— Словно кабель, — произнесла Лана. — Или провод какой-то.

— Но точно не корень, — подтвердил я. — Это не дерево.

— Это орган ксорхов, — заключил Райн. — Вырывайте деревяшку! Снайпер, готовься стрелять. Золотой, активируй «Герань». Боевая готовность!

Рорк с Вексом обхватили ствол эдриана и начали его расшатывать, медленно поднимая вверх. Сопротивления не было. Разве что белый провод, тянувшийся за концом ствола, начал натягиваться и в момент, когда напряжение должно было достичь предела, просто «отстрелился», как страховочный фал, стремительно скрывшись в земле. Сканеры его не показывали. Они вообще ничего не показывали! Бесполезные железки.

«Герань» зависла над кругом из земли, готовая извергнуть весь свой боезапас, но ничего не происходило. Ни через минуту, ни через две, ни через пять. Рорк с Вексом осторожно уложили ствол эдриана в стороне и, достав винтовки, тоже нацелились на шахту. Ноль агрессии со стороны аномалии. Белый отросток скрылся в глубинах планеты и на этом всё закончилось.

— Сканеры активности не фиксируют, — произнёс Рорк.

— Им не верим, — ответил Райн. — Уже понятно, что в аномальных условиях они не работают. Что делаем? Моё мнение — хватаем эдриан и уходим из пещеры. Слишком много аномалий на квадратный метр для нашей группы.

— Согласны, — практически синхронно ответили Лана, Орин, Рорк и Векс. Разве что Векс произнёс «логично» вместо согласия.

— Золотой? — Райн обратился ко мне. — Мне не нравится твоё молчание.

— А ты сомневаешься, что он предложит? — хохотнула Зорина. — Золотой не грувака, чтобы бегать от опасности.

— Золотой! — Райн даже голос повысил. — Мне нужно твоё мнение прямо сейчас!

— Технически, — медленно произнёс я, собираясь с мыслями. — Чисто технически, пещера достаточно большая, чтобы в неё можно было влететь на «Ультаре».

— Ха! — воскликнула Зорина. — Я так и знала!

— Сбежать всегда легко, — продолжил я, так как никто больше не отреагировал. — Вот только, как сказал Калькулятор, у нас тут под боком нелогичная аномалия нарисовалась и, совершенно случайно, имеется такой же нелогично аномальный древний бурильщик. Горные породы жрать он не умеет, зато идеально подходит для земельных работ.

— Мне не нравится, куда ты клонишь, — заявил Райн.

— Да я не клоню, — вздохнул я. — Я прямо говорю, что нужно проверить шахту. Её здесь оставили не просто так. Напомню, ради чего нас вообще сюда отправили — найти Ретранслятор. Что, если эдриан — это его антенна? Как по мне, выглядит вполне логично. Защищённая от сканирования пещера. Сама антенна в виде мерцающего дерева. Белый провод-коннектор, который мы оборвали. Идеальная шахта, уходящая в глубины планеты. Это всё находится здесь не просто так. Мы можем сбежать куда-нибудь в другое место, переждать там какое-то время, но потом нам всё равно придётся что-то делать. Корабль ксорхов прибудет к планете через четыре дня. За это время нам нужно сделать хоть что-то, а не сидеть спокойно на заднице. Моё предложение — копать. Цепляем бурильщик к «Ультару», я аккуратно влетаю в пещеру, Техник с Хакером пару дней колдуют над древностью, заставляя её работать правильно, после чего проверяем, что там в глубинах творится. Если внизу появятся ксорхи — будет время среагировать. Быстро по шахте они не заберутся. А если там что-то нужное?

Повисла тишина, которую разбавила Зорина:

— Кто о чём, а Золотой о прибыли, — с усмешкой произнесла она, но тут же добавила. — Я согласна. Не хочу быть трусливой грувакой, сбегая из очевидно интересного места.

Идея была, на самом деле, абсолютно безумной. Если бы у меня не было Эха, который заверил, что с лёгкостью справится с поставленной задачей и доведёт «Ультар» в нужную точку, я бы без колебаний согласился с группой. Риски были слишком огромны, чтобы их игнорировать. Но у меня была личностная матрица предтеч и жгучее желание разобраться, что такое эдриан. Что, если все передачи, что я смотрел — врут?

— Калькулятор, твоя оценка, — после долгого раздумья Райн обратился к Вексу.

— Технически задача выполнима, — ответил Векс. — Ширина проходов и ущелья позволяют спустить сюда фрегат, однако требуется ювелирная точность пилотирования. Малейшая ошибка приведёт к столкновению со скалами. Вероятность успешного манёвра при условии высокой квалификации пилота — шестьдесят восемь процентов. Вероятность критического повреждения корабля при ошибке — девяносто два процента. Квалификацию Золотого как пилота оценить не берусь. Нет достаточных данных.

— Малыш? — Райн обратился к Вальтеру. К единственному, кто ещё не высказался.

— Эмоции подсказывают, что нужно уходить, — честно ответил Вальтер. — Логика твердит, что Золотой прав. Если мы выберемся отсюда и…

— Когда! — резко перебила его Зорина.

— Что «когда»? — не понял Вальтер.

— Когда мы выберемся, — пояснила Зорина. — Не «если»! Выбирай выражения!

— Тем более, — согласился Вальтер. — Когда мы выберемся, безопасники моего дома проверят записи и поймут, что мы сбежали из такого интересного места. Дядя меня живьём съест.

— Малыш говорит логичные вещи, — задумался Векс. — После операции нам придётся предоставить записи всех чёрных ящиков. Параграф 43−7 договора. Не думаю, что военные обрадуются, узнав, что мы не сделали даже попытки изучить нелогичную аномалию.

— Да что б вас всех! — в сердцах выкрикнул Райн. — Золотой! Только попробуй угробить корабль!

— Цепляем бурильщик и верим в чудо, — ответил я. — Калькулятор, Техник — вы нужны здесь. Без вас не справимся.

Следующие три часа превратились в кропотливую работу. Пока команда под управлением Векса занималась присоединением массивного бурильщика на внешние крепления «Ультара», мы с Эхом прорабатывали маршрут. Ко мне с советами никто не лез. Даже Векс. Хотя я не сомневался — ему было что мне рассказать. Начиная от того, как правильно управлять фрегатом, заканчивая тем, с какой стороны садиться за штурвал.

— Готовы, — доложил Рорк. — Бурильщик надёжно закреплён. Дополнительные страховочные тросы установлены. Даже при жёсткой посадке он не сорвётся.

— Тогда начинаем, — ответил я, активируя антигравитационные двигатели. Смысла тянуть и дожидаться более «удобного» момента просто не было.

«Ультар» оторвался от камней и завис на высоте одного метра. Несколько раз я резко дёргался вверх-вниз, проверяя крепление бурильщика и управление. Крепление скрипело, но держало. Корабль вело, но терпимо. Всё в рамках погрешностей.

Я активировал маршевые двигатели и пустил «Ультар» вперёд. Настало время обновить статистические данные Векса по моим навыкам пилота. Не то, чтобы я был в них абсолютно уверен, но рядом с Эхо чувствовал себя на порядок спокойней. Выровняв манёвровыми двигателями крен, пустил «Ультар» в сторону ущелья. Спешить мне было некуда, так что семнадцать километров я летел едва ли не целый час. Зелёная линия траектории светилась на визоре, показывая, что я делаю всё правильно. Главное не отклоняться от линии ни на метр.

Добравшись до ущелья, развернул «Ультар» правым боком к стене. Иначе не залететь. Несколько раз подправив положение корабля и убедившись, что нахожусь чётко над зелёной линией спуска, начал уменьшать мощность гравитационных двигателей, медленно спускаясь рядом с отвесной скалой. Когда я летал здесь дронами, даже не обращал внимания, насколько неровной эта стена была. Выступы, трещины, острые края породы. Малейшее касание и обшивка гарантированно будет пробита. Гермоизолентой не обойтись.

«Ультар» остановился в метре от выступающего со дна острого камня. Развернув фрегат, я выровнял нос по направлению к туннелю и, дав маршевых, резко активировал манёвровые, задирая нос корабля под углом в тридцать градусов. Энергии тратилось много, но мы взяли её с таким запасом, что хватило бы на несколько гиперпрыжков. Так что экономить не следовало.

Стены сомкнулись вокруг нас, заставив Райна нервно выругаться в эфире. Он-то сидел недалеко от меня, зелёных линий Эхо не видел, потому близость стен, что находились буквально в метре от корабля, его сильно нервировала. Остальная команда сидела молча, не мешая мне комментариями. Даже Зорина молчала, что на неё было непохоже.

Туннель закончился так резко, что я едва не пропустил момент, когда нужно было корректировать манёвровые, выравнивая «Ультар» горизонтально. Фрегат влетел в огромное пространство пещеры, и я рефлекторно добавил тяги, поднимая корабль выше и отводя его от стен. Первая часть выполнена! Осталось дело за малым — проделать всё то же самое, только в обратном порядке.

— Посадка завершена, — доложил я, плавно опуская «Ультар» недалеко от центра пещеры. — Повреждений нет. Системы в норме. Личному составу сменить памперсы.

— Статистические данные полётных характеристик Золотого обновлены, — безэмоционально произнёс Векс. — Вероятность успешного вылета из пещеры оцениваю в семьдесят три процента.

Хотелось много сказать нашему кибернетическому другу, но я не стал. Вместо этого откинулся в кресло и закрыл глаза, собираясь с мыслями. Это было потно, груваки меня раздери! Я так не потел даже во время своих первых полётов на «Северном Ветре»! Раз двадцать, пока летели, успел пожалеть о своём решении. Так что нервное состояние Райна я прекрасно понимаю!

Следующие три дня превратились в долгую кропотливую работу. Лане пришлось запрашивать с орбитальной станции подробное техническое описание древнего бурильщика, но, к счастью, связь работала стабильно, и необходимые данные поступали регулярно.

Рорк с Вексом разобрали бурильщик по частям, заменяя устаревшие блоки управления на современные процессоры, интегрируя дополнительные сканеры и датчики, устанавливая мощные передатчики для поддержания связи на большой глубине и переводя всю систему питания на современные энергоячейки. Всё требовало концентрации, так что двигалось всё медленно.

Остальные отдыхали или помогали им по мере своих сил. Я же занимался важнейшим из дел — вместе с Вальтером мы крепили эдриан в моей каюте. А что? Не в грузовой же отсек подобную ценность пихать? Размеры моей каюты как раз подходили под размеры ценной деревяшки, которая, как уже стало понятно, никакая не деревяшка. То, что этот ствол наглухо блокировал каюту, являлось незначительным дискомфортом. Кают у нас десять, так что я пока поживу в гостевой.

На третий день Рорк, наконец, объявил:

— Бурильщик полностью перенастроен. Автономный режим работает стабильно. Сканеры откалиброваны. Передатчики настроены на максимальную мощность. Можем начинать спуск в шахту.

Эпохальное событие, на самом деле, для нашего небольшого отряда. Показывающее, что мы тоже не сидим без дела. Судя по постоянно поступающим отчётам, военные и элитные группы высших домов благополучно прорвали оборону ксорхов на поверхности планеты и начали планомерно закапываться в недра, стремясь найти логово Ретранслятора. Дела у них шли настолько хорошо, что стало даже завидно. Вот она, настоящая подготовка! Единственное, что напрягало — приближающийся сердцевик ксорхианцев. До Гипериона-7 ему остались сутки полёта, так что в скором времени могли начаться проблемы. И, прежде чем они начнутся, нам следовало провернуть свой фокус.

— Запускаем, — приказал Райн.

Рорк активировал систему. Бурильщик ожил, его двигатели загудели, буровая головка начала медленно вращаться, и машина начала плавно погружаться в рыхлую землю, постепенно исчезая в глубине шахты.

На визоре высветились показания сканеров и датчиков бурильщика. Глубина десять метров. Двадцать. Пятьдесят. Древнее устройство ползло, двигаясь со скоростью около ста метров в час, но форсировать мы не хотели. Большей нагрузки эта древность может и не выдержать. Так что оставалось только терпеливо ждать и верить в лучшее. Верить в то, что орбитальная станция сильнее какого-то тяжёлого корабля ксорхианцев.

— Глубина сто метров, — доложил Векс, следя за телеметрией. — Системы работают стабильно. Сканеры фиксируют только рыхлую землю вокруг. Никаких структурных аномалий.

Последующие часы тянулись медленно. Мы по очереди дежурили у мониторов, наблюдая за продвижением бурильщика. Глубина триста метров. Пятьсот. Семьсот. Впереди, на глубине около полутора тысяч метров, сканеры начали показывать что-то плотное, но без детализации. Мы все были в предвкушении чего-то важного, как на глубине восемьсот метров Векс внезапно произнёс:

— Командир, входящее сообщение с орбитальной станции. Приоритет высокий.

Райн активировал связь. В эфире послышался голос диспетчера:

— Всем подразделениям на поверхности. В систему Гиперион-7 входит флот Империи. Пятьдесят крейсеров. Сто пятьдесят фрегатов. Более трёх сотен тяжёлых истребителей. А возглавляет всё это три линкора класса «Левиафан»! Работайте, парни! Космос будет чистым! Империя прислала боевую армаду!

Мы переглянулись. Линкоры класса «Левиафан» — самые мощные корабли в арсенале Империи. Каждый нёс вооружение, способное уничтожить целую планету. Если Империя отправила сюда три линкора, значит операция по захвату Ретранслятора действительно имеет важное значение для всей империи Тирис.

Что там показывал бурильщик уже никого не волновало. Внимание всех сейчас было приковано к данным, поступающим с орбитальной станции. Векс, на правах человека, который постоянно мониторил ситуацию, начал пояснять:

— Флот занимает боевые позиции. Истребители выдвигаются на перехват. Крейсеры формируют оборонительный периметр вокруг орбитальной станции. Линкоры выходят на дальнюю позицию для нанесения удара. Корабль ксорхов изменил курс. Пытается уклониться! Не успевает! Залп линкоров. Прямое попадание в центральную секцию. Ксорх уничтожен! Одним выстрелом! Ноль потерь!

— И почему сразу так нельзя было? — пробурчал Райн. Судя по его голосу, только что командира знатно отпустило. Он переживал, что ничего не может сделать с приближающимся бедствием, но тут пришла помощь, откуда её, считай, и не ждали. Империя Тирис решила показать своим воинам, что они являются ценным активом.

Неожиданно Векс застыл. Его пальцы замерли над панелью и не шевелились.

— Калькулятор? — обеспокоенно спросил Райн. — В чём дело?

Взгляд командира скользнул на данные бурильщика, но там всё было без изменений. Подходила отметка в девятьсот метров. Векс не отвечал. Он по-прежнему сидел застывшей фигурой, пугая уже не только командира, но и всех собравшихся в рубке «Ультара».

— Калькулятор! — Райн повысил голос. — Что произошло?

Ноль эмоций.

— Курсант Векс Шуртан! — рявкнул Райн. — Немедленный отчёт!

— Спутник, — послышался приглушённый шёпот Векса. — Спутник Гипериона-7. Командир, это ловушка…

Осознав, что большего добиться от Векса не получится, Райн переключил на экраны «Ультара» данные, поступающие с орбитальной станции. Ликующих криков больше не было. Что удивительно, несмотря на наличие огромной армады кораблей в системе. Все сосредоточенно смотрели на спутник Гипериона-7. Там действительно творилось что-то невообразимое. Безжизненный камень, который вращался вокруг планеты на протяжении миллионов лет, вдруг ожил. Его поверхность начала трескаться, раскалываться. Огромные куски породы отрывались и падали в пустоту. А из-под этой каменной оболочки появлялось нечто белое. Пульсирующее. Тысячи. Нет — десятки тысяч маленьких объектов, отделяющихся от главного тела и устремляющихся в пространство.

« Рой падальщиков», — ошарашенно произнёс обычно безэмоциональный Эхо и, практически одновременно с этим, эфир разорвал отчаянный крик диспетчера:

— Саранча в системе Гиперион-7! Всем кораблям — немедленно покинуть систему!

Саранча… Он же «рой падальщиков», если использовать терминологию предтеч. Десятки тысяч мелких кораблей ксорхианцев размером с наш «Ультар», управляемые единым разумом. По сути — дроны-камикадзе, таранящие любые корабли и, если таран произошёл успешно, выгружающие на борт противника одного брута.

— Ловушка, — продолжил шептать Векс. — Вся операция на Гиперионе-7 была одной большой ловушкой.

— Да что тут, груваки тебя раздери, происходит? — вспылила Зорина. — Калькулятор! Не заставляй меня тебя бить! Тебе это не понравится!

— Все ошиблись, считая, что Ретранслятор живёт на планете, — словно в трансе ответил Векс. — Ксорхи сделали для этого всё. Они пожертвовали планетой, отдав её людям. Они пожертвовали четырьмя тяжёлыми кораблями, выманив в систему огромную армаду Империи. Эти твари просчитали нашу логику и действовали по своей. Ретранслятор находится не на планете. Он на спутнике! Он превратил его в биологический инкубатор!

Хотелось бы мне сказать, что для прибывшего флота какой-то рой был мелочью, но это не так. В полной тишине мы смотрели, как один за другим гибнут корабли Империи. Вот истребитель взорвался под атакой сразу десятка ксорхов. Вот фрегат, протараненный биологическим кораблём, разламывается пополам. Вот крейсер теряет управление и начинает беспорядочно вращаться. Даже линкоры не выдерживали. В какой-то момент саранча концентрировалась на них, сотни и даже тысячи кораблей врезались в корпуса, пробивая броню, разрушая жизненно важные системы и выгружая внутрь брута.

У людей не было шансов. Даже чтобы сбежать.

— Здесь генерал Маркан Терранов, командующий операцией на Гиперионе-7. Орбитальная станция находится в критическом состоянии. Ксорхи заблокировали возможность гиперпрыжков. Прибывший флот практически уничтожен. Всем, кто находится на планете… Держитесь. Постарайтесь подороже продать свою жизнь. Я был горд служить с ва…

Изображение резко дёрнулось и исчезло — связь с орбитальной станцией была потеряна. А вместе с ней система Гиперион-7 официально перешла под полный контроль ксорхианцев. Рорк вывел на экраны данные, поступающие с приёмной антенны вне нашей пещеры, и мы какое-то время наблюдали на творящимся в нашем районе безумием.

— Трындец, — в полной тишине произнёс я. — Саранча вошла в атмосферу. Есть подозрение, что сходу продать эдриан у нас не получится.