Мастер Рун. Книга 10

Глава 8

Завтра, как это не удивительно, действительно настало завтра. Хотя стало оно сегодня, и общий ход событий нарушить не удалось.

Зато мне приснился чертовски странный сон, какая-то ерунда про козу, которая доилась, вот только в ведро шло не молоко, а жидкий зеленый этер. Бабай во сне пил этот этер и рос, пока не стал размером с дом, а потом так надулся что лопнул, и мы с Сяо бегали и собирали шерстинки, чтобы собрать нового Бабая. Потом коза посмотрела мне в глаза и сказала голосом Инь Сина:

— Зато без сахара.

Проснулся я в раздраенных чувствах, первым делом проверяя щенка, но он естественно не лопнул. Правда, я был явно не в себе и мастер отменил тренировку, бросив на меня многозначительный взгляд. Хотя не думаю, что это я всему виной, так как у колодца уже суетились. Моя ранняя пора, для местных оказалась совсем не ранью, они даже позавтракать успели.

И теперь деревенские стояли кучкой, сосредоточенный и немного сонные. Мастер, привычно скрестив руки, дождался моего появления и только тогда кивнул, и вышел ко всем.

— Ждать не будем, начнем сразу, — сказал он. — Идем к воротам.

И пошел, не дожидаясь и не смотря кто идет за ним. Как я понял, мне можно и не ходить, но я пошел, Сяо только будить не стал, оставил его с Бабаем, на всякий случай ещё раз проверив, как он там. Да и погодка на улице, словно снова зима намечается, похолодало и нужно подумать про тёплые вещи.

У мастера есть такое свойство интересное, когда он впереди, идет как танк, отставать не получается. Тело словно само ускоряется, ноги подстраиваются под шаг мастера, и не растягиваясь все идут кучкой. Я это замечал на тренировках, когда он меня гонял показывая, как правильно атаковать и в городе, но тут, в полутьме, с восемью чужаками за спиной, включая хромого старика, эффект стал виднее. Никто не пожаловался, и не просил подождать. Даже дядя Бо, с палкой и перевязанной ногой, ковылял быстрее, чем я видел вчера. Может, нервы.

До Яшмовых Ворот добрались минут за сорок. Даже Сяо успел нас догнать и присоединиться, немного побурчав что его не взяли и не разбудили. Лучше бы спал и спал. Все равно никакого праздника не было. Дошли, встали возле мастера и слушали его речь, говорил он надо сказать, громко и властно, показывая кто тут хозяин.

— Вы свободные люди и вольны идти дальше, тропа отсюда, выведет вас в большой мир и большие города. Там есть люди, есть практики, есть работа. Путь будет тяжел, но пройти его можно, я помогу припасами. В долине рода Горновых вы не нужны. Свободным открыт весь мир.

— Господин, есть ли другой вариант? Мы готовы служить, господин! — раздались тут же голоса людей. Явно никто не хотел шататься неизвестно где и сколько и выходить к другим людям, но фразы, которые они говорили, словно тоже были специальными, как будто, так и нужно спрашивать, хотя мастер вчера сам рассказал про варианты.

— Тогда слушайте и не говорите, что у вас не было выбора.

Голос мастера изменился, еще сильнее, на этот раз он наполнил его этером, так что своей силой придавливал всех вокруг.

— Да есть другой путь, я говорил про него вчера. Клятва Порога. Это путь служения. Род, мой род, обещает вам защиту, еду и жилье. А также силу, которую не получить оставаясь свободным.

Род из одного человека, это конечно сильно. Есть ещё у него жена, но та просто лежит на кровати и спит мёртвым сном, да не пойми где находящаяся сестра. Впрочем, эти мысли я благоразумно держал при себе.

Он замолчал. И я готов был поклясться, что безликие статуи, подтверждая его слова, слегка засветились изнутри.

— Ритуал прост, — продолжил Цао. Этер из голоса ушёл, теперь он говорил обычно, сухо, по-деловому. — Каждый подходит к полосе, становиться на колени не обязательно. Нужно поделиться с родом каплей своей крови, порой, чем щедрее дар, тем больше сила. Зеленый свет означает, что земля приняла вас, красный означает, что нет. Принятый получает право жить в долине и защиту рода. Отвергнутый уходит, и никто его не тронет.

— А если красный? — спросил Ло Фэн. Голос чуть выше обычного. — Ну, в смысле, что тогда? Просто уходишь?

— Просто уходишь.

— А было… ну, бывало, чтобы красный?

Цао посмотрел на парня.

— Бывало.

Ло Фэн сглотнул и больше ничего не спросил. Гань Тьеши положил ему руку на плечо, словно успокаивая

— Кто не хочет, пусть скажет сейчас, — добавил Цао. — Уйдете своей волей.

Никто не шевельнулся. Потом дядя Бо кашлянул и сказал:

— Ну, давайте уже. Нога болит стоять. Мне некуда идти, род Горновых древен, и служили ему многие, ничего плохого в этом я не вижу. Это почётное занятие для всех местных жителей.

Не знаю, намеренно он разрядил обстановку или просто у него правда болела нога. Скорее второе, но первое тоже сработало. Кто-то выдохнул, Хун переступил с ноги на ногу, и напряжение чуть отпустило. Гань Тьеши шагнул первым, он достал нож из-за пояса, короткий, с костяной рукоятью, и полоснул себе по ладони одним движением. Кровь потекла сразу, но вытечь на землю он ей не дал, сжал ладонь. Встал на одно колено перед полосой яшмы и прижал окровавленную ладонь.

Я стоял в трех метрах, чуть правее, смотря на древний ритуал. Обычное зрелище вообще-то, магический ритуал в горной расщелине на рассвете, ничего такого, чего бы мы с ним не видели раньше. Ну, ладно, такого мы действительно не видели.

Камень вспыхнул мгновенно, зеленым светом, залил расщелину на миг и погас. Пятно крови на яшме впиталось, ушло в толщу камня, как вода в песок. Поверхность снова стала гладкой. Гань Тьеши поднялся. Лицо не изменилось, но правую руку он держал чуть на отлете, и пальцы подрагивали. Ни следа от раны на ладони не было. Видимо, камень не только брал, но и что-то возвращал. Что именно, я мог только гадать. Лечил, и это было хорошо.

Следующей вышла Мэй. Взяла дядин нож, тот же, еще в его крови, и порезала ладонь быстрым точным движением. Я хотел было остановить, но решил, что раз так, то лучше не мешать. Не время и не место читать лекции о заражении крови. А Мэй тем временем прижала руку к яшме и снова появился зеленый свет, чуть слабее, чем у Тьеши. Все. Судя по взгляду мастера, всё было в порядке.

Ло Фэн шел третьим, и у него не получилось с первой попытки. Нож скользнул по мокрой от пота коже и оставил царапину вместо пореза. Парень зашипел, вытер ладонь о рубаху, примерился заново. Со второго раза получилось, кровь потекла обильнее, чем нужно, он торопливо прижал руку к камню. Зеленый цвет яркой вспышкой осветил округу, Ло Фэн дернулся, как от прикосновения к горячему, при этом глаза стали круглые от удивления, он даже рот открыл.

— Ого, — выдохнул он, вытягивая губы трубочкой и разглядывая ладонь, словно до этого не видел точно такого же эффекта. — Вот это да. Зажило!

— Чувствуется, да? — тихо сказал ему Гань Тьеши.

— Ну такое… ага.

Так прошли все, и ничего необычного не случилось, пока не остался последний Тань Лэй.

Его я ждал, если честно, сам не знаю почему. Парень все это время стоял чуть поодаль, держался немного стороне, как стоял и вчера за ужином, и утром, и вообще с момента появления на тропе. Пока семеро проходили ритуал, он смотрел не на камень, а на лица тех, кто уже прошел. Может запоминал реакции или просто так же любопытен, как и я, наблюдатель по природе.

Настал его черед, он задержался, и я даже подумал, что он сейчас откажется, но Тань Лэй взял нож у Гань Тьеши, который молча протянул рукоятью вперед. Затем порезал ладонь одним точным экономным движением, без лишнего нажима и прижал к камню.

Я смотрел не на его лицо, чего я там не видел, смотрел на камень. Мне было интересно понять, когда происходит контакт и что он вообще делает. Поковыряться бы под этими камушками, уж рунами оттуда точно пахнет. Яшма вспыхнула зеленым, вроде как у всех, но на долю мгновения, совсем еле заметно, в зелени проскочило нечто другое, золотого цвета. Даже не цвет, а оттенок, как если бы в зеленую воду плеснули расплавленной меди. Мигнуло и мгновенно пропало, будто и не было.

Оглядевшись, я понял, что никто больше не видел. Мастер Цао стоял левее и смотрел парню в лицо, а Гань Тьеши вообще отвернулся к Бо и что-то ему шептал. Сяо к этому моменту перестал вцепляться в мой рукав и откровенно клевал носом, потому что ритуал, начавшийся как что-то волнующее, к восьмому повторению превратился для двенадцатилетнего в рутину.

Тань Лэй убрал руку, посмотрел на свою ладонь, на пятно крови, впитывающееся в яшму. Поднял глаза и на мгновение встретился со мной взглядом. Я ничего не прочитал в его лице, кроме усталости и легкого удивления. Может, камень что-то передал ему, как остальным. Может, что-то другое.

Золотая искра — это нечто новое, это надо запомнить, у семерых чистый зеленый, а у этого тихого парня с мозолями переписчика камень выдал аномалию. Формация реагировала на кровь, точнее на то, что в ней. На этер? На линию рода? На совместимость с чем-то? Может они родственники.

Я запомнил. Жаль, что нет свидетелей, чтобы подтвердить, что мне не привиделось. Говорить при всех было бы глупо, потом, наедине с мастером это обсудим.

— Все приняты, — сказал Цао, и голос его снова стал обычным. — С сегодняшнего дня вы под защитой земли Горновых. Пусть День Будет для вас сытым и полным, а ночь тепла и заботлива. Добро пожаловать на земли рода Горновых! Подробности обсудим в долине. Можно возвращаться обратно.

Затем мастер развернулся и зашагал вниз по тропе к дому, не собираясь никого ждать и тем более проверять пойдут ли за ним. Знал, что пойдут.

Сяо дернул меня за рукав.

— Мастер, а мы почему не клялись?

— Потому что мы секта. Ученики мастера Цао, а не слуги рода. Разные вещи.

— А в чем разница?

Как бы это объяснить двенадцатилетнему. Я попробовал подобрать слова.

— Мастер тебя в секту принял?

— Ага.

— Ну и вот. Мы с тобой ученики мастера, он учитель. А куда учитель, туда и мы, скажет мастер завтра, что берём ноги в руки и уходим, и мы пойдем. Потому что мы служим учителю за знания и силу. А клятва верности роду это другое. Слуга рода служит земле и крови. Он привязан к долине. И мастер Цао, обязан их защищать, как правитель долины, но не обязан их обучать. Я сам запутался, но как-то так.

Сяо задумался. Шёл, думал, смотрел себе под ноги. Потом кивнул, как будто разобрался, хотя, скорее всего, просто решил, что разберётся потом.

Обратная дорога прошла быстрее, вниз все же легче. Цао ушёл к себе, проведать жену, как делал каждое утро, минут на пятнадцать, может двадцать. Мне же достались обязанности по организации быта. Точнее раз мастер ничего больше не скомандовал, я решил заполнить пробел и помочь.

— Значит так. — я подошел к молчащим новичкам, видимо не до конца понявшим что случилось и тем более не понимающим, что делать дальше. — Домов пустых полно. Занимайте любые, кроме трёх, вон тех. Дома мастера, мой и тот, что у кузни, он под мастерскую. Стены целые, крыши не все, но камень крепкий. Дрова, вон та рощица на западном склоне, мёртвые деревья рубите, валежник собирайте, живые не трогайте. Вода в колодце. Вопросы? Еда… ну тут общими силами разберёмся, пока начинайте обживаться.

— Инструмент? — спросил Гань Тьеши. — Где брать для ремонта.

— В кладовой при кузне, но спросишь мастера. Там его вещи. Мы сами тут еще не долго, некоторые склады заперты, и лучше узнать у мастера, что и как. Чем он может поделиться.

Сяо увязался за Мэй. Она его не гнала, и мальчишка ходил за ней хвостом, рассказывая и показывая местные достопримечательности, как самый настоящий старожил.

Расселение заняло полдня, и я там особо не мешался, сами найдут и сделают как надо. Я же отправился на террасы.

Раз количество ртов выросло, вопрос с полями теперь стоял довольно остро, и нужно было сделать то, что я уж точно хорошо умею, создать рунные цепочки, восстановить часть полей, и засеять их чем-нибудь подходящим.

Прежде всего мне нужны камни, любые подходящие, под это дело придется запрячь всех, кого найду, так как я пока не представлял, где искать что-то полезное. Во всяком случае тут под ногами ни жилки, ни хотя бы полевика не валялось, а сами камни, и скалы что были вокруг, этер не держали от слова совсем.

Я зарисовал в тетрадку, местность. Рассчитал шагами расстояние для полей, прикинул количество всего что мне понадобиться и когда задача полностью встала перед глазами, то тогда и закончил, и отправился к мастеру.

Цао сидел на крыльце своего дома, один, и откровенно бездельничал, просто сидел и смотрел на западный склон, где ветер гнул верхушки деревьев. Я подошёл, сел рядом на ступеньку и какое-то время молчал вместе с ним. Пусть сам начнёт, если захочет.

Не начал. Ну ладно, сами напросились.

— Мастер, при клятве последнего, Тань Лэя, камень мигнул золотым. — я сразу начал с главной загадки.

Цао повернул голову, словно только меня заметил и вздохнул.

— Опиши.

— Зелёный был у всех, но разной яркости, а у него внутри проскочил золотой оттенок. На долю малую мгновения. Я бы решил, что показалось, но всё же, спросить лучше.

Мастер помолчал, потёр большим пальцем костяшку указательного, словно перебирал

— Золотой, говоришь.

— Ага.

— Ты уверен, что не оранжевый?

Я задумался. Вспомнил картинку, прокрутил в голове ещё раз, ответил уверенно.

— Нет. Точно золотой. С металлическим оттенком, оранжевый бы так не сверкнул, если это имеет значение.

— Имеет.

Цао встал, прошёлся до края крыльца и обратно. Четыре шага туда, четыре обратно. Остановился, скрестил руки.

— Золотой означает, что в крови есть отголосок рода. Не прямое родство, нет, иначе камень бы вспыхнул целиком. Кто-то из его предков, может два поколения назад, может пять, нёс в себе кровь Горновых.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы переварить услышанное.

— У вас есть дальний родственник среди деревенских, и вы не знали?

— Я что ли за всеми своими родственниками следить должен? — буркнул мастер, возвращаясь в привычное состояние ворчливого мастера. — Кто-то любил по деревням погулять, я даже знаю кто, скорее всего, но тогда это, далекая, но родня. Хорошо, я посмотрю за ним, если руки крепкие, пойдёт в кузню. Золотая искра ничего не меняет в его положении, он принёс клятву как слуга рода, а не как наследник. Но знать я это буду. А ты чего приперся?

Я кивнул и перешёл к тому, ради чего пришёл.

— Мастер, мне нужны камни. Много камней, любых, которые держат этер хотя бы на минимальном уровне. Жилка, полевик, что угодно. Здесь под ногами пусто, скалы вокруг этер не держат, я проверял. Где Горновые брали материал для рунных работ?

Цао посмотрел на меня так, как смотрит человек, который ждал этого вопроса с утра.

— Пойдём.

Мы обогнули дом с западной стороны и пошли вверх по узкой тропе и через минут десять вышли к расщелине в скальной стене. За расщелиной открылся каменный карман, метров пятнадцать в поперечнике, с неровным полом и стенами. Дальше я и сам всё понял, вот он камушек.

— Жильный камень, — сказал Цао, ткнув пальцем в стену. — Низкокачественный, но его тут тонны. Дед использовал для фундаментов домов, потому что жильник хоть и слабо, но проводит этер, и дома с таким фундаментом практику проще обогревать зимой.

Я провёл ладонью по стене. Пальцы ощутили знакомое покалывание, слабое, едва-едва, но оно там было. Жильник паршивого качества, но для моих целей он годился. Мне не нужна была ёмкость, мне нужна была проводимость.

— Сколько можно взять?

— Сколько унесёшь. Тут никто ничего не считал. Бери инструмент из кузни, молоток и зубило справишься.

— Гань Тьеши вчера говорил, что у них есть просо, немного. И бобы. Немного, потому что бежали, а не на ярмарку ехали. Этого хватит для засева двух террас, если руны сделают своё дело.

Цао хмыкнул.

— Если сделают. Горновые рунами поля не поднимали, не было нужды, пока людей хватало делали всё силой. Делай как знаешь, я вмешиваться не стану.

Вмешиваться он не стал, зато и помогать не собирался, что было ожидаемо. Мастер развернулся к кузне, а я пошёл к колодцу, где Гань Тьеши уже распределял людей по домам и, судя по голосу, делал это привычно и без суеты.

— Тьеши, — я окликнул его, — мне нужны трое человек на полдня. Камни колоть и таскать.

— Камни? — он обернулся, вытирая руки о рубаху.

— Для полей. Объясню по дороге.

Он кивнул и через минуту рядом стояли Ло Фэн, Хун, молчаливый парень, чьё имя я всё время забывал, и сам Тьеши. Мэй тоже дёрнулась было идти, но дядя молча мотнул головой, и она осталась, подхватив метлу, которую нашла в каком-то сарае. Расщелина произвела на них впечатление.

— Вот это, — я показал на участок стены, где жильник шёл ровным пластом сантиметров в двадцать толщиной, — надо снять пластинами. Зубилом по краю пройтись, аккуратно, потом подцепить и отделить от породы. Куски примерно вот такие, — я развёл ладони на ширину двух кулаков, — или побольше, если получится.

— А поменьше? — спросил Ло Фэн, примеряясь зубилом к стене.

— Поменьше тоже сгодятся, но их понадобится больше.

— Для чего это вообще? — Тьеши задал вопрос, который все четверо хотели задать.

— Камень-то паршивый, господин. В деревне у нас таким дорожки засыпали.

Господином он меня назвал, видимо, по привычке, или потому что я был учеником мастера, а значит стоял в иерархии выше слуг рода. Мне хотелось поправить его, но не сейчас, потом.

— Камень проводит этер, — сказал я. — Плохо, но проводит. Если выложить цепочку из таких камней вдоль поля и нанести на каждый правильную руну, можно прогнать через них поток энергии от центрального накопителя к земле. Земля начнёт впитывать этер, и то, что в ней посажено, будет расти быстрее. Значительно быстрее.

— Насколько? — Тьеши смотрел на меня ровно, словно не понимая, что я говорю.

— Если всё правильно рассчитаю, просо дойдёт от зерна до колоса за два, может три дня.

Ло Фэн перестал ковырять стену и обернулся. Да и все остальные неверяще уставились на меня.

— За два дня, — повторил Тьеши, — Мы сделаем поля за два дня? А потом посадим то, что у нас есть, да?

— Нет. Поля мы сделаем за сегодня, и через два дня снимем первый урожай. — ответил я, поражаясь дикости. Местные вообще ничего не знали про современное сельское хозяйство, так что ли? — В общем увидите. — не стал я уже им что-то объяснять.

Пока они носили камни к террасам, я разложил тетрадку на плоском валуне и начал считать. Задача была вот какая. Террасы Горновых шли ступенями по южному склону, каждая метров двадцать в длину и пять-шесть в ширину. Верхние три я сразу отбросил, там почва была мертвее мёртвого, выжженная столетиями присутствия сильных практиков до состояния серой пыли, в которой не прорастёт ничего даже с рунами. Хотя задача по восстановлению интересная, но сейчас явно не до неё. Да и хватает тут места, чтобы не упираться в заведомо проигрышное дело.

Четвёртая и пятая выглядели сносно. Земля плотная, тёмная, со следами старых корней, и когда я ткнул в неё пальцем, послав тонкую нить этера, она отозвалась, слабо, как тлеющий уголёк, но отозвалась. Есть за что зацепиться.

Принцип простой: замкнутый контур из жильника по периметру террасы, руна-проводник на каждом камне, накопитель в центре. Этер из накопителя идёт по контуру, контур не выпускает его за пределы поля, и весь поток уходит в землю внутри периметра. Земля напитывается, корни пьют, стебли прут вверх. Чем плотнее контур, тем меньше потерь на стыках, а значит меньше этера уходит в пустоту между камнями.

На тетрадном листе это выглядело красиво. На практике, разумеется, всё оказалось сложнее. Тем более что самостоятельно я такое делал первый раз, то что чинил, не считается.

Четвёртую террасу я обошёл по краю, считая шаги. Пятьдесят два шага по длинной стороне, двадцать один по короткой. Периметр, грубо, сто сорок шесть шагов. Камни размером в два кулака, между ними зазор не больше ладони, иначе цепь рвётся и этер утекает в грунт, не дойдя до середины поля. Получалось около ста восьмидесяти камней на одну террасу. На две, триста шестьдесят. Плюс два накопителя, которые ещё нужно вырезать из камня покрупнее и зарядить.

Ло Фэн притащил первую партию минут через сорок. Вывалил из мешка штук пятнадцать неровных обломков на край террасы, отдышался, посмотрел на мою тетрадку и ничего не сказал. Хун пришёл следом, молча, с мешком побольше. Тьеши задержался, он помогал дяде Бо обустроить жильё и обещал подойти позже.

Пока камни копились, я взялся за руны.

На обычном полевике или жилке нормального качества я бы работал краской, рисуя руну на поверхности. Здесь камень был настолько рыхлым, что пришлось менять подход. А то перерисовывать руны каждую неделю мне было бы обломно. И я решил немного поэкспериментировать. Я нарисовал руну по старинке, а потом, используя свою возросшую силу, напитал ее этером до максимума, буквально вплавляя краску в камень. Получилось…. Видят боги! Небеса и бездна!

— Едрена медь!

Я и раньше знал, что так можно делать, только силушки у меня не было, а потом уже перейдя на другие материалы, камни я отдал в работу Сяо, занимаясь медью или гранитом. И просто мимо меня прошло настоящее открытие!

Сила есть, ума не надо!

Вот оно как это делается! Нет никаких чудес, есть только недальновидность Тун Мина, то есть моя, который, отбросив всё лишнее устремился вперед, работая с пространственными рунами и забывая про старое доброе и весьма полезное — основы. Кричать и бежать к мастеру о своём открытии я не стал. Но нужные кирпичики в моей голове встали на место, а значит быть броне.

Пусть для этого понадобиться очень много этера, но я сделаю наконец накопители, чтобы запустить дело и получу свой костюм! А там глядишь, и летать его научу и пуляться лазерами из рук. Красота же.