Измена. Я тебя (не) забуду

Глава 29. Яна

— Я ведь и сама толком не знаю, — поднимаю на него взгляд, — как нужно меня любить. Я же не помню ничего. И пока только какие-то призрачные ощущения.

— Так давай с них и начнем, — он вдруг подхватывает меня за талию, шагает вглубь ванной комнаты и усаживает меня на столешницу рядом с раковиной. — Рассказывай, что там у нас по ощущениям? Пусть даже призрачным.

Я дико смущена. Но сейчас он явно нравится мне куда сильнее, чем все время до этого. Будто он действительно очень заинтересован в том, чтобы заставить меня вспомнить нашу любовь. Хотя вопросик возникает, а была ли она у нас вовсе?

Очевидно у нас имелись серьезные проблемы в отношениях. И этот медведь совершено не смахивает на мужчину умеющего любить. Да и в себе я чувств никак не нахожу. Однако он так старается. Прямо невооруженным глазом видно. Поэтому я просто не могу не поддаться ему.

К тому же я тоже серьезно настроена сохранить нашу семью. По крайней мере до того момента, пока не вспомню свою жизнь «до».

— Мне нравятся твои руки, — внезапно даже для самой себя выдаю я. — Вот такое ощущение есть…

Боже. Как неловко. Будто я с незнакомцем делюсь своими интимными мыслями, а не с мужем. С другой стороны сейчас он для меня по сути и есть незнакомец.

Однако я понимаю, что я просто обязана предпринять эти важные шаги на сближение. Ведь близость она и есть, обмен сокровенными мыслями в первую очередь. И чужим он мне кажется только потому, что я о нем ничего не помню. Равно что не знаю. И чем быстрее я заполню эту пустоту, тем быстрее Миша станет моим мужем для моего бунтующего сознания.

Он с неподдельным интересом смотрит на свою ладонь, будто впервые ее видит:

— Серьезно? Мне казалось они тебя пугают, — хмыкает. — Ты ведь каждый раз вздрагиваешь, когда я прикасаюсь к тебе.

Вот блин. Значит он заметил. Не красиво как-то. Пожалуй стоит оправдаться:

— Я сейчас от всего вздрагиваю, — беру его ладонь двумя своими. На контрасте его ручища кажется еще больше: — Но кажется без тебя мне будет еще страшнее.

По сути очень искренне признаюсь я. Ведь даже если я не могу отыскать пока в себе любви к этому мужчине. То я точно испытываю благодарность, что несмотря на наш разлад он все же не бросил меня в больнице на произвол судьбы.

— А еще твой голос, — продолжаю я, боясь смотреть ему в глаза, — такой низкий и хриплый. У меня если честно мурашки от него.

— От страха?

— Вовсе нет, — спешу заверить. — Мне нравится. И запах твой…

Блин, кажется я перебарщиваю с откровенностью. Сейчас просто со стыда сгорю.

Но судя по взгляду моего мужа, я вполне на верном пути и будто все делаю очень даже правильно.

— Есть еще что-то? — хрипло спрашивает он.

— Теперь твоя очередь, — прикусываю губу от смущения.

— Ладно, — его задумчивый взгляд блуждает по моему лицу будто впервые изучая так пристально. — Глаза у тебя красивые стопудово. Я таких реально никогда в жизни не видел. Еще ресницы эти твои пушистые, прикольные такие. И волосы охуенные.

Его грубая подача еще сильнее вгоняет в краску, чем если бы он говорил обычные вежливые комплименты.

Но все же… так приятно.

Приятно что я кажется и правда нравлюсь своему мужу.

И от этого так тепло в груди становится. Будто я наконец даже немного расслабляюсь рядом с ним.

Пожалуй это впервые, когда я действительно почувствовала внутри себя какую-то отдачу на этого мужчину. Но он все продолжает меня смущать и кажется уже не планирует останавливаться:

— Губы твои пухлые нравятся, — он скользит пальцем по моему плечу, стягивая бретельку лифчика. — И фигура у тебя кайфовая. У меня стоит на тебя постоянно.

Вот черт!

Резко отшатываюсь и прикрываю едва не обнажившуюся грудь руками.

Он опять за свое?! А я только успела подумать, что мы вроде как о чувствах.

С другой стороны… это ведь мужской эквивалент симпатии, не так ли? И я сама хотела как можно скорее почувствовать его любовь к себе.

Тогда… может стоит позволить ему ее проявлять? Пусть даже его варварскими методами к которым он очевидно привык. Но зачем отталкивать? Ведь он мой муж.

Опускаю руки от груди, позволяя ему продолжить делать то, что он хочет.

Однако Миша смотрит на меня хмуро. Явно сдерживаясь изо всех сил. Будто сомневается, что я снова не попытаюсь остановить его. Чувствую себя виноватой. Если я и прежде его постоянно так ограничивала, то не удивительно, что у нас разлад был. Он ведь мужчина…

Сама снимаю с себя весь верх одежды, чтобы показать серьезность своих намерений наладить контакт с мужем.

Превозмогая неловкость подхватываю его руку и кладу ладонь себе на грудь.

Если для него это так же важно, как для меня вспомнить свою любовь, то зачем я буду ограничивать нас обоих?

— Ты же понимаешь, что сейчас делаешь? — хрипит он, утыкаясь носом мне в макушку.

— Не совсем. Но раз для тебя это важно, то я не могу игнорировать твои чувства.

Он нетерпеливо сжимает мою грудь, а второй рукой прижимает меня к себе за талию, взимая в свое напряженное тело:

— Я ведь трахну тебя, глупенькая.

— Значит так тому и быть.

— Но ты же сама просила дать тебе время.

— Я все равно не смогу долго это откладывать. А раз это важно для тебя, то и для меня, — пожимаю плечами. — Тем более доктор сказал, что это полезно для нашего ребенка.

Отшатывается. Смотрит мне в глаза:

— Так и сказал?

Киваю.

Признаться у меня ощущение, что теперь я его «уламываю» на секс. Будто мы местами поменялись и теперь он сомневается сильнее.

Почему?

И взгляд такой.

Клянусь, я вижу, что он хочет меня. Он и говорит ведь об этом прямо, не стесняясь. Тогда почему медлит?

Отступает вдруг, выглядит при этом каким-то растерянным:

— Я тут вспомнил… у меня дело есть срочное. Ты мойся и спать ложись. Не жди меня, — с этими словами он выходит из ванной.

А я так и сижу на раковине с ощущением, что теперь это я напугала собственного мужа. А не наоборот.