Измена. Попаданка в законе 2

Глава 45. Долгожданный разговор

Моя жена не перестаёт меня удивлять.

Я с изумлением наблюдаю, как легко и ловко Лара управляется c Алексом. Пеленает, меняет пеленки, агукает и зацеловывает его, обмывает, кормит, чистит глазки и ушки.

Даёт икнуть и срыгнуть после еды, держит как-то по-особому в это время на плече, мне подсказывает…

И все это на ходу, между делом, словно она много лет это знает.

Знает, именно знает, как это делать.

Словно ей не девятнадцать лет, а намного больше. Словно у неё большой опыт выращивания и воспитания детей.

Она и с дикобразиками так легко общалась, Руся вообще у неё с рук не сходила.

Я начинаю понимать, что у Лары более взрослая душа. И в какой-то другой жизни, вероятно, у неё уже были дети.

Дожидаясь небольшого перерыва в её круговороте вечерних дел.

Мы как вернулись с поездки по спасению Алекса, хотя поехали туда врозь — я один, Лара с командой Дэба , так она все и хлопочет в доме Дэба.

И состояние Бертрана проверила, подлечила, и ужин на всех мужчин быстро организовала, а теперь в очередной раз возится с сынишкой.

А я наблюдаю, сидя на кровати.

Потому что смотреть на это можно бесконечно. Особая песня и радость — смотреть на свою любимую женщину и спасенного нами сына.

Но я дожидаюсь небольшой передышки в этом бесконечном круговороте ее дел. И, как только появляется лёгкая возможность, притягиваю Лару к себе. Вернее, утягиваю Лару на кровать.

— Поговорим, Лара? Может быть пришло время поговорить?

— А что ты хочешь спросить? — смеётся эта невозможная женщина.

— Кто ты, на самом деле?

Небольшая пауза, Лара ощутимо мнется, думает, как начать, как сказать.

А сказать надо. Да, пришло время.

Тогда, в ущелье, услышав яростную перепалку между Ларой и мародером-насильником, я многое понял. Понял, что они из одного мира и знали друг друга. Что они оба попаданцы.

Что он …. убил Лару в том мире. Что она, получается, переместилась в тело Ларики. И понял, как на самом деле зовут мою жену.

Лариса Вербина — вот как.

Ну, одно хорошо, имена совпадают практически.

И вот теперь нам предстоит разговор, который очень долго откладывался. Жизнь у нас такая здесь очень насыщенная, из-за войны и битв, ни поговорить толком, ни любовью заняться.

— Маркус, ты же очень умный дракон, — начинает Лара.

Ну, вот, спасибо, что таковым считает.

— И ты уже давно понял, что я попаданка, так ведь?

— Так, — соглашаюсь я.

Вот откуда она все знает, и так легко меня просчитывает?

— И принял это, — продолжает моя жена.

Снова киваю, и крепче притягиваю её лёгкое и очень желанное тело к себе за талию. Утыкаюсь носом в макушку, вдыхаю её неповторимый запах.

Только бы в результате её рассказа не нарушилось бы наше хрупкое единство.

Она — моя истинная. Не прежняя Ларика. А именно Лара. И я уже давно это чувствую, а спросить вот все не решался.

Чтобы не сделать хуже, не разрушить хрупкость отношений.

— Да, Маркус, я попаданка. Совершенно из другого мира. Огромного мира будущего, к которому, возможно, когда-то, через тысячи лет, придёт Вольтерра. Так что я попаданка, и во времени, и в пространстве.

Я принимаю и перевариваю сказанное. Это надо осознать. Что перемещение не просто между мирами, а ещё и между временем. Тысячи лет возможной разницы. Она жила на тысячи лет вперёд.

— Как же мне повезло, что я нашёл тебя, Лара. Или ты меня нашла?

— Ой, кому еще и как повезло? Меня же этот насильник фактически убил тогда. А у тебя здесь был конфликт с Ларикой. Вот так мы и переместились в тела друг друга.

Я морщусь от этого воспоминания. Вспоминать, когда моя юная супруга бросилась защищать своего любовника и попала под мой удар… да, не слишком легко.

— Она тогда защищала своего любовника и кинулась под плеть, — все же осторожно говорю я. — Я бы никогда не ударил женщину, чтобы она не натворила.

— Ой, да знаю я это, Маркус, не беспокойся. Ты не хотел её ударить. Случайный удар получился. Но ей много ли надо было? Она и переместилась, она же маг была, и сильный. А меня сюда отправила.

— А где сейчас Ларика? — спрашиваю я, скрывая страх за её судьбу.

Все эти месяцы я много раз думал об этом. И мне очень хочется, чтобы у Ларики, фактически моей первой жены, с которой я зачал Алекса, и я это теперь точно знаю, все было хорошо, и она не держала на меня зла.

— Мне трудно это точно сказать. Она приходила ко мне, но ночью, в снах. Но из слов насильника Кречета я поняла, что это она его забросила в мир Вольтерры. А значит, она жива.

Помолчав, но при этом лаская мою грудь, уточняет:

— Она в моем теле там и с моими детьми. И я к ней отправила Тима. Смогла телепортировать через кольцо Ларики. Так что они вместе.

Воспоминания о Тиме, юном друге и любовнике Ларики, которого она предпочла мне, уже не вызывают у меня острой реакции, как раньше.

А вот дети…

— Так у тебя есть еще дети? Значит, и мужчина есть? — спрашиваю я, понимая, что с ревностью.

Ну, мы, драконы, такие.

— Да, Маркус, у меня четверо детей, уже взрослых, сын и три дочери. Сына Александром зовут, поэтому и наш — Алекс. И я скучаю по ним. Младшая моя дочь Лиза, как я поняла, встретилась с Ларикой. Они вместе.

— Как взрослых, Лара, тебе девятнадцать же!

— Это здесь. А там я была взрослый человек, известный юрист, ну, точнее, законник, работала по преступлениям в том мире.

Час от часу не легче! Моя женщина там работала и была известным законником. То-то у неё так лихо получалось работать с законами здесь.

— А мужчина, Лара? У твоих детей, получается, есть отец? Ты его любишь?

Лара мнется. А я так боюсь услышать, что да, есть у неё там любимый мужчина.

— Маркус, понимаешь, я сильная женщина. А мужчина мне сильный, вот как ты, не попадался. Это здесь мне так повезло, с тобой.

— А как же дети-то появились? — с облегчённым выдохом спрашиваю я, перемещаясь на подушки и утаскивая, естественно, Лару за собой.

Пусть не надеется, что я её выпущу из рук. Драконы в первую очередь страшные собственники, и своего никогда не выпустят.

— Ну, мужчины в моей жизни были, — смущённо признается Лара. — И в браках я была. Но неудачно. Так что у детей есть законные биологические отцы. Но вот достойного мужчины у меня ещё не было. Только ты, Марк.

И прячет смущённо лицо у меня на груди.

А я ещё крепче стискиваю её в объятиях. Фактически она первый раз признается мне в любви. Своеобразно так признается.

И её признание вперемешку с ревностью к мужчинам в другом мире дорогого стоит.

Но она же здесь, со мной.

С шикарным молодым телом и взрослой душой.

Переместилась только её душа, это её вторая жизнь. И у нас есть замечательный крошка-сын, который тихо посапывает сейчас рядом в люльке.

В соседних комнатах спят братья Веллес и Дэб. А мы беседуем с Ларой.

Это наш такой долгожданный разговор. Когда все встаёт на свои места.

И, чтобы никому не мешать, я накидываю полог тишины. Никому не надо знать, что происходит в комнате любящих друг друга людей. И в их постели в момент соединения особенно.

Укладываю Лару полностью рядом с собой, снимаю ее сорочку, вожу тихо рукой по налитой белой груди, ласкаю тёмные соски губами...

Чудо, а не ощущения…

— Расскажи мне о своём мире, — тихо шепчу ей на ушко, уже погружаюсь лицом в её роскошные волосы, чувствуя свое напряжение и желание.

О, какого желания! Моя женщина чувствует и видит, насколько я готов к соитию.

Желание полного обладания. Мы же ещё по-настоящему и не были вместе, Ларе нельзя было после родов полностью принимать меня.

А в свете всех магических событий и трансформаций этот день, наконец-то, для меня наступил. По крайней мере, я это считываю с особого поведения Лары, она сегодня как кошечка около меня, и сильно надеюсь на это.

— Я тебе про него многое буду рассказывать, — шепчет, уже задыхаясь от желания, Лара. — Но не сейчас, сейчас я просто хочу быть с тобой. Полностью, до конца. И ещё детей от тебя хочу. Много детей!

Эти слова… Боги, это она говорит, она зовёт меня этим, на такие подвиги! Такой призыв!

Ну, держись, дорогая!

— Но с начала скажи, — шепчет Лара, — кто же все-таки по-настоящему твоя жена — Ларика или я?

— Получается, с этими перемещениями душ, — говорю я, — что обе, но в одном теле. А, значит, именно ты моя жена. Ты же сейчас в этом теле истинной. Так что не сомневайся.

— Мне было очень важно это услышать, — шепчет мне прямо в губы Лара.

Горячо шепчет, вжимаясь в меня и приглашая в мир своего широко распахнутого для меня тела. Между желанных белых ног любимой.

Боги, Боги, наконец-то я с ней. И в ней!