Измена. Я тебя (не) забуду

Глава 50. Миша

Яна подхватывает на руки малыша, а я так и стою с разинутым ртом, наблюдая за ними.

Выходит… не потеряла она ребенка от Корота. Сберегла несмотря ни на что. Родила.

— Ну и чего встал? — бабуля подгоняет меня. — Или нашел чего хотел и уже уходишь?

— Не ухожу, — отрезаю уверенно.

— Тогда за стол садись, чай свой допивай.

Подчиняюсь строгой старухе.

Яна с малым улюлюкает так нежно и тоже за стол собирается сесть напротив меня. Но бабуля не позволяет ей:

— На ту сторону иди, — выгоняет Яну ко мне поближе. — Я тут сейчас пельмени лепить буду.

Яна будто нехотя обходит стол и усаживается на стул рядом со мной. На меня косится как-то с опаской:

— Говори зачем приехал и уходи, — бросает и принимается докармливать ребенка борщом.

— Так это… — я едва дышу, будто проснуться боюсь, — за тобой же, Ян.

— А еще чего? — фыркает недовольно. — Сам же только что в коридоре обещал, что не утащишь силой. Соврал выходит?

— Ни слова, принцесса, — говорю тихо, а сам взглядом ее пожираю. До сих пор поверить не могу, что это она. — Силой никуда не потащу. Подожду, пока ты сама согласишься поехать. А если так и не захочешь, то останусь с тобой прямо здесь.

— Это где же?! — резко поворачивается и таращит на меня глаза. — У нас негде! У нас тут полторы комнаты. Сами ютимся, скажи бабуль?

— Да ты не горячись, дочка, — бабуля меня оглядывает прозорливо щурясь. — Здоровый мужик в хозяйстве ведь не помешает. Сколько можно дрова самим колоть? Так что пусть остается. Поглядим, насколько его хватит.

— Ба, да не шути так! — пылит моя девочка. — Его и ложить-то некуда.

— На полу постелим, — быстро решает бабушка.

— Так холодина же! — протестует Яна.

— А тебе какое дело? — баб Вася даже бровь приподнимает вопросительно. — Волнуешься о госте незваном? Вот разболеется и сам сбежит от нас!

Яна на меня волком глядит:

— Вот бы еще всяких бандитов в дом пускать пожить, — ворчит себе под нос.

— Едведь! — вдруг вклинивается малой и тянет ко мне свои ручки пухлые.

По инерции тянусь к нему. А Яна в растерянности отодвигается вместе с ребенком:

— Не надо, Тимош. Дядя чай пьет горячий.

— Яна, — бабуля строго головой качает и цокает укоризненно. — Сама ведь переживала, что сынок без отца расти будет. Мальчику нужен мужской пример перед глазами. Так чего артачишься?

— Ба! — у Яны аж щеки заалели. — Я вообще не пойму, ты на чьей стороне?

Я если честно тоже. Бабуля приятно удивляет.

— Я на стороне судьбы, моя милая, — отвечает баб Вася. — И чего тогда от нее бегать? Дай мужику сына подержать. А сама поешь пока как следует, — она ставит перед Яной тарелку разогретого борща и на меня косится: — А ты ребенка докорми, тогда может и тебе чего перепадет.

Забираю крохотного мальчика из рук своей недовольной упрямицы.

— Как скажешь, бабуль, — отвечаю послушно, чувствуя в этой сухонькой старушке своего сторонника.

Может хоть она поможет мне наладить контакт с Яной. Или малыш? Кажется этот кроха тоже на моей стороне. Он так смотрит на меня своими большими синими глазами. Надо же, такие же как у Яны. Так вот почему он мне таким знакомым с самого начала показался.

— Давай доедать, медвежонок? — смотрю на него и как-то совсем непривычно млею.

Он улыбается и мне теплее на сердце становится. Сынок Яны значит.

Корот не получит их. Я его сгноблю в тюряге, но к ним не подпущу.

— Открывай шире рот, летит самолет, — бормочу я, протягивая ложку к малышу.

Замечаю заинтересованный взгляд Яны. Но стоит нашим глазам встретиться, как она тут же отворачивается и принимается есть свою порцию.

— Бабуль, какая помощь нужна, говори, буду решать вопросы, — обращаюсь к Василисе Егоровне, притихшей у плиты, наблюдающей за нами исподтишка. — Может продукты какие нужны тоже. Список пиши, я сейчас своего водилу в город отправлю, пока не сильно поздно.

— Ничего нам не нужно! — опять упирается Яна. — Мы и сами неплохо живем. У нас все есть!

— Да как же есть, дочка? — спорит с ней бабушка. — Ты мне только вчера говорила, что сапоги протекать стали. И куртка совсем худая. Негоже молодой красивой девке в таком ходить. Так и мужа тебе не найду ведь.

— Мужа уже искать не надо, — встреваю я. — А куртку и сапоги быстро исправим. Доедай и поехали, Ян. Все купим.

— Мне от тебя ничего не нужно, — бунтует.

— А это и не от меня, — пожимаю я плечами. — У тебя ведь от бывшего мужа наследство богатое осталось. Так что ты весьма завидная невеста. Богатая. Уж куртку и сапоги себе точно можешь позволить.

Яна на меня ошарашенный взгляд поднимает:

— Он-н ум-мер?

— Кто?

— Муж мой?

Ну приплыли. Теперь она еще по нему страдать будет?

Или к чему так озабоченно спрашивает? Будто помнит его...