Месть зеркал

Глава 2

— Прости, я не ослышался? — медленно произнёс Митя, не сводя с Варвары взгляд.

— Нет, — заверила она, проходя ко второй кровати и ставя на неё картонку с шляпкой и саквояжем. — И если у тебя имеются вопросы «почему», я на них отвечу, но чуть позже.

— Я чувствую накал страстей! Факт! — почему-то обрадовался Лосев, потирая ладони. — Я, конечно, предполагал, что, будучи частью вашей команды, приобрету небывалый опыт, но чувствую, это будет ещё и весело!

— Илья Фёдорович, мы тут не шутки шутить собрались, если вы вдруг забылись, — одёрнула его ведьма. — У нас важное дело, поэтому вместо того чтобы кривляться, точно юродивый, я бы хотела услышать от вас доклад про обстановку в городе и, самое главное, на ярмарке.

— А я бы хотел получить отчёт, отчего мы тут, а не в Новгороде, — перебил её Митя. — Что это за игры? Разве господин… — тут Митя запнулся, задумавшись: вдруг Лосеву не положено знать, кто их сюда направил.

— Шапин? Вы хотели сказать Шапин, Дмитрий Тихонович? — радостно подсказал ему Илья, развеивая тяжёлые мысли. — Я в курсе, я же часть команды! Факт!

Казалось, жизнерадостного молодца невозможно огорчить ничем: ни хмурым ведьминским взглядом, ни неприветливыми словами, ни подозрениями. Он всё воспринимал с улыбкой и некоторой карикатурностью, будто кривлялся нарочно, показушно, для потехи.

Митя тут же сделал для себя эту пометку и решил, что господину Лосеву доверять не стоит. Даже если ему доверяет глава тайного отдела Зеркальной магии, это ещё ни о чём не говорит.

— Я всё ещё не слышу отчёта, — напомнила Варвара, складывая руки на груди. — Ну-с, начинайте.

— Да что начинать? Это же Крещенск — город тихий и, простите за такие слова, скучный. Факт! — Илья развёл руками. — Я, конечно, наслышан, что у вас тут были приключения, да и нынешний состав здешнего департамента несколько удивляет, но в целом магических дел — тут раз-два и обчёлся.

Представляете, не далее как вчера я посещал выселки, дабы проверить версию, что петух снёс яйцо и теперь из него непременно вылупится василиск! Как вам такое, а? — Лосев захохотал, будто над хорошей шуткой.

Митя и Варя переглянулись — ведь они как никто знали, насколько многогранен Крещенск и полон тайн.

— И что, будет у нас чудище или свезло и нет? — спросил Митя.

— Свезло, факт! — легко согласился Илья. — Я заверил хозяйку, что если жаба не станет выкармливать то, что вылупится, никаких проблем. И она, просто представьте себе, поверила!

Вот чем я тут занят, — в голосе его скользнула обида. — Нет-нет, не думайте, я не возмущаюсь. Компания Степаниды Максимовны и Софьи Викторовны мне более чем мила, но я рассчитывал несколько на иное. Понимаете же, да?

— Как дела у Степаниды и Софьи? — тут же влез в разговор Митя. — Как они, как справляются? — Он замер, ожидая ответа, но Варвара не позволила мужчинам продолжить диалог.

— О дамах — позже. Итак, Илья Фёдорович, докладывайте чётко и по существу. И встаньте, в конце концов, когда маг выше рангом стоит перед вами!

— Ох, точно! — Илья, как ужаленный, подскочил на стуле. — Вы же выше меня, факт! Надо же, такая сильная ведьма — до сих пор ошеломлён! — Он поймал ледяной взгляд Вари и, прикусив язык, замолчал.

Однако тишина продлилась лишь мгновение, которое понадобилось Лосеву, чтобы одёрнуть сюртук, поправить золотистый жилет и, приняв наиболее серьёзное выражение лица, на которое был способен, начать доклад:

— За последний месяц в Крещенске не произошло ни одного серьёзного магического происшествия. Не было нападений оборотней или повышенной статистики нарушений с использованием артефактов незарегистрированных и неучтённых. Дюжину раз отправлялся на вызовы населения — ни один не подтвердился. Софья Викторовна занята в полицейском участке за неимением дел в департаменте, подходящих ей по статусу наёмного сыскаря. Регистрацию у Степаниды Максимовны прошло около тридцати магов, ведьм и оборотней, прибывших на ярмарку. Все учтённые, с выправленными документами. Незарегистрированных колдунов не обнаружено.

— Хорошо, — кивнула Варвара. — А что на самой ярмарке? Интересующие нас торговцы прибыли?

— Да, прибыли неделю назад, сняли прилавок у восточной стены торговых рядов, сами остановились в поле, в фургонах, как им нравится. Никаких противомагических действий за ними не замечено. Магов, ведьм, оборотней среди них нет. — Тут Илья несколько замешкался и всё же не удержался, добавив: — Факт.

— Благодарю вас, господин Лосев, — кивнула Варвара. — Будьте любезны продолжать наблюдение за объектами, интересующими нас, но не приближайтесь к ним, не вспугните.

— Да-да, конечно, ни в коем разе, — тут же согласился Илья. — Я что, я всё по правилам делаю, так что не подумайте — никаких нарушений. Факт!

— Ну, раз факт, — Варвара выделила слово голосом, — тогда вы свободны. Хотя, нет… На чьи имена снята комната?

— Как велено: Совины, Арина и Матвей, брат с сестрой, прибывшие из Мельникова.

— Вы считаете, что Совины спят на голых досках? — Варвара вскинула бровь, и Лосев тут же стушевался.

— Никак нет, просто не успел всё подготовить к вашему прибытию. Но посуда чистая, уборная дальше по коридору, а прочее принесу — будьте покойны.

— Сами приобретём, — заверила его ведьма. — Что по поводу моего заказа?

— Вот, в бумагу завернуто, всё по списку, как пожелали.

— Благодарю. Свободны. Жду вас завтра поутру с отчётом. Покамест вы нам более не нужны. — Ведьма по-королевски махнула рукой, точно отпуская подданного, и Илья, тут же засуетившись, прижал к себе цилиндр, шаркнул ногой и, подмигнув напоследок Мите, исчез за дверью.

— Какой своеобразный человек, — подбирая слова, поделился Митя.

— Шут, — кивнула Варвара. — Хотя не шут из глупых. В магии он поспособнее многих будет. С измальства воспитывался в Зеркальном интернате, а посему освоил науку так, что от зубов отскакивает. Поговаривают, даже во тьме колдовать может.

— Брехня, — Митя потёр ноющее плечо. — Без света суть зеркальной магии — ноль.

— Как говорится, тьмы не бывает без света, так что как знать — может, он и впрямь так хорош. Впрочем, надеюсь, его способности нам не пригодятся. — Она подошла к столу и заглянула в свёрток. — Не соврал, всё как надо. Что ж, давайте перейдём к делу, Дмитрий.

— Варенька, ну, понимаю, что виноват перед тобой, но душу не изымай. Давай, как прежде, — Митя. — Взмолился бывший маг.

— Как прежде уже ничего не будет, — Варвара вздохнула, отводя взгляд. — Уясни это.

— Уяснил, — Митя тоже вздохнул, затем выпрямился и, подхватив цилиндр, направился к дверям.

— Куда это ты собрался? — удивилась Варвара.

— Как куда? — не менее её удивился Митя. — Так, поприветствовать своих — Стешу, и Софью, и Лукерью Ильиничну с Егором. Что ж, я как тать вернулся домой и не покажусь им на глаза?

— Дмитрий, — Варвара прищурилась, отчего у бывшего мага по спине побежали мурашки, — ты, видимо, не уяснил, зачем мы тут и в каком ранге. Мы тут инкогнито, и никто из твоих друзей не должен знать о тебе.

— Но как же так? Не по-людски.

— Не по-людски — потому что по-магически, — передразнила его Варя. — Если б я хотела, чтоб все знали о нашем возвращении, так поселилась бы в свой дом, а тебя — в твой бы пустила.

— Твой сгорел, — признался Митя. — Ну, изба, где ты старухой прикидывалась. А кто теперь опеку снимает — мне неведомо.

— Благодарю, друг любезный. Но я в курсе, — съязвила Варвара. — Так вот, ты хотел узнать, почему мы тут, а не в Новгороде? А потому что у стен есть уши, и даже называть точную цель нашей поездки начальник не смел. Оттого и назвал тебе другой город. А уж прочее — моя забота: а именно подготовить тебя для общего дела и подстраховать, если надо. Понял?

— Понял, — насупился Митя, возвращаясь к столу и кидая цилиндр на койку. — Но отчего от друзей таиться?

— Чтобы живы остались. Или ты ими не дорожишь? — слова Варвары прозвучали тихо и в то же время чудовищно.

— Да что ты такое говоришь! — возмутился бывший маг. — Конечно, дорожу! Они — почём моя семья.

— А раз так, — перебила его Варя, — значит, слушай меня. Во всём слушай и своевольничать не смей. Ясно тебе?

Митя кивнул и устало сел на кровать.

Варвара меж тем фыркнула, дёрнула себя за косу и принялась выкладывать содержимое свёртка.

На стол легли несколько пучков трав, мешочек с зёрнами, большой кусок соли, горшок, от которого шёл медовый аромат, несколько куриных лап (ещё свежих, судя по сукровице), пучок рябых и широких перьев — неясно, от какой птицы.

— Это для чего? — Митя с любопытством разглядывал ведьмовские вещи.

— Для разного, — Варвара как раз пересчитывала крупные зёрна бобов и, видимо, не желала отвлекаться. — Подожди немного. Сейчас закончу, тогда и до тебя руки дойдут.

— Звучит зловеще, — признался Митя.

— Уж как есть. — Ведьма стрельнула в него взглядом и слегка улыбнулась.

Скучая, Митя решил разобрать вещи. Вновь заглянул в шкаф, поморщился при виде кривой двери:

— Надо бы починить, — поделился он с Варей.

— Почини, Матвей, — согласилась та.

— Почему Матвей? — не понял Митя. — Мы же тут одни.

— Потому что если сейчас я не стану для тебя Ариной, так ты потом ляпнешь не то имя — и всё испортишь. Ясно? — Варя поставила перед собой картонку и теперь копалась в ней, и судя по всему, внутри лежала отнюдь не шляпка.

— Понятно, — протянул Митя, повесил на пару крючков свежие сорочки, взглянул на порванный сюртук (что не успел починить после драки) и, не задумываясь, сунул саквояж в шкаф, не разбирая.

— Вар… — он запнулся. — Арина, а какой у нас сегодня план?

— Как какой? — удивилась та. — Город глянуть. Мы ж, кроме своего Мельникова, ничего не видали, а там что — две дороги да одна церквушка. А тут вон что — город!

— Но мы же всё видели, — напомнил Митя.

— А ты представь, Матвейка, что не видали. Игра такая, ясно? Или учти — отошлю тебя куда-нибудь в медвежий угол, чтоб не погубил задание.

— Не надо никуда отсылать, я всё понял, — поспешно заверил её Митя. — Но вот нюанс — меня ж многие знают. Да и рука эта… — он дёрнул протезом, — тоже внимание привлекает.

— Это как раз не проблема. А ну, иди сюда. — Варя поманила его к себе.

Не без опаски Митя подошёл к подруге, до сих пор не веря, что вот она рядом, да ещё командует магами и служит в тайном отделе. Чудеса, да и только.

Встав на цыпочки, Варя застегнула на шее Мити серебристую цепочку с прозрачным кристаллом, затем взяла кристалл в руку, зажмурилась — и Митя скорее догадался, чем ощутил, что она использует магию. Всё длилось менее минуты. Наконец Варя отпустила кулон, сделала шаг назад и усмехнулась:

— Ну что, хорош! Может, слегка слащав, но в целом пойдёт.

— Что пойдёт? — насторожился Митя.

— В зеркало на себя глянь, Матвейка, — предложила Варя, подталкивая его в сторону рамы.

Митя с интересом подошёл к блестящей поверхности и удивлённо ахнул. Оттуда на него глядел незнакомец: волосы светлые, точно выбеленные солнцем, нос вздёрнут, губы тонкие, уши слегка торчат и от света просвечивают розовым.

Митя поднял руки, чтобы ощупать свои уши, и тут же приметил, что вместо железного протеза у него обычная рука — такая же, как была до ранения. Вместе с протезом исчез и шрам. Коснувшись щеки, бывший маг понял, что никуда уродство не делось — просто ведьма изменила ему облик.

— Это слеза морока? — догадался он. — По весне один крендель в Крещенске такую использовал, чтобы меня подставить. Вы что, его схватили?

— Наслышана. Поди поймай обладателя такой диковины. Это из кладовой департамента. — Варя и сама надела украшение с прозрачными камешками, и вот уже рядом стояла блондинка — такая же курносая и тонкогубая. Сразу видно — родня. Разве что уши так не торчат.

— Сама-то не лопоухая, — упрекнул её Митя.

— А ты в батю пошёл, — хмыкнула Варя, укладывая косу колечком и закалывая её шпильками. — А я в матушку. Чего ж тут неясного?

— Всё ясно. Не положено мне красавцем быть, хотя бы иллюзорно, — смирился Митя.

— Да прекрати. И так девицы заглядываться станут. Но уж будь добр — не обнимайся ни с кем, да и руку старайся левой жать. Отныне ты левша, иначе твою железную хватку ничем не спрятать.

— Да уж, сам об этом подумал, — Митя потёр плечо, морщась от постоянной боли.

— Ах да, вот ещё — держи. — Варя вновь отошла к столу, выудила из стопки посуды ложку и, зачерпнув ею мёда, протянула Мите. — Ешь.

— С чего это? — удивился тот.

— Ешь, ешь, Матвейка, ещё спасибо скажешь сестрице Аринушке, — она ткнула в него ложкой.

Митя пожал плечами, принял ложку и, сунув в рот, слизал мёд. Почти сразу он ощутил, как боль в плече исчезает — точно её и не было.

— Как же это ты… Вроде и не колдовала? — Он удивлённо покрутил рукой.

— Просто ты теперь не всё видишь, — в голосе Вари прозвучала грусть. — Но погоди, может, и эту хворобу излечим. А покамест, брат мой господин Совин, идёмте прогуляемся да поужинаем. Уж больно голодно после всех передряг.

Митя послушно подставил руку. Он был не против подобной затеи — даже наоборот, только за. Опять же ему хотелось выгулять новую личину и поглядеть на город чужими глазами. Всё ж не каждый раз такое выпадает, да и далеко не всем.

Заперев комнату, они спустились по скрипучей лестнице. На первом этаже мела пол сгорбленная старушка. Приметив их, она, опираясь на метлу, выпрямилась:

— А вы кто ж это будете?

— Так Совины же, — улыбнулась Варя. — Друг наш комнату у вас снял на втором этаже. Пока хоть какой угол остался. Ужас же, что на улицах творится — народищу сколько, ступить некуда! А железяки ваши ходячие?! Оторопь берёт, да, Матвейка?

— Факт, — ляпнул Митя и не смог удержаться от улыбки.

— Это откуда ж вы такие пугливые? — хмыкнула бабуська, поправляя седую прядь.

— Так из Мельникова мы, — поделилась Варвара. — Первый раз с братом приехали.

— Ну, это уж я поняла, — старушка закивала. — Меня можете баб Марфа звать. Если что по дому — скажите, подмогу. Только чур — особо не шуметь, не развратничать и пьянство тоже не устраивать. А то знаю я молодых — вырвутся и во все тяжкие.

— Мы не такие, — заверил Митя, но бабка только фыркнула — мол, знаю я вас, «не таких».

— А где бы нам поесть? С дороги голодно, — Варя продолжала улыбаться старушке, играя роль селянки.

— Ну, это смотря что вам по карману. Так-то трактир не подалеку имеется или кухмистерская — ниже по улице, на площади. Сами решайте, куда идти.

— Спасибо, баб Марфа, — поблагодарила Варя и, увлекая за собой мнимого брата, поспешила на улицу.

— Вредная бабка, — заметил Митя, едва они вышли за порог.

— Обычная. Что ж, идём, Матвей, в кухмистерскую — там еда получше будет.

— А если кого встретим из знакомых? — усомнился бывший маг.

— Ну так и глянем, как чары работают.

Вечерняя прохлада, столь сладкая после разогретого солнцем Питера, окутала их. Пока они шагали до кухмистерской, Митя то и дело вздыхал, ощущая, что и воздух дома слаще, и шум привычней. Всё своё, родное. Вот только горечь от того, что он не мог показаться близким, терзала. Но тут уж что поделать — служба.

Свободное место отыскали не без труда. Устроившись у окошка под керосиновой лампой, принялись ждать полового. Подошедший молодчик в белой холщовой рубахе с закатанными рукавами и плисовых шароварах спросил:

— Вечер добрый, господа честные! Чем ужинать изволите? У нас сегодня стерлядь паровая с огурчиками бочковыми да расстегаи с визигой — тесто как пух, на дрожжах французских замешано. А может, судачка по-царски — в шампанском, с раковыми шейками? Икорка свеженькая — зернистая астраханская, паюсная, к ней блины на сале свином…

— А не рыба есть? — Варя приподняла брови, играя роль простолюдинки.

— Как же не быть-с! Барашек молочный на вертеле — только что с углей, с дымком. Говядина тушеная по-боярски — с черносливом да корицей. Кулебяка четырехугольная — в ней три яруса: капустка, гречневая каша с печенкой да яички рубленые. А на закусь — солонинка с хреном, огурчики муромские, груздочки соленые…

— Давайте ребрышек да кулебяку, — кивнула Варя, облизнувшись.

— И бульончик крепкий с потрошками да кореньями, — добавил Митя, вспомнив, как в детстве его лечили таким после простуды. — С гренками белыми.

— Сию минуту, судари мои! — половой щелкнул пальцами. — Самоварчик прикажете? Сейчас первый сорт из Тулы привезли — «баташевские», с медалями! А может, сбитню горячего? Или кваску боярского — на изюме, с мятой?

— Квасу на двоих. — велела Варя.

Половой радостно кинул и юркнул в кухню, оставив после себя запах лука и лаврового листа. Заведение гудело, как улей: звон ложек о фаянсовые миски, чавканье, сдержанный смех. Из кухни доносилось шипение на раскаленной сковороде — кто-то заказывал «телятину по-монастырски» с хрустящей корочкой.

Заведение гудело голосами, пропитанное ароматами жареного мяса и свежеиспеченного хлеба. Если не вдумываться в происходящее, могло показаться, что жизнь здесь течет мирно и размеренно. Но Митя уловил едва заметное напряжение в позе Вари — её пальцы судорожно сжимали край стола, а взгляд беспокойно скользил по залу. Она явно проверяла присутствующих на признаки магического вмешательства.

Рука Мити машинально потянулась к карману с трубкой, но резкий взгляд ведьмы остановил его:

— Одни мы тут. Не выказывай лишнего беспокойства.

— Да я и не беспокоюсь, — Митя нарочито расслабленно откинулся на спинку венского стула, заставив её скрипнуть.

Он мысленно упрекнул себя за нервозность. Ведь правда — сколько в этом городе может быть магов? Десяток, от силы два. Да и те вряд ли станут обращать внимание на двух неприметных посетителей кухмистерской.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, впуская порцию холодного ночного воздуха. На пороге, заслонив собой свет уличных фонарей, стоял Егор.