Кодекс Магических Зверей II

Глава 11Р

Замок щелкнул, дверь со скрипом отворилась, и мы вошли внутрь.

В главном зале было сумрачно и тихо. Я зажег масляную лампу, и тусклый свет озарил знакомые очертания: стол в центре, полки с лекарствами, пустые клетки в углу. Воздух за день немного застоялся, пахло затхлостью и сухими травами.

Открыв окно, я поставил сумку на стол и начал раскладывать покупки. Первыми достал мешочки с кормами для Люмина и Кроха, и поставил их на отдельную полку. Люмин, увидев заветный мешочек, тут же оживился и запрыгнул на табурет, с вожделением глядя на него.

— Погоди, путешественник, — усмехнулся я. — Сначала разберем остальное, потом ужин.

Дальше на свои места отправились травы и ингредиенты, купленные на рынке. Корни «Сонной одури» на полку к обезболивающим. Сушеные листья «Почечного чая» и измельченные корни «Водяного гонца» к диуретикам. Пучки «Стремительного цвета» и порошок «Кровянки» к ранозаживляющим. Несколько пучков «Железнолиста» к антисептикам, корень «Пустокрова» к детоксикантам, небольшую баночку «Пыльцы светлячков» к успокоительным.

Вскоре всё оказалось на своих местах. Полки, еще вчера полупустые, сегодня ломились от запасов. Это придавало уверенности и спокойствия.

Последними из сумки достал продукты: круг сыра, каравай хлеба, горшок с медом, вяленое мясо, кусок свежего мяса, морковь, зелень и обрезки с костями для бульона. Все это отправилось на кухню, в прохладный угол у стены.

Закончив с раскладкой, вернулся в главный зал и с наслаждением потянулся, хрустнув позвоночником. День выдался долгим, но чертовски продуктивным.

Люмин, все это время терпеливо сидевший на табурете, с надеждой посмотрел на мешочек с кормом, потом на меня, потом снова на мешочек. В его янтарных глазах читалось: «Хозяин, ну когда уже? Я же умру от голода!».

Крох, устроившийся в коридоре, тоже смотрел с интересом.

— Ладно, — сдался я. — Давайте ужинать.

Я прошел на кухню, отрезал себе солидный кусок свежего мяса, похожего на говядину, посолил с двух сторон, положил его на сковороду и отправил на очаг, предварительно разведя огонь. Мясо зашипело, запахло жареным. Рядом поставил кипятиться воду в котелке для травяного чая.

Вернувшись в главный зал, взял мешочки с кормом и поставил их на стол. Люмин тут же запрыгал, чуть не свалившись с табурета. Крох, не удержавшись, подошел и сел рядом, всем своим видом показывая, что ему тоже хочется попробовать.

Я открыл мешочек с пометкой «Для травоядных класса Е». Внутри лежали небольшие гранулы зеленовато-коричневого цвета, от которых исходил сложный, пряный травяной аромат. Со слов торговца, в состав входили сено, травы и коренья, жаль, он не назвал какие именно, но в принципе это и не удивительно

Люмин, увидев содержимое, часто задышал и начал перебирать лапами на табурете. Его нос ходил ходуном, уши дрожали.

— Тихо, — я придержал его за шкирку, чтобы не бросился в мешочек мордой. — Сейчас все получишь.

Пересыпал гранулы в миску и поставил перед Люмином. Зайцелоп на мгновение замер, принюхиваясь, а потом набросился на еду с такой жадностью, будто не ел неделю.

— Нравится? — усмехнулся я.

Люмин даже не отвлекся, только мотнул головой, мол, не мешай, я важным делом занят.

Открыл второй мешочек, для хищников. Здесь гранулы темнее, почти черные, с красноватыми вкраплениями. Запах насыщен мясным, с легкой горчинкой трав.

Крох, в отличие от Люмина, не кинулся на еду сломя голову, а подошел к миске, которую я поставил на пол, долго обнюхивал каждую гранулу, потом поднял на меня взгляд. В его сапфировых глазах читался вопрос: «Мне уже можно попробовать?».

— Можно, боец, — кивнул я. — Это для тебя, пробуй.

Крох еще секунду колебался, а потом осторожно взял одну гранулу, разжевал, прислушиваясь к ощущениям, проглотил, прислушался снова, и начал есть. Не жадно, как Люмин, а с достоинством, с чувством, с расстановкой, но я видел, как он вилял хвостом.

Оставив зверей наслаждаться ужином, вернулся на кухню, перевернул мясо, нарезал хлеб, налил в кружку горячей воды и бросил туда щепотку сушеной мяты. Через несколько минут ужин был готов.

Я вернулся в главный зал, поставил тарелку с мясом и хлебом на стол, уселся на табурет и приготовился есть. Люмин уже доедал свою порцию, вылизывая миску с таким усердием, что та прыгала по полу. Крох доедал последние гранулы, довольно жмурясь.

— Ну что, — спросил я у них, — вкусно?

Люмин оторвался от миски и посмотрел на меня, будто я спросил что-то глупое. «Конечно вкусно, хозяин! Еще давай!». Крох лишь фыркнул, но я видел, что ему нравится.

Я смотрел на оставшийся в миске корм, откусил кусок мяса, и подумал, из чего же его делают, раз зверям так нравится, и тут… Перед глазами вспыхнуло уведомление. Я даже жевать перестал, уставившись на появившееся системное сообщение.

[Обнаружено вещество: Специализированный корм для травоядных, класс E]

[Состав: Основа: Сено луговое отборное (60%); Коренья: морковь, свекла, пастернак (20%); Магический компонент: Пыльца луговых светлячков (5%); Витаминные травы: ромашка, мята, зверобой (15%)]

[Эффекты: Незначительное ускорение обмена веществ, Незначительное укрепление нервной системы, Незначительное улучшение качества шерсти, Незначительное повышение общего тонуса организма]

[Текущее состояние питомца Люмин (Зайцелоп, класс E, ранг 3): Корм усвоен на 98%, зафиксировано незначительное усиление базовых характеристик, Рекомендуемая частота кормления: не чаще 1 раза в 2 дня]

[Обнаружено вещество: Специализированный корм для плотоядных, класс E]

[Состав: Основа: Мясо (говядина, птица, 70%); Магический компонент: Костяная мука из панцирей линяющих зверей (10%); Укрепляющая добавка: Микродозы корня «Железной воли» (2%); Балансирующие добавки: Печень, субпродукты (18%)]

[Эффекты: Незначительное укрепление костной ткани, когтей и зубов, Незначительное повышение выносливости, Незначительное улучшение пищеварения]

[Текущее состояние питомца Крох (подвид неизвестен, класс E, ранг 1): Корм усвоен на 99%, Зафиксировано незначительное усиление базовых характеристик, Рекомендуемая частота кормления: не чаще 1 раза в 2 дня]

Я сидел с открытым ртом, забыв про мясо. Люмин, заметив мое состояние, поднял голову и уставился на меня с беспокойством. Крох тоже насторожился.

— Да вы издеваетесь… — выдохнул, перечитывая строчки.

Мало того, что корм реально сработал и усилил зверей, хоть и незначительно, так система еще и выдала мне полный расклад по составу!

Но самое главное было впереди. Строчки перед глазами мигнули и сменились новыми:

[Желаете сохранить рецептуру?]

— Да, — прошептал я, не веря своему счастью.

[Рецепт сохранен: Корм (базовая версия)]

[Доступна оптимизация рецепта с учетом имеющихся ингредиентов…]

[Анализ…]

[Предлагаемый улучшенный рецепт: Усиленный корм (для травоядных)]

[Изменения: Заменить пыльцу луговых светлячков на щепотку корня железной воли (имеется в наличии) — укрепит иммунную систему, повысит устойчивость к бактериальным и магическим инфекциям; Добавить микродозы «Серебряного колокольчика» (0,5 грамма на порцию), добавит эффект ускоренной регенерации тканей]

[Общая эффективность: Значительно лучше базовой версии]

[Предупреждение: Требуется точное соблюдение пропорций. Рекомендуется использовать аптекарские весы]

Строки мигнули, и перед глазами появилось новое сообщение:

[Предлагаемый улучшенный рецепт: Усиленный корм (для плотоядных)]

[Изменения: Заменить часть доли костной муки добавлением измельченного корня окопника (имеется в наличии) — ускорит регенерацию костной ткани и сращивание микротрещин; Добавить микродозы «Серебряного колокольчика» (0,3грамма на порцию) — усилит общую регенерацию и ускорит заживление тканей]

[Общая эффективность: Значительно лучше базовой версии]

[Предупреждение: Требуется точное соблюдение пропорций. Рекомендуется использовать аптекарские весы]

— Твою ж… — выдохнул я, чувствуя, как по спине пробегали мурашки. — Это же… Это же просто золотая жила!

Я посмотрел на миски, в которых уже не осталось корма, потом на системное сообщение, потом снова на миски. То, что продавал старичок, было, несомненно, качественным продуктом, но система показывала, что я могу сделать этот корм ЛУЧШЕ, используя ингредиенты, которые уже лежали у меня на полках.

— Спокойно, Эйден, — сказал я себе вслух, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Спокойно. Это просто информация, просто возможность, ты не обязан пользоваться ею прямо сейчас.

Но внутри уже все горело. Я хотел попробовать прямо сейчас сделать этот улучшенный корм для своих зверей, чтобы они стали сильнее.

Люмин, закончив вылизывать миску, запрыгнул ко мне на колени и ткнулся носом в руку. Мол, хозяин, ты чего застыл? Ешь давай.

Я машинально погладил его по голове.

— Завтра, — решил я. — Завтра с утра займусь. Сегодня уже поздно, да и устал как собака.

Я доел ужин, не обратив внимания на вкус. Перед глазами все еще стояли строчки рецепта, проценты, эффекты, возможности.

Закончив с едой, помыл посуду, убрал разложенные во дворе цепи обратно в загон и собрался пойти спать, как услышал стук в дверь. Это ещё кто?

— Эйден! — раздался скрипучий, старческий голос. — Я сено привёз!

Точно! Старик с рынка обещал доставить сено, а я совсем забыл.

— Сейчас! — отозвался, открывая дверь.

В свете масляного фонаря, прикреплённого к телеге, стоял старик. Он опирался на оглоблю и довольно щурился.

— Давай, принимай товар, — прокряхтел он. — За ночь-то роса выпадет, сено отсыреет, так что лучше под крышу перетаскать.

— Я уж думал, вас сегодня не будет, а то ночь на дворе. Помочь? — спросил у него.

— Да долго ждал предыдущего покупателя, ему тоже доставка нужна была, вот и припозднился! — старик махнул рукой. — Я хоть и крепкий ещё, но от помощи не откажусь.

Мы принялись за дело. Сено оказалось приятно пахучим, сухим, с вкраплениями луговых цветов. Взяв тюк с двух сторон, мы аккуратно затащили его в загон.

— А порядок-то у тебя, — одобрительно заметил старик, оглядывая вычищенные секции и блестящие после чистки цепи, аккуратно разложенные по углам.

— Стараюсь, — ответил я.

— Ну всё, — старик отряхнул руки, вытер пот со лба рукавом. — Принимай работу. Доставка как договаривались — две медных.

Я достал монеты и протянул ему. Старик спрятал их в кошель.

— Бывай, хозяин. Ежели сено ещё понадобится, приходи, всегда рад.

— До свидания!

Старик вышел из дома. Лошадь тронулась, телега заскрипела, и вскоре он скрылся в темноте. Я закрыл дверь, задвинул засов и поплелся в спальню. Люмин уже устроился на подушке, свернувшись медовым клубочком. Крох лежал рядом с ним, положив голову на вытянутые лапы, и смотрел на меня.

Я рухнул на кровать, слушал их ровное дыхание, и чувствовал, как внутри разливалось что-то большое, теплое и очень важное. Завтра сделаю первый шаг к тому, чтобы мои звери стали сильнее. С этими мыслями я провалился в глубокий сон.

Утро ворвалось в комнату вместе с солнцем и настойчивым желанием Кроха позавтракать. Зверь сидел у кровати и сверлил меня сапфировыми глазами с таким выражением, будто я проспал всё на свете. Люмин, успев накрутить круги по спальне, запрыгнул на кровать и ткнулся влажным носом мне в ухо.

— Сдаюсь, сдаюсь, — пробормотал я, выбираясь из-под одеяла.

На кухне было прохладно и пахло вчерашним сеном. Я развел огонь в очаге, поставил кипятиться воду для травяного чая и достал продукты.

Для Кроха отрезал небольшой, но сочный кусок мяса, похожего на говядину. Взял из главного зала последнюю порцию очищенного нейронника и высыпал прямо на мясо. Лазурный порошок мгновенно впитался, оставив на поверхности едва заметный голубоватый отблеск.

— Держи, боец, — я поставил миску на пол.

Крох принялся за угощение с достоинством истинного хищника, но я видел, как довольно вилял его хвост.

Люмину положил в миску свежей зелени, добавил пару морковок, нарезанных кружочками, и приправил все это пучком кислицы. Зайцелоп набросился на еду с энтузиазмом.

Себе отрезал ломоть сыра, горбушку хлеба и несколько полосок вяленого мяса, но прежде, чем начать есть, вспомнил о деле, которое хотел сделать ещё вчера. Открыл дверь, вышел на улицу и взглянул на табличку «ЗАКРЫТО». Пора её снять.

Взяв за нижний край, стал тянуть табличку на себя, но гвоздь держал крепко. Мне не помешал бы гвоздодёр, но чего нет, того нет. В итоге, промучившись минут пять, потянул нижнюю часть посильнее и просто отломал табличку, оставив верхнюю часть висеть на гвозде. Мда уж, табличку жалко, но зато теперь понятно, что в дальнейшем нужно сделать её более мобильной.

Вернувшись в лавку, принялся за еду. Ел стоя, наблюдая за зверями и прокручивая в голове планы на день.

Первым делом нужно попробовать сделать улучшенный корм. Система показала рецепт «Усиленный корм», и я горел желанием проверить, получится ли он на практике. Корень железной воли у меня был, «Серебряный колокольчик» только-только посажен, но пару граммов можно срезать — корень все равно восстановится. Осталось разобраться с пропорциями и…

Стук в дверь оборвал мои мысли на полуслове.

Я замер с куском сыра в руке. Люмин поднял голову от миски, навострив уши. Крох, дожевывавший мясо, глухо рыкнул.

Кто мог прийти в такую рань? Я только снял табличку! Неужели пациент? Через пару мгновений стук повторился — настойчивый, требовательный.

— Иду, — крикнул я, кладя сыр в миску и вытирая руки о штаны.

Подошел к двери, отодвинул тяжелый засов, распахнул створку и замер.

На пороге стояла целая делегация из пяти человек, одетых с иголочки в строгие мундиры с серебряным шитьем. В центре группы стояла женщина лет сорока, с идеально уложенными пепельными волосами и тонкими губами, сложенными в ровную линию. Серые глаза сканировали пространство за моей спиной быстрее, чем я успевал моргнуть. Она держала в руках тяжелую кожаную папку, перетянутую серебряными застежками.

Рядом с ней застыли четверо мужчин. Двое из них — массивные, с квадратными челюстями и цепкими взглядами — явно охрана. Еще двое — сухопарые, с лицами людей, привыкших копаться в бумагах. Один из них уже достал грифельную доску и остро заточенный грифель.

— Эйден Моррис? — голос женщины прозвучал сухо, без тени эмоций.

— Он самый, — ответил я, почувствовав, как внутри зашевелилось нехорошее предчувствие.

Женщина щелкнула застежками на папке, вытащила лист пергамента с гербовой печатью и развернула его перед моим лицом.

— Старший инспектор Ассоциации зверей — Верра Даль, — представилась она. — За последние полгода в наше ведомство поступило семнадцать жалоб на жестокое обращение с животными в данной лавке.

Она говорила ровно, без эмоций, без осуждения. Какая еще проверка в средневековье⁈ Я открыл рот. Закрыл. Открыл снова. Похоже, очередной подарок от предыдущего хозяина, будь он неладен. Ничего, в прошлой жизни я прошел через десятки проверок: санитарных, пожарных, налоговых. Одной больше, одной меньше — плевать.

— Мы здесь, чтобы лично убедиться, как обстоят дела, — продолжила Верра, убирая лист обратно в папку.

Она сделала шаг вперед, и я автоматически отступил, пропустив делегацию внутрь. Люмин, увидев чужих людей, шмыгнул под стол и затих, только уши торчали наружу. Крох, доев, видимо, хотел выйти из кухни, но замер в дверях, сканируя незваных гостей тяжелым взглядом.

Двое сухопарых мгновенно рассредоточились по главному залу. Один принялся за полки, открывая каждую склянку, нюхая, записывая что-то в грифельную доску. Второй опустился на корточки и начал проверять пол какой-то металлической пластиной, которая, коснувшись доски, слабо засветилась.

— Магический фон чистый, — пробормотал он, записывая.

Охранники встали по обе стороны от входа. Верра медленно обошла помещение, разглядывая каждую деталь. Ее взгляд задерживался на клетках, на столе с инструментами, на полках с лекарствами.

— Когда проводилась последняя санитарная обработка? — спросила она, не оборачиваясь.

— Недавно, — ответил я.

— Судя по состоянию, здесь не проводилось генеральной уборки как минимум год.

Первый проверяющий закончил с полками и подошел к Верре.

— Целебные средства в основном свежие, — доложил он. — Качество хорошее, сроки годности соблюдены, но… — он покосился на меня. — Но маркировка выполнена не по стандарту.

Второй проверяющий поднялся с корточек.

— Пол чище, чем я ожидал, — признал он. — Но в углах есть небольшие пятна — кровь, биологические жидкости. Полной дезинфекции не проводилось.

Верра слушала, и с каждым словом ее лицо становилось все более каменным. Она подошла к полке, где лежали мои инструменты. Взяла нож, повертела его в пальцах, и осмотрела лезвие на свету.

— Инструменты чистые, — заметила она. — Даже стерильные. Это похвально.

Я выдохнул. Хоть что-то. Но Верра повернулась ко мне, и в ее глазах не читалось ничего, кроме холодной официальности.

— Предъявите ваши документы, — потребовала она.

— Что, простите?

— Документы, — терпеливо повторила она, — подтверждающие ваше право лечить магических зверей. Разрешение Академии Мастеров Зверей или Ассоциации зверей на ведение деятельности.

— Их… нет, — сказал я.

В лавке повисла тишина. Верра долго смотрела на меня, потом медленно убрала нож на место, достала из папки лист пергамента и начала заполнять его, диктуя вслух:

— Отсутствие разрешения. Нарушение санитарных норм в части дезинфекции помещений. Несоответствие маркировки установленным стандартам.

Каждое слово падало, как удар молота.

— Это еще не считая семнадцати зарегистрированных жалоб, — добавила она, поднимая на меня взгляд.

Один из проверяющих подошел к Верре и показал ей доску. Она пробежала глазами, кивнула и вернулась к заполнению документа.

— Я выписываю вам временный запрет на ведение деятельности, — произнесла она, выводя буквы. — С момента вручения предписания вы не имеете права принимать пациентов, проводить осмотры, осуществлять лечение и продавать целебные средства.

Она оторвалась от листа и посмотрела на меня в упор.

— Это значит, что если сейчас к вам придет человек с раненым зверем, вы обязаны отказать ему в лечении, иначе вам будет выписан штраф в размере золотой марки и возможное тюремное заключение. Для возобновления деятельности вы обязаны в течение семи дней предоставить в Ассоциацию справку об успешном прохождении экзамена на целителя зверей.

Закончив, Верра поставила подпись, приложила тяжелую печать из своей папки и протянула мне документ.

— В случае неисполнения предписания в установленный срок, — сказала она, — лавка подлежит конфискации в пользу города, а вы — принудительному привлечению к ответственности. Максимальная санкция — тюремное заключение сроком до трех лет и запрет на работу с магическими существами пожизненно.

Я взял лист пергамента. Руки не дрожали — спасибо прошлой жизни, научившей держать удар.

Она развернулась и направилась к выходу. Охранники посторонились, пропуская ее, проверяющие, закончившие записи, двинулись следом.

У порога Верра остановилась и обернулась.

— Ваши родители, — сказала она неожиданно другим тоном — чуть мягче, чуть человечнее. — Я знала их, мы все их знали. Легендарные Моррисы — лучшие целители своего поколения.

Она помолчала.

— Они бы огорчились, увидев, до чего дошла их лавка… и как низко пал их сын.

Дверь захлопнулась, оставив меня посреди главного зала. Я сжимал в руках бумагу, и чувствовал, как внутри закипала ярость.

Люмин вылез из-под стола и подошел ко мне, ткнувшись носом в ногу. Крох, закончивший наблюдать за гостями из дверного проема, подошел и сел рядом.

Я опустил руку, погладил обоих, и это простое движение немного привело меня в чувство.

— Почему со всех сторон одно говно⁈— спросил я в пустоту.

Прочитал предписание. Потом ещё раз. И ещё, надеясь, что за это время буквы сложатся во что-то более обнадеживающее, но нет.

— Ладно, — сказал вслух, почувствовав, как решимость сменила отчаяние. — Я получу эти чертовы документы.

Люмин одобрительно пискнул, Крох коротко рыкнул.

Мы еще поборемся.

За каждую тысячу лайков/наград/комментариев, авторы выпускают доп главу!

Ребята, вас 4 тысячи, помогите авторам лайком пожалуйста!