Криптонит Дубова

Глава 13

Я разложила диван в большой комнате и принялась доставать постельное белье. Дубов пришел вместе с чаем, уселся в облюбованное кресло и стал наблюдать. Не обращать на него внимания не получалось да и выглядело бы как-то наигранно, что ли. А потому, сказала:

— Спрашивайте, Кирилл Геннадиевич. — Втягивая одеяло в пододеяльник, решила, что хуже, чем есть, уже не будет.

— О чем?

— Не знаю. Вам виднее. Вы же не просто так смотрите. Если один человек пристально смотрит на другого — этому может быть три причины. Применяя метод исключения — у меня остался единственный вариант. Вы хотите что-то узнать. Вот я и говорю — спрашивайте.

— Интересно… а первые две — какие?

— Или хочет познакомиться, или симпатия. Мы с вами под эти условия не попадаем. Делаем вывод — вас что-то интересует. — В этот момент у меня зазвонил телефон. Кто мог беспокоить в такое позднее время — не имела понятия.

Это была соседка Катя. Спросила жаропонижающее.

— Да, есть. Заходи.

Мы пару дней назад уже успели поболтать по поводу случившегося у меня обыска, но тема все равно оставалась животрепещущей. Придумать хоть какое-то более-менее правдоподобное объяснение — тогда не смогла, а потому вовсе не удивилась вопросу, когда протягивала таблетки.

— Ну что у тебя? Новости какие-то есть?

— Пока нет. Будут — скажу.

Она бы, может еще спросила что-нибудь, но по тому, как вытянулось ее лицо, поняла, что сзади стоит Удав. Непроизвольно оглянувшись, почувствовала, как сердце садануло о грудную клетку.

— Добрый вечер. — Поздоровался, расстегивая рубашку и вытягивая ее из брюк.

По большому счету — что такого особенного было в этом? Время — пол-одиннадцатого. Я — незамужняя барышня. Но дьявол, как всегда в деталях. Скажите, ну вот какой нормальный человек будет продолжать раздеваться, когда на пороге появился кто-то незнакомый?

Плюс ко всему, Катя знала меня и мою историю. Была знакома с Лешей. Много помогала, особенно в первый год, когда я практически загибалась от боли…

Нет. Я не принимала целибат после смерти мужа, но картина перед глазами резко отличалась от моего поведения в целом. Одним словом — для нее шок, а для меня — кошмар напополам со стыдом.

— Добрый… вечер. — Катюша отвела стеклянный взгляд. — Ладно. Спасибо. Пойду. Я верну потом. — Махнула блистером в воздухе и ретировалась за дверь.

Закрыв за ней, тяжело выдохнула:

— Этот стриптиз был вовсе ни к чему.

— Я тебе больше скажу. Весь этот фарс ни к чему. — Отозвался, прислонившись плечом к стене.

— Зачем тогда… все? — повернулась, в недоумении подняв брови.

Кирилл Дубов молча смотрел, как будто решая. И что-то в его взгляде мне определенно не нравилось. Скажу больше. Буквально через полминуты совершенно перехотелось узнать ответ на свой вопрос. Стены коридора словно сдвинулись, уменьшая пространство. Вырваться, выскользнуть, убежать!

— Идемте. Я дам вам полотенце и зубную щетку. — Не выдержав странного пресса, сдалась, проскальзывая мимо.

Откуда появлялся безотчетный страх? И почему он являлся постоянным спутником, стоило только заговорить с Удавом? По логике вещей — должна была чувствовать благодарность. Так ведь? Как он изощрялся вытеснить одно и заменить другим?

Неприятный, тяжелый, отвратительный человек. Я безотчетно старалась держать дистанцию. Будто могла обжечься, если не дай боже случайно прикоснусь. Прошло так мало времени с начала нашего представления, а мечты о весне и марте месяце, когда все закончится, уже начали бередить душу. Скорее бы! Как говорит Светка: «Дайте мне волшебный поджопник, чтобы я сразу в нужном месте и в нужное время очутилась».

Дубов не спеша последовал за мной в комнату.

— Где ванная вы в курсе. Доброй ночи, Кирилл Геннадиевич. — Протягивая предметы личной гигиены, непроизвольно задержала дыхание. Очередная насмешка на лице. Ток по рукам.

Знаете, чем я спасалась? Вспоминала в такие моменты Бортнича. Его розовые полные губы, выглядывающие из зарослей черной щетины, наверняка такие же мягкие, как тесто. Огромный живот, нависающий и выпирающий вперед. Толстые пальцы на руках, покрытые на нижних фалангах темными жесткими волосками. И самое отвратительное — взгляд. Смотрит, а такое ощущение, что в его глазах уже порнофильм с моим участием прокручивается.

Это очень помогало. Удав сразу казался не таким уж и отталкивающим. Наоборот. Ну, привык человек глядеть на окружающих как на… не важно. Пусть себе развлекается. Сам же сказал — мы только вначале будем видеться часто, а со временем количество встреч сократится. Надо набраться терпения — всего-то.

Я отправилась на кухню, где помыла посуду и присела за стол с телефоном, отменяя клиентов. Их и так немного осталось, а с постоянными переносами визитов могла лишиться даже самых терпеливых. В какой-то момент вдруг вспомнила вопрос Кирилла о купальнике и замерла. Просто так он бы не спрашивал, верно? Идти выяснять — не хотелось, а потому, пребывая в недоумении и с не очень хорошим предчувствием, отправилась к себе в спальню.

Дискомфорт от присутствия Дубова просачивался сквозь стены. Прежде, чем пойти в душ, мне пришлось прислушиваться минут пятнадцать, чтобы убедиться, что могу отправиться в ванную. Дурдом. Не столкнулись. Отлично. Зато утром огребла, когда наивно решила, что он еще спит. Полная тишина. Прошлепав по коридору, открыла дверь санузла и непроизвольно взвизгнув, захлопнула.

Их сиятельство, не обремененные одеждой, вытирались полотенцем. А потому и ввели меня в заблуждение по поводу своего бодрствования.

Заскочила к себе в комнату пунцовая, и с колотящимся сердцем. Блин-блин-блин!!! Абрисы его тела стояли перед глазами и не хотели исчезать. Ситуация — нарочно не придумаешь! И как теперь быть?! От стыда становилось дурно. Опять глупо понадеялась, что он оденется и уедет. Угу, да. Постучал ко мне минут через десять.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Нелли, надеюсь, ты там сознание не потеряла? — спросил, явно издеваясь.

Почувствовав новую волну смятения, укусила себя за руку. Вместо того чтобы нивелировать неловкость, он нарочно усугублял!

— Собираешься весь день теперь от меня прятаться? — очередной стук. — Не получится. У нас самолет через три часа.

Какой еще самолет?! Собравшись с духом, вышла и направилась в ванную. В конце концов, я у себя в квартире!

— Кирилл Геннадиевич, подойдите, пожалуйста. — Остановилась на входе. — Видите это нехитрое приспособление? Оно называется щеколдой. Или шпингалетом. Как вам удобнее. Было бы очень здорово, если бы вы научились ним пользоваться, когда… принимаете водные процедуры. — Смотреть ему в лицо не хватало сил. Стеснялась ужасно.

— Чай сделаешь?

Вопрос сбил с толку, заставив непроизвольно поднять на него глаза. Озноб мигом охватил всю спину вплоть до поясницы. Кошмар какой.

— Чайник на кухне. Там тоже ничего сложного. — Рыкнула, теряя самообладание, и закрыла дверь перед его носом.

С того момента Дубов нашел для себя новую забаву — устраивать ситуации, из-за которых хотелось выпрыгнуть из собственной шкуры. Его поведение и настроение могло меняться молниеносно. Спокойное, отрешенное безразличие, привычные язвительные или жесткие замечания, а через минуту — насмешка и любопытство — как отреагирую на какую-то просьбу или выходку. Скажу честно — стало гораздо хуже, чем было до.

— Дай мне свой загранпаспорт. — Прилетело, едва зашла в кухню.

— Зачем?

— Хочешь прокатиться в багажном отделении? Могу устроить. — Пообещал раздраженно.

Перетрудился, делая себе чай? Спрашивать это не стала. Молча принесла паспорт и положила перед ним.

— Я не могу никуда лететь. Мы даем "Коллизию" завтра вечером. — Набравшись неизвестно откуда мужества, проговорила, наливая кипяток в чашку.

— Нелли… раньше надо было думать. И не льсти себе. Твое отсутствие на вашем капустнике никто не заметит. — Очередное принижение, ударило невидимой пощечиной. Какой же отвратительный он был в такие моменты! Злость схватила мертвой петлей за горло. В глазах на секунду потемнело.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы прийти в чувство. После чего опять сходила к себе в комнату и вернулась с рецептом и блистером с таблетками. Протянула ему.

— Мне необходимо чтобы они всегда были со мной. Узнайте на всякий случай — разрешено ли их провозить туда, куда вы собираетесь…

— Что это? — спросил недовольно и удивленно одновременно.

— Обезболивающее. — Сделав несколько глотков из чашки, поинтересовалась: — Что с собой брать?

— Ничего. Вещи тебе соберут. — Удав покрутил в руках мое лекарство, и, сфотографировав, отправил кому-то. Потом то же самое проделал с паспортом и рецептом.

Не знаю почему, но я только тогда обратила внимание на то, что он был одет иначе. Не так, как накануне вечером. Джинсы и реглан. До этого всегда красовался в дорогущих костюмах. Видимо ему привезли утром одежду. Что ж, мое жилье потихоньку стало превращаться в проходной двор Дубова и его свиты. Прелестно.

И все же купальник я с собой взяла. Места он занимал немного, а чутью надо доверять.

Машина. Аэропорт. Частный самолет. Три с половиной часа истязаний для аэрофоба. Единственный вопрос в мою сторону:

— Как давно у тебя мигрень?

— Четыре года.

Поговорили. Тепло, задушевно. М-да.

Испания. Барселона. Еще пять часов на автомобиле до Аликанте. Вечером заехали во двор какой-то виллы. С нами все это время путешествовал, как я понимаю, помощник-телохранитель-водитель Дубова — мужчина по имени Сеня. Арсений он или Семен — спрашивать постеснялась.

— Располагайся. — Кирилл Геннадиевич кивком показал в сторону.

Открыв первую дверь по коридору, вошла. Просторная комната с претензией на дизайнерскую мысль. О том, что этот дом принадлежал Удаву, стала догадываться по его поведению. Во-первых, слишком непринужденно себя вел и хорошо в нем ориентировался. Во-вторых, нас ждали, так как буквально минут через двадцать по приезду девушка в униформе позвала на ужин. В-третьих, стоило мне присесть за стол, Кирюшенька протянул руку:

— Дай свой телефон.

— Зачем? — Наблюдать, как его простреливает от этого вопроса, было на уровне блаженства. Уже не первый раз замирал, услышав его.

— Введу тебе пароль от wi-fi. — Объяснил, поджав нижнюю губу, непроизвольно выдавая раздражение.

Ну, я и протянула. Задержав дыхание на всякий случай. Вы бы это видели! Есть старое слово «оторопь». Его уже не используют. Зря. Очень четкое и яркое в определенные моменты. Лучше не скажешь.

— А где тот телефон, что я тебе дал? — поинтересовался, переведя свой темный взгляд от экрана на меня.

— Я его… вернула. — Смутилась, так как не предполагала, что придется отчитываться по такому вопросу. Уставилась в тарелку. — В смысле положила назад в коробку. — Молчание продолжало давить. Сглотнула. — Он в вашем доме остался. — Поежилась, так как Дубов молча смотрел и ничего не говорил. — Мне удобнее с такой моделью.