Истинная для монстра

Глава 22

Элайза вышла на улицу. Ночной воздух, пронзительно‑холодный и чистый, обжёг лёгкие, но принёс облегчение. Она сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь унять бешеное сердцебиение и упорядочить мысли. Буквально через минут десять, появился Шивари, монстр не задавал вопросов — просто был рядом, словно незримая стена между ней и всем остальным миром.

— Как… как такое возможно? — прошептала Элайза, подняв взгляд к тёмному полотну неба, где меж силуэтами инопланетных кораблей мерцали далёкие звёзды. — Он говорит, движется… всё, как раньше. Но это… не он.

— Оболочка идеальна, — тихо ответил Шивари. — «Симуларк‑¶» копирует не только внешность. Жесты, мимику, интонации — всё до мельчайших деталей. Даже воспоминания.

— Но зачем? — Элайза обхватила себя руками, безуспешно пытаясь унять дрожь, пробирающую до костей. — Зачем им понадобилось создавать копию моего брата? Я не понимаю…

Шивари бережно развернул её к себе, коснулся кончиками пальцев её щеки, приподнимая подбородок.

— Знаю, ты горишь желанием вырваться отсюда, но мне кажется… мы должны задержаться на несколько дней. Здесь.

— Почему? — Её голос дрожал, срываясь на крик. — Ты обещал! Ты обещал, что мы найдём Рию…

Монстр вздохнул, коснулся её плеч, успокаивающе поглаживая. Его прикосновения казались невесомыми, словно дуновение ветра.

— Разве тебя не гложет любопытство узнать, кто и зачем создал эту идеальную оболочку? Этот симулякр? — тихо проговорил он, всматриваясь в глубину её глаз, словно ища там ответы. — Это может быть ключом… ко всему. Если мы поймём, зачем сагатархам понадобилась копия твоего брата, возможно, мы сможем разгадать и другие их коварные планы. А значит… сможем защитить тех, кто ещё жив. И, самое главное, — его голос стал почти шёпотом, — я смогу защитить тебя… от моего отца.

— Хорошо… Допустим, мы остаёмся, — призналась она, загнанно. — Но мне страшно… Не за себя. За Рию, она ведь совсем ребёнок, я не представляю, как ей сейчас страшно. Что, если мы опоздаем?

Вдали раздался протяжный, леденящий душу вой, затем скрежет — то ли голодного зверя, то ли чего-то невообразимо более жуткого. Элайза невольно прижалась к Шивари. Он обнял её, согревая не только своим теплом, но и ощущением силы, исходящей от него. Она чувствовала, как бешено бьются их сердца в унисон, и в этом диком ритме вдруг ощутила тонкую нить влечения, связывающую их воедино.

— Мы не опоздаем, — Шивари улыбнулся едва заметно, лишь приподняв уголки губ. В этой полуулыбке таилась древняя мудрость и нежность, предназначенная только для неё. — Если этих маленьких девочек похищают для того, чтобы превратить их в сосуды… для вынашивания нашего потомства, тогда у нас ещё есть время. Они нужны им живыми. Пока эти девочки не подрастут и не перейдут в стадию взросления.

— Давно моя сестра с этим типом вместе? — поинтересовался Арчи, вальяжно развалившись на стуле.

— С недавних… — уклончиво ответил Маркус, бросив взгляд на Джульетту.

— Что? Я не могу утверждать наверняка, что они вместе, но искры между ними точно летят.

— То есть, никакого алтаря и фаты? И они не муж и жена? — Майя едва сдержала смешок. Маркус лишь отрицательно покачал головой.

— Нам пришлось это выдумать, чтобы вы нас отпустили, — выпалила Джульетта, сверля Арчи взглядом. — Что между вами произошло? Почему Эл так тебя ненавидит? Она тебя оплакивала, и Грегори подтвердил твою смерть.

— В день вторжения разверзся настоящий ад, — начал Арчи. — Помню, как меня придавило чудовищной балкой. Суета, хаос… Эл и Грегори помогли выбраться, а потом… — он запнулся, словно прокручивая в голове тяжелые кадры. — Мы просто потерялись… Наверное, она зла на меня, из-за того что решила, будто я сдох. Других объяснений у меня нет. Кстати, а где Грегори?

Джульетта, Маркус и Роман вопросительно посмотрели на Кору. Блондинка, почувствовав их немой укор, закатила глаза.

— Этот мерзавец отдал маленькую девочку пришельцам, а сам свалил, когда в подземке все взлетело на воздух, — прорычал Роман.

— Не ожидал от него такой «доблести», — хмыкнул Арчи и перевел взгляд на Маркуса. — А вот от тебя я бы вполне мог такого ожидать. — Арчи хлопнул Маркуса по спине, криво усмехнувшись. — Да, люди меняются, особенно когда их жизнь летит в тартарары из-за вторжения. Срывают свои маски, точно змеи старую кожу. — в помещении воцарилась тишина. — Слушайте мы поможем вам найти эту девочку, раз моя сестра выступила в роли её опекуна. Уговорите Эл остаться, к тому же, чем больше нас, тем крепче стена. Мало ли что может случиться.

— Я, конечно, знаю тебя не так, как этих двоих, — произнес Роман, бросив взгляд на Маркуса и Джульетту. — Но, как по мне, лишняя пара глаз и рук ещё никому не вредила.

Джульетта слегка улыбнулась, в ее глазах мелькнула тень сомнения:

— Ладно, я поговорю с Элайзой.

— Отлично, думаю, нам всем не помешает передышка, денек выдался… скажем так, богатым на события, — устало проговорил Арчи, недвусмысленно намекая, что пора расходиться по своим углам.

Шивари шагнул внутрь стадиона, и его взгляд, словно хищный зверь, скользнул по трибунам. Там, где совсем недавно плел интриги лже-брат Элайзы, теперь зияла пустота — лишь призраки голосов еще витали в затхлом воздухе. Последним из логова выбрался Джакс, и даже удостоил монстра дружелюбным кивком. Монстр выждал, пока последний силуэт не растворится вдали, и, словно охотник, ступил в заброшенное помещение, плотно притворив за собой дверь.

— Я же сказал, нам всем нужно отдохнуть, — прошипел «Арчи», обернувшись. Не успел он закончить фразу, как Шивари, словно вихрь, пригвоздил его к стене, стальными пальцами вцепившись в горло.

— Кто ты такой? — рык монстра почти сотряс стены. Злость превратила его лицо в отвратительную маску. — Твое настоящее имя? Кто наделил тебя этой оболочкой и с какой целью? Отвечай!

— Понятия не имею, о чем ты бредишь, — «Арчи» дерзко усмехнулся прямо в лицо Шивари.

Эта усмешка стала последней каплей. Ярость вспыхнула в Шивари, словно сверхновая звезда. Он вложил всю свою ненависть в один сокрушительный удар. Кулак обрушился на лицо «Арчи», и привычная реальность дрогнула. Лицо парня замерцало, как голограмма, пронизанное изнутри яркими, пульсирующими нитями света. Там, где секунду назад алела ссадина, кожа восстанавливалась с немыслимой скоростью, будто под действием инопланетных технологий.

— Повторю еще раз! — выплюнул Шивари, обрушивая очередной яростный удар. — Имя того, кто напялил на тебя эту нейро-маску? Говори, или я раздавлю тебя, как квантовую букашку в поле антигравитации! — лицо псевдо-брата мерцало под натиском каждого удара, словно голографический призрак, теряющий связь с сервером. Импульсы энергии, вырывавшиеся при столкновении, плясали всеми цветами спектра, угрожая разорвать его цифровую оболочку на пиксели реальности.

— Мне говорили, что ты можешь превзойти отца в роли вождя, но твои эмоции — как необузданный зверь, Шивари. Какой прок менять Тауруса на тебя, если тобой правит гнев, такой как у твоего отца? — «Арчи» криво усмехнулся, в его словах ядовитость. — Или все дело в ней, в этом человечке? — В холодных глазах «Арчи» вспыхнули тусклые неоновые искры. — Она — твоя слабость, Шивари. Земная женщина прогрызла брешь в твоей звериной броне, сделала тебя уязвимым.

Шивари уже занес руку для удара, когда чуткий слух уловил движение за дверью лёгкий шорох. Он отпустил сородича, сдерживая рвущийся наружу рык.

— Мы еще не закончили этот разговор, — прорычал он, словно дикий зверь, чей покой нарушили. В его взгляде полыхнула первобытная угроза. — Держись подальше от Элайзы. Иначе пожалеешь, что вообще покинул утробу матери.

Выйдя из помещения, Шивари тяжело дышал. Майя, стоявшая поодаль, бросила на него долгий, пронзительный взгляд, когда он, торопливо пряча в карманы окровавленные, исцарапанные руки, скрылся в одном из боковых коридоров. В маленькой комнатке его уже ждала Элайза.

— Где ты был? — с тревогой в голосе спросила она, когда он опустился рядом с ней на пол. Ее взгляд, полный смятения, скользнул по его рукам. — Чья это кровь, Шивари?

— Твоего так называемого «брата». Он подтвердил мои подозрения — он не человек. Но так и не выдал, кто заточил его в эту оболочку.

— Так ведь не должно быть? — Элайза коснулась его изувеченных рук, ее прикосновение было нежным. — Почему твои ссадины не заживают? — В ее голосе дрожала не только тревога, но и что-то еще, неуловимое, но такое важное для него. В этот момент Шивари видел лишь ее, чувствовал тепло ее руки, и все остальное отступало на второй план.

— Не могу знать, — он ослепительно улыбнулся, и повалился на пол, увлекая Элайзу за собой. Она, словно зачарованная, не сопротивлялась, молча последовав за ним в этот мягкий плен, и устроила голову у него на груди. — И всё же, признайся, ведь я тебе не безразличен? Отрицать это бессмысленно.

— Тот сон… что мы видели… — Элайза запнулась, словно споткнулась о невидимый камень, сглатывая ком, застрявший в горле, сердце тревожно забилось, пропуская удар за ударом. — Как думаешь, что это было?

Монстр, с нежностью превосходящий любого смертного, прижал девушку к себе, словно оберегая от надвигающейся тьмы.

— Скорее всего, мы заглянули в зеркало будущего, или, как говорят люди, увидели вещий сон. Думаю наша встреча это судьба или предзнаменование.

В серых глазах Шивари плескалась глубина, бездонная и манящая, как ночное небо, усыпанное звездами. Элайза почувствовала, как ее щеки заливает румянец. Слова застревали в горле, не находя выхода. Она и сама до конца не могла понять, что чувствует к этому существу. Любопытство? Или что-то большее, пугающее своей новизной?

Шивари нежно провел пальцем по ее щеке, заставляя Элайзу вздрогнуть. Его прикосновение было легким, но от него по телу пробежала волна мурашек.

— Судьба, хочешь сказать, что я твоя истинная пара? — прошептала Элайза, скорее себе, чем ему. В ее голосе звучало сомнение, но в глубине души она жаждала верить в это. Верить в то, что их встреча не случайна, что их связала какая-то неведомая сила.

Шивари наклонился ближе, его дыхание опалило ее губы. Элайза замерла, словно кролик перед удавом, не в силах отвести взгляд от его манящих глаз. Он приближался медленно, давая ей возможность отстраниться, бежать, спастись. Но она не двигалась. Она хотела этого поцелуя, как путник в пустыне жаждет глотка воды. Их губы соприкоснулись, и в этот момент мир вокруг перестал существовать. Это был нежный, робкий поцелуй, словно прикосновение крыла бабочки. Но в этой нежности чувствовалась огромная сила, способная разрушить все преграды и изменить судьбу.