Кабан

Глава 38

Маруся

Я протягиваю руку, тяну ее дальше, еще дальше… пустота. Роняю ее на подушку и открываю глаза. Я дома. В своей постели. Одна.

Рука автоматически гладит подушку… привыкла гладить жесткую Пашкину шевелюру по утрам. Я одергиваю ее и нащупываю телефон. Уверенная, что там будет сообщение. И оно есть!

“Доброе утро, моя нежная жопастая ромашка”.

Я улыбаюсь. Пашка… И его извращенные пошлые комплименты. От которых мурашки по коже и тугие пружинки в животе.

Все закончилось. Я вернулась домой, к нормальной размеренной жизни. Все так же, как было до моего отъезда. Или нет?

Я не спеша потягиваюсь. Во всем теле приятная нега. Каждая клеточка ноет. Особенно некоторые, жестоко стертые за последнюю неделю клеточки. И это такое сладкое нытье… Блаженно-расслабленное.

Снова беру в руки телефон. Перечитываю сообщение. И – не отвечаю.

Иду в душ и, стоя под тугими упругими струями, снова чувствую блаженную негу во всем теле. С удовольствием натираюсь сначала скрабом, потом маслом для тела – в поездке вообще за собой не ухаживала! Заворачиваю волосы в полотенце и выхожу из ванной голая, чтобы масло лучше впиталось.

Проходя мимо зеркала, замираю. И смотрю на себя. Но не своими критическими глазами, которые отмечают каждую лишнюю складочку и жиринку. А Пашкиными, восхищенными.

Он просто пожирал меня взглядом! Постоянно. И в нем было столько страсти, столько желания и неукротимой животной похоти… Давно я не чувствовала себя такой желанной. И – такой красивой.

А что? Пашка прав. У меня офигенная грудь. Тонкая шея. Изящные лодыжки И животик симпатичный и совсем не большой. А задница – просто бомба! Это он повторял неустанно.

Я поворачиваюсь к зеркалу любимой Пашкиной частью и разглядываю ее. А если вот так вот наклониться… В этой позе он видел меня чаще всего. И это реально горячо! Особенно, когда его руки сжимают бедра, а его член…

Так, хватит! Чем я вообще тут занимаюсь?

* * *

– Прекрасно выглядишь! – произносит Гульнара, мой администратор

– И так же себя чувствую, – отвечаю я.

– Как будто на курорт съездила, а не на конференцию.

Ага, на курорт. Где было очень-очень жарко…

– Привет, босс! – это Артур, мой лучший тату мастер. – Ты загорела, что ли?

Разве что от обжигающе горячего Пашкиного взгляда…

– Доброе утро! – это мой второй мастер, работает недавно и поэтому соблюдает субординацию.

Но и он выдает:

– Ты сегодня какая-то особенно красивая.

– Спасибо!

– Но это тебя не спасет, – произносит Артур.

– От чего?

– От гоблина из санэпидемстанции.

О, да! От этого злобного дядьки нет спасения. Он приходит с проверкой уже не в первый раз, и всегда выедает мне мозг чайной ложкой. И заставляет что-нибудь переделать. А потом приходит, чтобы проверить и придраться к чему-то еще… Ненавижу его!

Но сегодня даже его предстоящий визит не может испортить мне настроение. Тем более, что он придет только после обеда. А мне пока что нужно поработать с документами.

Я подхожу к зеркалу и подкрашиваю губы. Посылаю себе воздушный поцелуй. Да, я себе сегодня очень нравлюсь! У меня сами собой красиво уложились волосы, и на мне струящееся платье, в котором я чувствую себя девочкой-девочкой.

А в телефоне – смски от Пашки.

“Ел на завтрак клубнику. Вспоминал твои соски. Точно такой же вкус…”

“Я тебя отшлепаю и засуну дарственную сама знаешь куда”.

“Багира, ты меня игноришь? Это опасно!”

“И в чем же опасность?” – не выдерживаю я.

“Прилечу и поджарю твои окорочка до хрустящей корочки!”

Блин… зачем я ответила? Не собиралась же. Думала, ему быстро надоест…

* * *

Выхожу на обед в ближайшее кафе и натыкаюсь на Аллу, моего косметолога и по совместительству подругу, которая работает неподалеку.

– Ты вернулась!

– Ага.

Она останавливается, берет меня за плечи и внимательно разглядывает лицо. Что? Я в чем-то вымазалась?

– Ты что там делала? Биоревитализацию? Наноазию?

– Нет…

– Изменяла мне с другим косметологом? – наседает Алла.

– Как я могла!

– Колись, дорогая. В чем дело? Кожа сияет. Сама цветешь.

– Да я не знаю…

– Курс букального массажа брала?

Массаж точно был. Только массировали мне не лицо.

Я вырываюсь из цепких рук Аллы, мы идем с ней обедать. И она не хочет верить, что косметологической измены не было.

Ну что я могу на это сказать? Что в перечень услуг ее косметического кабинета надо включить страстный животный секс с горячим мужчиной? Боюсь, в этом случае у нее будет такой наплыв клиенток, что они просто разнесут кабинет.

* * *

– Что тут у нас? – злой дядька из санэпидемстанции, имя которого я все время забываю, грозно шевелит бровями.

– Это тату машинки, это пигменты, это краски. Это стерилизационная установка.

– Как происходит процесс стерилизации?

– Вам рассказать или показать? – спокойно спрашиваю я.

И даже не говорю, что он сто раз все видел и ни в какой инструкции не написано, что я должна устраивать ему демонстрации.

Обычно он придирается, я в качестве защиты наезжаю на него, мы ругаемся, он находит мнимое несоответствие… Но сегодня все по-другому.

Я переписываюсь с Пашкой. И почти не обращаю внимания на гоблина. Хочет наблюдать все этапы стерилизации и хранения инструментов – пожалуйста.

Артур ему это демонстрирует, а я в это время читаю смс:

“Хочу облизать сфинкса”.

“Чего?”

“Твою голую киску”.

“Паша! У меня тут мужик из санэпидемстанции”.

“Не давай ему ничего облизывать”.

Я смотрю на мужика и ржу.

– Что? – напрягается он.

– Ничего, ничего. Проверяйте.

“Прекрати!”

“Я только начал”.

“Я больше не буду тебе отвечать. И читать твои сообщения не буду”.

– Все готово, – раздается над моим ухом голос злого дядьки.

– Что?

– Все акты подписаны.

– То есть… Все?

– Я же сказал. До свидания. Удачи.

Я растерянно моргаю. Беру из его рук бумаги. Он все подписал? Ни к чему не придрался? Что с ним такое?

Иду провожать его до двери.

– Спасибо вам большое.

– Да не за что. Просто делаю свою работу.

– Но раньше вы делали ее по-другому.

– Все меняется. Раньше и вы были другой.

– Я?

– Вы изменились, – внезапно произносит он.

– Похорошела? – я сегодня получила столько комплиментов, что жду очередного.

Но он выдает:

– Влюбились. У меня тоже… появилась подруга. Так что я по глазам вижу.

Кто? Я? Влюбилась?

Что за чушь!