Имперский повар 8

Глава 16

Настя, наконец, выпустила меня из объятий, и вытерла слёзы рукавом. Сестра выглядела уставшей, но глаза её светились.

— Ты не предупредил, — шмыгнула носом Настя. — Мы бы хоть стол накрыли. Подготовились.

— Сюрпризы полезны для пищеварения, — улыбнулся я. — Как вы тут справлялись без меня? Были проблемы?

— Справлялись понемногу, — ответила она. — Местные бандюки пару раз заходили, но мы им от ворот поворот дали.

Из кухни выглянул Вовчик, держа в руке половинки. Увидев меня, парень заулыбался. За его спиной маячила Даша. Она поправила волосы и подмигнула мне.

— Шеф вернулся! — прокричал Вовчик. — А мы тут как раз бульон варим. Строго по твоим правилам. Мы даже таймер купили, чтобы время не пропустить.

Я прошёл на кухню. Помещение блестело. Плиты работали исправно. Ножи висели на доске в порядке. Воздух пах едой. Ребята не уронили марку. Они сохранили стандарты кулинарии. Я провёл пальцем по столу. Никакой пыли и жира. Чистота.

В углу скромно сидел Кирилл. Он чистил картофель и старался не привлекать внимания.

— Привет, — кивнул я ему. — Молодец, что помогаешь. У тебя уже неплохо получается работать ножом.

— Стараюсь, Игорь Иванович, — отозвался парень. — Настя научила правильно держать лезвие. А то я сначала чуть пальцы себе не отхватил.

Лейла стояла у дверей кухни и разглядывала нашу команду. Её глаза внимательно изучали каждый угол.

Я вышел обратно в зал. Посетители уже поняли, кто перед ними. По заведению прокатился гул, люди начали вставать со своих мест. Кто-то вытягивал шеи.

— Игорь! — крикнул мужик из-за стола. — Ты нам приготовишь что-нибудь лично? Мы готовы втридорога заплатить за твой шедевр.

— Оставьте деньги себе, — рассмеялся я. — Моя команда готовит ничуть не хуже меня. Я их сам учил. Они знают все секреты.

Но мужик не унимался, а другие гости его поддержали. Все хотели попробовать еду от шефа. Я уже собирался согласиться, как колокольчик на входной двери звякнул.

В кафе ввалилась толпа. Впереди шли Степан с Натальей. За ними барон Бестужев с супругой Верой. А замыкали процессию знакомые фермеры из нашей «Гильдии» и тащили корзины.

— Узнали, что ты приехал, — прогудел Степан. Он подошёл и пожал мне руку. — Сразу всё бросили и бегом сюда. С возвращением, Игорь. Нам тебя не хватало.

— Рады видеть тебя в добром здравии, — кивнул Бестужев. — Город скучал по твоим талантам. Моя супруга настояла на визите, как только мы услышали новости.

— Вы же знаете, я не могла пропустить такое событие, — добавила Вера.

Фермеры поставили корзины на барную стойку. Оттуда выглядывали баклажаны, пучки зелени, головки чеснока. Овощи блестели от влаги.

— Вот, урожай привезли, — сказал Матвей и вытер лоб. — Прямо из теплиц. Думали Насте отдать, а тут ты сами. Бери, шеф.

Я посмотрел на корзины. В голове моментально сложился рецепт. Это был повод порадовать гостей и показать класс. Баклажаны были то что надо. Они так и просились под нож.

— Отлично, — я потёр руки. — Настя, организуй стол для гостей. Сдвиньте несколько столов в центре. А я сейчас соображу закуску на всех.

Я подхватил корзину с овощами и пошёл на кухню. Лейла увязалась за мной. Ей было интересно посмотреть на мою работу. Я поставил корзину на стол.

Выбрал овощи без вмятин. Помыл и начал нарезать баклажаны вдоль. Нож ходил легко, оставляя пластинки толщиной в полсантиметра.

— Зачем так тонко? — спросила Лейла. Она облокотилась на стол и смотрела на лезвие.

— Будем делать бадриджани, — ответил я, не отрываясь от работы. — Это такие рулетики с ореховой пастой. Очень вкусная штука. Толстые куски не свернутся в рулет, они просто сломаются. А слишком тонкие сгорят на сковородке.

Я разложил нарезанные пластинки на доске. Посыпал их солью.

— Пусть полежат пятнадцать минут, — пояснил я. — Соль вытянет влагу и всё лишнее. Если этого не сделать, баклажаны будут горчить и впитают слишком много масла при жарке. Получится жирная губка.

— Химия, — хмыкнула Лейла. — Ты везде видишь свою физику с химией.

— Потому что они работают безотказно, в отличие от пробитой ауры, — парировал я. Лейла слегка поморщилась, вспомнив свой опыт, но промолчала.

Пока баклажаны отдыхали, я занялся начинкой. Достал блендер. Засыпал туда очищенные грецкие орехи, добавил чеснок, пучок кинзы. Плеснул немного воды, посыпал перцем. Начинка должна быть густой.

Мотор блендера взревел. Через минуту внутри образовалась паста. Запах чеснока и зелени заполнил кухню. Это был природный антибиотик, который убивал бактерии без алхимических зелий. Паста получилась однородной и в меру густой. Я зачерпнул немного ложкой и попробовал. Баланс был идеальным.

Прошло пятнадцать минут. На ломтиках баклажанов выступили капли воды.

— Теперь смотри внимательно, — сказал я Лейле. — Я не буду их промывать. Просто слегка отожму руками. Соль уже сделала своё дело. Влага ушла вместе с горечью.

Я отжал пластинки. Поставил на огонь сковороду. Налил немного растительного масла.

— Самое главное здесь, это температура, — я проверил нагрев рукой, подержав ладонь над сковородой. — Масло не должно достичь точки дымления. Иначе оно начнёт гореть. Появятся канцерогены и токсичные вещества. Это яд для организма. Нам нужна середина, чтобы овощи жарились, а не горели.

Я выложил баклажаны на сковороду, и масло зашипело. Обжаривал ломтики по три минуты с каждой стороны. Они быстро покрывались корочкой, и кухня наполнилась запахом еды. Даша подавала мне новые ломтики, её глаза горели азартом. Она ловила каждое моё движение.

— Вовчик, готовь бумажные полотенца, — скомандовал я.

Я снимал готовые пластинки и выкладывал их на бумагу. Они должны были остыть и отдать жир. Бумага быстро пропитывалась маслом.

Когда баклажаны остыли, началась сборка. Я брал каждый ломтик, выкладывал на один край ложку пасты, сворачивал в рулетик. Получались фаршированные трубочки. Я работал быстро и механически. Руки помнили всё сами.

— Дай попробую, — вдруг попросила Лейла.

— Руки помыла? — строго спросил я.

Она кивнула, подошла к раковине и вымыла руки с мылом. Затем встала рядом со мной. Взяла баклажан, положила пасту и неуклюже свернула. Рулетик получился кривым, начинка вылезла с боков.

— Не дави так сильно, — посоветовал я. — Это не шея врага. Относись к еде нежнее.

Она хмыкнула, взяла следующий ломтик и сделала уже лучше. Мы в четыре руки быстро накрутили гору рулетиков.

Даша принесла мне тарелку. Я разложил бадриджани по кругу. Взял гранат, который лежал в корзине. Разломил его пополам, и зёрна посыпались на рулетики. Сверху я бросил несколько веточек кинзы.

— Готово, — я вытер руки. — Несите в зал.

Вовчик подхватил тарелку и понёс её гостям. Я вышел следом. В зале стоял нетерпеливый гул. Люди ждали угощения. Настя уже успела накрыть стол.

Посетители тут же набросились на закуску. Степан первым отправил рулетик в рот. Он зажмурился от удовольствия и крякнул.

— Ох, хороша закуска! — громко сказал он. Он потянулся за второй порцией. — Вроде овощи, а сытно как мясо. Орехи прямо тают во рту. Ты настоящий мастер, Игорь. Никогда бы не подумал, что траву можно так вкусно приготовить.

Барон Бестужев ел аккуратно, пользуясь вилкой, и одобрительно кивал головой. Вера пробовала рулетик с закрытыми глазами.

— Отличный вкус, Игорь, — произнёс аристократ, вытирая губы салфеткой. — Чеснок придаёт остроту, а гранат даёт кислинку. Это намного лучше всяческих деликатесов. Твои руки творят чудеса.

— Никаких чудес, господин Бестужев, — ответил я. — Только знания и продукты.

Люди в зале пробовали рулетики и нахваливали их. Они удивлялись, как баклажаны и орехи могут создавать такой вкус. Я стоял и смотрел на их довольные лица. Мне было приятно видеть их умиротворёнными и радостными.

Последний гость вышел за дверь. Колокольчик звякнул и затих. Настя повернула ключ, щёлкнула задвижкой и прислонилась к двери. Она выдохнула так громко, словно пробежала марафон.

— Всё, — сказала сестра устало. — Закрыто. Мы выжили.

С кухни доносился шум воды и лязг металла. Это Вовчик мыл кастрюли. Но внезапно раздался грохот. Кастрюля выскользнула из его рук и упала на кафель.

— Осторожнее там! — крикнула Даша, протирая столы в зале. — Ты нам посуду перебьёшь.

— Руки скользят, — виновато прогудел Вовчик с кухни.

Я стоял за стойкой и натирал столешницу.

— Я ног не чувствую, — пожаловалась Настя, сняла фартук и бросила его на стул. — Сегодня людей было в два раза больше. Я думала, касса сломается от чеков.

— Ты отлично справилась, — сказал я и улыбнулся. — Садись и отдохни. Ты заслужила.

Даша подошла к стойке с подносом. На нём горой стояли грязные кружки и тарелки.

— Шеф, мы скоро всю посуду в Зареченске скупим, — усмехнулась она. Девушка смахнула прядь со лба. — Бьют и бьют. Один гость сегодня три тарелки грохнул. Говорит, от восторга, когда фирменный соус попробовал.

— Внеси стоимость в его счёт, — ответил я спокойно. — И налей всем чаю. Мы должны перевести дух.

В зале осталась только наша компания. Узкий круг проверенных людей. Я взял чайник с отваром чабреца и мяты. Подошёл к гостям. Настя уже принесла из кухни блюдо, на котором лежали остатки вечерних пирогов.

— Присаживайся, Игорь, — барон Бестужев отодвинул стул. — Нам нужно поговорить. Место сейчас тихое.

Я кивнул, сел и налил себе чаю. Сделал глоток. Жидкость обожгла горло, усталость немного отступила.

Матвей громко откашлялся и взял кружку.

— Мы тут с ребятами посоветовались, шеф. Дела идут хорошо. Мы о таком и не думали. Слухи о твоей еде ползут по всей губернии.

— С поставками справляетесь? — спросил я. — Я понимаю, что до Стрежнева далеко, но здесь в «Очаге» необходим конвейер.

— С этим проблем нет, — ответил Павел, поправив воротник рубашки. — Склады мы построили. Крышу перекрыли. Технику купили. Вопрос в другом деле. Местные люди тоже поняли разницу. Они распробовали нормальную еду. Теперь к нам на фермы прямо с утра очереди стоят. Горожане сами приезжают. Просят продать нормальную картошку и морковь. Никто не хочет больше жрать химию из лавок «Альянса».

Матвей кивнул и поставил кружку на стол.

— Один старик вчера пришёл, — добавил он. — Купил пучок редиски. Откусил и заплакал. Говорит, вкус как в детстве. Мы хотим свои ярмарки открыть. Прямо тут, в центре Зареченска. Поставим ряды на площади. Будем торговать с машин и телег. Своя зелень, своё мясо свежего забоя. Народ готов платить. Именно от лица «Зелёной Гильдии», не зря же ты нас объединил. Теперь некоторые из фермеров тоже хотят к нам присоединиться. Ты ведь не будешь против?

Я посмотрел на фермеров. Они ждали моего решения. Это был отличный шаг. Мы меняли не только меню в ресторанах, мы меняли рынки и домашние кухни. Люди должны есть нормальную пищу.

— Делайте, — сказал я твёрдо. — Идея правильная. Назовите это ярмаркой «Зелёной Гильдии». Повесьте вывески. Пусть каждый покупатель видит, кто продаёт товар. Но у меня есть условие.

Фермеры напряглись и подались вперёд.

— Следите за качеством каждую секунду, — продолжил я. — Никакой гнили на прилавках. Никаких помятых помидоров снизу ящика. Картофель должна пахнуть землёй, а не погребом. Продавцы должны стоять в чистых фартуках. Вы отвечаете головой за каждый кочан капусты. Цены не задирать. Мы берём объёмом, а не жадностью.

— Обижаешь, шеф, — насупился Матвей. — Мы плохой товар даже свиньям не даём. Всё будет по разряду.

Барон Бестужев внимательно слушал наш разговор.

— Ярмарки принесут пользу, Игорь. Но ты не видишь картины из Стрежнева. Зареченск изменился. Очень сильно изменился за эти месяцы.

— Что вы имеете в виду? — я повернулся к барону.

Вера Бестужева улыбнулась.

— Туристы, Игорь. К нам едут люди из других городов. Они приезжают сюда специально, чтобы сходить в ваше кафе. Они хотят своими глазами увидеть место, где повар бросил вызов «Альянсу». Вчера в гостинице остановился один барон. Приехал инкогнито. Только ради того, чтобы попробовать знаменитые котлеты.

Её муж утвердительно кивнул.

— Да, их пока немного, но они есть. Мы становимся кулинарной столицей губернии. И всё это сделал ты и твоя команда. Ваша упёртость и ваши таланты.

Мне стало приятно. Внутри разлилось тепло. Я вспомнил свой первый день в этом разбитом кафе. Грязный пол. Сломанная плита. Ряды банок с дрянью на полках. Мы с Настей ночами отскребали жир от стен. Мы стирали руки в кровь. Теперь к нам едут туристы.

Но я знал цену такому успеху. Стоит расслабиться, и здание рухнет.

Я медленно обвёл взглядом стол.

— Спасибо вам всем, — сказал я. — Без вашей помощи я бы закрыл двери в первый месяц. Повар ничего не стоит без продуктов и защиты. Но послушайте меня.

Я наклонился вперёд над столом.

— Мы добились этого честным трудом. Без обмана. И этот успех может сгореть за один день. Достаточно один раз схалтурить на кухне. Достаточно одному из фермеров посыпать землю ускорителем роста. Достаточно Насте сварить бульон из порошка ради экономии. Люди не дураки. Они сразу почувствуют фальшь. Они отвернутся от нас. И тогда «Альянс» сожрёт нас с потрохами. Туристы исчезнут, а ярмарки закроются.

Матвей с силой ударил кулаком по столу, отчего даже чашки звякнули.

— Не бывать этому, Игорь. Мы свою землю больше не травим. Я лично руки оторву тому, кто принесёт магию на поля. Даю слово чести.

— Хорошо, — я кивнул. — Контроль должен быть постоянным и жестоким. Планка качества задрана высоко. Мы обязаны держать этот уровень каждый день. Без поблажек и выходных. Зареченск стал символом. Мы обязаны его защитить.

Фермеры дружно закивали. В их глазах не было страха, только уверенность. Мы стали командой.

Настя подошла ближе и крепко обняла меня за плечи.

— Спасибо, что приехал, братик. С тобой тут спокойнее работается. Никто не смеет хамить.

Она ушла на второй этаж, и я остался один. Кафе погрузилось в темноту, свет горел только на кухни. Я искренне любил такие моменты. Когда нет шума зала, нет криков официантов с заказами. Только ты и твои инструменты.

Я прошёл на кухню. Лично проверил газовые вентили на плитах. Протёр лезвие ножа и повесил его на держатель. Поправил разделочные доски. Проверил температуру в холодильнике. Заглянул в контейнеры с мясом. Привычка к порядку сидела в моей крови.

Потом я сел за стол в углу. Налил в стакан воды и выпил большими глотками. Впереди меня ждала дорога обратно в Стрежнев. Губернская столица ждала. Там были съёмки, интриги чиновников, новые враги. Я должен был срочно вернуться к Свете и команде. Но оставлять Зареченск без защиты я не собирался.

Я положил кусочек сыра на край стола и тихо свистнул.

Сначала было тихо. Затем под мойкой раздался шорох. В полосе света появилась хитрая морда с усами. Рат осторожно вышел из укрытия. Он лениво потянулся, ловко прыгнул на стул, а оттуда перебрался прямо на стол. Фамильяр сразу схватил сыр лапами и начал быстро жевать.

— Хороший выдался вечер, шеф, — сказал Рат с набитым ртом. — Столько слов красивых прозвучало. Я в вентиляции сидел, всё слушал. Вы тут империю строите. Аж гордость берёт, что и я к этому причастен.

— Мы строим нормальный бизнес, Рат, — ответил я спокойно. — Империи всегда рушатся. А кушать люди хотят каждый день.

Крыс проглотил остатки сыра, облизал усы и посмотрел на меня.

— Да ладно тебе скромничать, шеф. Я не слепой. Ты не просто так сыр посреди ночи из кармана достаёшь. У тебя есть дело. Выкладывай.

Я усмехнулся. Этот шпион был слишком умным.

— Ты прав, дело есть. Скоро мы с Лейлой едем обратно в столицу. Но я не хочу оставлять этот город слепым. Мне нужны глаза и уши в каждом углу.

Рат перестал чистить морду и навострил уши.

— Мне нужно, чтобы ты поднял свою сеть, — продолжил я инструктаж. — Всех крыс Зареченска. Базарных, портовых, подвальных. Я хочу знать буквально всё. Кто с кем спит. Кто кому заносит взятки. О чём шепчутся чиновники в здании Управы. Какие новые люди появляются на рынке. Особенно тщательно ищите недобитых людей «Синдиката». Они обязательно захотят отомстить и придут за нами.

Рат почесал за ухом задней лапой. Он выглядел как генерал перед битвой.

— Задача большая, шеф. Мои парни ленивые создания. Им нужна причина бегать по подворотням под дождём. За идею крысы не работают, сам понимаешь. Особенно тот одноухий из речного порта. Он лишний раз лапой не пошевелит.

— Я всё знаю, — я наклонился ближе к нему. — Кирилл будет каждый вечер оставлять еду у задней двери. В лотке. Обрезки мяса, овощи, каша на бульоне. Никаких помоев из бака. Чистая еда прямо с нашего стола. А одноухому я выпишу личный бонус в виде пармезана. Этого хватит для армии?

Глаза Рата хищно блеснули в полумраке кухни.

— Ещё бы не хватило. За такую еду они тебе весь Зареченск по кирпичикам перероют. Мы будем точно знать, сколько раз градоначальник чихает во сне и что ест на завтрак.

— Отлично. Собирай информацию, я должен контролировать каждую мелочь. Даже находясь в Стрежневе, я буду знать всё, что тут происходит на улицах. Осталось только придумать, как мы эту информацию будем получать.

— Сделаем в лучшем виде, барин, — Рат смешно приложил лапу к голове, словно солдат отдавал честь генералу. — Усатая разведка никогда не спит.

Он схватил крошку сыра со стола, ловко спрыгнул на пол и мгновенно исчез в темноте. Словно его тут никогда и не было.

Я остался сидеть в тишине. Внутри было спокойствие. Мой план работал без сбоев. Команда знала задачи на завтра. Фермеры давали лучший продукт в губернии. Знакомые аристократы обеспечивали крышу от проверок. А городские крысы стали моей тайной службой безопасности.

Фундамент был залит на века. Крепкий, надёжный и честный. Ни один алхимик из «Альянса» его не пробьёт порошками. Вскоре я вернусь в Стрежнев. Там меня ждут новые проблемы и вызовы. Но я готов.

«В хорошем ресторане повар всегда контролирует огонь, а в хорошем бизнесе он обязан контролировать информацию».