Хроники Тириса. Книга 3

Глава 19

Боевой меч вошёл в потолок по самую рукоять, не встретив сопротивления. Я сделал круговое движение, прорезая крышку и тут же отлетел в сторону. Плита, что закрывала нижнюю часть шахты, треснула и обрушилась вниз. Следом за ней отправилась лавина земли. Шесть метров шириной, полтора километра высотой. Наверно, если постараться, можно даже подсчитать объём, но подобным заниматься мне лень.

Потому что это была, груваки её раздери, двадцатая пещера! Двадцатые врата предтеч! Предыдущие девятнадцать вели куда угодно, только не туда, куда мне нужно. Мёртвые планеты на окраине галактики, где ксорхи высосали всё живое миллионы лет назад. Безжизненные спутники газовых гигантов. Один раз даже попали в систему с активной звездой класса «O» — яркой, горячей и невероятно смертоносной. Стоило выбраться на поверхность, как Эхо сразу же начал кричать о критических уровнях радиации, а датчики «Призрака ×2» затрещали так, словно я шагнул в ядерный реактор. Пришлось быстро сваливать обратно, пока нас не поджарило заживо. Рорк потом три часа материл ксорхов, предтеч и всех, кто придумал безумную идею прыгать по вратам. Меня, то есть. Пришлось заваливать проход, а врата, которые вели к радиоактивной планете, маркировать как «опасно, в случае необходимости отправить туда врагов».

Были и другие находки. Планета с бурями, где ветер дул со скоростью триста метров в секунду. Планета, полностью покрытая океаном застывшей лавы — когда-то там было что-то живое, но теперь только чёрное стекло до горизонта. Планета в двойной системе, где два солнца создавали такие перепады температур, что атмосфера кипела днём и замерзала ночью. И всё это там, где живого человека даже близко не бывало.

В какой-то момент я даже словил дизмораль. Не знаю, есть ли такое слово, но ощущение были ровно такие. Когда ничего не хотелось и общее моральное состояние было на уровне бездны Гипериона-7. Казалось, что мой план провалился, толком не начавшись. Что вся идея с вратами — пустая трата времени и сил. Нет, так-то врата — штука приятная и в хозяйстве нужная, вот только ни одни не вели на территорию 'Чёрного норка. Может, предтечи просто не строили портальную сеть в этом направлении? Или я поймал не того Ретранслятора? Нужно искать другого?

Наверно, можно было сдаться, но врождённая упёртость не позволила это сделать. Оставалось ещё пять врат. Всего пять, и можно будет точно сказать — есть путь к пиратам или нет. И если нет, придётся искать другой способ до них добраться. Хотя какой способ? Прорываться через станции-перехватчики? Неделями лететь в обход через верхнюю или нижнюю точку сектора? Такое себе, если честно. Так что проверяем все врата. Меня считают экстремально удачливым грувакой. Так, может, пришло время это доказать не только окружающим, но ещё и себе?

И на двадцатых вратах трудолюбие было вознаграждено.

Дождавшись, пока земля обрушится вниз, я пролетел полтора километра узкой шахты, выбравшись в тёмную пещеру. Судя по обстановке, людей здесь не было ни разу — толстый слой пыли не имел следов. Сканер показал выход из пещеры, а Эхо не заметил ничего подозрительного. Если на этой планете радиация и есть, то она незначительна и в рамках допустимого.

Спустившись, я прошёл через узкий проход посреди огромных валунов. Тут даже если захочешь — никогда вход не найдёшь, если не знаешь, что он здесь существует. Спрятано всё было очень качественно. Надо мной появилось открытое небо. Вернее, не небо. Над головой, вместо чёрного космоса с далёкими звёздами, нависала планета. Огромная зелёно-голубая планета, занимающая добрую треть обзора.

Я стоял на спутнике. На каком-то куске камня, вращающемся вокруг обитаемого мира.

«Атмосфера отсутствует, — привычно доложил Эхо, — » Гравитация составляет ноль-две стандартной. Радиационный фон в норме'.

Конечно, это была важная информация, но сейчас она меня интересовала меньше всего. Потому планету, на которую я смотрел, защищали орбитальные станции. Не три, как у стандартной планеты. Даже не четыре, как в системе Коррида-9, которую показывал Арис. Даже не десяток — десятки! Я начал считать и сбился после тридцати. Огромные металлические конструкции размером с небольшой город располагались достаточно близко друг к другу, чтобы между ними были сформированы жёсткие переходы. По сути, вокруг планеты была сформирована дополнительная броня из орбитальных станций. Даже представить не могу, сколько на всё это ушло времени, сил и ресурсов.

Осмотревшись, я с трудом удержался от того, чтобы не присвистнуть. Рядом с планетой кораблей было столько, что их мельтешение можно было увидеть невооружённым глазом. Крошечные точки света, движущиеся по своим орбитам между станциями и планетой. Чего тут только не было! И мелкие корветы, и фрегаты, и крейсера всех мастей. А возглавляли это хаотичное движение три линкора. Гиганты, одним своим присутствием способные решить большинство войн этого мира.

У неведомой зелёно-голубой планеты кто-то собрал огромный флот, обеспечив весьма грамотное координирование. Корабли постоянно летали туда-сюда, но я не видел каких-то проблем. Никто не сталкивался, никто экстренно не менял курс. Всё было чётко, грамотно и настолько эффективно, что я на какое-то время залюбовался. Красивый танец металлических посудин в космосе. Пространство рядом с планетой кипело жизнью, как растревоженный улей или сердце огромного организма.

Однако, как бы мне не хотелось наслаждаться зрелищем, меня ждала работа. Сделав много снимков, я вернулся в пещеру, скрывшись под куполом белого биоволокна ксорхианцев. Если спутник находится так близко к планете, то он наверняка обустроен на максимум. То, что жители этого мира ещё не нашли пещеру — не более чем удача. Хотя, учитывая, что вторая белая нить, уходящая ко второму эдриану этого места, была целой, вторую пещеру они тоже не обнаружили.

— Передаю картинки, — произнёс я, отправляя «Малышам» пакет данных. — Калькулятор, что скажешь? Где мы очутились?

— Занимаюсь, — без лишних эмоция ответил Векс. Какое-то время он молчал, после чего так же без эмоций ответил: — Если верить данным геопозиции, то ты находишься на Пио — одном из трёх спутников Кхатар-Прайм.

— А Кхатар-Прайм у нас? — уточнил я, так как название мне ничего не говорило.

— Кхатар-Прайм, везучая ты грувака — это столица «Чёрного норка»! — ответила Зорина. — Место, где живут самые кровожадные груваки этого мира!

Я вывел на визор картинки, отправленные «Малышам». Столица «Чёрного норка»? Вот это? Нет, так-то по степени защищённости подходит идеально. Пройти подобную систему невозможно, каким бы флотом Империя не обладала. Их всех просто перебьют на подлёте. А использовать принцип «Ксорха», отправляя крейсера в орбитальные станции, не выйдет. Потому что здесь стоят блокираторы гипера.

Но то, что мы оказались в самом центре государства пиратов, немного, если честно, удивляло. Да ошарашен я был, на самом деле! Место, куда не мог прорваться ни один имперский адмирал за последние несколько сотен лет, находилось прямо передо мной. Вытяни руку и можно даже пощупать.

— Ладно, что известно о Кхатар-Прайм, кроме того, что это столица? — спросил я. — Меня интересует население.

— В открытых источниках данных нет, — ответил Векс. — Могу предположить на основании изображений, что…

— Не больше сотни тысяч человек, — ответил Арис, вмешавшись в наш разговор. — Кхатар-Прайм является местом, где проживает элита «Чёрного норка». Здесь нет промышленности, сельского хозяйства или чего-то подобного. Это планета-сад, предназначенная для высшего руководства.

— И информация у тебя, конечно же, из первых рук? — уточнил я.

— Естественно, — Арис не стал скрывать очевидное. — В своё время я достаточно активно работал с пиратами. Лет сто пятьдесят назад они были едва ли не единственными поставщиками обломков ксорхианских кораблей.

О как! Вот так мимоходом Арис признался, что ему гораздо больше ста пятидесяти лет! Если он занимался делами предтеч и ксорхианцев сто пятьдесят лет тому назад, значит к этому моменту уже получил такое право. Кому попало подобные привилегии не дают!

Надо будет при случае спросить о настоящем возрасте этого старика. Правда, непонятно зачем мне это. Чисто для общей образованности.

«Я говорил, что обладатель личностной матрицы является практически бессмертным существом», — напомнил Эхо. — « Ты, например, стареть не будешь, так как я отключил эту функцию. Как не будет стареть Зорина. Остальные лет через тридцать будут уже не те. Разве что Аларик ещё может продержаться, так как у него есть обрезанная управляющая матрица».

«Ты, наконец, научился определять матрицы?» — удивился я.

«Нет», — Эхо буквально вздохнул. — « Не получается. Просто Аларик не Соларион.»

Видимо, эта фраза должна объяснять многое, но сейчас мне было не до мыслительных процессов. Первая часть моего плана была реализована. Оставалось перейти к следующей, а для этого нужно работать. Много.

Первый шаг моего коварного плана заключался в том, что я вернулся на планету с Ретранслятором и уменьшил врата до минимальных размеров. Нажав несколько точек (как же я благодарен Лирэн Соларион за науку), я заставил врата взлететь, после чего поставил их на заранее приготовленную платформу. Белая нить, которая всё ещё была соединена со вторым эдрианом спутника, отстрелилась, на бешеной скорости вернувшись обратно к Ретранслятору. Я боялся, что это вызовет цепную реакцию и к нам сейчас прибегут патрули ксорхианцев, но всё обошлось. Видимо, потеря врат являлась настолько типовой ситуацией, что ксорхи вообще никак не отреагировали.

Дождавшись, пока патрули пройдут мимо, я взлетел и вместе с вратами отправился к проходу, который вёл к «Груваке». Технически, я мог вернуться к ректору и отдать врата ему, объяснив, куда они ведут, но делать так я не собирался. «Чёрный норк» вздумал меня убить? Значит он должен страдать. Советник же императора использует врата в целях, полезных империи Тирис, но никак не безземельному барону Каэлю Золотому.

Так что работаем с тем, что есть!

— Принимаем подарки! — заявил я, влетая со своей добычей в портал, который вёл в Варнуц-2. — Техник, Калькулятор, занимайтесь вратами. Доставьте их на «Груваку» и крепите там. Я же хочу проверить оставшиеся проходы.

— Да ладно! — только что не взвыл Рорк. — Ксорх, на кой тебе остальные врата? Мы же нашли уже всё, что хотели!

— Знание о том, куда что ведёт, никогда лишним не будет, — пояснил я. — И вообще — отставить разговоры! Грузите!

Сменив энергоблоки в летающей платформе, я вернулся к вратам. Двадцать первые вели на мёртвую планету в системе с умирающей звездой. Двадцать вторые — на спутник газового гиганта, где бушевали вечные бури. Двадцать третьи — в ещё одну систему с двумя звёздами, где температурные перепады убили бы любого за минуты.

А вот двадцать четвёртые врата порадовали. Если верить расчётам Векса, они вели на одну из планет внешней системы, находящейся на окраине Республики Свободных Миров. Здесь не было ничего примечательного — обычный серый камень, разреженная атмосфера, температура около нуля градусов. Стандартный мёртвый мир, из которого ксорхи высосали всё живое, а потом ушли по своим важным ксорхианским делам.

Вот только планета была в зоне контроля РСМ, что не могло меня не радовать. Можно сказать, что это относительно безопасная территория. Здесь нет пиратов, имперцев с их Соларионами и высшими домами. Здесь нет даже снующих свой нос республиканцев! Куклу в расчёт не берём, она всё равно никому ничего не скажет. Это был идеально пустой мир на краю цивилизации, о котором все забыли.

— Система Таркос-7, планета без официального названия, — заявил Векс. — Значится как «необитаемая, ресурсов нет, колонизации не подлежит». Если верить официальным данным, последнее посещение значилось восемнадцать лет назад. Исследовательский крейсер «Крах мыслей». С тех пор на планете никаких активностей замечено не было. Она мертва и никому не нужна.

— Идеально, — усмехнулся я. — Забираем эти врата тоже.

— Зачем? — не понял Векс. Судя по многозначительному хмыканью в эфире, мою мысль не понял никто. Ладно, сейчас расшифрую.

— Это будет наш запасной дом, — пояснил я. — Если что-то пойдёт не так, нам понадобится место, куда можно быстро эвакуироваться. Прямо с корабля. Причём, может быть, даже во время гиперпрыжка. Вратам глубоко плевать на всевозможные условности. Они просто ведут на планету, которая для нас является идеальной. Мёртвая, забытая, никому не нужная. Перетащим врата на поверхность, чтобы было удобней. Разместим там малый фрегат, построим базу с системой жизнеобеспечения и припасами на месяц для экипажа человек на сто пятьдесят. Если с «Грувакой» что-то произойдёт — уходим через врата на базу, пересаживаемся на фрегат и возвращаемся в большой мир. Как по мне — механизм спасения идеальный. Такого ни у кого в галактике нет!

Повисла тишина. Долгая и пугающая, словно мой план звучал откровенным бредом. Однако, как оказалось, все просто были в шоке. И первым это подтвердил Вальтер:

— Ксорх — ты безумец! — произнёс он с каким-то восторгом. — Груваки тебя подери, ты просто гениальный безумец!

Раз спорить никто не стал, эти врата мы забрали. Что касается последних, двадцать пятых, они вели в систему на самом краю известной галактики. Там была только умирающая звезда и облако астероидов. Ничего интересного.

— Итак, начнём собрание! — произнёс я, как только мы все вернулись на «Груваку». Результатом первой фазы я был доволен. Мало того, что мы нашли то, что искали, мало того, что мы знаем, где найти двадцать три рабочих врат предтеч, у нас уже и план «Б» появился! Теперь не страшны даже ультиматумы появившихся рядом с «Грувакой» линкоров. Они-то наверняка захотят поговорить, и пока говорят, экипаж эвакуируется.

— Место, куда открываем врата, определено, — продолжил я. — Осталось определиться с местом, откуда эти врата следует открыть.

— Восточный сектор, — тут же предложил Аларик. — Там сейчас происходит война между ксорхианцами и имперцами. Ксорхи не упустят возможность прыгнуть в новую для себя область.

— Идея хорошая, только она не удовлетворяет нашим планам, — ответил я. — Напоминаю — нас отправят за обломками корабля предтеч, находящихся вот здесь.

Я активировал голограмму исследованной галактики и очень сильно уменьшил масштаб. Далеко за юго-восточным сектором находилась потерянная система, куда, собственно, нам и требовалось попасть.

— Как её нашли? — удивился Вальтер.

— Случайно, — ответил Арис. — Пятьдесят два года назад в одной из найденных малых баз предтеч мы обнаружили неизвестные координаты. Я отправил туда несколько групп разведчиков, вернулась только одна. Остальные пропали.

— Рядом с этой планетой гарантированно есть ксорхи, — ответил я. — Предлагаю прыгнуть неподалёку от указанных координат, активировать врата и, прежде чем пираты на Пио поймут, что происходит, убежать. Арис, врата можно уничтожить? Если крейсера начнут целенаправленно по ним стрелять, к примеру?

— Нет, — ответил человек в металлической маске. — Технология врат настолько превосходит современную, что у людей нет ни единой возможности уничтожить их. Даже прямой удар главного калибра линкора ничего с вратами не сделает. Проверено.

— Значит, уничтожить врата на Пио пираты не смогут, — кивнул я. — Это хорошо. Собственно, такой план. Пока ксорхи и пираты возятся друг с другом, мы по-тихому присваиваем обломки корабля и так же по-тихому сваливаем. Желания ввязываться в битву лично у меня нет никакого.

— И лететь нам до этой системы… — капитан Валк посмотрел на проекцию, потом на меня. — Не менее двух недель. Если не делать остановок, экипаж сойдёт с ума.

— И вот тут вступает в силу план «Б», — с улыбкой ответил я. — Зачем нам всё время находиться на «Груваке»? Мы спокойно будем пить чай на безымянной планете в забытой всеми системе. Мало того! Мы перетащим туда фрегат и можем даже слетать на ближайшую планету РСМ. Нас никто и ничто не ограничивает!

— Как-то это… — нахмурился капитан Валк. — Неправильно. Экипаж во время гиперпрыжка обязан находиться на корабле. Иначе это попахивает каким-то бредом.

— На том и держимся, — довольно заявил я. — Теперь вторая задача! Нужно спрятать наши врата на «Груваке». Причём так, чтобы их не обнаружил ни один сканер в галактике. Потому что как только империя узнает, что у нас есть свои личные врата предтеч, врата заберут, а нас накажут за сокрытие стратегически важного артефакта.

— Даже интересно, как ты собрался это делать, — подал голос Арис. — Мне известно, как работают сканеры, определяющие артефакты предтеч. Они даже планеты насквозь пробивают, что им какой-то корабль? Стоит «Груваке» появиться в любой системе, хоть бы в той, где находится Имперская военная академия, как имперцы сразу узнают о существовании врат на борту. Ты прав, называя врата артефактом стратегического значения. Тот, кто скрывает информацию о подобном, даже на Жердан не отправляется. Таких сразу казнят.

— Практически напугал, — парировал я. — Я согласен, что владеть вратами опасно. Но отказываться от них мы тоже права не имеем. Поэтому нам всем поможет сержант Дик!

Сам сержант находился неподалёку и, услышав своё имя, недоумённо поднял голову.

— Я? — спросил он. — Командир головой ударился, пока врата добывал?

— А ведь это может сработать! — Вальтер, как всегда, первым догадался, о чём идёт речь. — Точно! Ни один сканер не пробьёт через биоволокно ксорхов! А его у нас теперь много!

— А, ты об этом, — облегчённо вздохнул сержант Дик. — Так-то да, белой сети у нас до хрена и больше.

Сержант Дик справился с поставленной задачей. Пока «Малыши» возились с вратами, он с двумя десятками матерящихся техников стаскивал белую сеть биоволокна со стен пещеры. Как я и думал, резать биоволокно не получалось. Ничто его не брало! Но оно накладывалось друг на друга большими кусками десять на пятнадцать метров каждый! Вот эти куски наша команда и отковыривала от стен.

— И ты хочешь обложить помещение с вратами биоволокном ксорхов? — уточнил Арис.

— Именно, — подтвердил я. — Биоволокно блокирует любое сканирование. Мы это знаем ещё со времён Гипериона-7. Если мы обложим помещение с вратами, ни один сканер в мире не определит, что там внутри. Они вообще это помещение не увидят! Просто сплошной кусок фазового сплава. Можно хоть линкор спрятать — никто о нём не узнает. Капитан Валк — это задача на вас. Найдите место и размещайте нашу страховку.

— Принял, — кивнул капитан Валк. — Нужное помещение есть в нижней части крейсера. Потребуется незначительная перестройка. Нужно три дня.

— Приемлемо, — согласился я. — Калькулятор, Техник — на вас база на Таркосе. Будем называть её так, без цифры. Проектируйте так, чтобы команда в сто двадцать, а в идеале две сотни человек могла прожить без проблем несколько месяцев. Сейчас мы отправляемся на Вотанги, где закупимся всем необходимым. Кукла, ты же поможешь купить всё без лишних вопросов?

Судя по внешнему виду Элиссандры, она пребывала в состоянии крайнего шока. То, что происходило прямо на её глазах, настолько выбивалось из привычной картины мира, что офицер службы безопасности республики просто не знала, как на это реагировать. То, что нужно каким-то образом доложить своим — это факт. Но как это сделать, если вся команда уже прошла через блокиратор памяти? Тайны «Малышей» отныне только наши тайны. Республика или империя к ним не имеет ни малейшего отношения.

— Кукла? — повторил я. — Ксорх вызывает Куклу. Приём!

— Да, конечно, — кивнула девушка. — Всё купим без проблем. Это я гарантирую.

— Ещё вопросы, пожелания, уточнения? — я посмотрел на собравшихся. — Нет? Вот и отлично. Тогда за работу! Врата сами себя не спрячут, база сама себя не спроектирует. Капитан — курс на Вотанги.

Семь дней прошли без каких-либо проблем. Это раньше подобный перелёт превратился бы в настоящую пытку. Гиперпространство давит на мозг так, что экипаж начинает срываться друг на друга, а к концу недели уже хочется просто выйти в открытый космос без скафандра, лишь бы закончилась эта ноющая боль в голове.

Но теперь всё изменилось. Когда у тебя есть врата предтеч, ведущие пусть и на мёртвую, но всё же самую обычную планету, гиперпространство перестаёт быть проблемой. Захотел — шагнул через портал, оказался на Таркосе. Походил по пустынной поверхности, посмотрел на солнце в небе. Устал гулять — вернулся на «Груваку». Просто и удобно.

Капитан Валк вначале морщился, бормоча что-то о том, что экипаж обязан находиться на корабле во время движения, что так не делается, что это противоречит всем правилам безопасности и вообще всей логике прыжков в гиперпространстве. Но, когда побывал на Таркосе сам, резко сменил своё мнение. Отныне шестнадцать часов в сутки команда проводила вне корабля. Забавный у нас полёт в гипере получается!

Векс с Рорком использовали эти семь дней с максимальной пользой. Они не только спроектировали модульную базу на две сотни человек, но ещё рассчитали, сколько для её строительства потребуется материалов. Учли, вроде всё — и систему жизнеобеспечения, и генераторы, и склады с припасами, и жилые отсеки с медблоком. Всё, что нужно для автономного существования в течение нескольких месяцев.

Когда «Грувака» вышла неподалёку от Вотанги, я отправился с этим списком на планету, чтобы шокировать уже не только Элиссандру, но и других республиканцев. Пусть привыкают работать с «Малышами»!

Снабженец республиканцев встретил нас тем же недоверчивым взглядом, что и раньше. Но когда я протянул ему список, он снял очки и уставился на меня, как на пришельца с другого мира. Я оставался невозмутимым до последнего, хотя хотелось расплыться в улыбке. Минус две сотни кредитов, но оно того стоило!

— Молодой человек, — посмотрел на меня республиканец. — Что вы собираетесь строить? Военную базу?

— Пристройку к кораблю, — с улыбкой ответил я. У Элиссандры дёрнулась щека, но технически обвинить меня во лжи было невозможно. Это действительно пристройка к кораблю. То, что она находится где-то на безжизненной планете, никого волновать не должно. Так что всё, что оставалось нашему офицеру по безопасности — просто кивать, подтверждая, что всё происходит в рамках дозволенного. Непонятного, дикого, но дозволенного.

На Вотанги мы задержались практически на неделю, превратив «Груваку» в летающий склад стройматериалов. О том, что учёба в академиях проходит мимо нас, уже никто даже не вспоминал. Если после всего этого безумия нас не выкинут из академий, будем считать это за счастье.

Что республиканцы только не делали, пытаясь понять, что мы задумали. Мне даже пришлось встретиться с тем самым безликим офицером службы безопасности. На этот раз демонстративно ставить «эликсир правды» на стол не стал. Потому что технологии имперцев работали эффективно. Но разговор выдался неприятным, тут скрывать нечего.

Как бы там ни было, но всё закончилось хорошо — мы получили всё необходимое, после чего «Грувака» вошёл в гиперпространство. Три недели — столько насчитал центральный компьютер корабля. Для любой другой ситуации — смертельное путешествие для любого экипажа. Для нас — время на стройку!

Модульные блоки складывались быстро, так что уже через две недели я стоял на поверхности Таркоса, глядя на творение наших рук. Если бы кто-то мне ещё год назад сказал, что мы будем творить, посмеялся бы этому человеку в лицо. Потому что год назад у меня была «Кузница» и полное непонимание творящегося в мире. Сейчас понимание появилось, а вместе с ним и осознание, что лучше бы это понимание не возникало. Как же приятно и спокойно жить, когда ты маленькая букашка, не поднимающая голову к космосу. Никаких баз, никаких гипрпрыжков и врат предтеч с пиратами.

Последний день перед выходом команда разделились. На «Груваке» остались только «Малыши» и несколько членов экипажа — минимальный состав, необходимый для управления кораблём. Человек двадцать пять. Остальные ушли на базу. Потому что никто не знал, что нас ждёт на выходе. Если ксорхи нападут, времени эвакуировать всех не будет.

— Странное ощущение, — пробормотал капитан Валк, глядя на приборную панель. Проняло даже его, обычно невозмутимого вояку! — Знать, что ты выходишь из гипера, а большая часть экипажа сейчас пьёт чай в сотнях тысяч световых лет от нас, внимательно наблюдая за тем, что у нас получается. И, если вдруг в горле пересохнет, можно в любой момент сходить к ним за чаем.

— Я сразу говорил, что ничего стандартного у «Малышей» не будет, — ответил я. — У меня и вовсе капитаном корабля рядовой работает. И менять это я не собираюсь.

Выход!

Панель навигации «Груваки» замигала красным. В системе, рядом с которой мы очутились, находилось минимум четыре сердцевика. Это те, которые располагались с нашего края. Что там происходит на другом конце системы, было непонятно — сканеры хоть и работали на технологии, аналогичной гиперпространству, быстро заглядывать в такую даль не могли. Предел «Груваки» — половина стандартной системы. На большее наших сканеров не хватало. Но даже их оказалось достаточно, чтобы показать заметившую нас смерть.

Четыре сердцевика. Это сила, сопоставимая с шестью-семью линкорами, объединёнными в единый строй. Тяжёлые корабли ксорхианцев, несущие на себе Сердце — центр принятия решений.

— Твою мать, — прошептал Райн. — Приплыли!

— Ещё нет, — ответил я. — Выгружаем врата! Времени у нас в обрез!

Нас заметили сразу. Сердцевики рванули с места так, что становилось страшно. Они не стреляли. Зачем, если пространство вокруг уже было накрыто блокираторами гиперпрыжков? Если еда сама пришла в твой дом, зачем спешить? Можно медленно подойти, наслаждаясь каждым моментом. И наслаждаться ксорхи собирались, судя по показаниям сканеров, пять часов. Столько времени было до нашего контакта.

Мы давно подготовили врата, привязав их к одному из истребителей. Я забрался в кресло пилота и вылетел из трюма на полной скорости, уходя как можно подальше от «Груваки». Минут через двадцать, когда корабль превратился в маленькую точку, я остановился и вышел в открытый космос.

Приложив руку к вратам, я начал нажимать на символы, растягивая врата в стороны. Узоры на металле засветились ярче, после чего творение предтеч начало расширяться. Никто не понимал, откуда врата берут металл для расширения и куда металл уходит во время сжатия. Но непонимание не запрещало пользование.

Вначале врата увеличились до размеров три на три метров. Потом пять на пять. Десять на десять. Где-то на Пио, в той самой пещере, спрятанной белым биоволокном ксорхов, росли вторые врата. Синхронно. Размеры увеличивались с обеих сторон портала.

Двадцать на двадцать. Пятьдесят на пятьдесят.

В какой-то момент я понял, что врата не имеют ограничений на размеры. Они продолжали расти, становясь всё больше, всё огромнее. Сто на сто метров. Сто пятьдесят на сто пятьдесят. Двести на двести.

Сквозь портал была видна другая сторона. Пещеры на Пио больше не существовало. Врата предтеч оказались единственным предметом, который игнорировал белое биоволокно ксорхов, разорвав его на мелкие кусочки. Разрушилась пещера, через проход выкатилось несколько крупных камней, навсегда зависнув в этой части космоса. Но всё это мелочи — я продолжал расширять арку.

Ограничения всё же были. Когда врата достигли размера в шестьсот на шестьсот метров, рост остановился. Вот он, предел технологий предтеч. Но больше мне и не требовалось. Через такой проход с лёгкостью пройдёт даже сердцевик.

— Ксорхи меняют курс! — в коммуникатора послышался голос Вальтера. — Все четыре сердцевика идут к вратам!

Развернувшись, я вернулся в истребитель и ринулся обратно к «Груваке». Десять минут на максимальной скорости, несколько минут бега по кораблю, и я вновь стоял на капитанском мостике.

— Уходим вправо! — приказал я, наблюдая за траекторией движения ксорхианцев. Они действительно больше не интересовались одиноким кораблём. Кому он нужен, если через врата просматривалась зелёная планета, полная чистой органики?

Когда мы влетели в систему, нас никто не встречал. Ксорхи нашли новую цель.

— Они заходят! — закричала Лана, не сдержав эмоции. — Первый сердцевик вошёл во врата! У нас получилось! Ксорхи уходят!

Через тридцать минут второй сердцевик последовал за первым. Ещё через тридцать — третий, а затем и четвёртый. Система опустела. Точнее, в ней остались только мы и мёртвая планета с обломками корабля предтеч.

— Работаем, — приказал я. — Забираем обломки и сваливаем, пока ксорхи не опомнились!

На планету отправился малый фрегат с «Малышами» на борту. Арис жаждал отправиться с нами, но не мог — его маска не влезала ни в один шлем. Так что пришлось ему довольствоваться наблюдением с камер. Координаты корабля были мне известны, так что буквально через тридцать минут полёта мы увидели цель нашего путешествия.

Разорванный пополам металлический шарик лежал в огромном кратере, наполовину зарывшись в грунт. Он оказался не таким большим, как я ожидал. Всего семьдесят метров в диаметре. Точнее, теперь уже тридцать пять. По сути — это не полноценный корабль, а какой-то мелкий фрегат предтеч. Если у них вообще были подобные корабли. Но так даже хорошо — в таком виде обломки влезут в «Груваку». Было бы куда забавнее, если бы мы прибыли сюда, а из-за гигантских размеров ничего с кораблём поделать не смогли.

Внутреннее состояние корабля походило на привычное людям. Коридоры, перегородки, каюты. Пусть всё непропорциональное, словно для малышей, но не настолько отталкивающее, как корабли ксорхианцев.

— Разделяемся, — приказал я. — Нужно найти универсальные кубы. Сдавать их империи я не собираюсь. Оставим себе. Отключить запись.

«Тебе сюда», — Эхо мгновенно построил зелёную линию. — « Там то, что нам нужно!»

Судя по возбуждению матрицы, он почувствовал наноструктурные компоненты. Убедившись, что за мной никто не пошёл, я вошёл в один из коридоров. Да, корабль предтеч изнутри очень походил на классический крейсер, спроектированный для малышей. Двигаться приходилось буквально ползком.

Может, корабль просто скукожился, как врата? И, если нажать правильную комбинацию символов, его раскукожит? Вот только ответа на этот злободневный вопрос мне никто не дал.

Так что я полз, едва помещаясь в коридоре. Протиснувшись метров десять и свернув несколько раз, я очутился в небольшой каюте. По сути — в чуть более расширенной версии коридора, по которому я полз. Но главное было не в этом, а в том, что на полу этой каюты валялась прозрачная колба размером с кулак. И внутри этой колбы клубился белый туман.

«Впитывай», — приказал я, дотрагиваясь до колбы. — «Пора развиваться!»

Эхо не ответил — просто колба в моих руках испарилась, как тот самый туман. А затем пришло осознание, что делать так не стоило.

Потому что в моей голове раздался чужой голос. Чудовищный, нечеловеческий. Тот самый, что уже однажды со мной разговаривал:

«Мы снова тебя нашли. Постараемся больше не терять. Ты открыл путь, поэтому все, кто вошёл — твои! Покажи, на что ты способен!»

И моё сознание раздвоилось.

Я всё ещё находился в небольшой коморке на корабле предтеч. Видел стены, столы, оборудование. Ощущал «Призрак ×2», чувствовал тяжесть собственного дыхания.

Но одновременно я был в другом месте.

В системе Кхатар-Прайм. На спутнике Пио. Внутри сердцевика. Нет. Внутри четырёх сердцевиков сразу. И передо мной находились жалкие людишки, не желающие становиться едой! Какая наглость! Нужно срочно исправить это недоразумение! Но вначале мне нужно вскрыть эти металлические огрызки, которые умеют так больно кусаться. Один из «я» уже страдал, попав под прямой удар главного калибра.

«Эхо, — мысленно позвал я, — что происходит?»

«Я… я не понимаю», — ответил он. Его голос звучал растерянно. — « Это не должно так работать. Матрицы не управляют ксорхами. Ксорхи — враги. Но ты управляешь. Через меня. Как будто я стал ретранслятором.»

Я ощутил, как раненый сердцевик агонизирует. Скоро его не станет. Он решил атаковать ближайшую станцию, чтобы хоть своей гибелью принести пользу рою. А ещё я ощутил, что могу остановить его, направив в другую сторону. Или заставить замереть на месте, стаскивая на себя внимание всего пиратского флота.

Четыре сердцевика под моим контролем. Ладно, почти три. И они находятся в самом сердце территории «Чёрного норка». Я усмехнулся, занимая удобную позицию. Меня не волновало, почему работает связь. Меня заботило только одно — как дать знать «Чёрному норку», что это моих рук дело? Пираты должны знать, от кого они умирают.

Кто-то думает, что пираты «Чёрного норка» непобедимы, тем более в своей родной системе? Какие же всё же наивные и глупые людишки живут в этом мире! Ксорх прибыл, чтобы мстить!

Конец 3-й книги.