Капкан паучьей лилии

Серия 19

Патрик провожал их таким грустным взглядом, что Сонни стало не по себе. Ощущение было, будто он их не на концерт отпускает после рабочего дня, а на войну. Хотя оно и понятно, Патрик явно хотел пойти с ними, но должен был поехать за детьми, чтобы забрать их от матери на выходные. Один из плюсов не быть женатым и быть бездетным. Однако Сонни любил детей, особенно своего племянника, а вот у самого… В принципе, об этом они с Мэтом не говорили, да и о чём вообще говорить, если их отношения официально не оформлены, несмотря на то, что в данном штате это разрешено.

Сейчас Рэд должна отвезти его домой, чтобы он переоделся, а затем — на концерт. Сонни сразу честно признался, что никогда о такой группе не слышал. Признание вызвало у Рэд едва ли не шок, и она заявила, что Сонни ей не друг, пока не послушает любимую группу. Как вообще человек, который по утрам невероятно мил, может любить такую музыку? Правда, милость эта ограничена.

Сонни отчётливо помнил, как два дня назад зашёл в библиотеку утром и постарался разбудить Рэд. А потом её обещание ему кое-что оторвать, а кое-что кое-куда натянуть, если попробует потрясти за плечо ещё хоть один раз. Знал бы он заранее… От беды подальше Сонни отправился на кухню, заварил кофе и вернулся обратно уже с дарами. Аромат кофе заставил Рэд принять сидячее положение, но это был максимум. С закрытыми глазами, выставив руки вперёд и хватая пальцами воздух, она действительно выглядела милой, но скорее это из-за молчания. Всучив ей чашку, Сонни отошёл на безопасное расстояние и принялся наблюдать за превращением сомнамбулы в человека.

Поначалу Рэд просто сидела, держа чашку на коленях, с закрытыми глазами. Затем поднесла её к лицу, сделала глубокий вдох и начала медленно пить, но крупными глотками. При этом казалось, что она всё ещё продолжает спать. Сонни улыбнулся и покачал головой. В мятой одежде со взъерошенными волосами и узором от подлокотника на щеке Рэд больше не казалось ему ни суровым ассистентом, ни даже задорной подругой — просто милая девушка, случайно уснувшая у него на диване. Абсолютно незнакомая.

Он продолжал улыбаться, не замечая этого, лишь глядя как кофе исчезает из чашки, и только на последнем глотке Рэд попыталась открыть глаза. Вот именно, что попыталась. Не получилось. Держа чашку одной рукой, пальцами второй она потянула левое веко вверх — глаз открылся, хотела провернуть тоже самое с другим, но пока занималась правым, левое опять закрылось. Сонни не выдержал и рассмеялся.

— И так каждое утро?

— Каждое чёртово утро, — пробормотала хрипло Рэд, насупившись.

— Как же ты без кофе просыпаешься?

— Я не просыпаюсь. — Наконец её попытки увенчались успехом, глаза раскрылись, но лишь наполовину. — Я… — Она вздохнула, провела по губам кончиком языка, и продолжила: — Я даже кофе готовлю не просыпаясь. Я живу на нём, состою из кофе — кофе состоит из меня.

Судя по количеству потребляемого ею напитка, так оно и было — Сонни не сомневался. Следуя внезапному порыву, он приблизился к Рэд и осторожно пригладил встопорщенные надо лбом волосы. К его удивлению, она даже не возмутилась, хотя не так давно нарычала на него. Может, ко всему прочему кофе делает Рэд добрее? Сонни решил проверить: убрал одну прядь ей за ухо — всё спокойно, провёл кончиками пальцев по шее, такой нежной и мягкой коже — Рэд всё ещё не реагировала. Увлёкшись, Сонни скользнул пальцами дальше, на затылок, погладил выступающий позвонок, какое-то неведомое ему чувство подталкивало, заставляя двигаться вперёд. Сонни поддел воротник мизинцем, отодвигая, увидел чёткое очертание чёрного полумесяца под позвонком, но тут Рэд завела руку назад и шлёпнула его по ладони.

Очнувшись от морока, он вздрогнул и сразу отошёл на шаг, словно этот лёгкий шлепок оказался сильным ударом. Лицо покраснело и Сонни поспешил отвести взгляд. Ему почему-то хотелось извиниться. Было ясно: Рэд не против, когда её касаются, но точно не хочет, чтобы кто-то смотрел на эту татуировку на спине. Если Сонни правильно помнил прошлый вечер, та заканчивалась у поясницы, и вовсе не была ни шрамом, ни пятном, ни даже топом. Интересно, сколько их у неё вообще? Сонни постарался сконцентрироваться на этой мысли, чтобы не задумываться о том, чем он только что занимался.

— Ты готов?

— Готов, — голос был необычно глухим.

— Тогда поехали.

— А проснуться?

Но Рэд уже поднялась, потянулась всем телом, приподнявшись на цыпочках, и заразительно зевнула. Спорить Сонни не стал. По дороге на работу она включила музыку. Он сразу узнал песню: Angel Haze — «Dirty gold», и начал тихонько подпевать, а Рэд подхватила. В итоге на площадку они подъехали напевая «Don't sell your soul, baby, you are dirty gold» во всё горло, которая в десятый раз была на повторе.

Очнувшись от воспоминаний, Сонни заметил, что опять улыбается. Повернулся, насколько позволял ремень безопасности, и уставился на Рэд. Она на мгновение отвлеклась, улыбнулась ему в ответ и снова сконцентрировалась на дороге. Сонни было интересно, кто ещё будет присутствовать на концерте, вчера Рэд обмолвилась, что пойдут ещё два её друга. Кто они? Насколько близки? Но он ведь лучший, правда? Разве кому-то ещё позволено гладить Рэд по утрам? Нет-нет, он неправильно построил предложение — и быстро отвернулся.

Оказавшись дома, Сонни едва ли не бегом отправился в спальню. Встал вопрос о том, как ему одеться. Вся его одежда делилась на два типа: ту, что можно было надеть на официальное мероприятие, и домашнюю — небогатый выбор. Как вообще лучше заявиться на рок-концерт? Естественно, выряжаться клоуном не хотелось. Пока он решал, Рэд терпеливо дожидалась в машине у порога. В итоге, натянув тёмные джинсы и найдя в закоулках домашней одежды более-менее приличную футболку, Сонни подхватил куртку и вышел на улицу.

— Нормально? — Он замер у авто.

— Сойдёт, — кивнула Рэд, заводя мотор.

А Сонни уже задумался над тем, сойдёт ли и её наряд? Всё чёрное — в точку, но абсолютно закрытое, как и всегда. Им бы следовало заехать к ней домой, чтобы Рэд тоже смогла переодеться, но она словно не волновалась об этом. Спустя сорок минут они въехали на платную стоянку. Рэд заявила, что придётся пройтись немного до места проведения концерта, ибо оставлять дорогой автомобиль — она снова была на Ламборгини — где соберётся куча любителей рока, далеко не всех таких уж и законопослушных, ей не хотелось. Концерт проходил в закрытом павильоне на окраине города, буквально за ним открывалась трасса, ведущая в сторону частного сектора, скрытого за лесистой местностью. Так что Сонни вполне понимал и разделял решение Рэд.

Народ только начал подтягиваться, поэтому они не спешили, медленным шагом приближаясь к павильону. Остановившись у входа, Рэд придержала Сонни под локоть.

— Подождём остальных.

Он кивнул, запрокинул голову, глядя в тёмное небо, но из-за света прожекторов, установленных над помещением, не было видно ни одной звезды. Сонни глубоко втянул прохладный воздух. За всю жизнь ему довелось лишь пару раз побывать на концертах, но на таком — ни разу. Интересно, понравится ли ему? Понравится ли он друзьям Рэд?

— Много их будет?

— Двое.

Только сейчас Сонни заметил у неё в руках небольшой спортивный рюкзак, и почему, спрашивается, сразу не обратил внимания? Просто вновь витал в облаках. Внезапно Рэд напряглась, всматриваясь в увеличившуюся толпу, затем улыбнулась, подняла руку и кому-то помахала. Сонни даже не пытался понять кому именно, но когда этот человек приблизился… Вопросов появилось ещё больше.

— Привет. — Юханссон без смущения обнял Рэд, та похлопала его по спине, затем протянул Сонни руку.

— Привет, — отозвался Сонни, пожимая ладонь. Говорить режиссёру «Добрый вечер» в таких условиях казалось неуместным.

— Она ещё не пришла? — Альв оглянулся, перевёл взгляд на Рэд.

— Думаю, скоро, — она отмахнулась. — Лучше помоги мне. Сонни, постоишь тут?

— А? Да… Да, — в последний раз прозвучало более уверенно.

Сонни проследил как Рэд с Юханссоном отошли, скрываясь за деревьями в стороне. Что они там делают? Он нахмурился. Это так странно. Разве не говорили, что Альв — друг де Лирио? Но зато это объясняет почему Рэд так легко звала режиссёра по имени при той ссоре. Надо будет спросить у неё напрямую, хватит недомолвок. Осталось только решить, как ему обращаться к Юханссону. Пока Сонни пытался определиться, эти двое уже вернулись, по пути о чём-то переговариваясь и смеясь, рюкзак перекочевал за спину режиссёра. Стало понятно чем они там занимались: Рэд переоделась. Но почему она не могла этого сделать у него дома? Смутная догадка, что это связанно с татуировкой, так и не успела оформиться в связную мысль. Сонни смотрел на короткий топ с надписью «Disturbed» на её груди — вот уж действительно фанатка! Точно такая же надпись красовалась и на футболке Юханссона.

— Может, ей позвонить? — Альв остановился возле Сонни, достал пачку сигарет и прикурил одну.

— Не стоит, — Рэд покачала головой. — Она взрослая девочка, справится.

— Мартина, вроде, не любит такие мероприятия?

— Ей нужно развеяться.

— Вот как.

Странный диалог, но Сонни не собирался вмешиваться. Мартина, значит. Два на два: две женщины, двое мужчин — больше похоже на двойное свидание. Будь с ними Патрик, Сонни не чувствовал бы себя так неловко. Может, поэтому Рэд и пригласила менеджера, прекрасно осознавая все нюансы, хотя, скорее, это просто догадки.

— Никогда бы не подумал, что тебе по вкусу рок.

До Сонни не сразу дошло, что Юханссон обращается к нему. Он перевёл взгляд на Рэд, но та только глядела на него сощурившись, мол, выкручивайся сам, давай. Вздох.

— Я и сам так не думал. — Он кивнул в сторону Рэд. — Но вот, подсадила.

— Да. — Режиссёр рассмеялся. — Она умеет. Меня вон тоже подсадила.

— Вот не ври, — парировала Рэд, и уже обратилась к Сонни: — На самом деле, Альв увлекается роком даже больше, чем я. У него своя группа.

— Правда? — Взгляд Сонни метался от Альва к Рэд. Он действительно был удивлён последним заявлением. — И что за группа?

— Вряд ли ты слышал, — покачал головой Альв.

— Но они довольны известны в Норвегии, так ведь? — это уже Рэд.

— Это да, — тот усмехнулся.

— Играешь, поёшь? — Сонни наконец решился. При данных обстоятельствах его вежливость выглядела бы неестественной.

— И то, и другое, но по большей части я солист.

— О, Мартина!

Рэд встрепенулась, привлекая внимание мужчин к приближающейся фигуре. К ним подошла девушка, на первый взгляд не старше Рэд, с вьющимися густыми чёрными волосами, тёмными глазами, довольно миниатюрная и миловидная. На ней было короткое свободное платье и куртка с рукавами три-четверти, именно поэтому внимание привлекла татуировка на запястье — точно в том же месте, что и у Рэд, но в виде зелёного листа и с какой-то надписью под ним.

Девушка натянуто улыбнулась Альву, приобняла Рэд в ответ и кивнула Сонни. Рэд быстро их познакомила, затем схватила Мартину за ладонь и потянула в павильон. Концерт должен был начаться через десять минут. Сонни следовал за ней, как за маяком, проталкиваясь сквозь толпу. Вскоре им удалось обосноваться недалеко от сцены. Сонни даже подумал, что в такой близи и оглохнуть недолго, и, когда грянули первые басы, понял, что не ошибся.

Только переживания длились совсем недолго, уже на второй песне его охватил тремор: адреналин, исходящий от толпы, передавался быстрее, чем самый заразный вирус. Почти такое же состояние было и во время того вечера в караоке, но в этот раз несколько иначе, сильнее, и причиной тому была музыка. Ночь ещё не закончилась, но Сонни уже знал ответ на один из главных вопросов: ему нравится. Он скосил взгляд на Рэд, стоящую рядом: она во всё горло подпевала «Down with the sickness», при этом не отпуская руку Мартины. Что-то в этом жесте казалось не то, чтобы неправильным, скорее необычным, будто она пыталась защитить девушку. Настоящий дракон.

Сонни встряхнул головой и сам включился в процесс, подпевая. Слова было несложно запомнить, особенно, когда мозг натренирован. Заиграла следующая песня, такая плавная, словно гипнотизирующая. На словах «Take my hand now, be alive» его ладони коснулась чужая, и он крепко сжал её в ответ. Голос Рэд рядом, громкий, совсем непривычный, чужой, вторил солисту, будто интересующемуся у всей толпы и каждого в отдельности одновременно почему они не могут быть вместе. Было что-то такое в этой песне… Такое… Сонни не мог определить, но мелодия точно запала ему в душу, и он решил обязательно добавить её в свой плейлист на iTunes.

Несмотря на инфернальность некоторых текстов — неудивительно для рок-группы — были и более злободневные, но вскоре Сонни даже перестал вникать в их смысл. Музыка накрыла его вместе с толпой, увлекая в общий экстаз. И эти двое по бокам от него не отставали, так что невозможно было устоять. Последовала небольшая пауза, толпа гудела, солист что-то говорил со сцены, но Сонни не слушал. Он смотрел на Рэд, взмокшую, с блестящими глазами. Она подмигнула ему, затем отвернулась: Мартина что-то говорила ей на ухо. Рэд кивнула, снова развернулась, огибая Сонни, потянула Альва за руку, тоже что-то сказала, потом уже поманила и его, заставляя наклониться.

— Мы отойдём.

Вместе с Мартиной, они удалились, с трудом втискиваясь между людьми. Альв стал плотнее к Сонни.

— Как тебе? — громко, но в меру.

— Круто, — не кривя душой отозвался Сонни.

Юханссон широко улыбнулся, опустил ладонь ему на плечо и легко похлопал.