Капкан паучьей лилии

Серия 15

Если и существовал ад, то он непременно был бы таким, как во снах Сонни. Вторую ночь подряд ему снился один и тот же кошмар: особняк из книги, Хейли в образе героини, задний двор, усеянный цветами ликориса, складывающихся в идеальный круг, а посреди него — свежевырытая могила. Освальд — не он — только что закончил своё дело, отложил лопату и улёгся на сырую землю в яму. Только теперь вместо героя там лежал сам Сонни, добровольно.

Хейли стояла над ним, такая же призрачная, как во время последних съёмок, почти прозрачная, а рядом с ней была Рэд. Она подала Хейли ножницы, и та начала срезать чёрные волосы, одну прядь за другой отправляя ему в могилу. Вот только эти пряди превращались в яркие цветы лилии, которые, упав, оказывались искусственными. Но не страх смерти или происходящее делало этот сон кошмаром. Там, за спинами женщин, в одном из окон особняка Сонни отчётливо различал чужой силуэт. И, чем больше он смотрел, тем больше удавалось заметить: небольшие ладони с тонкими пальцами и длинными ногтями, уцепившиеся за оконную раму, перстень с чёрным камнем, мертвенно-бледную кожу на открытых плечах, кривую усмешку… Именно она, де Лирио, хотела его страданий и пугала до невозможности.

Каждый раз, просыпаясь, Сонни с трудом переводил дыхание и пытался понять, к чему вообще весь этот сон, но стоило ему опять заснуть, как кошмар повторялся. Это невероятно выматывало. Даже когда он постарался поспать днём — это видение вновь проникало в его разум, преследовало. Совершенно выжатый, Сонни в очередной раз очнулся от кошмара. Он прекрасно понимал, что если не избавится от страха, то не сможет нормально функционировать, не сможет доиграть свою роль до конца.

Сонни взглянул на циферблат — всего час ночи. Он вздохнул, перевернулся в постели, глядя на пустующее место по соседству. Как же ему не хватало кого-то рядом, и неважно кого, просто не хотелось оставаться в одиночестве. Это желание натолкнуло на неожиданную мысль. Какова вероятность, что она ещё не спит? Немного сомневаясь, Сонни всё же нащупал телефон на тумбочке и открыл список контактов — пальцы нажали на единственный, оставшийся без фотографии.

— Слушаю. — И снова на фоне грохотала музыка. Она вообще не отдыхает?

— Привет, я тут… Это… Ох… — Сонни никак не мог подобрать слова, но его не торопили. — Ты знаешь, мне просто не спится. Хотел поговорить с кем-нибудь.

В ответ — молчание, только навязчивый мотив современной попсы и шум чужих голосов. Совсем рядом послышался чей-то знакомый голос и только после Рэд заговорила.

— Слушай, Сонни, если тебе не спится, тогда приезжай к нам.

— К вам? — Он насторожился.

— Мы с Патриком в «Уикэнде». Бери убер или такси и давай к нам. — Она замолкла, отвлёкшись, и тут же поспешно добавила: — Я приехать за тобой не могу, не водибельное состояние.

Водибельное? Сонни закатил глаза: ну и словечко. Ему нужно было решать и прямо сейчас, а он этого не любил. Сонни всегда предпочитал сначала тщательно взвешивать предложения, правда, потом чаще всего отказывал. А тут от него требуют мгновенного ответа.

— Хорошо, — неуверенно выдохнул он в трубку.

— Договорились. — Звонок прервался.

«Уикэнд» — это случаем не караоке-бар? Коря себя за то, что сразу не вспомнил, Сонни всё же поднялся с постели. Он никогда не любил караоке, но уже поздно было менять мнение. Уже через двадцать минут убер мчался по полупустым улицам к бару. Прибыв на место, Сонни расплатился с водителем и направился ко входу в «Уикэнд». Очередь была небольшой, но из изредка приоткрываемой двери доносились звуки чужого веселья. Вывеска у двери объявляла, что сегодня вечер песен 80-х. В этот момент Сонни отчаянно захотел домой, обратно к своим кошмарам, но не успел предпринять никаких действий — его окликнули.

— Сонни, давай. — Патрик, высунувшись из-за двери, махал ему рукой.

Натянув улыбку, Сонни прошёл следом за менеджером. В баре было шумно, людно и дымно — тут разрешали курить. Вот поэтому он и не любил подобные заведения. Они подошли к столику, за которым сидела Рэд. Она улыбнулась и кивнула Сонни, указывая на место напротив, Патрик уместился сбоку.

— Уже договорилась? — сразу продолжил прерванный разговор Патрик, но Рэд отрицательно покачала головой. — Тогда я.

Он снова поднялся и отошёл куда-то в сторону небольшой сцены. Рэд склонилась над столиком, осторожно коснулась ладони Сонни кончиками пальцев.

— Ты в порядке? — В её взгляде читалось участие, и это действовало успокаивающе.

— Не совсем, но… — Как ей это объяснить? Как сказать, чтобы слова не прозвучали, словно бред сумасшедшего? — Это сложно, — удалось выдавить из себя Сонни.

Рэд нахмурилась, склонила голову набок, затем откинулась назад, прислонившись спиной к стене. Она выглядела озадаченной и смотрела на него как-то совсем подозрительно. Может, и правда стоит сказать всё, как есть? Едва Сонни собрался выдать терзающие его мысли, как вернулся Патрик.

— Давай, — и потянул Рэд под локоть.

— Сейчас? — Та упёрлась, не сдвинувшись с места.

— Сейчас, — настаивал Патрик.

Сонни с сомнением наблюдал за разворачивающейся сценой: Рэд фыркнула, потянулась свободной рукой за бокалом с коктейлем ядовитого жёлтого цвета, допила одним махом и поднялась.

— Мы сейчас. — Патрик ему подмигнул.

Уже догадываясь, что произойдёт дальше, Сонни приготовился к очередной попсовой песенке и фальшиво взятым нотам. Определённо, лучше уж кошмары, чем это всё. Он остановил снующего по залу официанта и попросил принести пива. На трезвую голову этого не вынести. По бару пронеслись первые аккорды. На сцене уже стояли плечом к плечу Рэд с Патриком.

— Turn around, — начал Патрик низким, но мягким голосом.

— Every now and then I get a little bit lonely and you're never comin' 'round, — продолжила Рэд с лёгкой хрипотцой.

Сонни знал эту песню: «Total eclipse of the heart» Бонни Тайлер, хотя по памяти её бы не спел. А вот эти двое явно знали, что делали: голоса сменяли друг друга, дополняя, будто песню исполнял один человек. Стоило признать, звучало красиво и совсем без фальши, и, что особенно странно, лучше, чем в оригинале. Исполнение такой песни целиком по ролям — идеальный выбор. Сонни даже подумал, что не таким уж и плохим было решение приехать.

— I really need you tonight, — прозвучало в унисон. — Forever's gonna start tonight. Forever's gonna start tonight.

Вот уж точно — совпадение. Сонни тоже нужен был кто-то этой ночью. Он посмотрел на сцену, где Рэд с Патриком заканчивали песню. Когда они вернулись за столик, Сонни просто не смог удержаться:

— Бонни Тайлер? Серьёзно?

— А что? — вскинулся Патрик. — Хорошая песня.

— Музыка звучала иначе, — парировал Сонни.

— Потому что мы исполняли кавер от Westlife, — объяснила Рэд и махнула официанту, показывая, что нужно бы повторить напитки. — Так что там у тебя? — неожиданно она перевела тему. — Бессонница?

Да, бессонница была бы неплохим оправданием, но тогда Сонни было бы сложно объяснить всё остальное. Он скривился и пожал неопределённо плечами.

— Вы бы с этим осторожнее. — Сонни кивком указал на пополнение в бокалах на их столе, когда официант удалился. Он ещё помнил, как плохо было Патрику совсем недавно, но тот явно об этом не волновался.

— Так не нам же завтра сниматься. — Патрик вновь ему подмигнул и отпил скотч.

Диджей включил оригинал другой песни, тоже смутно знакомой, но Сонни не мог бы сказать наверняка. На танцполе начался сущий кошмар, и он поспешил уткнуться в бокал, краем глаза наблюдая, как приплясывает на месте Рэд, беззвучно подпевая. В отличие от него, Патрик не медлил. Тот поднялся, подал руку Рэд, чтобы утянуть к танцующим.

— Сонни, давай с нами, — позвала Рэд, но он тут же поспешил отказаться. Этого ещё не хватало.

Глядя, как развлекаются в толпе эти двое под заводной мотив песни — он уже вспомнил название — «Conga», Сонни думал почему не захотел в этом участвовать. Все в баре явно развлекались от души, так что же мешало ему отпустить себя и тоже повеселиться? Или дело в том, что он сам никогда и не предполагал, что ему такое понравится? Как там говорила Рэд? Что-то про то, что если не попробовать — не узнаешь.

Так и не успев определиться, Сонни остался сидеть на месте, цедя нелюбимый напиток. Песня сменилась на другую, Патрик с Рэд вернулись — оба довольные и взмокшие после танца. Рэд одним движением убрала пряди с лица, закинув назад и открывая лицо. Она улыбалась, продолжая подпевать уже под «Cheri cheri lady» Modern Talking, что заставило Сонни снова задуматься.

— Ты специально изучала песни 80-х? — не сдержался он, а Рэд тихо рассмеялась.

— Что ты, это песни моей молодости. — И тут же добавив: — Ну как, молодости…

— Сколько тебе лет? — нахмурился непонимающе Сонни, но ему не ответили.

— У меня для тебя, кстати, есть одна песня. — С хитрым видом Рэд склонилась к Патрику.

— Вот как. — У того в глазах промелькнул интерес.

— Но только для тебя. — Улыбка Рэд стала шире. Она что-то шепнула Патрику на ухо, и он буквально засиял, внезапно рассмеявшись.

— Отличная идея! Я сейчас.

Он снова ушёл, а Рэд мгновенно приняла серьёзное выражение лица.

— Ты мне расскажешь? — Это явно относилось к их первому диалогу.

Сонни вздохнул, проворачивая бутылку на одном месте по кругу. Что-то подсказывало — сейчас не время, не в такой обстановке обсуждают подобные темы.

— Может, потом.

Новую волну апатии, грозившую вот-вот захлестнуть его с головой, прервал один из самых известных мотивов 80-х. Эту песню нельзя было не узнать: Рэй Паркер Джуниор «Ghostbusters» — песня-символ всех охотников за приведениями. А Рэд напротив явно вовсю веселилась, пританцовывая и подпевая в тон Патрику: «Если происходит что-то странное и вам это не нравится, кому вы позвоните?», а толпа в зале вторила: «Охотникам за приведениями!».

Сонни не смог сдержать улыбки, видя как Рэд двигает плечами, вскидывая руки и щёлкая пальцами в такт. Но чего не ожидал, так того, что она схватит его за ладонь и потащит на танцпол. «Кому вы позвоните?» — Рэд подняла руку к лицу, складывая пальцы и показывая телефон. Это странное безумие вокруг оказалось заразительным. Сонни и не заметил, как включился в эту импровизированную войну против призраков. Вот уже он сам подпевал Патрику, смеялся и танцевал, склоняясь к Рэд, выгнувшейся к нему напротив.

Незаметно этот вечер вошёл в пятёрку лучших в его жизни, сразу после того, когда он узнал, что сыграет главную роль в новом фильме, начал работать с Юханссоном, выиграл первую, хоть и не существенную, награду на одной из церемоний, и узнал, что станет дядей. В этот момент Сонни и не подумал, что в его топе нет ни одного момента, связанного с Мэтом. Все вокруг танцевали, пели, пили… Было что-то такое в этой ночи, что не давало унынию проникнуть в его мысли. Однако, уговорить его самому что-то исполнить на сцене, никому так и не удалось.

Домой возвращались уже под утро, до съёмок оставалось несколько часов, но адреналин в крови не отпускал всех троих даже в такси. Высадив Сонни у его дома, Патрик с Рэд помахали на прощание и продолжили мучить несчастного водителя своим пением. Сонни постоял ещё с минуту, глядя вслед удаляющейся машине, и только потом пошёл в дом. Настроение было на высоте, но он понимал, что поспать всё же нужно. Не задумываясь о грядущих кошмарах, Сонни упал на кровать, не переодеваясь, и практически мгновенно отключился, хотя ему казалось, что уснуть не получится ни под каким предлогом.

Сон начался так же, как и раньше: Освальд выкопал могилу и улёгся в неё. Лёжа в земле, Сонни смотрел, как Хейли срезает пряди и бросает уже цветы на него. И в тот момент, когда он поднял взгляд, чтобы рассмотреть в окне де Лирио, Рэд неожиданно сложила пальцы на манер телефона и задорным голосом прокричала:

— Who ya gonna call?!

Сонни, лёжа в земле, рассмеялся, просто не смог сдержаться. Рэд смотрела на него точно так же, как и этим вечером, улыбаясь широко и весело. Отсмеявшись, он вновь посмотрел на мрачный особняк в попытке разглядеть призрак де Лирио. Дымка в окне, где та всегда появлялась, медленно растаяла, так и не приняв человеческих очертаний. Следом за ней исчез и сам дом, и цветы, и Хейли вместе с Рэд. Кошмар отступил, сменившись лёгким и безмятежным забытьем. Словно этот глупый жест прогнал все его страхи или дело было в самом смехе?

Оставшиеся часы до пробуждения, Сонни провёл в полном покое, больше не видя снов про странных привидений, про женщин в красном и про грядущую смерть. Волнение утихло, сменившись сильной усталостью и пониманием, где-то на краю сознания, что петь и веселиться вместе со всеми Сонни всё же нравится. Действительно, не попробовав — не узнаешь.