Измена. Попаданка в законе 2

Глава 28. Вылазка

Нам в этот памятный с Ларой день, после первой ночи взаимной любви, пришлось разделиться.

Лара с детьми-дикобразиками по приглашению короля работает по укреплению купола. С ними пошли Дэб и Бертран, и я верю им, как сам себе.

Дэб ни за что не оставит Лару по поддержке, не даст ей выдохнуться и остаться без магии. Мы так с ним договорились.

Бертран присмотрит за иглистыми детьми, с ним никто их не обидит. Он единственный, кто начинает их понимать.

Говорит, что невероятно сложный язык в произношении.

Почему мы раньше ничего не знали об этой расе людей-магов? Они же явно маленькие маги, думаю, что все трое.

Вглядываюсь в толпу людей, собравшихся около холма для поддержки магов, создающих купол.

У Лары там, образно говоря, роль “главной скрипки в оркестре”. На неё все настраиваются.

И, судя по тому, что купол становится заметно шире и темнее, у них там все неплохо получается. Слышны слова ободрения, правильнее сказать, гул одобрения.

— Дара, Дара!

Да, все так и зовут Лару именем Дары. Да многие и не знали её настоящего имени.

Даже из тюрьмы слышен одобрительный гул, арестанты тоже невероятно рады куполу. Слышны их поддерживающие крики Голубой ручке и Даре.

Получается создавать защитный купол, получается! И наша палатка тоже сейчас стоит под куполом, и весь драконий лагерь, и тюрьма, и лазарет, и дома.

Купол становится все шире, нависает над мысом, как темно-голубая крыша. Но пока ещё не синяя.

А я работаю на расследованием пропажи генерала Джеральда Харлоу. И, прослушав записывающие камни с показаниям членов отряда Харлоу, понимаю, что никто из членов отряда не понял, куда он исчез после взрывов.

В момент взрыва он был вместе со всеми, трое видели, как его лошадь упала вместе с всадником.

А вот дальше было непонятно.

То ли он смог подняться и уйти, и даже улететь, но это вряд ли. Зная Джеральда, уверенно скажу, что он ни за что не оставил бы свой отряд

То ли его кто-то унёс, увёл, утащил. Второе казалось более приемлемым.

И опять только вопрос: а куда утащили, скажем так, бесчувственное тело Джеральда? Вообще где оно, это тело? На нашей стороне или на стороне неприятеля?

Соответственно этому, было два направления поисков.

Один — искать в горах, и я уже распорядился, чтобы отряды поисковиков прочесывали горы и урочища на нашей стороне.

Если Джеральд на нашей стороне, то рано или поздно мы его найдём. Или его тело. Живого или мёртвого.

Лучше пусть хоть всего израненного, но живого. Вон как король Арчибальд Харлоу за брата переживает.

А вот если его увели в сторону неприятеля, через границу…

Тогда надо делать вылазку на другую сторону. И делать её немедленно, вдруг Джеральд ещё недалеко.

В итоге я сам подготовил эту вылазку. Возможно, первую вылазку, могут понадобиться и ещё поиски. Продумав детали и участников, с их согласия.

Оставался вопрос, с кем оставить Алекса на время работы Лары?

С Алексом в итоге осталась сиделка из лазарета, присланная Грегором, именно она участвовала в родах и принимала на руки нашего сына.

Кроме неё, также наша охрана. Каждому было сделано соответствующее внушение. И Барт с ними для жесткого и тотального контроля.

Наставление было только одно:

— Беречь и защищать, ценой жизни.

Ну, а как иначе?

Алекс — мой кроха-сын — законный и единственный наследник собственника и землевладельца всех Южных земель. И основного командира здесь.

Конечно, он тоже может стать мишенью для шпионов.

Так что не дай, Боги!

В вылазку в стан неприятеля для просмотра и выявления возможных следов Джеральда и планов противника, что не менее важно, решено было отправиться в облике драконов и немедленно.

Решили, что в разведку полетим вчетвером.

Два командира — я и Вилли Раймонд, командир западной части границы здесь. Он эту территорию хорошо знает.

Именно в этих землях пропал Джеральд и все лошади отряда, то ли живые, то ли их трупы.

И еще мы взяли с собой двоих из драконьего молодняка, наиболее ярко проявивших себя в ловле шпионов — молодых драконов Дикаса и Ревена.

Оба рослые, быстрые и хорошо владеющие огнём в драконьей ипостаси. Образно говоря, себя и нас не подожгут.

А то с молодняком такое не раз случалось. То хвост себе сами подпалят нечаянно, то хвост соседа во время полёта.

Да, подготовка молодых на границе всегда очень важная задача.

Я так и не смог больше увидеть Лару, она все ещё была на создании купола. Да и все свободное от охраны границы сообщество тоже было там. Зрелище потрясающее!

Но мы вылетели.

И через полчаса полёта приземлились в западном дальнем урочище, где пропал Джеральд. Верхом на лошади сюда бы добирались пару часов, или больше, граница длинная.

Сориентировавшись на местности, пролетаем стену, которая сверху кажется поосто игрушечной.

Это внизу она кажется мощным укреплением, а в воздухе границ нет.

Впервые за долгое годы мы летим над территорией неприятеля. Сюда никто никогда не залетал, по крайней мере на моей памяти. Нет ни карт, ни границ.

На наших картах все, что за стеной, обозначается просто как “территория неприятеля”.

И у нас, и у них, получается, это жизнь “за стеной”. Но ведь кто-то же там раньше жил, до порабощения Черной магией.

Были же там какие-то жители, нам неизвестные ?

Были, но мы о них ничего не знаем.

Шпионов старались сразу ликвидировать.

В итоге никто ничего не знает про то, что “за стеной”.

Ничего! Но это точно не правильно.

Я по своей южной границе, которую курирую, чётко знаю, кто там живёт.

С этими народностями у нас и договора о защите границы, и обмены товарами, и взаимовыгодное сотрудничество.

А здесь все не так. Вспоминаю, что раньше и стена границы была магической, не только купол, надёжно защищая Вольтерру. Через неё просто никто не мог к нам пробраться.

По крайней мере так говорят древние сказания и легенды. Но никто не знает наверняка.

Сейчас стена выполняет чисто механическую роль. Нет магов, которые могли бы активировать стену, пробудить её магию.

И даже непонятно, а какие для этого нужны маги.

Летим над широким и пустынным плато. Настоящая пустыня, но не засушливая. Ни ручьев, ни рек, ни деревьев, это все на нашей стороне.

И никаких следов Джеральда, соответственно.

В конце безжизненного плато, где и животных-то не видно, начинаются горы, что идут цепью далеко вперёд, скрываясь за горизонтом.

И вот тут мы замираем на месте, точнее, замираем в воздухе.

Потому что видим впереди … битву.

Битву, к которой нам нельзя приближаться.