Мастер Рун. Книга 10

Глава 15

Ночь я не спал. Лежал на спине, смотрел в потолок и перебирал каждое слово Лин Шуай, как чётки, одно за другим, раз за разом, в основном сравнивая себя с Дэном. Я ведь мог бы быть на его месте, если бы тогда не сбежал, если бы не Тинг, попытавшийся меня спасти, и Ночной Хозяин, решивший меня продать. Как много если. Только не алхимичил бы, а как и Лин, делал бы артефакты, уж это у меня бы получалось хорошо.

Бабай сопел в ногах, изредка подёргивая лапой во сне, опять гонял кого-то во сне, я ему завидовал чуть-чуть.

Рассказывать мастеру я пока не буду, да и Лин Шуай, думаю, тоже промолчит, мы не договаривались, но мысли совпали, каждый по своей причине. Она боится горячей головы мужа, а я пока не готов к последствиям, а что они должны быть, как по мне это очевидно, может, конечно и перемудриваю здесь и всё гораздо проще, скоро узнаем.

Такие разные мотивы двух разных людей, и при этом давали один результат, это было забавно. Но для себя я точно знал, моё молчание точно будет временное, до тех пор, пока я не разберусь сам, чем моя история отличается от истории Дэна. А она точно отличается, не только в самом пути, что мы прошли, но и в нашей внутрянке. И когда я пойму, то расскажу мастеру всю правду.

Утром Сяо не стал меня будить и я откровенно проспал утреннюю тренировку, и проснувшись поспешил умыться и размяться, у колодца сидел мастер Цао, а рядом, размахивая руками так, что едва не сбивал ведро, стоял Сяо.

Мальчишка торопливо рассказывал, захлёбываясь словами, и мастер слушал с выражением лица, которое я видел впервые, Цао по-настоящему улыбался. Едва заметно со стороны, но это была настоящая улыбка. Ну и дела.

— … а потом Бабай залез на крышу загона, и там притаился. — Сяо подпрыгнул и встал в позу, изображая щенка. — А коза стоит внизу, жуёт траву и не видит, что он сверху смотрит, и я думаю, сейчас прыгнет. Так нет же! Он лёг на край и как давай скулить! Тихонько так, жалобно, как маленький! И коза, клянусь, она подняла голову и пошла к нему сама! А он взял и лизнул её прямо в морду!

— Да ладно. — сказал Цао, но голос был мягкий.

— Не вру! Вот ни капельки! Она потом за ним ходила полдня, как привязанная, а он её привёл прямо к загону и сел у входа, пока я закрывал. Он их не гоняет, мастер, он их пасёт! Как настоящий пастух! Лизнёт в нос, и они за ним сами ходят!

— Байшоу-пастух. — Цао покачал головой, показывая удивление. — Дичь какая.

Что-то изменилось, не вдруг, процесс шёл с момента пробуждения Лин Шуай, но сегодня это стало видно невооружённым глазом. Тяжесть, которую мастер носил в себе всё время, что я его знал, она словно ушла, и что-то внутри него расслабилось, даже размякло, впустив свет в те места, где раньше была только злость и грубость.

— Доброе утро. — сказал я, спускаясь.

— Доброе. — ответил мастер, поднимаясь, и тут же добавил: — А ты проспал. Давно я не видел, чтобы ты спал так долго без причины.

— Я не спал, я думал.

— Думал он. — мастер смерил меня взглядом, но без прежней остроты. — Думать будешь после тренировки. Сяо, воду принеси в дом, живо.

Мальчишка схватил полное ведро и умчался. Мастер повернулся ко мне и вдруг спросил, совершенно не в своём стиле.

— Ты как вообще?

— Нормально. — сказал я. — Голова тяжёлая, но это пройдёт.

Он кивнул и не стал давить. Тренировка, пусть немного и запоздалая, прошла на славу, я как обычно проиграл все шесть боёв после разминки, получил достаточно подробный разбор своих действий, и в чем был не прав, уяснил, отработал несколько ударов и стоек, периодически поглядывая на дверь дома мастера, выйдет ли оттуда Лин, но видимо сегодня она не собиралась. По крайней мере, пока.

Потом финальный проверочный спарринг с учётом ошибок, в котором мастер уже не нападал, а именно проверял что я понял из предыдущих боёв и, кажется, остался доволен. Во всяком случае ответную атаку я отбил хорошо, пусть уже и лёжа на полу.

— Мастер. — сказал я, поднимаясь и отряхивая штаны. — Вы сегодня другой.

— Хрень. — привычно ответил он, но уголок рта дёрнулся. — Я всегда такой. Ты просто раньше не замечал.

Враньё, конечно, мы оба это знали. Но спорить я не стал, этот новый Цао, с его кривыми полуулыбками, и добродушным настроением нравился мне гораздо больше прежнего.

После тренировки, пока я отмокал в пруду, а Сяо плескался рядом, рассказывая, что козы опять сговорились и перестали любить его, а Мэй наоборот, я продолжал думать, слушая его в пол-уха.

— Мастер! — голос Сяо выдернул меня из раздумий. Мальчишка стоял по колено в воде и показывал на берег. — Бабай снова козу привёл!

Я обернулся. Щенок, сидел на берегу пруда, дожидаясь, когда мы вылезем из воды, воду он категорически не любил. За ним, покорно опустив голову, стояла, которую он облюбовал с первого дня.

Привёл-свою-хорошая-не-убегает.

— Бабай, она не твоя. — сказал я.

Моя.

— Нет.

Моя. Я нашёл.

— Ты не нашёл, Ты спёр ее из загона.

Загон плохой. Со мной лучше.

Я сделал суровый взгляд и уставился на щенка. Тот смотрел на меня совершенно невинными глазами, и через связь транслировал абсолютную, кристальную уверенность в собственной правоте. Коза тем временем начала щипать траву, не обращая на нас никакого внимания.

— Отведи её обратно. — сказал я.

Бабай лёг, положил морду на лапы и закрыл глаза. Эту позу я знал хорошо, спорить с ним бесполезно. Вот умный же стал, настолько, что некоторые люди и в подмётки не годятся.

— Сяо, отведи козу в загон.

— А если он опять приведёт?

— Тогда ещё раз отведёшь. Он быстро устанет.

Нет, он не устанет. Мы оба это знали.

После полудня мастер позвал нас к дому, я как раз дорабатывал схему задней части нагрудника, когда меня оторвал Сяо и был он сильно взволнован.

— Пора. — сказал Цао коротко и без предисловий, когда я подошёл.

Ого! Я посмотрел на Сяо, потом на мастера. Всё же решился, значит действительно сегодня хороший день.

— Давно пора.

— Давно не было, а сейчас я вижу, что пора, Сяо готов. Сяо, ты же готов?

— Да, мастер! — пискнул тот, глубоко поклонившись.

Я-то давно считал, что Сяо созрел, но то, что мастер наконец согласился с этим, было неожиданно. Он тренировал мальчишку с такой жёсткостью и методичностью, что иногда казалось, будто оттягивает момент нарочно, как человек, который боится, что результат окажется хуже ожиданий. Бег с камнями на спине, отжимания до полного отказа мышц, медитации по полчаса, контроль дыхания, растяжка, и так по кругу, неделя за неделей, без послаблений. Я так точно не тренировался перед тем, как становиться практиком.

И вот — пора.

— Мастер, почему средний концентратор? — спросил я. — Его собственный не подойдёт?

— Я подумал, и решил, что малый слишком слабый. Он пригодится для медитации. — Цао покачал головой. — А во время прорыва, поток должен быть стабильным и высоким, без скачков. Мальчик, конечно, всё равно справится, каналы у него идеальные, это я признаю, но зачем рисковать, если можно сделать чисто?

— Еще вопрос. А с другими? Гань Тьеши и Ло Фэн тоже практики, я ведь могу помочь и им.

— Нет, не стоит. — покачал головой в ответ мастер. — Они люди рода, и я не вижу смысла в их прокачке, не сейчас.

— Это жестоко, мастер. — я попытался их защитить, но понял, что бесполезно, мастер сделал выбор. — Секте нужны люди.

— Нужны, я не спорю, но ты посмотри, как они видят мир, насколько он мал и узок в их понимании, что будет, давая силу таким как они? Только тьма. Она сожрёт их.

Отвечать я не стал, вежливо поклонившись. В принципе он прав, потому что история знает столько моментов о том, когда слабые и откровенно плохие люди получают силу, то творят много зла. Но ещё больше зла обычно приносят те, кто получил силу случайно, а сам по факту был неплохим в сущности то парнем. Сила развращает, а абсолютная сила развращает абсолютно.

— Когда начинаем?

— Вчера я подумал дождаться, когда Лин окончательно поправится, — ответил мастер. — Но она говорит, что практически растеряла навыки алхимии и не помнит ничего. Восстанавливаться ей слишком долго, поэтому будем работать по нашему общему принципу. И откладывать не будем.

Мастер показал ладонь, там обернутая в цветастую тряпочку, лежало ядро горного козла, идеальное по силе для возвышения Сяо.

— Сяо иди в круг. — сейчас была моя очередь командовать. — Твоя задача сконцентрироваться и поглотить ядро, и сделать это очень аккуратно, понял? Ядро в правую руку, я буду контролировать, не бойся, даже больно не будет.

— Да, мастер! — Сяо был готов за несколько секунд и только бледное лицо выдавало то, что парень волнуется. Он ждал этого момента с первого дня, как попал в долину.

— Хорошего пути, — мастер кивнул мне и отошел в сторону чтобы не мешать, а я сел за будущим практиком, и сосредоточился на камне и щупе. На этот раз будет еще интереснее, возможностей у меня стало гораздо больше. И пусть улучшить у меня практически ничего не получится, я собирался максимально поддержать и обезопасить будущего великого практика, а сомнений тут быть не могло. С такими каналами, он просто обязан стать лучшим, взобравшись на вершину мира. После меня конечно, потому что себя обделять я тоже не собирался.

Я подключил щуп и вошёл в каналы Сяо на дистанции, легко, по самому краю, чтобы не мешать потоку. И увидел то, чем заслуженно гордился. Двенадцать идеальных меридианов, без единого шероховатого пятна. У обычного практика, с грязными, частично открытыми каналами, закалка костей занимала часы, иногда сутки, и процесс шёл рывками, через боль и сопротивление тела. Стоит вспомнить как это было у меня, одурманенного душегубкой. У Сяо этер тёк, как вода по пластиковой трубе.

Процесс начался по команде и чётко несмотря на то, что мальчишка был в медитативном состоянии, я успевал контролировать всё внутри его и начало поглощения ядра не пропустил. Ну, давай, вывози, залётный артефакт. Направленная энергия, сначала уходила в камень бурь, затем возвращалась обратно, заполнил каналы, добралась до костной ткани и начала работу. Я смотрел как энергия обволакивает кости, проникает в микроструктуру, начинает перестраивать. Волокна уплотнялись, структура костей менялась, я видел это на уровне, который обычный человек никогда не увидит, и всё шло ровно, чисто, на первых порах.

Потом Сяо закричал.

Один раз, коротко, сквозь стиснутые зубы, когда процесс добрался до берцовых костей. Крик оборвался хрипом, мальчишка прикусил губу, и я увидел, как по подбородку скатилась капля крови. Держись, малыш.

Кости уплотняются, микроструктура перестраивается, и это больно физически, дико, невыносимо больно, какими бы каналами ты ни обладал. Каналы обеспечивают чистоту потока, но не убирают боль, боль пытаюсь убрать я, и не всегда это происходит удачно.

Мы все через это прошли, боль — это часть процесса.

Сяо больше не кричал. Стиснул зубы, сжал кулаки на коленях так, что костяшки побелели, и замолчал. Лицо стало мокрым, пот стекал по шее, по вискам, капал с подбородка. Но мальчишка сидел, и терпел, и дышал, рвано и коротко, как загнанный зверь, удерживая себя на месте одной только волей.

Двадцать минут. Тридцать. Этер заканчивал работу с ногами, переходил выше. Сяо дрожал, я видел, как мышцы на его тощих предплечьях ходят волнами, рефлекторно сокращаясь от боли. Но каналы работали идеально, ни одного сбоя, ни одного отката, этер шёл и шёл, делая своё дело.

Самое сложное, это позвоночник, а не череп, как я думал. Череп оказался даже проще. Сяо побледнел до синевы, губы стали серыми, и я на секунду испугался, что он потеряет сознание, но мальчишка открыл глаза, уставился в одну точку перед собой и задышал глубже, сам нашёл ритм и удержался.

А когда время отсчитало сорок минут, всё было закончено.

Цао открыл глаза, подошёл к Сяо и положил обе ладони ему на плечи. Я видел через щуп, как этер мастера вошёл в каналы мальчишки, быстро прошёлся по всем двенадцати меридианам, проверяя. Я делал то же самое параллельно, и результат совпал полностью.

Костная ткань уплотнена равномерно, без микротрещин, без неравномерных зон. Начальная стадия закалки костей, пройдена чисто. Качество, выше всего, что я видел у других практиков, включая себя самого. Но как себя лечить я знаю, нужно только время и средства.

— Встань. — сказал Цао.

Сяо попытался, ноги дрожали, колени подломились, но мальчишка вцепился в протянутую руку мастера и поднялся. Стоял, мокрый, бледный, с прокушенной губой и трясущимися руками. Он практик. Настоящий, первая ступень, начальная стадия, слабее всех здесь, но настоящий. Цао довольно кивнул, и лицо мальчишки расплылось в такой улыбке. После этого усталость с него как рукой сняло.

— Вот и всё. Приветствую тебя, практик, на пути к величию и бессмертию, в первом шаге твоём.

— Ну как? — спросил я, улыбаясь и крепко его обнимая.

— Больно! — выпалил Сяо и тут же добавил: — Но это того стоило! Мастер, смотрите!

Он сжал кулак, разжал, сжал снова. Потом присел, несколько раз, движения были неловкими, тело ещё не привыкло к новой плотности костей, но энергия, которая из него пёрла, была заразительной.

— Утром ты ещё был обычным человеком. — ответил я. — А теперь ты практик с начальной стадией закалки костей и вполне можешь называть себя таковым. Поздравляю, Сяо. Только аккуратно, сейчас в тебе переизбыток сил, организм сбросит лишнее, но пока контролируй себя.

— Спасибо, мастер.

— Хватит прыгать. — буркнул Цао, но без привычной злости. — Иди поешь, тебе нужны калории. Много калорий. И воды выпей, не меньше трёх кружек. И быстро не беги, ты еще только встал на ноги!

— Да, мастер!

Сяо неторопливо пошел к дому, махая руками, словно привыкая к новым ощущения. Закалка костей, начальная стадия, давала немного, это фактически была базовая защита от повреждений. Но для двенадцатилетнего беспризорника из торгового города, который год назад за медь водил чужаков по городу, это был другой мир.

Я повернулся к мастеру и только тогда заметил, что мы не одни. На крыльце, завёрнутая в одеяло, сидела Лин Шуай и смотрела на мужа. И в этом взгляде была такая теплота, что мне даже стало немного завидно, на меня так никто и никогда не смотрел, в этом мире точно. Может, именно для этого Цао так старался с мальчишкой. Не только ради ученика. Ради неё. Чтобы она увидела, что он не только разрушитель и воин, а прежде всего человек и учитель. И что он готов к семье.

— Ну что же. Один готов. Пришло время для второго. — Цао посмотрел на меня. — Будем ускоряться. Завтра отлежишься и пойдем на охоту. Я собираюсь перейти на среднюю ступень, для этого мне нужны ядра. За неделю мы должны вывести тебя на закалку кожи.

Тут я даже дар речи потерял.

— Сегодня? — спросил я.

— А чего тянуть? Сяо своё сделал, круг свободен. — мастер посмотрел на меня оценивающе. — Или боишься?

— Боюсь. — ответил я честно. — Но это не причина откладывать. Тогда и вы мне препятствовать не будете, согласны?

— Я боюсь уже об этом пожалеть. — ответил мастер, когда я вернулся из комнаты с ядром и двумя накопителями. — Они ведь не заряжены до конца.

— Столько этера мне точно не нужно, но запас, который там в них находится. — я кивнул на накопители, набравшие уже по три с половиной сотни этера. — Может мне пригодится, ломать и проводить новые каналы дело сложное, я уже знаю по себе. На вас вообще придется полные накопители тратить, вот уверен.

— В этом ядре силы, на троих таких как ты.

— И тем не менее — я не отвёл взгляда. — Я точно знаю, что так нужно. Я видел свои каналы изнутри, и прекрасно представляю какая должна пройти там работа.

— Если что-то пойдёт не так, — повторил он медленно, — я могу не успеть. Ты это понимаешь?

— Понимаю, но вмешиваться не потребуется, у меня есть чем обезопаситься, мастер. — попытался я успокоить Цао.

— Делай, — сказал Цао. И отошёл в сторону, лицо при этом стало каменным, как в старые времена, и я понял, если всё пойдёт совсем плохо, он не будет колебаться. Удар мастера закалки органов в полную силу убьёт меня мгновенно, быстрее, чем ментальная зараза из ядра успеет расползтись.

Я сел в центр концентратора. Положил оба накопителя по бокам, на расстоянии вытянутой руки. Протянул к ним нити этера через щуп и зафиксировал два тонких, но прочных канала, по которым я мог в любой момент потянуть энергию. Ощущение было знакомым: как будто к моим собственным двенадцати меридианам добавились два внешних, грубых и неуклюжих, но рабочих. Главное, чтобы не вызвало привыкание к таким вещам, очень уж это удобно.

Камень Бурь в правой, ядро ментальной твари в левой руке.

Фух, я глубоко вдохнул воздух и даже не собираясь уходить в медитацию, сжал ядро, раздавливая его в ладони. Поехали!

Первые две секунды ничего не происходило, камень молчал, словно принюхиваясь и пробуя на вкус то, что ему предложили. Потом ядро дрогнуло, рассыпаясь в моей руке, мутные прожилки внутри пришли в движение, и этер пошёл, совершенно не так как я ожидал. Вместо бурного потока, который с силой должен меня сломать, я словно попал в бурную вязкую жижу с привкусом чужой воли и голода.

Несмотря на то, что камень фильтровал всё до последней капли, момент перехода оставался беззащитен и даже кольцо концентратор меня не спасало, я чувствовал, что это такое, быть тварью. Вечно голодной, в ошейнике от хозяина, запрещающего убивать всех направо и налево. А ведь, казалось бы, дай мне, ей, свободу и мы принесем этот мир на блюдечке. Любая сила будет сломлена, если дать голоду выйти на волю.

Чтобы закрыть дыру, микроскопическую щель от твари, мне пришлось подключать накопитель и тратить на это дополнительный этер и внимание. А затем переключился на самое главное.

Это было похоже на то, что я делал с пилюлей в Шэньлуне, только чуть тоньше, точнее, с инструментом, о котором тогда мог только мечтать. Щуп позволял работать на микроуровне, буквально перебирая волокна канала одно за другим. Я видел, где стенка утолщена неправильно, где наросла рубцовая ткань, где этер бился о преграду и вытачивал мёртвый карман. И я исправлял, снимал наросты, растворяя их чистым этером из накопителей. Выпрямлял изгибы, как кузнец выпрямляет согнутый прут, силой и умением. Заполнял мёртвый карман свежей тканью, выращенной из собственного тела под давлением направленного потока.

То, что казалось мне сложным для исправления тогда, в первый раз, сейчас было аккуратно, но неумолимо переделано, и теряя счет времени, я выпрямлял каналы один за другим, чувствуя, как новые потоки силы подхватывают меня и уносят всё глубже и глубже собственного сознания.

Мышцы горели. Каждое волокно перестраивалось, принимая новую плотность, очищенный этер ментальной твари оказался невероятно концентрированным, и того, что камень пропустил, хватило с лихвой. Я чувствовал, как тело меняется, как мышечная ткань уплотняется, как сухожилия натягиваются, обретая новую упругость.

Этер из ядра всё ещё шёл, очищенный до кристальной прозрачности. Мышцы больше не принимали, насытились до предела, конечная стадия закалки мышц встала стеной, и я чувствовал, что до закалки кожи не дотянусь. Не хватит ни силы ядра, ни моих собственных резервов, ни накопителей. Кожа, это другой уровень, и другой принцип, моё тело к нему просто не готово, как бы я ни старался.

Но энергия шла и её нужно было куда-то деть.

Любой нормальный практик на моём месте остановился бы, сбросил бы излишек через что угодно, только не стал бы экспериментировать во время поглощения ядра ментальной твари. Любой нормальный. Но я давно перестал считать себя нормальным, и Система, кажется, тоже.

Я развернул поток вниз, к костям возвращаясь к истокам.

Ощущение было странным, как вернуться в дом, который покинул много лет назад. Всё знакомо, всё на своих местах, но видишь то, чего раньше не замечал, кости были крепки, эластичны, переломать меня было весьма не просто, но, судя по всему, можно было сделать их еще лучше, поэтому я не сомневался. Было очень больно, а так как я мог выбирать, я начал с позвоночника, опасаясь, что, если начну с мелочей, энергия кончится раньше, чем доберусь до главного.

Но в итоге хватило на всё, и даже часть энергии пришлось всё же сливать, отдавая в накопители. Я не смог произвести какой-то качественный апргрейд костей, там произошло буквально процентное улучшение, не больше. Так как сам организм не давал этого сделать, говоря мне, что стоит чуть перебрать, и сломается в другом месте. Улучшая кости, я порчу себя сильнее, ломая правильную схему ступеней закалки. Но даже это небольшое улучшение, дало мне дополнительные возможности, что, меня вполне устраивало.

Ядро рассыпалось в моей ладони чёрной пылью.

Я сидел, не открывая глаз, и смотрел на то, что получилось. Двенадцать каналов. Двенадцать идеальных, гладких меридианов. Этер тёк по ним свободно и без потерь, с той скоростью и чистотой, которая раньше была мне недоступна.

Как у Сяо. Нет, нифига, гораздо лучше. Потому что мои каналы уже взрослые, сформированные, шире и глубже, чем у двенадцатилетнего мальчишки. А теперь ещё и безупречные.

Я открыл глаза и прочитал сообщение Системы, сегодня она была щедра как никогда.

Прогресс развития: Закалка мышц — 3.

Последняя стадия закалки мышц (81 %)

Этер: 380 \ 380

Навык повышен. Сосредоточение Духа — 10

Предлагается новая специализация. Выберите один из трех новых навыков:

Стальной Разум — абсолютная ментальная защита. Пассивный щит становится непроницаемым для любого внешнего воздействия на сознание.

Эхо Воли — проекция ментального давления. Возможность направить собственную волю вовне, подавляя противника на уровне сознания.

Тихий Омут — подавление собственного энергетического следа. Полная невидимость для этерного восприятия. Ни один практик не почувствует присутствия носителя.

Десятка по Сосредоточению. Я даже не заметил, когда это случилось, видимо, в тот момент, когда чужая воля из ядра билась в щель, а я давил её, не отвлекаясь от работы. Ментальный паразит десятки лет и его память не смогла пробить мою защиту. Это тянуло на десятку, да.

Стальной Разум — уровень1.

Тут даже без вариантов, хотя все навыки были такими шикарными, что хотелось взять их все, да ещё и не по одному разу.

— Живой? — голос Цао прозвучал сверху.

Я поднял голову. Мастер стоял надо мной, внимательно меня изучая. Судя по всему, было утро.

— Живой. — я попытался встать и с третьей попытки мне это удалось. — Сколько времени прошло?

— Четыре дня. — ответил мастер. — Ты застрял там на четыре дня, и надеюсь ты скажешь, почему это было так долго. Этого точно не должно было быть.

— Бездна! — простонал я, понимая, что это действительно было слишком. — Я немного оглянулся, энергии было слишком много, тело не вывезло бы переход выше и я попробовал вернуться назад, неудачно, но остатки я слил.

— Тун Мин. — мастер сел на камень рядом. — Ты пугаешь меня, ученик. Не силой, нет, силы в тебе пока как в котёнке. Ты пугаешь меня тем, как думаешь. Ни один практик в здравом уме не станет пересматривать уже пройденную ступень. Это безумие, назад не оглядываются.

Я посмотрел на мастера, прекрасно понимая, что с одной стороны он прав, но с другой, я же сделал, а значит всё получилось. Неожиданно я осознал, что не испытываю страха смерти и не боюсь боли, терплю, кричу, но не боюсь. Словно играюсь с своей жизнью, и этот подход, он очень похож на подход ментальной твари еще той, мелкой, что убила всю нашу группу на этажах. Та тварь тоже ничего не боялась, играясь. Неужели даже очищенная энергия влияет на моё сознание? Пусть не сразу, пусть постепенно, но тогда у меня, кажется, плохие предчувствия.

Я выдохнул, успокаивая его.

— Всё нормально мастер. Я справлюсь.