Кабан

Глава 24

Маруся

– Паша, – шепчу я.

Пытаясь сделать хотя бы самый короткий вдох между поцелуями. Недавно я думала, что он – как глоток свежего воздуха. А сейчас я думаю, что легко могу задохнуться и потерять сознание. Меня никто никогда так не целовал…

– Что? – внезапно спрашивает Пашка, на секунду оторвавшись от моих губ.

– Надо прекратить это безобразие, – произношу я на коротком выдохе.

– Надо, – кивает он.

И его губы оказываются на моей шее. Его мощные ладони сжимают мою талию и с силой впечатывают в железный торс. Моя грудь упирается в его стальные мышцы, и я чувствую, как мои соски становятся такими же твердыми.

Разряды возбуждения паутиной разбегаются по всему телу. Горячие пальцы сжимают мою попу… Стоп! Горячие? Пальцы? Да, я чувствую их обнаженной кожей! А где мое платье?

Я открываю глаза. Опускаю их вниз. Да оно уже почти на талии!

– Паша… – хрипло выдыхаю я.

Его прикрытые глаза распахиваются. Он прижимает меня к себе еще сильнее – потому что я отстраняюсь, пытаясь поправить платье. И мне становится страшно… Меня опаляет огнем. У Кабана темные глаза, почти черные. А сейчас они – как горящая нефть. Я вижу языки красного пламени на черном фоне.

Голод. Жажда. Неукротимое желание… Боже… Это что-то запредельное. Меня еще никто никогда так не хотел.

И я. Никого никогда так не хотела…

Я наэлектризована, как оголенный провод. Каждое прикосновение заставляет все мое тело вибрировать. Моя кожа пылает и плавится. Дыхание – как после забега. Пульс – как перед инфарктом.

Плевать. Плевать на все. Хочу его. Хочу, чтобы это огромное, на чем я уже давно ерзаю, оказалось во мне…

– Кхе-кхе.

Я отрываюсь от Пашки, мутным взглядом смотрю перед собой, фокусируюсь на… а, это охранник “Атмосферы”. Мы знакомы. Но не настолько, чтобы демонстрировать ему мое оголенное бедро… Я все же тяну задравшееся платье вниз.

– Чего надо? – рычит Пашка.

– Это бар, – произносит он с усмешкой. – А не бордель.

– Отвали, – огрызается Кабанчик.

И, так же удивленно, как и я, озирается по сторонам. Я пытаюсь сползти с его коленей, но он держит меня так крепко, что мне не удается сдвинуться ни на миллиметр.

– Поехали ко мне, – шепчу я ему на ухо.

– М-м-м, – отрицательно мычит он, кусая мое плечо.

– К тебе?

– М-м-м. Я тебя не отпущу. Не выпущу из рук, пока не сделаю с тобой хотя бы сотую часть того, о чем мечтал с тринадцати лет.

– Но мы же не будем здесь?..

– Мы будем в кабинете Варлама, – произносит он громче. И командует охраннику: – Принеси ключи.

– Но…

– Ключи! – рявкает Пашка.

И охранник уходит.

– Думаешь, он…

Конечно, он позвонит Варламу. И тот узнает. А я… Да плевать. Плевать на все. Я, так же, как и Пашка, не могу ждать.

Я дико хочу, чтобы он сделал со мной все то, о чем мечтал с тринадцати лет…

Мы оказываемся у лифта. Там стоят два парня, тоже ждут. А мы не ждем. Дверцы практически сразу разъезжаются, и мы вваливаемся вовнутрь, не переставая целоваться. Один из парней делает шаг, но замирает, пригвожденный к полу взглядом Кабана.

Дверцы съезжаются. Пашка прижимает меня к стенке и опускается вниз, уткнувшись лицом в мою грудь. Платье ползет вниз. Бретелька лифчика тянет плечо и я сама опускаю ее вместе с платьем. Мой сосок у него во рту. Стены лифта резко начинают кружиться перед глазами. Пашкин язык быстро и ритмично полирует трепещущую вершинку моей груди. Я превращаюсь в вибрирующее желе…

Мы в коридоре. Пашка вставляет ключ в замок кабинета Варлама. Откуда он его взял? Я не видела, когда охранник успел передать его. Но у меня глаза почти все время были закрыты…

Но сейчас я смотрю. И мне дико нравится то, что я вижу. Мои пальцы расстегивают пуговицы его рубашки. И мне немедленно хочется поцарапать стальные мышцы. Я срываю с Кабана рубашку и кусаю его железный бицепс. Давно хотелось…

Пашка пытается снять с меня платье, судорожно шаря руками по телу.

– Там молния, – шепчу я.

Кабанчик рычит – не может ее найти. Платье трещит по швам. Как я потом пойду домой? Плевать…

Я падаю на диван. И вижу, что дверь распахнулась – видимо, мы ее не закрыли.

– Дверь, – шепчу я.

– Хочешь у двери?

– Закрой ее!

Пашка отрывается от меня, идет к двери, на ходу избавляясь от джинсов. Он поворачивается ко мне голой спиной. И я вижу татуировку на его спине, ближе к правому плечу.

Офигеть…

Это я. Вернее, пантера. Багира. Он выбил меня на своем теле…

А потом он поворачивается ко мне лицом. И я впервые получаю возможность наблюдать его во всей красе… Мамочки! Я знала, что он огромный. Я чувствовала это еще с той вечеринки, где он нагло прижимал меня к себе. Я ерзала на нем сегодня, пока мы целовались.

Но я не представляла, что он такой… мощный и монументальный. Увитый венами. Раздувшийся, как удав перед прыжком. И задранный вверх – как кабаний клык.

Он надвигается на меня. Я зачем-то прикрываюсь остатками платья. Пашка усмехается.

– Хочешь сбежать?

– Хочу тебя, – выдыхаю я.

В его его глазах снова полыхает черная нефть. Я вижу это очень близко. Потому что он уже на мне. И почти внутри меня…