Кабан

Глава 35

Маруся

– Мало, – произносит Пашка.

– Мало?

– Я не успею за три дня.

– Ты уж постарайся.

– Ой, как я постараюсь!

– Звучит как угроза.

И от его страстно-угрожающего тона у меня внизу закручивается трепещущая тугая пружинка.

– Еще три дня… для начала неплохо, – говорит Пашка. – А потом продолжим.

Я молчу. Никакого “потом” не будет. Я даю себе три дня на безумства. И все. Потом я уеду.

Замуж он меня зовет… Звучит абсолютно несерьезно. Как какая-то безрассудная фигня. Как желание капризного ребенка. Или озабоченного подростка, который думает стояком, а не мозгами.

Вот, оказывается, на что я обижаюсь. И почему раздражаюсь. Это все несерьезно!

Пашка совершенно легкомысленно относится к важным для меня вещам.

Серьезный мужик предложил бы встречаться. Узнать друг друга получше, притереться, понять, хорошо ли нам вместе на длинной дистанции.

Мужики не предлагают сразу замуж! Просто, чтобы потрахаться. Так себя ведут незрелые пацаны. И Пашка именно такой. Он понятия не имеет, что предлагает и о чем говорит.

Он даже ни разу не сказал, что любит… Все время говорит, что хочет. И это чистая правда. Хочет. И я его хочу…

Пашка классный. Лучший любовник из всех, что у меня были. Но замуж… Да не стоит вообще обращать внимание на этот его лепет!

Достаточно вспомнить, что было на вечеринке. Его там знает каждая су… девушка. Он трахает все, что движется. С его-то аппетитами и бешеным сексуальным голодом! Да он, наверное, полгорода перетрахал.

И продолжит окучивать вторую половину, как только я уеду.

А ведь Кеша никогда не говорил мне, что Пашка – кобель. Про то, что он раздолбай и авантюрист, я слышу все время. А про эту сторону его натуры не знала.

Влюблен он в меня с одиннадцати лет… И что он делал все эти годы? Чего ждал? Надо было сначала на всех сучках потренироваться….

– Муся, может по шаурме?

– Чего? – я выныриваю из своих мыслей.

– Ты голодная?

– Нет.

– А чего такая злая?

И правда, чего это я? Зачем я себя накручиваю? У меня впереди три дня неземного блаженства… И пусть весь мир подождет! И мои философские мысли тоже.

– Заскочим к Гогену? Крюк небольшой.

– Я хочу шаурму. Но не от Гогена.

– А ка… – начинает Пашка.

Я кладу руку на его джинсы. И шепчу, облизывая губы:

– Я тоже хочу многое успеть за эти три дня.

– Мля… – выдыхает Пашка.

Он говорит что-то еще. Но его слова тонут в резких звуках сигналящих машин. Оказывается, он затормозил прямо посреди улицы.

– Ладно, – я убираю руку. – Давай заскочим за шаурмой. И доедем до дома. А уж там я разберусь, какая шаурма мне нравится больше.

* * *

Телефон трезвонит и трезвонит. Я выныриваю из сна. Смотрю на часы – полвторого. Дня. А звонит мне мама. Я беру трубку.

– Ты уже в аэропорту? Вылетаешь по расписанию?

– Я сегодня не улетаю. Забыла сказать. Остаюсь еще на три дня, по делам.

И эти дела заняли всю ночь и часть утра…

– Остаешься? Почему не предупредила?

– Говорю же, забыла. Извини.

– Приезжай сегодня.

– Не знаю, будет ли время.

– Ну тогда завтра.

– Постараюсь…

– Ты же не собираешься улететь, так и не повидавшись?

Вообще-то, именно так я и собиралась поступить. Но сейчас мне становится стыдно. Я сказала, что задерживаюсь, только Кеше. Все-таки в его доме живу. Хотя ему, в принципе, пофиг. Он-то в Дубае.

– Конечно, я приеду, – говорю маме.

И кладу трубку.

* * *

– Ничего им не говори, – внушаю я Пашке, когда он останавливает мотоцикл у дома моих родителей.

– Чего не говорить? Про нас?

Блин… Нет никаких “нас”! Есть два озабоченных кролика, которые трахаются двадцать четыре часа в сутки и уже стерли себе все трахательные поверхности.

Мы даже на романтичном свидании, устроенном Пашкой, трахались, как маньяки. Вместо того. чтобы любоваться лебедями на пруду и танцевать под живой квартет музыкантов.

Это ненормально! Успокаивает только то, что осталось недолго.

Родители радостно приветствуют меня и немного удивленно – Пашку. Мама ведет нас на кухню, усаживает за стол, ставит перед каждым по тарелке плова.

– А где борщ? – интересуется наглый Кабанчик.

– Нет сегодня борща, – почему-то теряется мама.

– Вы же знаете, как я обожаю ваш борщ!

– Но я не знала, что ты приедешь с Марусей…

– Куда же она без меня? – самодовольно произносит Пашка, приступая к плову.

Я изо всех сил пинаю его под столом. И бормочу:

– Я тебе сварю борщ. Завтра же!

– О! – расплывается Пашка. – Я уже истекаю слюнями.

– Ты? Ему? Сваришь борщ?

Мама внимательно смотрит то на Пашу, то на меня. Блин… Зря я это ляпнула.

– Ну а что? Почему я не могу угостить борщом старого друга? Он меня вчера в ресторане шашлыком угощал.

– Вы вчера были в ресторане? Вдвоем?

Да блинский же блин! Опять не то сказала.

– Галина Петровна, вы подстриглись? – внезапно спрашивает Пашка.

– Я? Нет.

– Покрасились?

– Нет. А что?

– Прекрасно выглядите. Помолодели лет на десять. Вам идет.

Молодец, Кабанчик! Нашел гениальный выход из ситуации. Комплимент – лучший способ отвлечь женщину.

– Что мне идет? – спрашивает мама.

– Не знаю. Может, Валерий Егорович знает.

– По мне так Галя всегда красавица, – выкручивается папа.

А мама внезапно возвращается к потерянной мысли. И обращается ко мне:

– Подожди… Ты ходишь по ресторанам с Пашей. А как же Сергей?