Криптонит Дубова

Глава 16

За всю дорогу назад мы не сказали друг другу даже пары слов. И я, как бы странно не прозвучало, была признательна ему за это. Молчать с ним казалось куда легче, чем разговаривать. А еще в тот вечер поняла одну вещь. Благодаря своему поведению, Кирилл Геннадиевич, на самом деле оказывал мне… услугу. Он не давал влюбиться в себя.

Чего правды скрывать? Очень красивый мужчина внешне. Успешный. Уверенный в себе. Мечта любой одинокой, истосковавшейся женщины сроком от двадцати до пятидесяти пяти. Но стоило ему открыть рот — все меркло. Сарказм, презрение, вечные колкости — и вместо розовых очков глаза застилала мгла. Даже тяга, которую несмотря ни на что, продолжала испытывать, отступала на задний план. Так и балансировала, словно канатоходец, между влечением и отторжением.

Заходя в дом, выдал расписание на следующий день:

— Завтрак в семь. Выезжаем в восемь. Будь готова.

— Всегда готова. — Отсалютовала, как пионер рукой. Дубов почему-то закашлял, прикрывая кулаком рот.

— Ты разве была пионеркой?

— Нет, не привлекалась. — Отрицательно покачав головой, пошла в сторону коридора. — Но в одной постановке как-то играла. Доброй ночи, Кирилл Геннадиевич.

В комнате первым делом вернула цепочку на шею. Умом я, конечно же, понимала, почему он заставлял ее снимать, но душой продолжала сопротивляться. Что ж, выход на будущее нашла, а потому можно было успокоиться. Жалела лишь о том, что не сообразила раньше.

Приняла душ, легла в постель и… расплакалась. Стыд, раскаяние, смятение. Понять меня смогут немногие, и слава богу, на самом деле. Очень давило осознание того, что предаю свою любовь. До появления в моей жизни Удава, казалось режим заморозки включился раз и навсегда. Теперь же пришло время признаться в собственной слабости.

Ко всему прочему приплеталась обида и недоумение. Почему мой интерес возник к… не совсем достойному человеку? Не способному ни ответить взаимностью, ни нормально отреагировать, узнай он мой секрет. От этой мысли бросило в жар. Моментально представила его снисходительную и самодовольную… лицо. Страшно представить.

По возвращению на родину, думала, поеду домой. Ошиблась. У Дубова были другие планы.

— Переночуешь сегодня у меня. Завтра с утра съездим, посмотрим на гарнитур.

— Как? Ключ от сейфа у нотариуса, насколько я знаю. — Удивилась, но уже к концу предложения, сдулась. Ну да. Для людей вроде Кирюшеньки разве это проблема?

— Он составит нам компанию. — Ответил с кривой ухмылкой.

— А… сколько времени это займет? — поинтересовалась в связи с тем, что после обеда по плану маячили две клиентки. Увидев удивленный взгляд, сказала: — Мне бы желательно к трем часам к себе вернуться.

— Значит вернешься. — Выдержав долгую паузу, ответил напряженно.

Стало так тошно на душе — передать не могу. Как же я от него устала! Человек вообще существо очень зависимое от собственных привычек. Безумно хотелось вернуться в отлаженный ритм, в свою постель, в размеренные будни и распланированные выходные. Внезапное изменение уклада вызывало дискомфорт, а постоянное присутствие Кирилла Геннадиевича угнетало. Одно дело встретиться и провести вместе пару часов, и совсем другое находиться так долго рядом.

Его недовольство ощущала не глядя. Заряжать атмосферу вокруг себя он умел мастерски, непроизвольно вытягивая силы из собеседника и опустошая. Чертов энергетический вампир!

От ужина отказалась. Зато наконец-то поговорила с Санькой.

— Ты куда пропала и что за секреты вдруг между нами появились? — сходу пошла на абордаж она.

— Никуда. Я все там же. — Улыбнулась натянуто, благо мы не по видеосвязи общались. — А по поводу секретов… просто не хотела раньше времени сотрясать воздух. Светке пришлось сказать, потому, что не отстала бы от меня. Эта чума теперь хочет замуж за иностранца. Про сайт знакомств ты ж в курсе уже? Насела — давай вместе, давай вместе. У нее такта иногда ни на грамм.

— Так. Ладно. Много текста. Я жду влажных подробностей!

— Иди ты! — понимая, что юлить дальше нет возможности, собравшись с духом, выдала: — У меня появился мужчина.

— О мой бог. Значит не сплетня. Нель, так это же замечательно! Кто он? Как зовут?

— Кирилл. — Пытаясь не задохнуться от накативших чувств, нервно почесала голову.

— И-и-и? Сколько ему? Чем занимается?

— Не знаю толком. Бизнес какой-то есть…

— Арапова, мне из тебя, что ли клещами по слову вытягивать? — наседала Сашка дальше. — Где познакомились? Как?!

— Бабушка Аля оставила мне в наследство старинное ожерелье. Он меня нашел и хочет купить его. — Отрапортовала, радостно сворачивая от темы фамилий и прочих уточняющих моментов.

— Фотка есть? — вопрос-выстрел в голову.

— Нормальной нет. Как сделаю — вышлю. — Пообещала скороговоркой.

— Уф-ф-ф..! Неличка, я так рада за тебя! — запела соловьем подружка. — Это очень хорошо, что ты, наконец, сдвинулась с мертвой точки…

— Да… с мертвой… — горло стянуло невидимой петлей.

— Нет, нет, нет! Я не то хотела сказать! — тут же поняв свою ошибку, затараторила Саша. — Хорошо, что в твоей жизни появился кто-то. Ты как никто заслуживаешь счастья!

— Посмотрим. Как у тебя дела? — решила свернуть со скользкой стези.

— У меня все нормально. Скучновато здесь, конечно. В общем, все по-старому. Тимурчик растет. Таким забавным становится… — поделилась новостью о сыне Илоны Разумовской.

— На родину в ближайшее время не собираешься? — поинтересовалась, задержав дыхание.

— В обозримом будущем нет, но если вдруг что-то изменится, я тебе маякну.

Мы еще поболтали немного и на том распрощались. После разговора осталось странное послевкусие. Я вроде как сделала то, что должна была, но получалось… наполовину. И с тем же хоть немного продвинулась вперед, так как играть в молчанку дальше не могла.

Утром, во время завтрака, Кирилл Геннадиевич пребывал в не очень хорошем настроении.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Хорошо отдохнула? — процедил в какой-то момент сквозь зубы.

— Да. — Ответила озадаченно. — Хорошо, спасибо.

Он поднял взгляд на девушку, стоящую недалеко от двери:

— Выйди. — Потом посмотрел снова на меня: — Нелли, любовницы не ведут себя подобным образом.

— Что? — застыла с недонесенной ко рту вилкой.

— В следующий раз, если я зову на прогулку — найди в себе силы и удели хоть несколько минут своего драгоценного времени. У слуг тоже есть глаза и уши.

— Вы о чем? — уставилась на него, ничего не понимая. — Где? Когда?

Видимо мое искреннее изумление, заставило сделать какие-то свои выводы.

— Ты вчера вечером отказалась от прогулки?

— Я отказалась от ужина. Больше меня никто ни о чем не спрашивал. Вы ко мне не заходили. С вами… все в порядке?

Дубов вытер рот салфеткой. Отбросил ее в сторону и встал.

— Иди сюда.

— Зачем? — вырвалось непроизвольно. Ох, как же он каменел от этого вопроса. Надо видеть.

— Подойди. Ко мне. — Распорядился железным тоном.

Делать нечего. Поднялась и обошла стол. Как только приблизилась — была подхвачена за талию и усажена на столешницу. Удав стал рядом, протиснувшись между моих ног и начал расстегивать рубашку.

— Что вы… — договорить не смогла. Он закрыл мне рот ладонью.

— Сиди тихо. — Приказал в ответ. А потом громко обратился в сторону двери: — Лена! — Видимо она вошла, так как тут же последовал приказ: — Позови Вику.

Следующие пять минут в переводе с нервов на количество проживаемых лет, забрало три года, не меньше. Как же меня колотило от такой близости с ним! И успокоиться не хватало никаких внутренних резервов.

— Почему ты дрожишь? — спросил на ухо, только усугубляя мое состояние. — Не бойся, Нелли… — Запустил пальцы в волосы и провел вниз по всей длине.

Как много в нашей жизни играют запахи. Они могут управлять настроением и поведением человека. Заставлять морщиться или блаженно улыбаться, действовать удушающе или же напомнить о чем-то былом. Аромат, исходящий от Кирилла Геннадиевича вызывал истому и странную натянутость. Сказочный парфюм. И ему он очень подходил.

Услышав приближающиеся шаги, Дубов обхватил руками мое лицо и наклонился очень близко, коснувшись кончиком носа моего лба. Сделав вид, что только оторвался от поцелуя, бросил коротко:

— Уволена.

— Кирилл… Генна…диевич..! — раздался испуганный голос где-то за спиной.

— Пошла вон. — Прошипел поверх моей головы, после чего уставился глаза в глаза. Расширенные зрачки. Радужка цвета раскаленного на солнце асфальта. Сердце пропустило несколько ударов. Кровь с ужасом понеслась по всем артериям и венам. То, что он собирался сделать, считала откуда-то извне.

— Нет. — Попросила одними губами, и, судя по всему, отрезвила этим обоих. Удав застыл. Прошло несколько томительных секунд, после чего пришел в себя.

— Лена, двери! — рявкнул на служанку.

Отступил от меня.

Я соскочила на пол и неверным шагом отошла к окну. Судорожно схватилась за плечи руками в защитном жесте. Почему остановила его? Не знаю. Испугалась. Прошивка, сотканная за годы одиночества, дала знать неожиданно, но четко. Сашка не раз пыталась убедить пойти к психологу. Но у меня, как в том анекдоте — или свисток сломается, или акула глухая попадется. То времени не находилось, то желания. Понимала умом, что все это отговорки, и с тем же не делала ровным счетом ничего. Человеческая натура такая. Мы очень любим жалеть себя.

После случившегося время словно остановилось. Сколько простояла вот так — не помню. Очнулась, когда услышала:

— Иди к себе, Нелли.

Ушла, глядя под ноги, ощущая сильную слабость во всем теле. Давление? Нервы? Цель стояла одна — добраться к кровати и принять горизонтальное положение.

Пролежала полчаса, приходя в себя и думая. Непроизвольное, но очень показательное выступление. Чем больше я его узнавала, тем больше страшилась. И орать, как оказалось очень даже умеет. Сорвался. Чего, спрашивается? Выгнать любовницу из-за такой ерунды? Ведь без особых умственных усилий было понятно кто она. Вернее чем еще занимается, кроме прямых обязанностей в доме. Другого объяснения ее поступку просто не существовало.

Во время дороги Кирилл Геннадиевич по обыкновению молча работал на своем ноутбуке, иногда отвлекаясь на бутылку с водой. В мою сторону не смотрел, как будто и не сидела я рядом. Полное игнорирование. Странно, но именно в тот день его молчание не воспринималось как облегчение. Наоборот. Придавливало. Тяготило. Мучило.

В хранилище мы вошли вчетвером. Служащий банка вместе с нотариусом открыли ячейку каждый своим ключом и положили на стол длинный металлический ящик, после чего банковский работник вышел. Дубов посмотрел на меня, словно призывая к действиям.

Внутри находился белый конверт и бархатная коробка.

Увидев сокровища Агры свое наследство, застыла в изумлении. Как бы так, чтоб помягче… Если кто думает, что меня тут же ослепил блеск бриллиантов и злата — очень ошибаетесь. Слово антиквариат в переводе с латинского языка означает «старый». И этим все сказано. Металл — темный какой-то, камни блеклые — никакого сверкания лоска или отсветов. «Ну, такое…» — как модно сейчас говорить. С другой стороны, если находились ненормальные увлеченные, готовые выкладывать за это такие деньжищи — оставалось лишь порадоваться такому презенту от бабушки Алевтины.