Маг двух стихий. Книга 1

Глава 8 Победить аморфотит

Корн мучился уже около суток, его самочувствие становилось всё хуже. Лекари нашли подходящее заклинание, чтобы его не рвало. Может быть, организму в целом это и помогало, но вот только чувствовал Корн себя после этого заклинания ещё хуже, чем до него. Его всё так же, если не сильнее, мутило, казалось, что сейчас он вывернет всего себя наизнанку, но ничего не происходило. Голова то кружилась, то болела. Грэг погружал его в сон, в это время лекарь мог спокойно уходить и заниматься своими делами.

Корн кричал от кошмаров, просыпался, как будто побывал в демоническом пламени, но никогда не помнил, что ему снилось. Он устал от тошноты, но никуда не мог от неё деться. Только во время сна она проходила, но там было гораздо хуже, чем наяву…

Через сутки опять пришёл Сур. Зрение так и не вернулось, Корн узнал его по торопливым шагам.

— Я приготовил противоядие, — с ходу выдал он, всовывая Корну в руку пузырёк. — Запах и вкус — полный отстой. Поэтому откупоривай быстро и сразу глотай. Оно должно сработать.

— Ты же на мне не ставишь опыты? — Корн усомнился в безопасности зелья. — Спрашивал у лекарей?

— Не спрашивал. Они не разрешат. Так что, можно сказать это экспериментальный образец. Но я уверен, что после него тебе станет значительно лучше. Я могу перечислить ингредиенты, входящие туда, но боюсь ты и треть из них не знаешь, поэтому по сути это бесполезно. В общем, если доверяешь мне — пей. А если нет, то мучайся дальше… Больше я тебе ничем не могу помочь.

Сур больше не говорил, но и не уходил. Корн тоже молчал, думая. С одной стороны, у него не было поводов не доверять Суру. С другой, он знал его слишком недолго, чтобы пить не пойми что из его рук.

Корн решил, что хуже, чем сейчас, ему вряд ли может стать. Он быстро откупорил пробку и вылил содержимое в рот, язык ощутил горечь с привкусом чеснока. Запах и вкус были отвратительны, как и предупреждал алхимик, но только он сильно преуменьшал! Корн заставил себя проглотить ужасную жидкость. После чего его стало клонить в сон.

Когда он проснулся и открыл глаза, изображение комнаты перед его глазами сфокусировалось. Он видел! Одно это стоило жертвы его вкусовых рецепторов. Корн прислушался к ощущениям — в теле чувствовалась слабость и оно едва шевелилось.

Но тошноты не было!

Корн решил, что отныне будет верить в возможности Сура, как алхимика. У него действительно получилось создать антидот к аморфотиту!

Корн медленно поднялся, но ноги не удержали его, он свалился обратно на кровать.

Открылась дверь, в палату вошёл Грэг и пристально посмотрел на Корна, тот встретил его взгляд.

— Ты меня видишь?

— Да, — улыбнулся Корн.

— Как это может быть? Потеря зрения — один из редких побочных эффектов аморфотита, но он проходит только тогда, когда вещество полностью выводится из организма.

— И я не чувствую тошноты, — с улыбкой добавил Корн.

Грэг приблизился к кровати, и под ней развернулась одноуровневая печать. Она была золотой, с небольшим количеством простых символов. Корн ощутил лёгкое покалывание по всему телу.

— У тебя обезвоживание, но, в целом, ты в порядке. Как будто аморфотита действительно нет в твоём теле… Как это возможно?

— Сур дал мне зелье.

— И ты выпил его? Он же самый настоящий… — Грэг оборвал себя.

— Чокнутый? — дверь открылась и в помещение вошёл Сур. — Или гений? — он посмотрел на Грэга и поднял бровь.

— Как ты можешь давать пить непроверенные зелья больному?

— Кто сказал, что непроверенные? Я его пробовал.

— Да у тебя такой послужной список, что ты наверняка выработал иммунитет ко всем ядам!

— Фи-и-и… Как грубо, — поджал губы Сур. — Всё же классно вышло. Даже без последствий.

— Только чудом! Ладно уж, оставляю его на тебя. Всё равно вы живёте в одной комнате, — Грэг вышел и громко хлопнул дверью.

— Какой темпераментный, — хихикнул Сур. — Ну что, поползём в комнату? Или останешься здесь? Тебе пока можно только водичку, есть начнёшь завтра.

— Спасибо, — тихо произнёс Корн.

Сур улыбнулся.

Через пару дней Корн себя прекрасно чувствовал и стучал в кабинет директора, чтобы назначить новую «отработку». Ведь он так и не смог в тот злополучный день, когда его отравили, дойти до подвала. Он немного волновался. Вдруг директор будет принципиален и откажется помогать ему дальше, сославшись на пропуск Корна и его несерьёзное отношение.

— Открыто, — отозвался голос директора.

— Светлой Рэи, — поздоровался Корн. Лорд Ниро отложил бумаги и поднялся.

— Ты не пришёл, когда мы договаривались, — он сделал паузу, а у Корна засосало под ложечкой. Предчувствия его не обманули. А директор продолжил: — Теперь у меня нет времени. Я же правильно понял причину твоего прихода?

— Да.

— Тогда я позову тебя, когда найду свободное время.

— Хорошо, — Корн кивнул и направился на выход, гадая, действительно ли лорд Ниро когда-нибудь его позовёт.

— Ещё кое-что.

Корн обернулся и внимательно посмотрел на директора.

— Что ты слышал о кураторах? — спросил он.

— Некоторым талантливым студентам назначают кураторов со старших курсов, и они помогают осваивать магию.

— Верно. Талант, правда здесь ни при чём. Имеет место лишь согласие куратора и его подопечного. Или распоряжение руководства, как в твоём случае… — улыбнулся лорд Ниро.

— Что это значит? — нахмурился Корн.

— То, что я назначил тебе куратора. Он найдёт тебя сам. Теперь можешь идти.

— А… — Корн хотел задать вопрос, но ему не дали этого сделать.

— Иди, — с нажимом повторил директор, Корну ничего не оставалось делать, как подчиниться.

Интересно, кого же он назначил ему в кураторы. И очень-очень жаль, что из-за того инцидента, его овладение магией откладывается на неопределённый срок. Или вообще навсегда…

Корн понимал, что вряд ли директор оставил его в Академии, если бы действительно не планировал обучать магии. С другой стороны, как лорд Ниро как-то сказал, сейчас Корн находился здесь полностью на законных основаниях, поэтому директор при желании избавиться от него, мог бы просто подождать экзамена, который Корн ни за что не сдаст. Тогда его исключат, всё также на абсолютно законных основаниях…

Пока Корн восстанавливался от аморфотита, пропуская занятия и тренировки, у него было много свободного времени, и он тратил его на тренировки с артефактом в форме белого шара. Теперь точка светилась куда уверенней, и даже линия стала более отчётливой.

Для интереса он как-то передал шар Суру. Тот покрутил его в руках, после чего поочерёдно зажёг каждый из символов, потом широко улыбнулся и заставил мигать все одновременно.

После этого Корн отобрал у него артефакт и запретил к нему притрагиваться. Сур лишь расхохотался, но шар больше не трогал.

Когда Корн появился на уроках, Терран посмотрел на него в недоумении, видимо, не ожидал, что его жертва восстановится так скоро, но прилюдно не стал ничего спрашивать. Сур же не сводил с него взгляда, будто планировал открыть стихию огня и тут же спалить Террана заживо.

Занятия шли своим чередом. Пока был освобождён от практики, Корн углубленно изучал зелья, потом, когда Сур приходил с тренировки, он спрашивал у того то, что не понимал.

— У тебя определённо есть талант к зельеварению. Если ты всё-таки не сможешь открыть стихию, я возьму тебя в подручные, — Сур сидел на кровати и хитро смотрел на Корна, колдующего над жаровней.

— Мечтай… — Корн проигнорировал его, продолжая свои манипуляции с жидкостью в котелке.

На этот раз, он делал зелье, блокирующее нюх. В его планах было сварить «серую вонючку», как называло это зелье книга «Алхимия для лентяев», а оно было в несколько раз хуже, чем то, что он использовал на Терране. Корн не мог вообразить, насколько это плохо, но не хотел проверять, чтобы узнать. Даже при варке этой усиленной «вонючки» он определённо использует зелье, лишающее обоняния, иначе просто не выдержит. После аморфотита, чувство тошноты Корн ненавидел даже больше боли.

— Кстати… Есть рецептик, который отобьёт обоняние навсегда. Некоторые профессиональные алхимики используют его. Всё-таки ароматы в нашем деле не самые благоухающие. Хочешь себе такое?

— Я не планирую становиться алхимиком. А боевому магу лишиться обоняния — значит не заметить вовремя опасность. Я бы и тебе не рекомендовал его применять.

— Да? — ехидно протянул Сур. — Так ты беспокоишься о моём здоровье?

— Кто тут беспокоится? — фыркнул Корн. — Лучше иди сюда и посмотри, всё ли правильно…

— Ох, Корн, ты такой неискренний! — расхохотался Сур, потом подошёл, внимательно изучил зелье и добавил в кипящую бесцветную жидкость ещё пару травок. — Вот так лучше, хотя у тебя тоже вышло вполне сносно.

— Сносно? — нахмурился Корн.

— Ну… Примерно в полтора раза хуже, чем сейчас, — ответил Сур. — Или ты думал, что у тебя всё с первого раза получится идеально? Да твоё самолюбование не имеет границ! Скажи, это ведь всё из-за того, что на тебя девушки вешаются и прохода не дают?

— Да где ты такое увидел?

Сур часто подтрунивал над Корном, а любимой его темой были девушки.

— Оу, так у тебя зрение после аморфотита так и не восстановилось? Нет, погоди. А раньше ты тоже слепой ходил?

Корн недовольно насупил брови.

— Ой, не гневайся… — Сур сделал испуганное выражение лица и отошёл назад, загородившись руками. — Я тебя боюсь, когда ты делаешь такой свирепый взгляд…

— Ага, как же.

— Так ты правда не замечаешь, как на тебя смотрят представительницы нежного пола? — Сур перестал кривляться и с интересом рассматривал Корна, будто впервые увидел. — Особенно Угида. Да она слюни на тебя пускает после своего спасения. Ох, бедная она… Ещё не поняла, что положила глаз на полного профана в любовных делах.

Корн нахмурился. Он правда был в этом полным профаном.

— Отстань.

— Не могу… Дразнить тебя слишком весело, — захихикал Сур. — Так что, Корн, почему игнорируешь Угиду? Она недостаточно красива для тебя? Ну, соглашусь, она немного полновата, но зато какие округлые формы… Или тебя смущает, что она простолюдинка? — Сур всё ещё улыбался, но глаза его смотрели серьёзно.

— Как это может меня волновать? Я и сам теперь с ней одного уровня. К тому же для магов это вообще не имеет значения, ведь все мы после выпуска станем аристократами, — он пожал плечами. Если, конечно, выпустимся…

— Значит не в твоём вкусе… Как насчёт Хены? Она самая красивая из наших девчонок и по силе уступает только нескольким парням. Нежное белое личико, контрастирующие длинные тёмные локоны и огромные голубые глаза. Мне кажется, я влюбился… — Сур мечтательно прикрыл глаза.

— А она вообще смотрит в сторону парней? — удивился Корн.

— О! Всё, я тебя раскрыл! Если Корн, что не смотрит ни на кого, знает о её холодном отношении к парням, то точно на неё запал! — Сур закивал. — Ну что ж, одобряю твой выбор, — его улыбка погасла и он недовольно глянул на Корна. — Жаль, что теперь у меня нет шансов.

— Не запал я на неё, у меня вообще нет времени на такое… Мне нужно открыть стихию, иначе я вылечу из Академии!

— Ты прав. Зачем нужна девушка, если повстречаться с ней ты сможешь только пару месяцев. Нужно остаться в Академии, и тогда это время может продлиться до целых пяти лет! А ещё этого времени хватит, чтобы расстаться и повстречаться с другой… Девушки со старших курсов просто восхитительны.

— Сур, скажи, а что для тебя важнее… — Корн с хитринкой посмотрел на своего соседа, — девушки или алхимия?

— Эм… Деву… Нет, алхи… Нет, а-а-а-а! Это нечестно! Я не могу выбрать! — Сур показушно схватился за голову, а потом серьёзно продолжил: — На самом деле, главное для меня — иное. Хотя оно связано и с алхимией, и с девушками… я уже взялся за это…

— О чём ты? — не понял его Корн.

— Скажу, когда получится, — загадочно прошептал Сур.

Через неделю Корн полностью восстановился, лекари разрешили ему посещать практические занятия. Сегодня их учителем была Миранда, она разбила всех по парам. Корну, как всегда, достался Вэн, так как только у них двоих не было магии.

Они хмуро смотрели друг на друга. Ни один из них не был счастлив такому разделению.

— Итак, один нападает, второй защищается. По сигналу меняетесь. Определите, кто нападает первым.

Террана поставили в пару с Суром. Корн не мог время от времени не смотреть в их сторону.

— Я первый, — пробурчал Вэн.

Корн сам хотел быть первым, но это не было принципиально, поэтому он не стал спорить.

Вэн налетел на него с кулаками. Хотя он и был немного выше Корна и раза в два шире, он был довольно неуклюж. Корну было достаточно чуть отступить в сторону, а парень, с разбега набравший скорость, пролетел мимо. После того, как он промахнулся, он продолжал размахивать кулаками с яростью дикого кабана. Корн легко уворачивался от его атак, чуть двигая ногами.

Миранда посмотрела на их пару и угрюмо вздохнула. Но пока не вмешивалась. Она хлопнула в ладоши, подавая сигнал к смене атакующего.

Корн ухмыльнулся, никто не говорил, что нельзя атаковать сразу после сигнала. Вэн ещё не успел ничего предпринять, как Корн обошёл его и немного подтолкнул со спины по ходу его движения. Парень потерял равновесие и споткнувшись, полетел на пол. По залу пронёсся громкий бум и тихий стон парня. Корн улыбнулся.

Миранда подошла к ним.

— Вэн. Не будь таким прямолинейным. Что за глупый способ атаковать? Ты просто бежишь и пытаешься снести своего противника. Что бы ты делал, если бы у него был меч? Напоролся бы на него? Думай хоть немного головой, — она оглядела Вэна, который смотрел на неё с лёгко читаемым чувством недоумения на лице, и опять вздохнула, видимо, сдаваясь. — Я запрещаю тебе разбегаться! Понял?

Вэн закивал.

— Корн, будь по снисходительнее. Ведь это всего лишь тренировка.

Слева раздалось шипение, а вслед за ним ругань. Корн посмотрел в сторону раздающихся звуков, это был Сур. Он покачивал обожённой рукой, проклиная Террана.

— Снисходительнее, да? — переспросил Корн с кислой улыбкой.

— Ему я тоже скажу, — недовольно ответила учитель и пошла к Террану.

— Ты его научить чему-то пытаешься или покалечить? — стала она ругать мечника. — Совсем силу не научился соизмерять? Тебя же с детства учили. Не то, что его, — она махнула в сторону Сура.

Терран возмутился:

— Я тут меньше месяца, а он год! Я просто не мог предположить, что он не сумеет защититься даже от маленького огненного шара. А вы меня ещё и обвиняете! — он скрестил руки на груди и хмуро упёрся взглядом в Миранду.

Она устало вздохнула и перевела взгляд на Сура, которого уже исцелял Грэг.

Было очевидно, что Терран пользовался случаем и отыгрывался на алхимике за прошлые обиды. Но похоже, это было очевидныи не для всех, либо учитель игнорировала это сознательно. Через десять минут Сур получил ещё четыре ожога. Грэг воскликнул:

— Я больше так не могу! Моя мана не безгранична. Либо зовите ещё лекарей, либо поменяйте наконец Суру партнёра. Ещё пару исцелений и я свалюсь!

— Так, Грэг, заканчивай лечить, иди встань в пару с Вэном.

Лекарь со счастливым выражением лица поспешил выполнить распоряжение преподавателя.

— А ты к Корну, — сказала она Суру. — Уж он тебя не сможет покалечить…

Алхимик неспешно приблизился к Корну.

— Тебя избили… — прокомментировал тот ситуацию Сура.

— Кто бы говорил… — огрызнулся алхимик и напал первым. Корну оставалось защищаться.

В него полетел небольшой водяной клинок. В исполнении Сура он не представлял большой опасности, потому что не развил нужной скорости. Он мог бы оставить на теле только синяк. Но Корн всё равно уклонился. Губы Сура расширились в улыбке, Корн понял, что здесь что-то не так, и обернулся, чтобы посмотреть на пролетевшую мимо него струю воды. Она изменила направление, устремляясь к нему. Корн не успевал увернуться, водяной клинок ударил его в грудь.

— Шавр! — Корн удивлённо потирал ушибленное место. Несмотря на небольшую скорость снаряда, было довольно больно.

— Хо-хо, лорд Самолюбование, а в вас довольно легко попасть, — ехидно прокомментировал свою победу алхимик.

— Атаковать нужно непрерывно, в течении всего времени до смены. — раздался недовольный голос Миранды. — Хватит болтать!

Она хлопнула в ладоши, и Корн мгновенно оказался рядом с Суром с занесённой рукой.

— Вах! Боюсь-боюсь… — Сур отскакивал от Корна, едва уворачиваясь от его ударов.

Наконец, Корну удалось его подловить. Его кулак нёсся к его лицу. Вшух! Он врезался в тонкую прозрачную завесу. Она мягко изогнулась и упруго спружинила, полностью поглотив силу удара.

— Ты слишком хитрый! — возмутился Корн.

— Не болтай… — с улыбкой шепнул Сур.

Корн продолжал атаковать, Сур на грани своих возможностей уклонялся, а когда не успевал — перед ним возникала маленькая завеса, в которую проваливались удары.

Терран же тренировался с самой Мирандой. Её ему не удалось победить ни разу. В конце занятия он был измученным и избитым. Корн не мог не порадоваться такому его виду.

После тренировки Сур убежал в Белый дворец, он должен был забрать новые флаконы для зелий. Те, что были у него, подходили к концу.

Корн забыл на арене номер один, на которой и проходило большинство занятий их группы, свою поясную сумку, которую он теперь постоянно носил с собой для самозащиты. Ему пришлось вернуться за ней.

Там находилось четверо. И троих из них Корн предпочитал бы не видеть.

— Ты вовремя, — с улыбкой сказал Ихет, потряхивая сумкой Корна в руке. Он жил с Терраном в одной комнате, поэтому ждать от него хорошего не приходилось.

Ихет был загорелым шатеном с волосами ниже плеч. Сегодня он убрал их в ассиметричный пучок. Он смотрел на окружающих с лёгкой улыбкой, выглядел спокойным, но серо-зелёные глаза были жёсткими и безразличными. Корн не мог понять, о чём думает этот парень, но опасался его.

Что значит, он вовремя? Корн ещё больше напрягся.