Кашитул

ГЛАВА 11

Рядом громко и непонятно выругались, и я открыла один глаз. Упала я удачно только потому, что шагнула, кажется, точно в цель. Я и не знала, радоваться мне на этот раз или пугаться.

— Ну, так же нельзя! Ты хоть заранее бы в карту заглянула, свободно тут или нет! — человек осторожно поднимался, стараясь не опрокинуть меня на камни.

Смутилась. Было от чего. Человек оказался мужчиной лет тридцати или немногим старше. Когда разглядела, смутилась ещё больше. Почти до плеч тёмные волнистые волосы, чёрные глаза, открытый светлый лоб, широко развернутые скулы и красивый углватый подбородок. Сам высокий (хотя, по сравнению со мной, высокие все), поджарый. И… почти отталкивающе красивый.

— Ну, что молчишь-то? Разговаривать умеем? — внимательно разглядывая меня, спросил он. Верхние пуговки на тоненькой футболке расстегнуты. На шее коротко подвязанный странный амулет. И штаны, как у меня! Ну, почти. Его тёмно-серые в цвет футболки.

Я совсем растерялась. Слишком красивые мужчины, как правило, высокомерны и отчаянно противны. Этот был, кажется, другим… Я помотала головой, смутившись окончательно, и попыталась встать.

— Что, нет? Не понимаешь меня? — мужчина был озадачен.

— Я… Нет. Я понимаю, просто… Испугалась. Просто испугалась, — мне с трудом удалось прекратить заикаться.

Ух, какой. Сердце отчаянно билось.

— Осторожнее надо быть. Аккуратнее, — мягко сказал человек, поддерживая меня за локоть.

Я нерешительно кивнула, оглядываясь. Место было довольно мрачным. Не таким, конечно, как у избушки с осинками, нет. Тут было просто дремуче. Узкие, с сильно покатыми плечами ёлки росли близко к высоким выветренным скалам, снова причудливо напоминавшим воинов в могучих доспехах. То ли уже вечерело, то ли солнца не было видно за высокими каменными останцами. Тень от них закрывала почти всю поляну из мелких каменных россыпей, на которой мы были. Так что, мне повезло, что я практически свалилась на незнакомца. Попади я сюда одна, покалечилась бы совершенно точно.

— Вы — жёлтая отметка? — я пыталась поймать равновесие.

— Я? — удивлённо улыбнулся мужчина. — То есть ты меня всё-таки видела, — губы растягивались всё шире, — И всё равно шагнула именно сюда?

Я пожала, или, вернее, вздрогнула плечами.

— Я искала жёлтую отметку. Не знала, что это вы.

— Жёлтый сигнал — это я, Карим. Зачем я тебе?

— Карим? — едва не выкрикнула я.

— Да. Так, меня зовут. Нужна помощь?

— Я ищу… — Господи, да что я тут делаю-то? Я, кажется, не помню, — Лиллайю. Она в Каши… Кашу… — я наморщила лоб.

— В Кашитуле? Не знал. Надо будет навестить их, — всё ещё улыбаясь, проговорил Карим. — Так зачем тебе я?

— Вы — ориентир. Я не знаю, где этот город.

Если и он удивился, то виду не подал.

Что-то неуловимо знакомое было в его внешности и манере говорить. И мне нравились его чёрные добрые глаза. Точно! Он был похож на Иллая. Только заметно старше. Сердце сладко замерло и я, кажется, вспыхнула.

— Что-то не так? — поинтересовался странник, видя моё смущение.

— Нет. Наверное, нет, — и вдруг выпалила, — Все хранители и странники так красивы? Это специально?

— Что? — расхохотался он, — Нет. Но это приятная откровенность. Спасибо тебе за это.

Я тихонько начала посмеиваться тоже. Он стоял рядом со мной, опираясь коленом о камень.

— Так ты ищешь Лиллайю?

— Ээ. Кажется. Честно говоря, я сейчас неважно соображаю.

— Надеюсь, это не из-за меня, — ещё смеясь, предположил Карим.

— Нет. В смысле, я тоже на это надеюсь, — я тихонечко хихикала. Кажется, он был вполне себе нормальным парнем, и доброжелательно настроен.

— Не надо.

— Да, нет, всё в порядке, — я ещё глупо улыбалась, глядя себе под ноги.

— Ты хоть понимаешь, какое это проклятье?

— Что? — непонимающе поморщилась я.

— Такая внешность, — Карим чуть нахмурился. — Все видят только это, а не меня, — он внимательно взглянул исподлобья. Я сделала то же самое. — Ты представляешь, как тяжело найти того, кто рассмотрит что-то за этим лицом, Делия? — он, снова улыбнулся. Кошмар. Обычно этим мучаются девчонки! Не смеяться в голос сейчас было очень сложно.

— Делия? Вы знаете…? — ещё один парень, с которым я, кажется, знакома?

— Так ты не поняла? — он наконец поднялся. — Ты единственная женщина странник. Я думал, ты уже знаешь, — сказал он, наконец, поднимаясь, и подавая мне руку.

— Да, кажется, — пробормотала я. Радоглаз говорил что-то такое. — И вы знаете меня?

— Я знаю о тебе, — сказал он, помогая мне снять рюкзак, — Но познакомились мы, видимо, только что. Кстати, очень приятно, — он кивнул, и длинные волосы непослушной прядью скользнули ему на лицо. Потрясающе красивый. Даже неловко стоять рядом.

— Вы шли куда-то, я вас поранила?

— Нет, просто не ожидал такого… нападения, — усмехнулся Карим.

Действительно, нападение.

— Кстати, об этом. Я не знаю, в какой период попала…

— Почти начало лета, — перебил меня Карим и сделал знак продолжать.

— Вириты охотятся на странников. И… — я замолчала, не зная как сказать.

— Ну, же, смелей.

— Вы один из тех, кто будет похищен… или… — я едва могла вымолвить это «или», так ужасно оно сейчас прозвучало.

— Ты выглядишь немного напуганной.

— Конечно, — я выглядела не напуганной, а обречённой. — Столько людей пострадало, — я нервно сглотнула и снова присела на камни. Меня начало мутить. Я чувствовала себя неважно, и Карим был тут совершенно не при чём.

— Ты очень бледна.

Я кивнула и достала воду. Плеснула в лицо.

— Будете…

— Будешь, — мягко поправил меня Карим.

Я снова кивнула, глотнув из бутылки:

— Будешь осторожным?

— Я знаю и готов, Делия. И не беспокоюсь об этом. Я просто делаю свою работу так хорошо, как только могу. Это всё, что я действительно в состоянии сделать. А прятаться, это, по-моему, глупо.

Он был необъяснимо спокоен. Даже пугающе.

— Но кто-то ведь будет переживать! — воскликнула я.

— Я постараюсь, чтобы этого не случилось. Но спасибо за твои слова, — он положил руку мне на плечо и коротко сжал его. Я изумленно перевела взгляд с руки в строгие глаза. Он дотрагивается до меня? Разве боги делают такое?

“Не доверяй никому”. Да как можно вообще не доверять вот такому человеку? Спокойный, выдержанный, добрый…

“Как Иллай”, — услышала я Анькин голос из прошлого года, и у меня расширились глаза.

Невероятно. Вот в чем их несомненное сходство. В человечности. В духе. Они опредёленно были похожи. Не внешне. Оба были красивы по-разному. У Карима лицо шире и подбородок не такой резкий как у Иллая. Глаза большие, пронзительно чёрные с прямыми, вздернутыми вверх к вискам линиями тёмных бровей. И нос идеально прямой, и двойные тонкие морщинки к губам, значит улыбается часто — добрый знак. Этот заметно старше, матёрее и увереннее что ли. А Иллай, я вздохнула, он был в моём сердце. Он и был моим сердцем.

— Надеюсь, тебе удастся, — пробормотала я.

Он изучающе посмотрел на меня, потом заключил:

— Хорошо. Пешком тут далековато…

— Так, ты шёл куда-то? Я перебила?

Он терпеливо вздохнул.

— Перебила, — смешно закатил глаза улыбаясь, — Надо же показать тебе дорогу, раз ты искала жёлтый сигнал, — Карим тихонько смеялся каким-то своим мыслям, качая головой. — Кто послал-то тебя ко мне?

— Борей, — прошептала я, опасаясь, не болтаю ли я лишнего.

Карим кивнул и опять сказал:

— Хорошо, — потёр в задумчивости подбородок. — Так. Ещё раз переместиться сможешь?

— Думаю, я должна буду подождать немного. Просто покажи, куда, и я сама. Я и пешком могу.

— Тут километров восемь. И засветло, — он взглянул на небо, — Врядли, успеешь засветло. Да и странники под угрозой вобще-то, — улыбнулся он, — Чтобы разгуливать тут одной.

— А. Ну тогда, конечно. Я пройду ещё один портал, ничего.

— Впрочем, есть идея. Может, это и не обязательно, — улыбнулся Карим, открывая свою жёлтую карту. Она скорее была даже не жёлтой, а, — я заглянула ему через плечо туда, где был кристалл, он был солнечно-соломенным, наверное, с белым основанием и голубыми всполохами внутри — такой была и карта. Очень красивой.

Мне подумалось вдруг, что кристалл должен подходить хозяину по характеру и энергетике. Это было так очевидно. Почему я раньше не думала об этом? Мой аметист ложился мне в руку, почти становясь её частью. И он нравился мне ужасно. Лиловый, почти фиолетовый, с необыкновенными слоями внутри: то дымчатыми, то серебристыми, то радужными. Если я начинала разглядывать его, через некоторое время он становился прозрачным. По-прежнему цветным, но прозрачным. Я его очень любила.

Кристалл Иллая тоже, кажется, был прозрачным. У Расвена — белым, то и понятно. У Карима — солнечным, красивым. Хм. А у Яза — дымчатым, почти коричневым. Интересно. Каким же мирам соответствуют наши кристаллы?

Сейчас Карим делал со своим что-то, чего я не очень понимала. Жалко, не расспросить. И мне бы нужно было взять себя в руки, чтобы не случился конфуз. Тошнило ужасно.

— Вот и славно. Полчаса у тебя как раз есть, — пробормотал Карим, закончив и усаживаясь рядом. — Отдыхай.

— Да я, к слову, не очень-то и устала сегодня. Просто после общения с Бореем, меня будто отжали, как ту тучку, — хмыкнув, дёрнула я плечом, устраивая рюкзак между камнями так, чтобы на него можно было облокотиться.

— Борей может, — усмехнулся Карим, — Но думаю, дело не в нём. — и опять потёр подбородок, глядя на меня прищурившись. — Не нравится мне.

— Что именно?

Он не ответил, сделав неопределенный жест рукой, вероятно означающий, “не бери в голову”. Я и не стала.

— Меня будто передают из рук в руки, — я прикрыла глаза. — Сначала брат Радоглазу, потом тот Борею, оттуда тебе, ты вот, Лиллайе.

Карим усмехнулся.

— Разве это плохо?

— Ну, наверное, не хорошо. Всё время чувствую себя обязанной.

— Надо чувствовать себя благодарной, Делия. Этого достаточно. — сказал Карим с нажимом и серьёзно кивнул.

Он был такой взрослый, такой собранный, такой… Я никак не могла найти слово. Особенный? Возможно. Будто знал что-то важное. Или, к примеру, владел тайными духовными практиками. Хотя, странник, куда уж духовнее, если подумать — общение с планетой напрямую — самая трансцендентная вещь, о которой я знала.

И при этом, такой человечный. Настоящий.

— Чему ты улыбаешься?

Я покачала головой, и, подумав, спросила.

— Наши кристаллы, они как-то связаны с нами? Я подумала, они ведь должны подходить.

Карим посмотрел на меня с любопытством, чуть заметно приподняв уголки губ.

— Продолжай.

— Например, твой очень… гм… красивый, — я, кажется, залилась румянцем. — Извини. У Расвена был белый, — я пожала плачами. — А мой — аметист, ох, я его обожаю, — я потешно махнула кистью руки.

— Ты действительно забавная.

— Боюсь спросить, с чьих это слов, и кто меня так тебе разукрасил, — пробормотала, краснея ещё заметней.

— Ну, вот видишь, — улыбнулся Карим. — Они очень индивидуальны, конечно.

— Хм, тогда откуда взялся мой, хотела бы я знать, — добавила тише.

— В целом, даже по кристаллу можно многое рассказать о страннике. Я, к примеру, могу без опаски посещать только срединные миры. Верхние и нижние мне даются плохо, и я давно не рискую туда заглядывать. Фактически, я не хожу в самый нижний и самый верхний. Остальные — вполне. Но, честно говоря, у меня там и дел особых нет, — Карим улыбнулся. — Ты об этом спрашивала?

— Да, именно. То есть разница в цвете всё-таки есть. Они привязаны к спектру?

Карим кивнул.

— С твоим, скорее всего, речь идёт о верхней части, если рассуждать логически. То есть, все верхние от середины должны быть тебе доступны.

— Середина — это домашний?

— Вроде.

— А нижние миры?

— Возможно. Это тренировка и намеренное понижение уровня твоих вибраций. Довольно мучительно и разрушает. Сердиться начинаешь, ну и мысли плохие всякие одолеть могут, — пояснил он, — Я тебе не советую. Да и сильно старишься из-за этого. И способности долго не восстанавливаются после этого.

— Интересно, — прошептала я. — То есть, после посещения нижних миров способности исчезают?

— Иногда даже довольно надолго.

Тошнота медленно проходила. Только ещё немного кружилась голова. Странно, я не голодна, — А мы можем переносить с собой только энергию?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, мы можем перемещать какие-то вещи? — Карим наблюдал за мной, чуть заметно прищурившись, — Крупный объект, к примеру, смог бы переместить странник?

— Даже не буду спрашивать, что ты задумала, — Карим широко улыбнулся, — Но нет, я о таком не слышал. Расскажи мне, если тебе вдруг удастся.

— Ну, Расвен говорил, что ходил за ягодами в тундру.

— Так речь была о корзинке с ягодами или грибами? — рассмеялся Карим.

— Вобще-то нет, — прошептала я.

— Могли бы мы, к примеру, переместить с собой лодку или… — я вымученно смотрела на Карима, прекрасно понимая, что делать этого не стоит и, к тому же, противоречит всему, о чём меня предупреждал Радоглаз, но всё-таки спросила, потому что больше было не у кого, — Или вирит.

— Делия, — совершенно невозмутимо сказал Карим, улыбаясь одними только глазами, — Лодку переместить ты, конечно, можешь. Вернее затолкать в портал. Но не уверен, что тебе хватит на это сил. Прости. А про вирит, я всё-таки спрошу. Что ты задумала?

Господи, сколько же было лет этому прекрасному человеку, что у него хватало терпения и выдержки отвечать на мои дурацкие вопросы, невзирая на собственные дела?

— Я подумала, — ужасно смущаясь произнесла я, — Скажу сейчас совершенную глупость, не смейся. Просто у меня нет другого оружия, кроме способности открывать порталы.

— И?

— А что, если я могла бы увести вирит за собой в портал, куда-нибудь, где он не сможет работать. Ну не знаю. Или, к примеру, упадёт, или разрушится. Глупость полная, я понимаю. Но так и я тут недавно, чтобы отсвечивать мозгами.

Карим некоторое время смотрел на меня, то ли с жалостью, то ли с изумлением.

— Зря ты так. Идея интересна. Ты и впрямь находка, — он покачал головой. — Не ожидал, что это действительно так, — он пристально взглянул мне в глаза. — Но на твоем месте, я бы не стал пока рисковать. Даже теоретически это сложно. Портал должен быть огромен и вести далеко. Который из миров сможет оказаться для вирита разрушителен, мне не известно.

— То есть, я бы смогла, — серьёзно сказала, скорее, самой себе.

— Тебе нужно тренироваться быстро открывать порталы в самых неожиданных местах. Вирит, чудовищно огромная и шумная штука. А ты такой цыпленок, — засмеялся Карим, и, поднимаясь, взглянул на небо. — И надо ещё кое-что проверить. Самое время.

Я обернулась, он подошёл к ещё открытой за моим рюкзаком карте, посмотрел на неё и повторил:

— Самое время, — мужчина посмотрел на меня, — Что скажешь, если я передам тебя дальше? — глаза искренне блеснули.

— Что? — я поднялась за ним следом. Но Борей же…

— В надежные руки. Поверь.

Не то, чтобы у меня были причины не доверять. Просто, вопрос был совершено дурацким, как будто у меня был выбор! К тому же, мне как раз стало лучше, и я раздумывала, не пора ли пуститься в путь. Я настороженно наблюдала за Каримом. Он положил кристалл в небольшую сумку, перекинул длинный ремень через голову и одно плечо. И сказал:

— Рад был повстречать тебя Делия, — он стоял, готовый шагнуть в открытую дверь. — И поговорить всё-таки надо, — сказал дальним ёлкам.

— Что?

— Уже давно, — Карим показал подбородком на край скалы, у которой мы стояли, и я задохнулась.

Мир оглушительно взорвался, свернулся сожженным воздухом в точку, и разлетелся осколками, сметая на пути всё — ожидания, тревоги и страх. Я еле удержалась на ногах. Фигура легко шагала вдоль елей по каменной россыпи. Лица было ещё не разглядеть. Или просто у меня что-то с глазами? Неважно, я и так знаю.

Он — моё сердце.

Поднял голову, с улыбкой махнул Кариму и тут увидел меня. Качнулся, нога съехала с камня, удержал равновесие. Губы раскрылись. Медленно опустил руку, и пошёл теперь уже тихо.

Я почти умирала, так было внутри.

— Дыши, Делия, — услышала я тихий смешок Карима, и тут рывками вдохнула. — Я доволен встречей, — посмотрела с мольбой. Зачем? Он встретился взглядом с Иллаем и кивнул, — Мне пора. Увидимся. Проход в Дадитар будет открыт ещё два часа, если пожелаешь.

— Не надо, — прошептала, глядя в сторону каменного останца, — Я сама.

— Как знаешь, — Карим, кажется, коснулся моей руки. — И всё-таки, дыши, — он с тихим смехом растворился рядом.