Каратель. Том II

Глава 22

— Это не так просто сделать, Александр, — Скуратов покачал головой, — одной магии тут не хватит, уж поверь мне.

— Антон Михайлович, а вот тут Вы заблуждаетесь, — я усмехнулся, — еще как хватит. И сейчас я вам это докажу, — подойдя к Долгоруковым, я легко поднял их и, усадив прямо на стол, над которым они стояли, когда мы вошли, приступил к работе.

После того как я поработал с Мстиславом, добраться до разума этой парочки оказалось не в пример легче. У Долгоруковых защита была намного проще, так что я просто сломал все ментальные барьеры, что у них были, и начал изучать их память. Что у одного, что у второго нашлось очень много интересного, и единственное, о чем я жалел, так это о том, что у местных нет устройства для визуализации мыслей. С его помощью я бы устроил Скуратову настоящее представление, уверен, он бы не отказался от просмотра их памяти. Хотя, почему бы не попробовать? Мысленно усмехнувшись, я протянул от себя энергетическую нить к князю. Скуратов вздрогнул, но, увидев мою улыбку, расслабился, и мне удалось соединить наши сознания. Правда, защита у Скуратова была даже серьезнее, чем у Мстислава, но это неважно, ведь мне были неинтересны его тайны, пусть смотрит на то, что есть в головах этой парочки.

Пять минут спустя.

— Безумие, это настоящее безумие, — когда я прервал контакт, Скуратов вытер пот со лба, — Долгоруков окончательно слетел с катушек, как и император. Я согласен с тобой, Александр, нужно взять власть. Что ты сделал с этой парочкой?

— Ничего особенного, — я улыбнулся, — просто поставил им нужные установки. Во-первых, теперь они будут отвечать правдой на любые мои и ваши вопросы, также для них мы теперь ближе всех, кого они знали. Такие вот дела, — подмигнув опешившему князю, я хлопнул в ладони, и Долгоруковы открыли глаза. — Ну, здравствуй, Владимир Владимирович, — я с усмешкой глянул на старшего Долгорукова, — вот мы и встретились. Как самочувствие?

— Все хорошо, господин, — на автомате ответил он, а потом замер, и я увидел в его глазах ужас, настоящий, неподдельный.

— Что, гадаешь, с чего вдруг ты назвал меня господином? — я рассмеялся, — видишь ли, князь, все просто. Ты пришел убивать моего союзника, — я кивнул на Скуратова, — а он решил пригласить меня, и вот мы с тобой и встретились тут, так сказать, в самом сердце империи. Увы, князь, но ты уже проиграл.

Долгоруков дернулся, попытался потянуть энергию из источника, однако мои установки сработали как надо, и князь опустил руки, не дойдя даже до стадии создания конструкта. То-то же, хороший князь. В процессе программирования его сознания я вдруг понял, что убивать этого гада нельзя. Он крупный государственный деятель, на нем держится огромное количество проектов, а также гад обладает обширными связями, которые очень даже пригодятся новому императору, например мне, ха. Да и кому-то же надо будет разгребать все то дерьмо, что сейчас творится буквально везде, так что почему бы и нет.

— То есть они теперь полностью безобидные? — Скуратов прищурился, — и долго этот эффект продержится? А то я знаю, что ментальные заклинания со временем теряют свои свойства.

— О, насчет этого можете не переживать, — я хлопнул Долгорукова по плечу, подмигнув при этом Скуратову, — мои конструкты держатся очень, очень долго. Так что теперь у нас есть князь Долгоруков и его племянник, инквизитор. Как по мне, очень даже неплохо, совсем неплохо. Осталось угомонить его гвардейцев и наемников, но, думаю, с этим наши хомячки справятся и сами, ведь так?

— Так, — Долгоруков старший кивнул, и ужас в его глазах усилился.

Да, веселье только начинается, хе-хе, вы, ребятки, даже не представляете, во что ввязались. Ведь теперь у меня в руках не только богатейший род империи, коими Долгоруковы по праву являлись, но и Скуратовы. И пусть Антон Михайлович не был под моим ментальным контролем, зато я видел в его глазах азарт и видел желание двигаться дальше, а значит, он уже мой с потрохами.

— Ну что, ребята, идите и остановите своих людей, — я махнул Долгоруковым в сторону выхода, после чего повернулся к Скуратову, — а вы, Антон Михайлович, дайте приказ своим остановиться, нам лишние смерти не нужны. Кто-то же должен будет штурмовать императорский дворец.

Скуратов покачал головой, но ничего не сказал, после чего мы вышли из домика. Долгоруковы же уже вовсю раздавали приказы, и через десять минут все войска выстроились в шеренги перед нами. Правда, без разделения не обошлось, германские наемники, которых изначально нанял Долгоруков, стояли чуть в стороне и, судя по их хмурым лицам, немного не понимали, какого демона тут вообще происходит. Поэтому мне пришлось подозвать к себе старшего Долгорукова, а дальше князь пошел разговаривать с наемниками, разъяснив им новую политику, ха.

— И что дальше, Александр? — теперь в тоне Скуратова не было ни капли пренебрежения ко мне, — это серьезный отряд, но его не хватит, чтобы взять императорский дворец. И не забывай, у императора полно еще верных людей по всей столице.

— А что насчет вас, князь? — я хмыкнул, — неужто Вы хотите сказать, что у всесильного главы опричников нет верных людей? Как-то мне в это не верится от слова совсем. Так что собирайте верных людей, и как можно быстрее. Медлить нельзя, ведь скрыть от императора тот факт, что ваш дворец больше не под ударом, не получится.

Скуратов кивнул, после чего мы направились в сторону дворца. М-да, даже как-то просто все вышло, я думал, будет сложнее. Хотя пока еще рано радоваться, ведь впереди был императорский дворец, да и сам император. С Шуйским точно легко не будет, а ведь надо, чтобы он самолично написал отречение. Можно, конечно, убить, так было бы проще, да и, честно говоря, этот старик заслуживает смерти, но в высокой политике так нельзя. Тем более что я планирую задержаться в этом мире надолго. Для того чтобы вернуться к ордену, нужно хорошенько подготовиться, ведь схватка со старейшинами — это не шутка. Ублюдки умеют куда больше простых Карателей, так что, если когда-то в будущем мне придется с ними столкнуться вновь, я должен быть готов.

Крайний север. Главная обитель великой инквизиции.

Великий инквизитор Михаил внимательно выслушал доклады своих подчиненных, сдерживая при этом недовольство. Несмотря на огромное, почти безграничное финансирование и предоставление любых других ресурсов, боевое крыло не справлялось с задачей. Имперские полки, возглавляемые боевыми магами Скуратова, потихоньку давили инквизиторов, и уже был близок тот час, когда придется идти на поклон к императору. А этого Михаил категорически не хотел делать, просто потому что понимал: император не простит их, и, примирившись, они всего лишь оттянут время своей гибели.

— Святослав, а почему ты молчишь? — Михаил обратился к тому, кто курировал столичное направление, — почему нет никаких новостей из столицы? Или же опричники таки добили всех твоих агентов?

— Новости есть, — Святослав встал, демонстративно кряхтя, — но я не знаю, насколько этим новостям можно верить. Если коротко, император, кажется, окончательно сошел с ума и дал своему псу Долгорукову разрешение на убийство Скуратова. Не знаю, чем глава опричников мог так прогневить Шуйского, но мои агенты видели, как в сторону дворца последнего двигались грузовики с гвардией Долгоруковых, — на губах инквизитора возникла ироничная улыбка, — так что, может, нам стоит подождать, великий? В императорском стане прекрасно справляются с уничтожением друг друга даже без нашей помощи.

— Ты уверен, что это не какой-то хитрый маневр Скуратова? — великий инквизитор напрягся. Новости были слишком хороши, чтобы быть правдой, и именно это настораживало. Михаил за свою жизнь многое повидал, а еще он был лично знаком с князем Скуратовым и знал, что тот и не на такое способен.

— Никакой уверенности, — Святослав отрицательно покачал головой, — поэтому и не докладывал, великий. Жду, быть может в течение часа ситуация прояснится, — сказав это, Святослав сел обратно на свое место.

— А что скажешь ты? — Михаил перевел взгляд на Марка, — брат Марк, как продвигается твоя миссия? Почему князь Меншиков все еще не на нашей стороне? Такой одаренный молодой человек в нашем стане точно лишним не будет, однако я его не вижу, — с каждым словом выражение лица великого инквизитора становилось все более суровым, — а тем временем он прекрасно нашел общий язык с настоятелем вологодского храма, что значит одно: к нам он ненависти не питает. И если бы настоятель не был идиотом в Белозерске, возможно, князь уже воевал бы на нашей стороне.

— Сомневаюсь в этом, великий, — спокойно ответил Марк, даже не думая прятать взгляд, — Александр юноша себе на уме, и он никогда не встал бы на нашу сторону. На вашем месте я бы забыл о князе Меншикове, он никогда не будет воевать на нашей стороне.

— Никогда не говори никогда, — Михаил усмехнулся, — да, он может не встать на нашу сторону, но что, если мы присоединимся к нему? Насколько я понимаю, у князя свои цели, а еще он явно ненавидит его величество. В этом мы, кстати, схожи, — великий инквизитор хохотнул, но тут же взял себя в руки, — что ж, Марк, решено. Твоя задача еще раз поговорить с князем Меншиковым, узнать, какие у него цели, и предложить помощь. Идеально было бы решить стать императором. С Шуйским мы уже не договоримся, а вот с новым императором вполне.

Марк ничего не сказал, лишь мысленно поморщился. Верховный так и не понял, что мир изменился. Что ж, возможно, ему тоже пора на покой. Но с Меншиковым Марк все же встретится, кажется, ему и правда есть о чем поговорить с князем. И нужно это сделать как можно быстрее…

Москва. Дворец Скуратовых. Какое-то время спустя.

— Итак, Александр, вот план нападения на дворец, — Антон Михайлович расстелил на столе карту императорского дворца.

Ну кто бы сомневался, что у него что-то такое есть. Я начал вникать в детали, стараясь запомнить как можно больше, и в какой-то момент понял, что вся карта отпечаталась в моем разуме. Хм, с ростом силы у меня начинают расти и другие возможности. Прекрасно, просто восхитительно. Тем временем Скуратов с помощью карандаша обозначил, как мы будем нападать. Учитывая особые знания князя, все должно пройти легче, чем я изначально думал, но посмотрим, что из этого выйдет. В своих людях я был уверен, но не был уверен в бойцах Долгорукова. Князя я, конечно, обработал, но вот насколько его гвардейцы смогут драться с императорскими бойцами — большой вопрос. И ответ на него мы узнаем только когда мы подберемся вплотную к дворцу.

— План хорош, — я медленно кивнул, — тем более учитывая, что я ничего не знаю насчет императорского дворца. Выступаем немедленно, Антон Михайлович, благо все, что нужно, у нас под рукой есть, — усмехнувшись, я поднялся и направился к выходу. Мои маги ждали меня на первом этаже дворца, и я кивнул Вите в сторону выхода.

— Выступаем, господин? — командир моей гвардии и по совместительству один из самых сильных моих магов в ранге магистр вопросительно глянул на меня, и я кивнул.

— Да, Витя, выступаем, — я тяжело вздохнул, — и надеюсь, что сегодняшний день закончится нашей победой. Ведь я вдруг понял, что устал, просто устал от всех этих приключений.

— Мы победим, господин, — твердо произнес он, — и ваша тетя наконец-то будет отомщена.

Я молча кивнул и вышел на улицу. Глядя на яркое солнце, я подумал, что моя карьера в этом мире уж слишком быстро пошла в гору. Но, с другой стороны, либо так, либо пришлось бы дать себя убить, и вот второй вариант меня совсем не радовал. Так что придется, скорее всего, мне занять место императора. Но все это будет завтра, а пока нам нужно решить вопрос с Шуйским. Посмотрим, способен ли император хоть на что-то кроме пустых слов…

Москва. Императорский дворец. Час спустя.

Двигаясь по коридорам дворца, государь был вне себя от ярости. Предательство, вокруг одно предательство. Но Долгоруков, как он посмел? А ведь император был готов дать ему еще больше, лишь бы он хранил верность, но нет, верности больше нет. И пусть у него еще остались верные люди, Шуйский знал, он проиграет эту битву. Слишком многие отвернулись от него, а верные полки далеко от столицы и не успеют вернутся прежде, чем эти мятежники подойдут к стенам кремля. Вот только сдаваться просто так император не был намерен, нет, он будет воевать, если придется, лично будет рвать на части ублюдков. Пусть он стар, но магия все еще текла по его венам.

— Государь, — рослый гвардеец встретил его на выходе из дворца, — я поднял на стены всех. Может вам все же лучше спустится в убежище? Им не взять кремль, но мы не хотим вами рисковать.

— Я император, и я сам решу, что делать, — резко ответил Шуйский и направился к одной из башен.

С трудом поднявшись на самый верх, император несколько минут приходил в себя. Увы, но магия не могла дать ему новое тело, а лекари уже не были способны купировать последствия его разгульной жизни. Придя в себя, император глянул вниз и увидел, как к воротам двигаются броневики с гербами Скуратова и Долгоруковых. Договорились, твари, так вот в чем дело. Усмехнувшись, император глянул на гвардейцев, что готовились отражать удар, и видел, что они верны ему. Эти не дрогнут, не сделают шаг назад, умрут все до единого, если понадобится. А надо ли?

Этот вопрос мучил Шуйского с того самого момента, как он узнал о том, что Долгоруков и Скуратов идут в сторону дворца. Да, можно было бороться за власть, и, возможно, даже выиграть в этой ситуации, но что дальше?

— Ждите, огонь не открывать, — сказав это, император решил спустится к воротам. Так сказать, лично встретить тех, что еще недавно были его слугами.

Императорский дворец. Две минуты спустя.

— Признаться, у него есть смелость, — когда я увидел, что император спокойно вышел из кремля в полном одиночестве и остановился, на мгновение я даже зауважал этого старика.

Ладно, раз он решил поговорить, почему бы и нет. Жестом показав Антону Михайловичу идти за мной, я спокойно пошел к воротам, нисколько не переживая за свою безопасность. Дворец — одно из самых защищенных мест в империи, но гвардейцы не будут стрелять по Шуйскому.

— С императором буду говорить я, — тихо сказал догнавший меня Скуратов, но когда мы подошли к Шуйскому, я заговорил первым.

— Ну, здравствуй, государь, — и не подумав кланяться, произнес я, — вот мы и встретились.

— Меншиков, — с ненавистью в голосе сказал он, — я должен был догадаться. Что, Михалыч, ручного императора решил себе завести? — с иронией спросил он Скуратова.

— Нет, традицию мы все же нарушим, — не дав ответить князю, сказал я, — что, государь, как поживает империя, которой ты так мудро правишь? Гражданская война, склоки между вассалами, самое то, как по мне, — ухмыльнувшись, я жестом остановил Скуратова, который хотел уже вмешаться, — одного я не пойму, как тебя до сих пор не прикончили, а? Ты ведь фактически разрушил государство. Да, запас прочности еще есть, но еще немного, и он закончится.

— Эта дрянь из вашего рода лишила меня наследника, — яростно прошипел Шуйский, — так что не смей говорить со мной в таком тоне, мальчишка!

— Ладно, значит, говорить не буду, — пожав плечами, я мгновенно наполнил подвешенные в ауре конструкты энергией и ударил.

Да, дворец был защищенным местом, но любую защиту можно пробить. Миг, и стены древней крепости пошли трещинами, а сильный гул на несколько мгновений заглушил все остальные звуки.

Шуйский замер, явно был в шоке, и я решил воспользоваться этим. Миг, и вот я уже рядом, а моя рука крепко взяла старика за горло.

— Ну что, государь, кажется, нам пришла пора поговорить по-взрослому, — спокойно сказал я, накрывая нас щитом, — и чем быстрее до тебя дойдет, тем лучше. Лучше для всех, лучше для империи…