Имперский повар 8

Глава 4

Первое января выдалось на удивление тихим. Метель полностью успокоилась, снег ярко блестел на утреннем солнце. Открытие кафе в начале года обычно переносилось, всё же персоналу надо выспаться и прийти в чувства. Собственно, как и остальным жителям города. Я сидел на пустой кухне «Империи Вкуса» и пил крепкий чёрный кофе. Моя голова была абсолютно ясной. Врождённая защита легко переварила вчерашние попытки аристократов влезть мне в разум.

А вот остальной столице повезло гораздо меньше.

Из-под плиты медленно вылез Рат. Крыс выглядел помятым, но очень довольным. Он лениво потёр лапками длинные усы и запрыгнул на деревянную табуретку.

— Город тихо умирает, шеф, — пискнул фамильяр. — Мои уличные шпионы докладывают страшные вещи. Вся элита Стрежнева сейчас корчится от жуткой боли. Их хвалёное магическое шампанское и золотое желе дали просто чудовищный побочный эффект.

— Ожидаемо, — кивнул я, делая глоток горячего кофе. — Нельзя безнаказанно пичкать организм чистой энергией. Физика и биология всегда берут своё.

— Местные лекари сбились с ног, — хихикнул Рат. — Их зелья вообще не работают. Привычные магические эликсиры только сильнее бьют по печени. Аура у важных господ трещит по швам. Они там воют, как побитые собаки.

Входной колокольчик громко звякнул в пустом зале. Я отставил чашку и вышел из кухни. В помещение вошёл высокий человек в строгом сером пальто. Это был курьер из личной службы графа Ярового. Он огляделся, нашёл меня взглядом и подошёл ближе к стойке.

— Господин Белославов, — сухо произнёс он. — У меня есть срочное послание от графа.

Он положил на стол плотный белый конверт с золотым гербом. Я не стал его открывать, и так прекрасно понимал, что внутри нет поздравлений с Новым годом.

— Говорите словами, — попросил я. — У меня нет времени читать ваши длинные письма.

— Его Сиятельство бросает вам новый вызов, — курьер недовольно поджал губы. — К одиннадцати часам утра вы должны доставить спасительный восстановительный завтрак в закрытый клуб «Орион». Там сейчас собрались все самые важные люди города. Конкуренты из «Альянса» уже везут туда свои эликсиры бодрости. Граф хочет лично посмотреть, справится ли ваша крестьянская еда с сильным магическим истощением.

Хм, и вот зачем оно мне? Вчера они в который раз пытались выставить меня дураком, а сегодня «бросают вызов»? С другой стороны, это отличный способ показать этим снобам, что моя еда, по-настоящему способна поставить людей на ноги. Так что… почему бы и не поехать?

— Я вас понял, — спокойно ответил я. — Передайте графу, что мой завтрак будет подан вовремя.

Курьер коротко кивнул и быстро ушёл на морозную улицу.

Я посмотрел на настенные часы. Половина десятого. Времени оставалось совсем мало.

На кухню из подсобки тяжело вышел Захар. Огромный су-шеф сонно зевал и почесал свою гладкую лысину.

— Доброе утро, шеф, — басом прогудел он. — Кого мы сегодня будем кормить в такую рань?

— Местную знать, Захар. Они там все дружно помирают от магического похмелья. Разжигай плиту. Будем варить солянку.

Захар удивлённо поднял брови.

— Солянку? Этим напыщенным индюкам? Они же привыкли жрать икру серебряными ложками.

— Сейчас им совершенно не нужна икра. Им нужна скорая кулинарная помощь. Доставай все копчёности из большого холодильника. Будем спасать их организмы.

Работа на кухне сразу закипела. Я всегда оставляю на ночь кастрюлю с костным бульоном. Он долго томится на самом слабом огне. Коллаген медленно вываривается из суставов, жидкость становится густой и очень насыщенной. Это идеальная база для любого лечебного супа.

Мы быстро нарезали соломкой копчёную грудинку, куски ветчины и остатки хорошей сырокопченой колбасы. Захар ловко и ритмично шинковал солёные огурцы и репчатый лук. Я обжарил большое мясное ассорти на сковороде. Жир громко шипел и вытапливался. Вся кухня наполнилась плотным запахом натурального копчения.

Затем я добавил густую томатную пасту, огурцы и залил всё это дело кипящим бульоном. Кинул туда горсть маслин и каперсов. В самом конце я щедро сыпанул рубленой зелени и добавил тонкие кружочки лимона. Суп получился густым, огненно-красным и невероятно сытным.

— Разливай по большим стальным термосам, — скомандовал я Захару. — Нарежь чёрный хлеб, подсуши его на гриле и хорошо натри чесноком. И достань из нижнего холодильника два ящика минералки.

Мы приехали к закрытому клубу «Орион» ровно без пяти одиннадцать. Это было пафосное здание с высокими колоннами рядом с поместьем графа. Охрана на входе выглядела мрачной и помятой. Нас пропустили внутрь без лишних вопросов, стоило мне назвать имя.

Картина перед нами предстала весьма жалкая. Сливки общества сидели в кожаных креслах и откровенно страдали. Лица у многих были серо-зелёными. Кто-то тихо стонал, держась руками за виски. Влиятельная баронесса фон Шталь просто лежала на бархатном диване и тяжело дышала.

В самом центре зала суетился барон Свечин. Он и его помощники из «Альянса» торопливо раздавали гостям маленькие стеклянные флаконы с голубой светящейся жидкостью.

— Пейте смелее, господа, — уговаривал всех Свечин. — Это наша новейшая разработка. Экстракт лунного корня быстро восстановит вашу пробитую ауру.

Один тучный барон жадно выпил зелье и тут же позеленел ещё сильнее. Он резко зажал рот рукой и быстро побежал в сторону туалета. Свечин растерянно моргал, глядя ему вслед.

В дальнем углу зала сидел сам граф Яровой. Он выглядел бледным, но держался ровно. Его ледяные глаза смотрели на меня с явным интересом.

Я поставил тяжёлые стальные термосы на большой стол. Захар молча выложил корзины с чесночными гренками и расставил запотевшие бутылки с ледяной водой.

— Доброе утро, господа, — громко сказал я на весь зал. — Ваш завтрак подан.

Аристократы медленно подняли на меня мутные и больные взгляды. Они с ужасом смотрели на глубокие белые тарелки, которые мы с Захаром быстро наполнили солянкой. Густой пар поднимался над столом. Мощный запах мяса, копчёностей и свежего чеснока ударил людям в ноздри.

— Что это за жирные помои? — брезгливо простонала дама в мехах. — Это выглядит как еда для грязных портовых грузчиков. Уберите это немедленно.

— Вы хотите вылечиться или любоваться красивыми тарелками? — спокойно спросил я, глядя прямо на неё. — Ваш организм сейчас похож на сухую выжженную пустыню. Вчерашняя магия сильно отравила вас. Голубые зелья барона Свечина только добавляют новых токсинов в кровь. Вам сейчас нужен честный животный жир, экстрактивные мясные вещества и соль. Именно они быстро запустят ваш остановленный метаболизм и выведут всю отраву.

Барон Свечин возмущённо зашипел, сжимая в руке голубой флакон.

— Вы не лекарь, Белославов. Вы просто наглый кухарь. Вы убьёте уважаемых людей своей жирной похлёбкой. Их желудки не выдержат такой крестьянской тяжести.

Яровой медленно встал со своего места. Он подошёл к накрытому столу, взял ложку и зачерпнул горячую солянку. Все гости мгновенно замерли. Граф отправил суп в рот, проглотил и закрыл глаза.

На его высоком лбу сразу выступила испарина. Густой мясной бульон сработал мгновенно. Горячий жир мягко обволок пустой желудок. Кислота от лимона и солёных огурцов дала мощный пинок спящим рецепторам. Тело графа слегка вздрогнуло. Болезненная бледность начала быстро уходить с его впалых щёк.

Яровой открыл глаза, взял бутылку минералки, открутил крышку и сделал жадный глоток. Потом взял чесночный хлеб и с хрустом откусил половину.

— Это великолепно, — хрипло произнёс диктатор. — Ваша похлёбка действительно возвращает к жизни.

После слов графа местная элита буквально накинулась на еду. Они разом забыли про свой строгий этикет и высокие манеры. Мужчины в дорогих костюмах и женщины в помятых вечерних платьях жадно хлебали мой крестьянский суп. Звон ложек стоял на весь клубный зал. Они с удовольствием закусывали чесночными гренками и запивали всё это холодной газировкой.

Настоящее чудо происходило прямо на моих глазах. Зелёные больные лица быстро становились нормальными. Жалобные стоны полностью стихали. Люди начинали ровно дышать и довольно улыбаться. Базовая физиология тела победила сложную магию с разгромным счётом.

Свечин одиноко стоял в стороне со своими бесполезными светящимися флаконами. Он выглядел полностью уничтоженным. Его могущественный «Альянс» снова проиграл обычным натуральным продуктам. И он ничего не мог с этим поделать.

Яровой снова подошёл ко мне и аккуратно вытер губы белой салфеткой.

— Вы снова сильно удивили меня, повар, — тихо сказал он, внимательно глядя мне в глаза. — Вы спасли этих идиотов от долгих мучений. Но вы сделали им очень больно внутри. Вы заставили их признать свою слабость перед куском обычного варёного мяса.

— Я просто честно делаю свою работу, граф, — спокойно ответил я. — Голодный и больной человек всегда слаб. А я лишь возвращаю правильный природный баланс.

Мы с Захаром собрали пустые термосы и пошли к выходу. Аристократы провожали нас благодарными взглядами. Они смотрели на меня как на настоящего спасителя. Я стал для них неофициальным героем этого тяжёлого утра.

Но я прекрасно понимал одну простую вещь. «Магический Альянс» никогда не простит мне этого публичного унижения. Я нагло забрал у них монополию на здоровье местной элиты. Вчера вечером я сильно ударил по их гордости, а сегодня утром я ударил по их огромным кошелькам.

Наша война за честную еду переходила на совершенно новый уровень.

Третье января началось с густого едкого дыма. Наше кафе трещало от огромного наплыва голодных гостей. Слава о чудесном новогоднем меню и спасительной утренней солянке быстро разлетелась по всей столице. Аристократы и купцы шли к нам сплошным потоком. Они хотели есть нормальную еду без всякой алхимии.

На кухне стояла невыносимая жара. Повара быстро носились между раскалёнными плитами. И тут современная техника начала массово сдавать свои позиции.

Я спокойно стоял у раздачи и отдавал готовые заказы официантам. Вдруг со стороны заготовочного цеха раздался противный треск. Воздух сразу наполнился запахом горелой проводки и плавленым пластиком.

Я быстро подошёл к столу. Миша испуганно смотрел на дорогой столичный блендер. Из-под моторного блока обильно валил сизый дым.

— Шеф, оно само сломалось, — пролепетал Миша. — Я просто взбивал соус для мяса. А он как затрещит на весь цех.

Я аккуратно выдернул вилку из розетки.

— Не трогай корпус голыми руками, там очень горячо.

Я внимательно осмотрел прибор. Пластиковые шестерёнки внутри полностью расплавились от долгой работы. Двигатель безвозвратно сгорел. Эта модная столичная игрушка явно рассчитывалась на лёгкие домашние смузи. Она не подходила для суровых промышленных масштабов моей кухни.

К нам подошла Тамара. Она зло вытерла мокрый лоб рукавом.

— Шеф, у нас большие проблемы. Конвектомат на нижнем ярусе выдаёт непонятную ошибку. А большой планетарный миксер для теста еле крутится. У него стальной венчик шатается из стороны в сторону.

— Замечательно, — я тяжело вздохнул. — Что у нас с эмульсиями? Майонез и картофельное пюре нужны залу прямо сейчас. Ресторан битком забит посетителями.

Тамара мрачно развела руками в стороны.

— Заказы висят мёртвым грузом. Делать соусы совершенно не в чем. Хвалёная техника из Нового Рейха банально не тянет наш высокий темп.

Я посмотрел на свою команду. Повара выглядели уставшими и растерянными.

— Берём самые большие ручные венчики, — громко скомандовал я на весь цех. — Взбиваем всё вручную. Работаем руками, как в старые добрые времена. Миша, бери широкую кастрюлю и растительное масло. Я сейчас покажу тебе правильный ритм.

Следующие два часа превратились в настоящий ад. Мы работали руками без единой остановки. Мышцы горели огнём от сильного напряжения. Взбить густой домашний майонез вручную для сотни гостей оказалось той ещё задачей. Захар тяжело пыхтел над огромной миской с варёным картофелем. Он давил его массивной толкушкой. Захар ругался сквозь зубы, взбивая неподатливую картошку.

Я стоял рядом и непрерывно работал венчиком в глубокой миске. Масло тонкой струйкой лилось в яичные желтки. Моя рука превратилась в размытое пятно. Правильная эмульсия требует идеальной скорости и завидного постоянства. Если остановишься хоть на одну короткую секунду, соус моментально расслоится и будет безнадёжно испорчен.

Официанты испуганно заглядывали на кухню. Они боялись попасть под горячую руку Тамары. Женщина громко раздавала чёткие указания. Она виртуозно спасала положение, распределяя задачи между свободными поварами.

— Эти городские игрушки никуда не годятся, — басил су-шеф, вытирая пот со шрама на лице. — Хлипкий пластик и тонкие проводки внутри. Они ломаются от одного моего тяжёлого взгляда. Нам нужно нормальное суровое железо.

Я был полностью согласен с его словами. Наше кафе набрало поистине бешеную скорость. Высокие технологии этого мира оказались слишком хрупкими для настоящей готовки. Местные повара привыкли просто сыпать магические порошки в готовую жидкую базу. Им не нужно долго вымешивать сложные плотные соусы. А моя честная кулинарная физика требовала огромных физических усилий. Слабые моторы просто не выдерживали такой вязкой нагрузки.

Ждать новые качественные запчасти из-за границы пришлось бы несколько долгих недель. У нас не было столько времени. Кафе банально остановится. Нужно было срочно искать другой надёжный выход. И я точно знал, где его можно найти.

Во время короткого перерыва я заперся в своём кабинете. Достал из ящика чистый лист бумаги и простой карандаш. Мне не нужна была сложная умная электроника. Мне требовалась грубая и неубиваемая механика.

Я быстро набросал понятные чертежи. Большой планетарный миксер с мощным ручным и педальным приводом. Толстые стальные шестерни вместо пластиковых. Надёжные железные крепления. Только чистый металл и базовые законы рычага. Такую тяжёлую конструкцию можно крутить ногами и руками долгими часами без всякого вреда для механизма. Конечно, если это понадобится. Падать в Средневековье я не планировал, так что все мои изобретения были электронными. С той лишь разницей, что теперь они должны были прослужить ещё лет сто.

Взял телефон и набрал знакомый номер. Длинные гудки шли очень неохотно. Наконец на том конце ответил грубый мужской голос.

— Кузница Громова слушает, — буркнул Фёдор в трубку. — Кто беспокоит честных людей в праздники?

— Здравствуй, Фёдор, — я искренне улыбнулся. — Это Игорь Белославов из Стрежнева звонит.

Голос кузнеца заметно потеплел.

— О, господин шеф-повар. С наступившим Новым годом тебя. Слышал про твои громкие успехи. Говорят, ты тут всю местную элиту на уши поставил своей солянкой. Чего звонишь? Опять ножи затупились на костях?

— Ножи работают в полном порядке. Мне нужно специальное оборудование, Фёдор. Много крепкого оборудования.

Я подробно и обстоятельно объяснил кузнецу свою текущую проблему. Рассказал про сгоревшие хлипкие моторы и расплавленный дешёвый пластик. Кузнец внимательно слушал и довольно хмыкал в трубку.

— Прекрасно понимаю тебя, Игорь. Эти заморские городские штучки годятся только для красоты на полке. Тебе нужна настоящая кухонная броня. Чтобы работала на долгие века.

— Именно так. Я сделал подробные чертежи. Мощные зубчатые передачи, стальные толстые венчики, педальный привод для очень больших объёмов работы. Справишься с такой задачей?

— Обижаешь, — усмехнулся Фёдор. — Сделаем всё в лучшем виде. Будет крутиться так, что кирпичные стены задрожат. Присылай свои бумажки со схемами. Завтра же утром начнём ковать твой заказ.

Я хотел сказать слова благодарности. Но тут в трубке раздался громкий треск. Телефонная связь начала прерываться. Басистый голос кузнеца потонул в белом шуме.

— Фёдор? Ты меня нормально слышишь⁈ — громко спросил я.

Ответом мне послужило лишь долгое глухое шипение. Звонок неожиданно оборвался.

Я нахмурился и посмотрел на светящийся экран телефона. Сеть показывала слабый сигнал. Я попытался перезвонить Фёдору ещё раз, но механический голос сообщил о недоступности абонента.

Чувство тревоги неприятно укололо в грудь. В провинциальном Зареченске редко случались серьёзные перебои со связью.

Я быстро набрал номер сестры. Настя сейчас должна была находиться в нашем родном кафе. Гудки шли мучительно долго. Я уже собирался сбросить вызов, когда трубка наконец громко щёлкнула.

— Игорь? — голос Насти сильно дрожал и постоянно срывался.

На заднем фоне отчётливо слышался сильный шум. Какие-то люди громко кричали. Звенела разбитая посуда.

— Настя, что у вас там происходит? — я мгновенно напрягся, крепко сжимая телефон пальцами. — Почему такая плохая связь в городе? У вас там кто-то буянит в зале? Опять бандиты от Алиевых приехали?

— Нет, Игорь, это совсем не бандиты, — она тяжело и часто дышала в динамик. — У нас случилась беда. Очень большая беда.

— Успокойся и говори чётко. Кто именно пострадал?

— В городе произошла авария. На нашей тепловой станции прогремел взрыв. Главные котлы полностью встали. Магистральные трубы лопнули от давления.

Зима на улице стояла суровая. Январские морозы только крепли с каждым днём. Мой мозг мгновенно начал просчитывать худшие варианты. Без тепла трубы с водой в домах лопнут через несколько часов. Город замёрзнет. Дети, старики, обычные рабочие окажутся в ловушке. «Магический Альянс» наверняка попытается нажиться на этой катастрофе, продавая согревающие зелья втридорога.

— Насколько всё плохо? — спросил я тихим и спокойным голосом.

— Отопления больше нет, — громко всхлипнула сестра. — Весь Зареченск замерзает. Люди в панике выбегают на улицы. Я не знаю, что нам делать.

— Слушай меня внимательно, Настя, — произнёс я ледяным тоном. — Закрывайте кафе для обычных продаж. Разжигайте все дровяные печи, какие у нас только есть. Варите горячий чай и мясной бульон в казанах. Я скоро буду.