Хроники Тириса. Книга 3

Глава 15

— Курсант Золотой — к ректору!

Вполне ожидаемый приказ встретил меня сразу по возвращению в Императорскую военную академию. Даже удивительно, что Лоран Соларион дал мне добраться до поместья, прежде чем вызвать на ковёр. Малый крейсер «Грувака» доставил «Малышей» вначале в боевую академию, а затем уже и в военную. И да, назвать наш корабль «Грувака» была единогласным решением всех «Малышей». Хорошее имя для хорошего корабля.

Капитан Валк вернулся на Вотанги, чтобы, наконец, дать отдохнуть команде. Людям требовался настоящий отдых на планете, а не имитация земного притяжения. Эти недели выдались весьма насыщенными. Нам тоже не мешало бы отдохнуть, но кого волнуют желания каких-то там «Малышей»? Тот, кто записался в наёмники, об отдыхе может забыть раз и навсегда.

Кабинет ректора встретил меня привычной пустотой. Бывший советник императора даже не делал вид, что возиться с какими-то данными в терминале. Он сразу уставился на меня в упор, стоило войти в кабинет. Гостевых кресел, к слову, не было. Что указывало на характер нашей встречи. Ректор явно хотел напомнить мне о моём месте в общей иерархии.

— Тебе было дано на задание две недели, — произнёс ректор вместо приветствия.

— Так точно, Ваша Светлость, — согласился я. — Для того, чтобы уничтожить пиратов, нам было дано две недели.

— И? — ректор поднял бровь, так как я замолчал.

— Мы не уложились в срок, Ваша Светлость! — отчеканил я.

— Это всё, что ты хочешь мне сказать? — ректор был сама невозмутимость.

— Так точно, Ваша Светлость! — продолжил я. — Несмотря на незначительную задержку, задание выполнено. Пират Ирмал уничтожен! Его флотилия разгромлена, база ликвидирована, сам он мёртв. Цель достигнута, хоть и с опозданием.

— Незначительная задержка в две недели? — Лоран Соларион продолжил давить.

— Силы противника оказались не такими малыми, как мы полагали, — невозмутимо ответил я. То, что ректор прекрасно осведомлён о всех наших приключениях за этот месяц, я не сомневался. Но пусть он первым обозначит, что его беспокоит. Зачем ему подсказывать?

— Что вы делали в Республике? — наконец, ректору надоела эта игра.

— Продавали тяжёлый крейсер, — пояснил я. Честность — лучшая политика. Особенно когда знаешь, что собеседник уже в курсе всех деталей. — В процессе выполнения задания Его Светлости нам на пути попался тяжёлый крейсер пирата Хари. Пришлось прибрать его к рукам и предложить республиканцам.

— Тем самым усилив противников империи Тирис! — наконец-то Лоран Соларион повысил голос. — Курсант, процитировать параграф восемь пункт два устава Императорской военной академии!

— В Императорской военной академии запрещено обучаться представителям некоторых систем, домов, родов и целиком всем из Республики Свободных Миров. Нужно перечислить каждый род и дом, Ваша Светлость? — ответил я. — Или нужно уточнить, что мы не являемся представителями РСМ? Мы как были имперцами, так ими и остались.

— Имперцы не передают противникам тяжёлые крейсера, — заявил ректор.

— Ни в одном известном мне законе империи Тирис или документах Императорской военной академии о подобном нет ни слова, — не согласился я. — Запрета продавать РСМ тяжёлые крейсера нет. Есть ограничения на передачу некоторых технологий, но конкретно тяжёлые крейсера в этот список не входят.

Ещё бы они входили! Кто в здравом уме вообще подумает о подобном?

— И что же вы получили в качестве платы? — ректор продолжил допрос.

— Постоянную базу для корабля, — ответил я.

— Вы получили малый крейсер республиканской модификации! — рявкнул ректор. В его голосе прозвучала настоящая ярость. Кажется, я умудрился довести бывшего советника императора до белого каления. — И у тебя на борту находится шпион Республики! Это измена, курсант!

Вот оно, главное обвинение. Измена. Слово, за которым следует трибунал, позор и расстрел. Сердце ухнуло вниз, но я заставил себя сохранять спокойствие. Показывать страх перед Лораном Соларионом — всё равно что признать вину.

— Это официальная позиция Императорской военной академии, Ваша Светлость? — спросил я, даже не думая поддаваться на провокацию. — Если это официальное обвинение, я требую созыва военного трибунала и предоставления доказательств. Согласно статье сорок шесть Военного кодекса империи Тирис, любой гражданин, обвинённый в государственной измене, имеет право на публичное рассмотрение дела в присутствии независимых судей. Вы готовы вынести это обвинение официально, Ваша Светлость?

Лоран Соларион замер. Официально обвинить он не может — доказательств нет. А есть только подозрения и недовольство тем, что я посмел действовать не так, как он рассчитывал.

— Вольный отряд наёмников «Малыши» не нарушал законы империи Тирис и не предавал её интересы, — продолжил я. — Ни в одном из законов империи нет ограничений на найм команды в наёмники. Мало того, устав «Малышей», подписанный императором, даёт нам право привлекать в свои ряды кого угодно. Любого человека, не зависимо от его статуса или происхождения. Хотите обвинить нас в измене за исполнение устава, одобренного самим императором?

Тяжёлый взгляд металлических глаз Лорана Солариона мог убить. Пару секунд мы просто смотрели друг на друга. Я не отводил взгляда, хотя каждая клеточка моего тела требовала опустить глаза. Видимо, сотрудничеством с Республикой мы нарушили все планы ректора. У него были какие-то замыслы относительно «Малышей», а мы взяли и испортили всю картину. Интересно, что именно он планировал? Отправить нас на очередное самоубийственное задание? Да плевать! Главное, что теперь меня в тайную лабораторию не отправить, к официальным делам не привлечь. База в Республике делает нас слишком неудобными и независимыми.

— Происхождение подразумевает, что вы можете нанимать в экипаж аристократов без согласования с родом, — мрачно заметил ректор. Ого, Лоран Соларион читал наш устав! С чего вдруг такая честь?

— Вы правильно сказали, Ваша Светлость — подразумевает, — ответил я. — Но не обязывает. Текущая версия устава даёт нам право нанимать любого человека любого происхождения. Будь он хоть имперцем, хоть республиканцем. Прошу забрать обратно слова про измену. «Малыши» действуют в строгом соответствии с законами империи Тирис!

Несколько секунд тишины. Ректор смотрел на меня, словно пытался просверлить взглядом насквозь. Я стоял неподвижно, выдерживая его взгляд. Отступать нельзя. Малейшая слабина — и он растопчет меня, как недоразвитую груваку.

— Я погорячился в своих суждениях, — нехотя произнёс ректор и тут же сменил тему. — Почему ты продал тяжёлый крейсер республиканцам, а не маркизу Элиасу?

— У него нет денег, — ответил я. Простая и очевидная истина. — К тому же возможности маркиза крайне ограничены. Он выдал нам задание уничтожить пиратов «Чёрного норка» и, учитывая буйный нрав последних, они отправятся мстить своим обидчикам. Если бы мы продали корабль маркизу Элиасу, то подставили бы его под удар «Чёрного норка». Аналогичное ограничение у нас было при мыслях о продаже корабля империи. В какую бы систему нас не спрятали, это не уберегло бы нас от гнева пиратов, а сама система была бы подвержена атакам. Поэтому мы и выбрали РСМ. Обосновавшись там, мы сняли с империи все риски ответного удара пиратов, переведя их на Республику. Когда пираты отправятся мстить, а они будут мстить — пострадает не империя, а Республика.

Я специально делал паузы между предложениями, давая ректору время обдумать каждый аргумент. Моя логика была железной. Мы не предали империю — мы защитили её от ответного удара пиратов, направив их гнев на Республику. Два зайца одним выстрелом: и база получена, и враги империи ослаблены будущей войной с «Чёрным норком».

— С этой стороны мы на вопрос не смотрели, — задумчиво произнёс ректор.

«Мы». Интересное словечко. Лоран Соларион говорит от имени группы. Какой именно? Военного совета? Императорского двора? Или это узкий круг влиятельных людей, которые желают использовать «Малышей» в своих целях?

— Значит, у «Малышей» есть задание? — уточнил ректор.

— Так точно, Ваша Светлость, — я вернулся к прежней манере общения. — Маркиз Элиас отправил нас на войну с «Чёрным норком» и первую битву мы успешно выиграли. Пираты потеряли тяжёлый крейсер и полторы тысячи человек личного состава. Я помню, что мы обсуждали ежемесячные задания от академии, однако вынужден пояснить, что возможности их выполнять отныне у нас нет. Контракт с маркизом Элиасом обязывает нас…

— Это официальный отказ маркиза Элиаса от контракта с «Малышами», — ректор перебил меня, протягивая руку к столу. На столе появилась бумажка с «живой» подписью, а на мой тактический планшет пришло уведомление. Понимая, что поступаю неправильно, я всё равно посмотрел на сообщение.

«Маркиз Элиас уведомляет вольный отряд наёмников „Малыши“ о расторжении контракта на уничтожение пиратов „Чёрного норка“. Компенсация за разрыв контракта в одностороннем порядке в договоре не указана, следовательно является нулевой. Вольный отряд наёмников „Малыши“ объявляются персонами нонграта в секторе маркиза Элиаса. При появлении на территории наёмники будут атакованы, как нарушители закона. Маркиз Элиас, подпись, дата.»

Я перечитал сообщение второй раз. Потом третий. Нет, я правильно понял с первого раза. Маркиз Элиас только что разорвал с нами контракт, не заплатив ни кредита компенсации, и объявил нас нежелательными лицами в своих владениях. Более того — пригрозил применением силы, если мы появимся на его территории.

Грувака хитрозадая! Не нужно было его вытаскивать из плена! То, что маркиз разорвал контракт не по своей воле, а с подачи империи, я не сомневался. Слишком удобное совпадение — я прихожу к ректору, а документ о расторжении уже готов и ждёт на столе. Наверняка ещё и поторговался о чём-то с империей, выбивая себе как можно больше привилегий. Кому нужны какие-то наёмники? Разменная монета в общении высших аристократов.

— Неприятно, — произнёс я, даже не пытаясь скрывать эмоции. — Я планировал избежать ваших заданий с его помощью.

— Ты вот так легко признаёшься в том, что желал саботировать работу академии? — ректор демонстративно поднял бровь.

— Учитывая, что маркиз Элиас отказался от нас, он гарантированно слил вам всю информацию о наших договорённостях, — пояснил я. Смысла врать нет никакого. Ректор и так всё знает. — Так что нет никакого смысла скрывать то, что вы и так знаете. Теперь нужно будет искать новые каналы сбыта добычи, которую мы получим у пиратов. Драгоценные камни, Гелий-9, фазовый сплав…

— Курсант, ты забыл, где находишься? — ректор, кажется, опешил от таких слов.

— Никак нет, Ваша Светлость! — настроение рухнуло в бездну, но я продолжал держать непроницаемое лицо. — Между «Малышами» и маркизом Элиасом были заключены определённые устные соглашения о передаче изъятой у пиратов добыче. Мы строго соблюдаем законы империи и не собирались торговать ни драгоценностями, ни сырцом Гелия-9. Это монополия великих домов, и влезать в их бизнес — самый быстрый способ получить проблемы. Однако при передаче этих продуктов великим домам, которые их добывают, могли возникнуть вопросы уже к нам. Всё ли мы отдали, не спрятали что-нибудь для себя. Мы понимали, что передача всего будет бесплатной, но тот, кто передаёт великим домам изъятое у пиратов, приобретёт вес в глазах этих самых великих домов. Политический капитал дороже денег. «Малыши» планировали работать в этом направлении с маркизом Элиасом, чтобы он укреплял свои позиции, но, как теперь стало понятно, империя обещала ему что-то несоизмеримо большее. Позволите догадаться? Через несколько лет вы планируете вернуть Элиасу Солариону титул герцога? Только ради чего-то подобного он мог отказаться от выгодного ему сотрудничества. Если я прав, то один из восьми герцогов действительно не может запятнать себя сотрудничеством с наёмниками, базирующимися в Республике. Мне нужен контакт, Ваша Светлость. С кем могут работать «Малыши», чтобы у великих домов не возникали вопросы о происхождении их продуктов, а статус великого дома Соларион повышался?

— Забавно, — впервые за весь разговор ректор позволил себе усмешку. — Как только я услышал, что курсант Золотой приземлился на планету, первой мыслью было выкинуть тебя из академии с волчьим билетом. Чтобы ни одна академия больше никогда не открыла дорогу ни тебе, ни твоим «Малышам». Однако сейчас я на полном серьёзе начинаю думать о том, что наше сотрудничество может быть не такой плохой идеей. Что было в трюмах тяжёлого крейсера?

— Такой информации у нас нет, — честно ответил я. — Республика забрала содержимое себе, обозначив нам его стоимость в два и три десятых миллиона кредитов. Спорить с ними мы не собирались, поэтому согласились на подобную оценку, даже не видя товар.

— Два и три десятых миллиона? — задумался ректор. Судя по тому, как засветились его глаза, личностная матрица Солариона начала высчитывать различные варианты. — Вы уже получили деньги?

— Они будут перечислены на счёт «Малышей» в течение десяти дней, — ответил я.

— Республиканские деньги не должны ходить в империи, — приказал ректор. Точнее, уже советник императора. Тон изменился мгновенно — от размышлений к прямому указанию.

— Мы им не собираемся их никуда пускать, — ответил я. — Как вы правильно заметили, Ваша Светлость, в составе нашей команды пополнение. Теперь с нами на постоянной основе будет служить представитель службы безопасности РСМ. Для того, чтобы тайны «Малышей» и империи оставались тайнами, мы планируем потратиться на механизм блокировки памяти.

— Разумное вложение, — задумался ректор. Он даже пальцем по столу начал стучать, отбивая какой-то ритм. — Да, это приемлемо. Контакт я предоставлю, вам поставят оборудование последней модели. Республика не сможет пройти наши блокировки ближайшие десять лет. На твоём корабле должен быть наш человек.

— Это невозможно, Ваша Светлость, — произнёс я. — Если бы базировались где-то в империи, вопросов бы не возникло. Но мы официально приписаны к Вотанги. Республиканцы не позволят нам там обосноваться, если у нас на борту будет шпион империи. И, предвосхищая предложение о смене прописки — пока мы воюем с «Чёрным норком», подставлять системы империи нам бы не хотелось. Если только они не защищены так же, как Инвикта-Прайм. Но там нас, как мне кажется, вряд ли пропишут. Во всяком случае бесплатно, как это делают республиканцы. Денег у нас, как вы понимаете, нет.

— Война с «Чёрным норком» закончена, — напомнил ректор. — Элиас отменил заказ.

Не маркиз — просто Элиас. Интересно. А советник императора имеет право так называть маркиза в присутствии посторонних? Что-то с этим ректором неладное, на самом деле. Не могу понять только, что конкретно.

— Никак нет, Ваша Светлость, — отчеканил я. — Война не закончена. Контракт аннулирован, но враги остались. Пиратов много и, как показала практика, они приносят весьма неплохую прибыль. Капитан Хари был первой ласточкой.

— Это приемлемо, — кивнул ректор. — Ослабление «Чёрного норка» на руку империи. Однако вернёмся к изначальной теме разговора. Задания от академии.

— Ваша Светлость, а давайте вы сразу расскажете о задании, которое вас беспокоит? — предложил я и, увидев нахмурившиеся брови, пояснил: — Вам же что-то нужно от нас, верно? И это явно не безумный полёт к первой столице, чтобы найти то, чего там уже лет триста как нет. Так, может, сразу покажете, что нас ждёт, чтобы мы приготовились? Ведь чем лучше мы будем информированы, тем понятней будет результат.

Глаза ректора изменились. Из металла превратились в какой-то клубящийся туман, при этом сама ректор застыл, как статуя. Что за хрень здесь происходит? Ректор завис. Просто взял и завис посреди разговора. Личностная матрица сбоит? Или это какой-то транс? Эй, народ! Этот ректор сломался! Несите следующего!

«Что с ним?» — спросил я у Эхо.

«Без понятия», — Эхо был ошарашен не меньше моего. — « Он словно на перезагрузку ушёл».

«Ты научился чувствовать чужие матрицы?» — уточнил я.

«Ещё нет, но я работаю над этим», — признался Эхо. — « Постоянно провожу эксперименты, пытаясь обнаружить Ласка, матрицу Зорины. Пока всё мимо».

Ректор отсутствовал практически минуту. Я даже начал беспокоиться, что случайно «сломал» советника императора и теперь «Малышей» точно убьют, однако туман из глаз развеялся, вернув былой металл.

— Твоё предложение приемлемо, — наконец, произнёс Лоран Соларион, словно ничего не произошло. — Однако сейчас отправлять мы тебя не планируем. Ещё рано. Следующие три месяца ты проведёшь в академии, занимаясь учёбой. Причём тебе придётся не только наверстать то, что пропустил, но ещё и то, что ты пропустишь из-за задания. Через три месяца будут все условия для того, чтобы ваша миссия была успешной.

— Ксорхианцы? — догадался я.

— Не совсем, — ректор нажал на терминал и на столе вспыхнула голограмма разрушенной планеты. Судя по качеству — это была имитация, а не данные разведки. Слишком мультяшно и картинно всё выглядело.

Ректор продолжил нажимать, и картинка изменилась — планета увеличилась. Мелькнули сердцевики ксорхианцев, охраняющие планету и, наконец, изображение приблизилось к планете достаточно близко, чтобы продемонстрировать разорванный пополам металлический шар.

— Это какой-то механизм? — спросил я, стараясь не позывать возбуждения. Хотя, как говорил Аларик, с моим лицом точно нужно что-то делать. Потому что ректор понял, что я узнал обломки. И, прежде чем он задал естественный вопрос о том, откуда мне известен внешний вид корабля, которого никто никогда не видел, я произнёс: — Нет, это не просто механизм. Это же корабль предтеч! Ваша Светлость — это же он? Легендарный корабль, которого никто никогда не видел? Разве это не государственная тайна?

— Очень хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул советник императора. Как я понял, общался со мной Лоран Соларион совершенно не как ректор ИВА, а как действующий советник императора. — Мы заключим контракт. И в ближайшие три месяца весь экипаж твоего корабля, включая шпиона Республики, будет подвержен блокировке памяти.

— Так точно, Ваша Светлость, — кивнул я, довольный тем, что соскочил с темы. — Подобные знания не должны уходить на сторону. Однако, Ваша Светлость, у меня сразу возникли вопросы. Видео, что вы мне показали, оно не настоящее. Я заметил тяжёлый корабль ксорхианцев, который охранял планету.

— Видео было воссоздано по показаниям надёжного источника, — пояснил Лоран Соларион. — Была проведена разведка, на данных которой это видео и было создано.

— Нам нужен этот источник, — произнёс я без раздумий. — Одно дело видео, другое — реальные данные человека, который там бывал. Если вы заинтересованы в успехе — дайте нам всё, что у вас есть. Просто информация о том, что где-то там есть планета, окружённая тяжами ксорхианцев, а на планете есть разрушенный корабль — не самые надёжные вводные. Если вы действительно хотите получить результат — отдайте нам источник информации. Если вы хотите избавиться от «Малышей», есть куда более надёжные способы это сделать.

— Твои требования будут рассмотрены, — ответил советник. — Подобное решение требует взвешенного подхода.

Требует взвешенного подхода. Дипломатический способ сказать «нет». Что-то его останавливает. Что-то мешает просто взять и дать нам доступ к источнику информации. А что может останавливать советника императора? Только если источник — кто-то очень важный. Или очень опасный. И тут меня озарило!

— Ваш источник — Арис Соларион? — удивлённо произнёс я, догадавшись, почему ректор колеблется. Теперь-то я знал, что поглощение личностной матрицы передаёт все воспоминания человека. Если Арис действительно желал урвать себе этот корабль, то это сильно! Амбиции этого человека не перестают удивлять!

— Он утратил право носить нашу фамилию, — жёстко ответил советник императора, чем только подтвердил мою догадку.

— Ваша Светлость, решать, конечно, вам, — произнёс я. — Но, если Арис действительно желал заполучить обломки корабля предтеч, он уже всё проработал. Он точно знает, сколько там ксорхианцев, какие силы задействованы, что нужно делать, чтобы спуститься на планету и, что самое главное — выбраться с неё. Повторюсь — если империи Тирис действительно нужны эти обломки, то нам нужен Арис. Если вы хотите избавиться от «Малышей» — отправьте нас дальше воевать с «Чёрным норком». Так мы хотя бы пользу успеем принести.

— Арис наказан, — произнёс Лоран Соларион.

— Как и подавляющее большинство моего экипажа, — напомнил я. — Капитан Валк, к примеру, и вовсе разжалован в рядовые и отправлен в смертники. Что не мешает ему приносить пользу империи, служа на «Груваке».

— Где? — нахмурился ректор.

— «Грувака», — повторил я. — Так называется мой малый крейсер.

Изображение на столе ректора изменилось и вместо обломков корабля предтеч там милое пушистое создание с огромными добродушными глазками, короткими лапками и милой мордочкой. Шар меха размером с большую собаку. Круглое тело, почти без шеи, крошечные ушки. Выглядело настолько мило и безобидно, что хотелось взять его на руки и потискать.

— Груваки — род млекопитающих с планеты Шрасти, — зачитал Лоран Соларион. — Питаются нектаром, фруктами, мягкими листьями. Безобидны и бесполезны, интерес представляют только из-за своей невероятной живучести. Груваку можно кинуть хоть в лаву, он всё равно выкарабкается. Обгорелый, без шерсти, но живой…

Ректор посмотрел на меня, требуя объяснений. Зачем курсант назвал боевой корабль в честь милого травоядного зверька? А где я ему возьму эти объяснения? Для меня груваки — это жирные, неповоротливые твари, которых используют для откорма бойцовых кракенов. Так нам сказал инструктор Карс с «Кузницы», а не верить ему у меня повода не было. Как и проверять его слова. Кто вообще станет проверять информацию о каких-то травоядных с далёкой планеты?

Видимо, инструктор Карс намеренно нас дезинформировал, чтобы посмеяться над кадетами. У этого тупорылого груваки всегда было своеобразное чувство юмора.

— Живучие, — выдавил я. Что ещё сказать? Признаться, что я понятия не имел, как на самом деле выглядят груваки?

— Здесь согласен, — кивнул советник императора. Усмешка тронула его губы. Кажется, он нашёл ситуацию забавной. — «Малыши» удивительно живучая группа. Другие давно бы погибли. Хорошо, курсант. Мы обсудим твоё пожелание касательно источника информации. Впереди три месяца, так что времени у нас на принятие решений более чем достаточно. Возвращайся к занятиям.

— Так точно, Ваша Светлость! — я только что руку к голове не приложил. Еле сдержался — это было бы слишком. Развернувшись, я строевым шагом вышел из кабинета. Помощница ректора скосила на меня холодный металлический взгляд, но мыслей об этой красотке у меня сейчас не было.

Имперцам нужен корабль предтеч! Даже поломанный! Причём настолько нужен, что они на полном серьёзе готовы обсуждать предоставление нам Ариса! Того, кого прилюдно наказали, сделав козлом отпущения. Значит, ситуация критическая. Империя отчаянно нуждается в технологиях предтеч. Заяви хоть кто-то из нас о том, что мы знаем о местоположении целого корабля, нас же с потрохами сожрут! Срочно нужен блокиратор памяти! Иначе определённо быть беде.

— И для чего тебя эта грувака вызывала? — спросила Зорина. Они с Вальтером ждали меня в нашем поместье, так как на занятия сегодня идти было рано.

— Скажи, Снайпер, а ты в курсе, кто такой грувака? — спросил я, витая мыслями где-то в другом месте.

— Что за тупой вопрос, Ксорх? — нахмурилась девушка. — Естественно я знаю, кто такие груваки! Жирные неповоротливые твари.

— А ты поищи их изображение, — предложил я. — Поищи. И посмотри, насколько они жирные и неповоротливые на самом деле.

Вальтер отреагировал первым. Его лицо вытянулось, после чего он заржал так, как аристократу вообще-то не полагается. Виконт дома Кирон хохотал, как простолюдин в подворотне, не сдерживаясь и не думая о приличиях. Зорина последовала за ним и тоже не смогла удержать эмоции. Полился такой поток красноречия в сторону инструктора Карса, что уже засмеялся я. Зорина материлась как опытный механик, используя такие комбинации ругательств, о которых я даже не подозревал. Кракены, груваки, Карс и его родословная смешались в один великолепный коктейль ненормативной лексики.

— Живучие, — произнесла Зорина, когда смех, наконец, утих.

— Единственное объяснение, почему мы не станем переименовывать корабль, — кивнул я. — Тем более что живучесть — это именно то, что нам и нужно. Итак! У нас с вами есть три месяца на то, чтобы подтянуть свою успеваемость. Потому что потом мы отправимся в очередное путешествие.

Я пересказал разговор с ректором, не скрывая ничего. Разве что выводы, которые я сделал на основе разговора, остались со мной. Вальтер с Зориной достаточно образованы, чтобы самостоятельно прийти к тем же самым выводам.

— И сколько нам за это заплатят? — спросила Зорина.

— Этот вопрос мы ещё не обсуждали, — ответил я. — Но есть подозрение, что плата будет стандартной — нам позволят остаться в живых и не объявят врагами государства. Вот и вся награда за самоубийственную миссию в тыл ксорхианцев.

— Какой-то неравноценный обмен на корабль предтеч, — пробурчал Вальтер.

— Могу отправить тебя к ректору как переговорщика, — тут же предложил я.

— Нет, спасибо! — фыркнул Вальтер. — Мне ещё жить охота. Кстати! Каэль, к вопросу о «жить охота». Угомони Зорину.

Ух ты! Не позывные — а имена? Вопрос, видимо, действительно серьёзный! Вальтер никогда не называл меня по имени. Всегда «Ксорх», всегда позывной. А тут вдруг Каэль. Значит, дело дрянь.

— Заткнись, грувака тупорылая, — тут же прорычала Зорина.

— Хватит! — рявкнул Вальтер. — Я думал, что слова о том, что она моя жена, будут восприняты положительно. Что это будет отличный выход из ситуации. Но нет! Два дня эта… эта милая девушка полоскала мне мозг, выедая его мелкой ложечкой. Два дня! Один на один! Ты даже не представляешь, Каэль, насколько это тяжело!

— Ладно, а я тут при чём? — не понял я. — Семейная жизнь она такая, необычная. Свыкайся.

— Да потому что она в тебя по уши влюблена! — выпалил Вальтер и тут же заблокировал удар Зорины. Била девушка со знанием дела и, если бы Вальтер промедлил, в лучшем случае отправила бы его в больницу. В худшем просто бы прибила на месте. Но Вальтер тоже был не пальцем деланный. Он не только заблокировал удар, но ещё и перекинул Зорину на пол, заломив ей руку и усевшись сверху. Девушка зарычала, извивалась и пыталась вырваться, но ничего поделать не могла. Держал её Вальтер крепко.

— Она мне сразу заявила, что между нами ничего не будет, — продолжил Вальтер. Дыхание участилось от борьбы, но голос остался твёрдым. — Что из всех грувак этого мира она выберет лишь тебя. Так что заклинаю всем, чем только можно — забери её от греха подальше! Мы же поубиваем друг друга, если продолжим быть вместе. Она невыносима!

— Отпусти её, — приказал я. — Зорина — не дёргайся. Это приказ.

Неожиданно, но подействовало. Вальтер отпустил красную, как вылезший из лавы грувака, девушку и отошёл в сторону. Зорина медленно поднялась с пола, растирая заломленную руку и уставилась на меня. В её глазах мелькнул металл. Тот самый, который говорит об огромной работе личностной матрицы. Ласк работал на полную мощность, пытаясь выработать оптимальную стратегию поведения.

— Тебе красивые слова нужны? — спросил я. — Или обойдёмся фактами?

— Факты, — прорычала девушка.

— Ты мне нравишься, — произнёс я. — Когда Вальтер предложил тебе выйти за него, а ты согласилась, мне было неприятно. Как будто что-то важное упустил и потерял навсегда. Что-то, чего даже не знал, что хотел. Но я принял это, так как на тот момент это был единственный выход из ситуации. Потом эти две недели ты ни разу не дала повода усомниться в правильности своего выбора, так что я отпустил ситуацию. Закрыл эту тему. Решил, что так будет лучше для всех. На самом деле я хочу, чтобы ты была моей. Сейчас ничего не отвечай, только слушай и думай. Скандал о расторжении брака между виконтом из дома Кирон и обладательницей Креста Героя из дома Соларионов разлетится по империи со скоростью света. Твоя родня точно будет против союза с безземельным бароном. Ты знаешь, где моя комната. Если согласна быть моей — собирай вещи и переезжай ко мне. Либо продолжай выедать мозг бедолаге Малышу. Всё, я к себе. Постарайтесь не убить друг друга. У нас слишком много врагов, чтобы ещё сраться внутри команды.

Я развернулся и вышел из общей зоны, не дожидаясь ответа. Ноги были предательски деревянными, а сердце колотится так, как при встрече с брутом не билось. Мои слова прозвучали наивно, но это была правда. Если Зорина действительно чувствует ко мне то же самое — оно того стоит.

Остаток дня я провёл за учебниками — я был уверен, что завтра преподаватели начнут гонять меня по всем темам, что группа прошла за последний месяц. Так что следовало навёрстывать упущенное. Но концентрироваться было сложно. Мысли постоянно возвращались к разговору. Что скажет Зорина? Придёт или нет? А что, если пошлёт меня к предтечам и останется с Вальтером?

Практически в полночь, когда я уже собирался спать, двери моей комнаты открылись и Зорина молча вошла внутрь. Свой выбор она сделала, и я ничуть об этом не жалел.