Имперский повар 8

Глава 3

Огромный зал замер. Звон серебряных вилок и хрустальных бокалов полностью стих. Слова графа Ярового разлетелись по залу и тяжело повисли в воздухе. Местная элита пялилась на меня с открытыми ртами. Никто не верил своим ушам.

Простой парень с улицы, повар без титула, только что получил шанс сесть по правую руку от самого страшного хозяина губернии.

Я глянул в сторону. Барон Свечин сидел за столом и буквально зеленел от злости. Его щёки мелко тряслись. Он прекрасно понимал, что его только что публично размазали. Его магические порошки, его дутый статус, всё это оказалось дешёвой пустышкой. Сядь я сейчас в это кресло, и Свечин станет для меня просто кормом. Я сотру его в порошок одной левой.

Искушение было очень сильным. Власть, большие деньги, лучшие продукты со всего мира. Никаких проблем с налогами и внезапными проверками. Идеальная лаборатория для любых безумных рецептов. Красивая золотая клетка с открытой дверцей.

Я посмотрел на пустое кресло рядом с графом. Мягкий красный бархат, дорогое лакированное дерево. Отличное место, чтобы навсегда забыть о своей свободе. На столах перед гостями стояли тарелки с дорогой едой. Но всё это пахло сплошной химией. Искусственные магические ароматы навязчиво лезли в нос. Я не хотел иметь с этим ничего общего.

В голове всплыли недавние слова старого мастера Верещагина. Старик мудро советовал прийти на этот бал, громко заявить о себе и дерзко уйти до полуночи. Показать всем этим заносчивым аристократам, что моя родная кухня важнее их пустых посиделок. И он был абсолютно прав.

Я подумал о своей команде. О людях, которые сейчас пашут в настоящем аду. Настя прямо сейчас стоит у раскалённой плиты или бегает по залу в Зареченске. Вытирает пот со лба и с надеждой смотрит в экран телемоста. Она ждёт меня. Здоровяк Захар рубит овощи. Этот суровый бывший моряк ювелирно лепит нежные розы из простой репы, чтобы порадовать гостей. Света носится по залу нашего нового заведения. Лейла строго следит за официантами. Вся моя команда работает на износ.

Они верят в меня. Они пошли за мной ради честной еды, а не ради магических подачек графа Ярового. Сядь я в это кресло, и я предам их всех. Я просто плюну им в лицо. Стану элитным ручным псом в очень дорогом ошейнике. Буду готовить трюфели по щелчку пальцев, вилять хвостом и забуду про свою мечту.

Посмотрел на наручные часы. Ровно десять вечера. До Нового года оставалось два часа. Время неумолимо уходило.

Я привычно одёрнул белый поварской китель. Выпрямил спину и посмотрел прямо в бесцветные глаза диктатора.

— Благодарю за оказанную честь, Ваше Сиятельство.

— Вы согласны, Белославов?

В голосе графа звучала абсолютная уверенность. Он привык всегда получать своё.

— Вы предлагаете мне целый мир, граф. Но у меня есть дела поважнее денег и титулов.

Граф слегка изогнул бровь. Он явно не ждал такого дерзкого ответа. Зал дружно ахнул. Тон Ярового стал по-настоящему ледяным.

— Какие дела могут быть важнее моего предложения?

Я ответил просто и прямо.

— Моя команда сейчас в самой запаре. Гости сидят за столиками и ждут меня. Место шефа всегда на его кухне. Там мой дом и моя империя. Прошу меня простить, но мне пора идти.

Я коротко поклонился. Ровно настолько, чтобы формально соблюсти базовые приличия. А потом спокойно развернулся спиной к графу.

Это было грубым нарушением всех мыслимых правил. Повернуться спиной к Яровому, значит подписать себе смертный приговор. Охранники у дверей мгновенно напряглись. Они крепко сжали своё оружие. Но мне было плевать. Я сделал свой осознанный выбор.

Мой шаг был ровным и твёрдым. Ботинки гулко стучали по наборному паркету. Я направился к выходу.

В огромном зеркале на стене я увидел отражение Ярового. Он не отдал приказ охране. Он не стал вскакивать и орать. Граф продолжал сидеть на своём месте и криво улыбался. Это была очень задумчивая и опасная улыбка. Он понял, что я не купился на дешёвые фокусы. Я оказался самостоятельным игроком, а не простой пешкой. Эта партия обещала быть долгой.

Я толкнул двери и вышел в пустой холл. Слуги суетливо бегали у гардероба. Один из них быстро подал мне одежду.

— Ваше пальто, господин Белославов.

Я кивнул и накинул тёмное пальто на плечи.

— Спасибо, с наступающим тебя.

— И вас так же. Уходите до полуночи?

— Работа зовёт. Люди голодные.

Я вышел на широкое крыльцо. Морозный воздух сразу обжёг лёгкие. На улице всё ещё бушевала метель. Колючий снег больно бил в лицо. Ветер громко завывал в голых кронах деревьев. После душного и лживого зала этот холод казался лучшей приправой на свете. Я спустился по обледенелым ступенькам к проезжей части.

У кованых ворот дежурило несколько машин. Я подошёл к первому попавшемуся жёлтому такси и дёрнул ручку задней двери.

— Свободен?

Усатый водитель в старой куртке кивнул.

— Садитесь. Куда едем в такую погоду?

— В «Империю Вкуса». Это кафе в центре. Гони как можно быстрее.

— Понял. Пристегнитесь.

Машина тронулась с места. Улицы Стрежнева густо завалило пушистым снегом. Старые дворники противно скрипели по лобовому стеклу. Они едва справлялись с белыми хлопьями. Город вовсю готовился к главному празднику. Витрины магазинов ярко светились разноцветными гирляндами. По скользким тротуарам спешили редкие прохожие. Они тащили полные пакеты мандаринов и шампанского. Люди торопились по домам, к своим семьям.

Такси постоянно заносило на крутых поворотах. Водитель тихо ругался сквозь зубы и крепко крутил руль. Лысая резина скользила по льду. Мы ехали слишком медленно. Я нервно стучал пальцами по колену. Время таяло на глазах.

Водитель тяжело вздохнул.

— Ну и погодка сегодня. Снег валит весь день. Коммунальщики опять всё проспали.

— Это точно. Праздник же на носу.

— А вы в кафе на работу или отдыхать едете?

— На работу. Я там шеф-повар.

Водитель удивился и глянул на меня в зеркало заднего вида.

— Да ладно? Слышал про ваше заведение. Жена все уши прожужжала. Говорят, вы там совсем без магии готовите? Только натуральное?

— Именно так. Только физика, химия и честные продукты. Никаких волшебных порошков на моей кухне нет.

Он понимающе кивнул.

— Это очень хорошее дело. А то от этих добавок вроде «Дыхания Леса» у меня уже изжога замучила. Вкус вроде сильный, а в животе потом ураган творится.

— Знакомая история. Заходите к нам после праздников. Закажите наваристый борщ или кусок хорошего прожаренного мяса. Желудок скажет вам спасибо.

— Обязательно зайду. Спасибо на добром слове.

Я посмотрел на светящийся экран телефона. Двадцать два тридцать пять. До Нового года оставался час с небольшим. Мне нужно успеть переодеться, проверить все заготовки, поздравить ребят и выйти в зал к гостям. Запара только начиналась.

Мы свернули на широкий проспект. Такси резко дало по тормозам. Я едва не впечатался носом в переднее сиденье. Впереди горели десятки красных габаритных огней. Машины стояли плотным потоком. Вся улица превратилась в одну большую парковку. Город окончательно встал в предновогодней пробке. Никто не двигался с места. Водители нервно сигналили, но это никак не помогало.

Таксист виновато развёл руками.

— Приехали, командир. Дальше хода нет. Авария там, видимо. Встряли на час минимум.

Я внимательно посмотрел в окно.

— До кафе далеко?

— Два квартала по прямой. Пешком минут десять бежать.

Ждать в тёплой кабине не было никакого смысла. Моя команда отлично справлялась сама, но я должен был стоять рядом с ними в эту минуту. Я достал из кармана несколько крупных купюр и бросил их на сиденье.

— Сдачи не надо. С наступающим тебя.

— Спасибо, шеф. Удачи вам на кухне.

Я открыл дверь и прыгнул прямо в глубокий сугроб. Снег сразу забился в ботинки. Ветер злобно рванул полы моего пальто. Я запахнулся плотнее, опустил голову и побежал вперёд.

Бежал по заснеженному тротуару. Дыхание быстро сбилось. Грудь горела от колючего морозного воздуха. Белый китель мелькал под распахнутым чёрным пальто. Случайные прохожие удивлённо оборачивались мне вслед. Наверное, я выглядел со стороны как сумасшедший доктор, который сбежал из своей больницы.

Я поскользнулся и чуть было не упал на спину. В последнюю секунду вовремя схватился голой рукой за фонарный столб. Отдышался буквально пару секунд и упрямо побежал дальше. Липкий снег летел прямо в глаза. Я щурился, вытирал лицо рукавом, но не сбавлял темп.

Впереди наконец показалась знакомая вывеска. Большие окна ярко светились в темноте. Внутри вовсю кипела работа. Я буквально взбежал по бетонным ступенькам. Быстро отряхнул налипший снег с пальто и поправил воротник кителя. Вдохнул полной грудью и с силой толкнул входную дверь.

В лицо сразу ударило плотное кухонное тепло. Я мгновенно почувствовал густой запах жареного мяса, печёного чеснока, свежего розмарина и острых специй. Шум весёлых голосов, звон посуды и громкое шипение масла на сковородках слились в единую музыку.

Гости сидели плотно, плечом к плечу. Никто не жаловался на тесноту. На стенах висели экраны. По ним шла трансляция из Зареченска. Моя закусочная (или уже можно назвать кафе? Официально документы для переоформления мы пока не подавали, так что…) «Очаг» была забита людьми. Столики сдвинули вместе. Люди сидели компаниями. Я видел сестру Настю. Она раскраснелась от жары, улыбалась и разносила тарелки. Рядом с ней бегал Кирилл. Он помогал таскать подносы. Телемост работал. Магия не смогла перебить сигнал. Провода и антенны оказались сильнее заклинаний.

В «Империя Вкуса» тоже яблоку негде было упасть. Официанты носились с подносами. За стойкой кухни кипела работа. Тамара держала поваров в кулаке. Она раздавала команды, её голос перекрывал шум вытяжек. Но в глазах ребят читалась тревога. Они волновались за меня. Вся команда знала, куда я сегодня поехал.

Я стоял на пороге и с глупой улыбкой смотрел на это всё. Волосы растрепались от ветра. Наверное, я выглядел, как сумасшедший. Но внутри горел огонь. Я выжил в логове хищника и вернулся к своим.

Света заметила меня первой. Она замерла посреди зала с меню. Бросила папку на стол и побежала ко мне. Налетела с такой силой, что я едва устоял. Она уткнулась лицом в моё пальто и выдохнула.

— Вернулся…

Я обнял её.

— А ты сомневалась? Разве я мог пропустить вечеринку? Тем более, как я могу оставить своего «беременного» продюсера?

Света фыркнула и ударила меня кулаком в грудь.

— Дурак. Я же тогда пошутила, чтобы тебя взбодрить перед открытием. Главное, что ты здесь. Как там граф Яровой? Не отравил тебя своим деликатесом?

Я усмехнулся.

— Пытался. Но я ушёл до полуночи, как и советовал старик Верещагин. Пусть аристократы сами давятся химией. Я лучше поем нормальной еды.

И вот уже тогда меня увидели все остальные. На какое-то мгновение вокруг нас воцарилась тишина, а в следующую секунду кухня и зал взорвались аплодисментами. Люди хлопали, кто-то свистел. Лейла застыла у стойки. Бывшая шпионка прикрыла глаза и выдохнула, словно избежала казни. Она знала, на что способен «Альянс». Захар оторвался от доски и загудел басом.

Ребят, ну, вы серьёзно думали, что меня там убьют? Это же так банально для аристократов. Они придумают что-нибудь более изощрённое.

Тамара рявкнула на поваров и вытерла руки.

— Шеф на базе! Отставить сопли, работаем дальше! У нас три заказа на стейки висят, время пошло!

Я скинул пальто на руки официанту, вымыл руки и встал у плиты.

— Подвинься, Захар. Давай сюда мясо. Беру гриль на себя. Рассказывай, как тут справлялись.

Захар буркнул и передал говядину.

— Нормально, шеф. Тамара гоняла всех, как матросов на палубе. Никто пикнуть не смел.

Миша хмыкнул и протёр тарелку.

— Подтверждаю. Я думал, она меня на фарш пустит за кривую морковку.

Тамара крикнула с другого конца кухни:

— Я всё слышу! Ещё одно слово, и будешь чистить лук до утра!

Я рассмеялся и ушёл в работу. Это было лучшим лекарством после общения с Яровым. Я жарил мясо на огне. Пламя взмывало вверх. Оно освещало лица гостей. Я солил стейки, добавлял тимьян и чеснок. Законы физики и химии работали. Реакция Майджара покрывала куски корочкой. Соки запечатывались внутри. Никакой магии, только опыт и продукты.

Ко мне бочком подошёл Эдуард. Он нервно теребил край передника и бегал глазами.

— Шеф, там за пятым столиком просят добавить в соус каплю «Дыхания Дракона». Говорят, им не хватает остроты.

Я даже не обернулся к нему и продолжил переворачивать стейк щипцами.

— Эдик. Ты же знаешь правила. Никакой химии на кухне. Отнеси им баночку с перцем чили и домашней аджикой. Пусть сами регулируют остроту. И скажи, что это комплимент от шефа.

Эдуард не унимался.

— Но они настаивают на магии, шеф.

Я отложил щипцы и посмотрел на него. Эдик сразу сжался.

— Если гости хотят жевать пластик, пусть идут к барону Свечину. А у нас кафе честной еды. Выполняй.

Эдуард испарился, словно его ветром сдуло.

— Понял, шеф, уже бегу!

Захар только хмыкнул, глядя ему вслед.

— И зачем ты его держишь, шеф? Он же сливает всё на сторону.

Я пожал плечами.

— Пусть сливает. Пока он сливает то, что нам нужно, он полезен. И к тому же, он отлично натирает бокалы. Никто другой так не умеет.

Гости смотрели на работу. Я готовил ужин у них на глазах на открытой кухне. Перекидывался шутками, советовал прожарку и улыбался. Я находился в стихии. Здесь я диктовал правила, а не аристократы.

Захар закинул овощи на решётку и тихо спросил.

— Шеф, а как там Свечин? Видел его на балу?

Я поморщился.

— Видел. Сидел бледный, как моль. Наверное, всё ещё вспоминает, как мы его соус уничтожили.

Захар оскалился.

— Так ему и надо. Нечего людей травить. Пусть теперь свои добавки сам ест.

Время летело. Стрелки часов приближались к полуночи. Без десяти двенадцать я подал знак команде.

— Сворачиваем горячий цех. Повара выходят в зал. Несите салаты и шампанское.

Ребята протёрли поверхности и вышли из-за стойки. Официанты разносили угощения. Никаких пафосных блюд. Никаких фокусов. Только классика. На столах появлялись бокалы с вином. И звезда ночи, наш фирменный Оливье.

Мой взгляд скользнул по залу. За столиком сидел фон Адлер. Парфюмер выглядел счастливым. Рядом сидела дочь. Они не общались несколько лет, но сегодня смеялись и ели салат. Ради таких моментов стоило рисковать. Барон заметил мой взгляд и кивнул.

Лейла подошла ко мне с двумя бокалами, протянула один мне.

— Устал, шеф?

— Есть немного. Но до курантов дотяну. Как там обстановка на улице? — признался я и принял бокал.

Часы начали бить полночь. Удары отдавались в груди. Шумный зал затих. Камеры сфокусировались на мне. Картинка шла в прямой эфир. Я видел на экране, как Настя и Даша замерли на кухне с бокалами.

Я вышел в центр зала и заговорил. Мой голос звучал ровно. Он разлетался из динамиков по двум городам:

— Друзья. Этот год был сложным для нас. Мы начинали с скромной закусочной в Зареченске. Нас пытались закрыть, запугать, купить. Нас травили проверками и подсылали бандитов. Но мы выстояли. Мы боролись за право есть честную еду. Мы доказали всем, что кулинария важнее дешёвых фокусов. Мы вернули людям настоящий вкус. Вкус мяса, овощей, хлеба.

Я сделал паузу и посмотрел в объектив камеры.

— Магия может создать иллюзию сытости. Власть может купить иллюзию уважения и страха. Но ничто не заменит тепло семьи. И ничто не заменит честный труд. Когда люди сидят за одним столом, они дарят своё время и свою душу. С Новым годом, Империя!

Залы взорвались криками. Люди чокались бокалами, обнимались и поздравляли друг друга. Звон хрусталя заглушил бой курантов. Телемост объединил города в одну семью. Я отпил шампанское и улыбнулся. Мы победили.

Праздник был в разгаре. Музыка играла громко, гости танцевали. Напряжение дня отпустило тело. Голова кружилась от шума и духоты. Я тихонько вышел через дверь во двор, чтобы охладиться в одиночестве.

Метель утихла. В небе проглядывали звёзды. Морозный воздух освежал лицо, а изо рта шёл пар. Во дворе было тихо.

На бочке сидел Рат. Крыс доедал мясной тартар. Он орудовал лапками проворно и жадно.

— Хорошая работа, шеф, — пропищал крыс, не отрываясь от еды. — Красиво их уделал на балу. Уличные агенты передают сводки из особняка. Крысы у Ярового в шоке от твоей наглости. Свечин чуть ядом не подавился.

Я подошёл к бочке и прислонился к стене.

— Мы выиграли только битву, Рат. Показали зубы и не дали себя сожрать. Но расслабляться рано.

Крыс проглотил мясо и посмотрел на меня чёрными глазками.

— Думаешь, придут мстить?

Я кивнул.

— Обязательно придут. Граф Яровой не простит отказа на глазах у элиты. Эта война за еду только началась.

Крыс фыркнул и вытер усы.

— Пусть приходят. У нас тоже когти острые. Дода не станет сидеть сложа руки, когда его деньги под угрозой. Да и другими связями ты уже успел обжиться, шеф.

Я поёжился от холода.

— Что верно, то верно. Но в следующий раз они будут бить хитрее.

— Будем. А пока иди внутрь, шеф. Твои женщины, наверное, уже всё кафе перевернули. Ищут тебя. Не стоит злить Тамару. Да и Настя с Дашей по экрану тебя высматривают. Иди, празднуй.

Я усмехнулся и посмотрел на небо. Впереди было много работы. Но сегодня мы заслужили отдых.