Имперский повар 8

Глава 20

Поезд мерно стучал колёсами по рельсам, а вагон слегка покачивался из стороны в сторону. Мы возвращались в Стрежнев. За окном мелькали деревья и небольшие станции. Зима уходила неохотно, оставляя после себя лужи и грязь. Снег таял на полях, и вода заливала низины.

Я сидел на мягком сиденье, Лейла находилась напротив. Девушка сильно изменилась за эти дни в Зареченске. Исчезло вечное напряжение в её плечах, пропал холодный взгляд. Она больше не сжимала кулаки. Теперь передо мной сидела уставшая, но спокойная Лейла, смотрела в окно и думала о своём.

Мы почти всю дорогу обсуждали работу. «Империя Вкуса» требовала внимания. Мы не могли пустить дела на самотёк. Конкуренты не спали. «Магический Альянс», пусть и не в открытую, но постоянно искал наши слабые места.

— Нам нужно срочно менять меню, — сказал я. — Весна близко. Люди устали от зимней еды.

— Ты хочешь убрать мясное рагу? — спросила Лейла и достала из кармана блокнот с ручкой.

— Да, уберём плотное мясо с жиром. Гости хотят лёгкости. Мы добавим больше зелени и соусов. Сделаем свежие овощи на гриле. Барон Воронков обещал нам хорошие овощи из своих теплиц.

— И всё же, что насчёт мяса? — уточнила она. — «Альянс» всё ещё пытается скупить все поставки в городе. Свечин не сдаётся. Он тратит огромные деньги на перекупщиков.

— Мы будем использовать курицу и рыбу, — ответил я. — «Альянс» скупает говядину и свинину. Они думают, что без тяжёлого мяса мы закроемся. Но они глупцы. Правильный маринад сделает птицу нежной. Соевый соус, немного имбиря, капля лимонного сока. Химия вкуса работает лучше их волшебных порошков.

— Звучит вкусно, — улыбнулась Лейла. — Гости оценят.

— Воронков поможет и с остальным мясом, — добавил я. — «Гильдия Истинного Вкуса» заинтересована в нашем успехе. Мы бьём по кошелькам их врагов. Аристократы любят считать свои деньги.

— Я поняла, — кивнула Лейла. Она сделала несколько быстрых пометок в блокноте. — Я проверю договоры с «Гильдией». Нам нужно пересмотреть логистику доставки. «Магический Альянс» попытается перекупить наших водителей. Они всегда бьют по слабым местам. Они могут испортить продукты в пути.

Я хмыкнул. Девушка мыслила чётко и прагматично. Она стала отличным администратором.

— Как думаешь, Захар там никого не покалечил? — спросил я с улыбкой. — Нас не было пару дней. Захар любит строгий порядок на кухне. Он терпеть не может грязь.

Лейла закрыла блокнот, убрала ручку и тихо усмехнулась.

— Захар знает меру. А вот Тамара… наверное, заставит стажёров перемыть всю посуду руками. Два раза подряд. Она считает, что чистая кастрюля дисциплинирует ум.

— Сурово, но справедливо. Повара должны уважать чистоту. Грязная доска может испортить вкус любого шедевра.

— Тамара не даст никому устроить диктатуру, — продолжила Лейла. — Они с Захаром прекрасно работают вместе. Два сильных су-шефа, это надёжный порядок. Они следят за качеством каждого блюда. Тамара проверяет соусы. Захар проверяет мясо.

— Тамара молодец, — согласился я.

— В зале тоже всё спокойно, — добавила Лейла. — Я звонила Эдуарду утром. Он отчитался по кассе.

— Наш карманный шпион работает хорошо? — усмехнулся я, вспомнив трусоватого официанта.

— Он очень старается. Боится, что мы его раскусили. Пусть думает, что мы ему верим. Он приносит нам больше пользы, когда передаёт Свечину ложные рецепты. Свечин злится, когда его повара варят кислый творог вместо сливочного соуса. Алхимики не понимают базовых принципов готовки.

— Главное, чтобы Эдуард не лез к нормальным блюдам, — сказал я. — Если он подсыплет магию в суп, я заставлю его съесть целую кастрюлю.

— Кстати, что планируешь делать с наследством? — как бы между прочим спросил я. — Нашла людей, которые займутся бумажной волокитой?

— Они сами меня нашли, — презрительно фыркнула девушка. — Как только ты разобрался с Белостоцким, ко мне сразу же прибежали семейные юристы. Эти трусы не хотели идти напрямую против градоначальника. Но узнав, что теперь тот сидит смирно, решили показать, какие они молодцы.

— И ты им доверяешь?

— Вполне. Они знают своё дело, хотя и трусы. Но сейчас они боятся меня и моего покровителя, — с этими словами девушка бросила на меня лукавый взгляд. — В общем, не переживай по этому поводу. Я разберусь.

Мы замолчали. Поезд ехал всё медленнее. За окном появились городские окраины. Деревья сменились бетонными заборами. Высокие заводские трубы дымили в серое небо, и густой дым поднимался высоко вверх. Показались кирпичные многоэтажные здания. Столица губернии встречала нас суетой и шумом. Жизнь здесь кипела днём и ночью.

Колёса громко заскрипели по металлу, и вагон дёрнулся. Поезд остановился возле длинной платформы, и мы начали собирать вещи.

Резкий зимний ветер сразу ударил в лицо. Вокруг суетились люди, толкались локтями и громко ругались. Возле вагонов бегали носильщики с тележками. На перроне стоял непрерывный гул голосов.

Я перекинул ремень сумки через плечо, достал мобильный.

— Сейчас вызову такси, — сказал я Лейле и начал искать нужный номер в контактах. — Поедем вместе. Сначала закинем тебя домой. Тебе нужно отдохнуть с дороги. Потом я поеду в кафе. Мне надо проверить смену и кассу.

Я делал это на автомате. Просто привык брать ответственность за людей вокруг себя. Опекал свою сестру, заботился о команде поваров на кухне. Я защищал свой бизнес от врагов. Проводить девушку до дома казалось мне правильным решением. Столица губернии была опасным городом для одиноких девушек. Здесь правили деньги и грубая сила.

Лейла сделала шаг ко мне, положила ладонь на мою руку и мягко опустила мой телефон.

— Не нужно, Игорь, — сказала она твёрдо.

Я удивлённо посмотрел на неё, не понимая её отказа.

— На улице холодно, — ответил я. — У тебя тоже сумка. Вокзальные таксисты берут слишком много денег, ты же в курсе. Я закажу машину через сервис. Это будет быстрее и дешевле для нас обоих.

— Я доеду сама, — упрямо повторила Лейла. В её голосе не было каприза. Там звучала спокойная и взрослая уверенность. — Я возьму машину на площади перед вокзалом. И я сама заплачу за неё, у меня ведь есть зарплата. Я могу позволить себе такси.

Она отступила на шаг и поправила воротник куртки. Посмотрела мне в глаза, явно готовясь сказать что-то важное.

— Игорь, послушай меня внимательно. Я благодарна тебе за поездку в Зареченск. Ты пошёл со мной на кладбище к родным, помог мне закрыть дверь в прошлое. Я попрощалась со своей семьёй и отпустила старые обиды. Но теперь моя жизнь полностью изменилась.

Мимо нас с грохотом проехала пустая тележка носильщика. Колёса стучали по плитке. Грузчик хрипло ругался на толпу. Лейла даже не обратила на него внимания. Она смотрела только на меня.

— Я больше не принцесса клана и мне не нужны телохранители. Моя бабка мертва. Мой отец тоже мёртв. Клана Алиевых больше нет на свете. Мне больше ничего не угрожает.

Она сделала глубокий вдох и изо рта вырвался пар. Девушка собиралась с мыслями.

— И я больше не пешка Ярового, — добавила она тише, но чётко. — Я должна признаться тебе, что давно перестала шпионить за тобой.

Я молча слушал её, ожидая продолжения.

— Граф был уверен, что держит меня на коротком поводке, — продолжила Лейла. Её голос немного дрогнул. — Он думал, что я буду послушно сливать ему рецепты и планы. Сначала я отправляла ему пустые отчёты. Я делала это исключительно для вида, не хотела, чтобы он меня убил. Я сильно боялась его гнева. Но потом я перестала это делать. Я не отправляла ему ни строчки уже много недель. Полностью оборвала с ним всякую связь.

Она виновато опустила глаза на секунду, но затем снова посмотрела на меня. Лейла ждала моей реакции.

— Я боялась сказать тебе правду раньше. Я думала, ты мне не поверишь. Ты мог легко решить, что я веду двойную игру. Мог просто выгнать меня на улицу. А идти мне было некуда. Я очень дорожила твоим доверием. Но теперь я хочу быть честной до самого конца. Я самостоятельный человек, работаю в твоём ресторане, честно зарабатываю на жизнь своим трудом. Я сама отвечаю за свою судьбу. Мне больше не нужны чужие подачки и грязные сделки.

Я смотрел на неё и чувствовал приятное тепло в груди. Передо мной стояла сильная и независимая девушка. Она сбросила старую кожу и осознанно выбрала честный путь. Этот путь был сложным, но он был её собственным.

Мне не нужно было злиться из-за её запоздалого признания. Я знал всё это намного раньше. Я видел, как она тяжело работает каждый день. Я видел, как она защищает наше кафе от проверок. Моя честная еда и наше человеческое отношение сделали своё дело. Тёмная магия Ярового не смогла этого добиться. Мы дали ей новый смысл жизни.

— Я знаю это, Лейла, — ответил я спокойно. — Я заметил это уже давно. Ты стала важной частью нашей команды. Ты стала частью семьи. А в настоящей семье мы не следим друг за другом. Мы просто доверяем. Твои поступки говорят громче слов.

Лейла облегчённо выдохнула и расслабила плечи. На её губах появилась светлая улыбка. Это была искренняя улыбка свободной женщины.

— Спасибо тебе, шеф. За всё. За еду, за работу, за веру в меня.

Она ловко подхватила свою дорожную сумку и перекинула ремень через плечо. Её движения снова стали быстрыми и точными.

— До завтрашней смены, Игорь, — сказала она бодро. — Я буду в кафе ровно в восемь часов утра. Я хочу посмотреть все накладные от поставщиков. И я обязательно выстрою ленивых официантов. Захар наверняка распустил их без моего надзора. Они отвыкли от жёсткой дисциплины за эти дни.

— До завтра, Лейла. Смотри не опаздывай, работы будет много. Нам нужно готовить весеннее меню.

Она развернулась и пошла к выходу с перрона. Я стоял на месте, провожая её взглядом. Её походка стала поразительно лёгкой. Она мягко пружинила на каждом шагу. Девушка уверенно шла в плотной толпе пассажиров и не опускала голову. Она не прятала свой взгляд от прохожих. Больше не было зашуганной шпионки. Больше не было высокомерной бандитки. Была только Лейла Алиева. Она стала самым суровым администратором лучшего кафе в Стрежневе.

Я почувствовал настоящую гордость. Моя кулинарная революция работала. Мы меняли не только вкус еды. Мы меняли самих людей. Вытаскивали их из болота магии и лжи, давали простую и честную основу для новой жизни. Хороший стейк и правильно сваренный соус могли сделать гораздо больше, чем заклинания столичных менталистов. Физика и химия лечили души лучше аптечных зелий.

Вскоре я добрался до своего отеля. Портье дремал за стойкой, уронив голову на скрещенные руки. Я не стал его будить, просто тихо поднялся по лестнице на свой этаж.

В комнате было темно. Я опустил дорожную сумку на пол и потянулся к выключателю на стене. Яркий свет залил комнату, но я тут же замер на пороге.

В моём кресле у окна сидел человек.

Гостем оказался Омар Оздемир. Он сидел неподвижно и смотрел на меня своим единственным глазом. Обычно Омар излучал властную уверенность. Но сейчас передо мной находился совершенно другой человек.

Старик выглядел предельно измождённым. Его кожа приобрела нездоровый землистый оттенок. Плечи ссутулились, руки безвольно лежали на коленях. Он напоминал овощ, который слишком долго пролежал в сыром подвале и начал стремительно гнить изнутри. Я внимательно осмотрел его фигуру. Никаких следов крови. Никакой порванной одежды или синяков от недавней драки. Физически он был цел. Но внутри него словно сломался стержень.

— Охрана в этой гостинице никуда не годится, — хрипло произнёс Омар.

— Я завтра же оставлю жалобу администратору, — ответил я ровно.

Я сделал шаг в комнату.

— Как вы сюда попали, Омар-бей?

— Деньги открывают любые двери, Игорь. А большие деньги делают людей слепыми и глухими.

Я снял куртку и повесил её на крючок у двери. Прошёл к столику, где стоял дешёвый электрический чайник и мои запасы. Я никогда не пил местную бурду из пакетиков, поэтому всегда возил с собой проверенные травы.

— Будете чай? — спросил я, открывая банку со сбором. — У меня есть хороший состав. С чабрецом и лунной мятой. Отлично успокаивает нервы после долгого дня.

— Буду, — коротко кивнул контрабандист, не меняя позы.

Я налил воду в чайник из бутылки и нажал кнопку. Взял две кружки, быстро ополоснул их над раковиной на кухоньке. Затем насыпал щепотку трав в заварник. Чайник зашумел, вода быстро закипела. Я залил травы кипятком и дал им немного настояться. Комнату сразу наполнил густой аромат чабреца и летнего леса.

Я налил горячий чай. Одну кружку поставил на стол перед Омаром, а со второй сел на край дивана напротив него.

— Вы не похожи на человека, который зашёл просто выпить чаю, Омар-бей, — сказал я, глядя прямо в его уставший глаз. — Вы выглядите так, словно не спали целую неделю. На ваш склад напали люди «Синдиката»? Или полиция устроила облаву?

Омар обхватил горячую кружку двумя руками. Попытался согреть замёрзшие пальцы. Сделал небольшой глоток, прикрыл глаз и тяжело выдохнул.

— Порт стоит на месте, — ответил старик. — Мои склады целы. Корабли приходят и уходят строго по расписанию. Товар отгружается вовремя. Физически мой бизнес работает как и всегда. Никто не стреляет на причалах. Никто не режет глотки моим парням в тёмных подворотнях.

— Тогда в чём проблема? Зачем вы пришли ко мне в такое время?

Омар поднял на меня взгляд. В этом взгляде читалась глубокая, неприкрытая тревога.

— Над столицей нависла новая угроза, Белославов. В городе появился новый враг. Очень опасный и предельно скрытный игрок. Мы даже не знаем его имени. Мы не видим его лица.

Я сделал глоток чая. Горячая жидкость проясняла мысли и согревала горло. Я привык к конкретике на кухне. Мне нужны были чёткие факты, а не туманные загадки.

— Омар-бей, вы хозяин теневого мира. У вас сотни вооружённых людей. Вы можете стереть в порошок любую банду за одну ночь. О каком враге вы говорите? Соберите своих бойцов и зачистите территорию от конкурентов.

— Я могу воевать с людьми, которые держат в руках оружие, — горько усмехнулся контрабандист. — Я могу убить тех, кого вижу. Но этот враг действует иначе. Он не использует грубую силу. Он не забивает стрелки и не требует долю с груза. Он проникает в наши структуры как невидимый яд.

Омар поставил кружку на стол и немного наклонился вперёд.

— Он действует через хитрость, влияние и деньги. Огромные деньги, Игорь. Мои люди начинают вести себя очень странно. Проверенные бригадиры, с которыми я работал долгие годы, вдруг отводят глаза при встрече. Мои капитаны задерживают рейсы по нелепым выдуманным причинам. Стража в порту, которую я давно купил, начинает задавать лишние вопросы. Кто-то очень богатый и влиятельный методично перехватывает контроль над моим городом. Они массово выкупают верность моих людей. Они используют какую-то странную ползучую магию, которая меняет сознание и заставляет предавать.

Я слушал его внимательно. Это сильно напоминало гниль в ящике с яблоками. Одно испорченное яблоко быстро заражает все остальные. Если не выкинуть его сразу, ты неизбежно потеряешь весь урожай. А на профессиональной кухне такое абсолютно недопустимо.

— Вы теряете хватку, Омар-бей, — констатировал я очевидный факт.

— Я теряю власть, — признался старик без тени стыда. — Моих собственных сил больше недостаточно. Мой старый авторитет в криминальном мире совершенно не работает против этой новой угрозы. Я не могу убить половину своих людей просто из-за подозрений. Я загнан в угол, повар.

Он замолчал. В комнате было слышно только лёгкое шуршание Рата в сумке. Фамильяр вёл себя подозрительно тихо, чувствуя повисшее напряжение в воздухе. Я обдумывал слова Омара. У меня хватало своих проблем с «Магическим Альянсом», агрессивными конкурентами и лично с Яровым. Влезать в криминальные разборки столичных контрабандистов совершенно не входило в мои планы.

— Я повар, Омар-бей, — сказал я спокойно. — Я жарю мясо и варю бульоны. Я руковожу кухней. Я не гангстер и не политик. Чем я могу вам помочь в войне за контроль над портом? Наймите кого-нибудь или обратись к другим авторитетам.

Омар посмотрел на меня с хитрым прищуром. Его усталость никуда не делась, но в глазах мелькнула искра старого волка.

— Ты давно перестал быть просто поваром, Игорь Белославов. Ты построил целую империю на простой еде. Ты бросил вызов графу Яровому и до сих пор жив. У тебя нестандартный ум. Ты мыслишь тактически и видишь картину целиком. Именно это мне сейчас нужно. Свежий взгляд умного человека со стороны.

Он указал кривым пальцем в мою сторону.

— И у тебя есть связи. Могущественные связи. Тебя поддерживает влиятельный Максимилиан Дода. Тебя защищают аристократы из «Гильдии Истинного Вкуса». Тот же барон Бестужев, барон Воронков. Даже князь Оболенский не против твоей дружбы. Твоё слово имеет большой вес в высоких кабинетах столицы. Ты можешь узнать то, чего никогда не скажут старому портовому бандиту вроде меня.

— Это всё легальные связи, — возразил я. — Они не полезут в грязные теневые разборки. Им не выгодно марать руки.

— Полезут, если поймут угрозу, — твёрдо сказал Омар. — Если порт перестанет работать, их бизнес тоже встанет. Но есть и кое-что ещё.

Старик подался ещё ближе ко мне. Его голос перешёл на хриплый шёпот.

— Я старый турок, Игорь. У меня есть капля магического дара в крови. Очень слабая, но она позволяет мне чувствовать вещи. Я чую людей. И я нутром чую, что ты не простой человек. Вокруг тебя воздух сгущается иначе. Твоя защита от чужой магии, это не просто случайность. В тебе скрыта огромная сила. И мне нужна эта сила на моей стороне.

Внутри меня всё похолодело. Я сразу вспомнил недавний разговор с Вероникой в подвале. Моя императорская кровь. Тот самый древний генетический маркер, который она нашла. Омар не знал деталей, но его природное чутьё не подвело. Он явно почувствовал мою истинную природу, которую я так тщательно скрывал от всех.

Я сохранил спокойное выражение лица. Ни один мускул не дрогнул. Давно привык держать лицо перед самыми строгими ресторанными критиками.

— Ваше чутьё ошибается, Омар-бей. Моя единственная сила, это хорошая сковорода и острый шеф-нож. Больше ничего нет.

— Пусть будет так, — легко согласился Омар, не желая со мной спорить. — Но я пришёл просить о помощи. Если этот невидимый враг заберёт теневую власть в столице, он не остановится на портовых складах. Он пойдёт дальше.

Омар медленно встал с кресла. Он тяжело опирался на стол руками, чтобы подняться. Бандит сейчас выглядел старым и сломленным, но его слова били точно в цель.

— Запомни мои слова, повар. Когда они закончат жрать тени, они выйдут на свет. Они придут за легальным бизнесом. Твоя гастрономическая империя, твои заведения, твои верные фермеры, всё это неминуемо станет их следующей мишенью. Если порт падёт, ты будешь следующим в меню. Я прошу тебя объединить усилия. Помоги мне найти и уничтожить эту гниль. Иначе мы оба потеряем всё.

Он тяжело вздохнул и медленно пошёл к двери. Омар не ждал быстрого ответа. Он оставил мне пищу для размышлений, как хороший официант оставляет меню перед клиентом. Дверь тихо закрылась за его спиной.

Я остался сидеть на диване. Чай в кружке окончательно остыл, покрывшись тонкой плёнкой. Я смотрел на пустую поверхность стола и понимал, что моя спокойная жизнь снова откладывается. В городе завёлся новый хищник. И этот хищник предпочитал действовать из темноты, используя чужие руки и грязные методы.

Нужно было срочно собирать информацию. Завтра же я позвоню Саше, пусть её хитрые хакерские программы пороются в портовых счетах и переводах. Потом нужно поговорить со Светой. Если в городе появился новый крупный игрок с большими деньгами, в светских кругах обязательно должны поползти слухи. Деньги всегда оставляют след.

Я допил холодный чай одним глотком. Вкус лунной мяты уже не успокаивал. Я подошёл к окну, откинул штору и посмотрел на утренний город. Стрежнев уже проснулся, и в его подворотнях уже зарождалась новая болезнь.

«Если в кладовке завелась скрытая гниль, бессмысленно протирать одну полку. Придётся вычищать всё помещение до голых кирпичей».