Мой найдёныш

ГЛАВА 5. Перезвон

А гомону-то было на главной улице Овсянников, а говору-то, а перезвону-то! Славный, весёлый День Колоколен! С самого росного часа уже бегали повсюду ребятишки, нарвавшие вдоль обочин да на краю пущи цветов-колокольчиков. А вот и старики с глиняными колокольцами идут, звенят, улыбаются беззубо, смеются. Бороды-то, бороды-то расчесали, растопырили! Шапки-то, шапки набекрень надели! У парней синие пояса, у девушек в косах синие ленты. А у всех прочих — ну просто хоть что-нибудь синее, хоть цветок, хоть глаза васильковые.

Загляденье!

Лесняна пришла в синем платье да в очелье вышитом — голубой, белый, зелёный бисер так и сверкал, она нарочно перед выходом в зеркальце гляделась, так да эдак поворачивалась. А прядку из косы всё же на щеку выпустила. Вроде как случайно выбилась да отметину-то почти и скрыла! А колокольчики у неё были на браслете — маленькие, да звонкие. Из города привезла в прошлую осень, когда у дальней отцовой родни гостевала. Целый сундук у неё был гостинцев разных, да раздарила половину детишкам либо девкам-подружкам. Их, кстати, и искала среди гуляющих девиц, бойких, будто сойки, смешливых да румяных. Глядь, а лучшая подруга, Заяна Белоскорка, под руку с Калентием идёт. Посмотрела Леська — и отвернулась, будто её это не касается, а самой обидно. И то ли за себя, а то ли за подругу! Не могла кого получше приважить, что ль?

Храмы Пятидесяти богов повсюду одинаково устроены. В конце деревни белый дом да красный дом, а между ними через улицу арка. Украшают её ветвями, цветами, птицами деревянными да лоскутами яркими. Всякий месяц по-разному. По арке, словно по мостику, ходить можно, да только не всякому такая честь достаётся. А ограда вокруг обоих частей храма вся разукрашена. Каждый столбик отличается — на них лики божеств вырезаны. Раскрашены они бывают просто и даже грубо, главное — обозначить характерные для каждого бога черты да цвета. К примеру, Слада белая с малиновым, а Укора коричневая и серая. Беловласт — бело-голубые краски, а Черногара — чёрная да красная.

И возле каждого дома, возле белого и красного, стоит по колоколенке. В совсем бедных деревнях — и в тех ну хоть по два колокола в каждой да висит. Ежели в какой деревнюшке нет колокола, то считается она пропащей, безгласой и всеми богами брошенной да обиженной. И к люду там отношение осторожное. Ну как они уже все злыми духами позахвачены, в нечисть превращены?

Овсянники — село большое, богатое, на одной колокольне три, да на другой четыре колокола. Звонари, чтобы своё мастерство показать, обязаны меняться колокольнями. Вот и будут они перебегать туда-сюда по мостику деревянной арки. Это тоже входило в часть их состязания. Оба молодцы, оба звонят-вызванивают каждый праздник, но прошлым летом победил Святодар, так что в этот раз Будимир его переплюнуть постарается — все силы приложит!

К храму уже собралось немало народу. Ближайшие дома облеплены были ребятишками, они и на крышах сидели, и на заборы взобрались. Лесняна, завидев другую подружку, Хвалёну, пошла к ней через толпу, толкаясь и собирая на себя всё недовольство народа. Тут же жестами их пожелания отводила прочь. Не порчи она боялась, нет! Просто знала, что иногда слова, как стрелы — и долетают, и ранят. И следы оставляют на душе. А у целительницы душа должна оставаться чистой, светлой, чтобы долгие годы людям только добро нести.

Но чем ближе к арке — тем злее становились слова, и парочка всё-таки на излёте, да ранила Лесняну. Словно камнем в спину. Ахнула Леська, а тут же ей и трёхголосье белой колокольни откликнулось. Красиво! Тут и красная колокольня ожила, загомонила на четыре голоса. А ребята малые да девушки с парнями своими колокольчиками звякать принялись.

— Леся! Вот ты ж где, — сердито дёрнули Леську за левую руку.

— Чего? — повернулась Лесняна.

Слева стояла Заяна, а Леся её видеть не желала. Пусть она уже выяснила, что Калентия не любит и всё окончилось. Это не значит, что с ним должна другая гулять, тем более — подруга лучшая. Вот!

— Леська! — крикнула в самое ухо Зайка. — Бежать тебе надо!

— Что? — не расслышала за перезвоном Леська.

— Калентий дурень!

— Я знаю!

— Он друзьям похвалялся, что вчера с тобою был, — дыша в ухо, сказала Заяна.

Говорила громко — всё равно другие не услыхали бы. Даже и Лесняна не очень хорошо слышала, скорее понимала.

— Сказал, что был с тобою, поняла? И что красных пятен у тебя на простынях опосля не видал! Похвалялся собой, тебя грязью поливал! Я от него убежала, от дурака!

Кровь так и бросилась в лицо Леське, так и прихлынула! Каков Нося?! Красных пятен… Да ведь она даже поцеловать себя в губы не дала, а как руками под юбку полез — убежала!

— Ах змей подколодный, — едва вымолвила девушка.

— Беги ж, говорю. Они дёготь и перья готовят про тебя, — крикнула Зайка отчаянно. — Косу отрежут, одёжу снимут и…

Леська огляделась по сторонам, не слыхал ли кто: стыдно! Но люди слушали звонарей, а не девчоночьи пересуды. Даже подружка Хвалёна не услыхала, на что недалече стояла.

— Ну подлец, — крикнула Зая, но её голос в колокольных трелях потонул. — Бежим, Леська. Мы тебя, в случае чего, отобьём.

И под весёлый перезвон они с Зайкой кинулись наутёк. Вернее, сперва пришлось проталкиваться, а потом ещё прокрадываться мимо чужих огородов. Но потом стало посвободнее, и Зайка подобрала юбки да припустила бегом, так что её новые туфельки так и мелькали. Леська старалась не отставать.

Вот только всю деревню огибать было надо, вот беда-то. Леськин лес и дом — всё было совсем в другой стороне! И девушкам пришлось остановиться, когда они выдохлись.

— Где мы? — переводя дух, спросила Лесняна.

— Так задворки Пыриковы, — пояснила Заяна. — Не видишь? Вон конёк его в виде змея, страх, да и только.

Отсюда только глазастая Зайка и могла углядеть этот конёк. Но Леська подружке поверила.

— Однако, жарко сегодня, — сказала Заяна. — Пошли к колодцу Пырикову, умоемся. А опосля потихоньку на дорогу выйдем — и к дому твоему.

— Я сама. А ты лучше иди-ка домой, — сказала Леська. — Тебя-то никто не тронет.

От главной улицы тем временем слышались и звон, и голоса — праздник шёл как ни в чём не бывало. И Леське вдруг стало завидно и обидно. Как так-то? Праздник, выходит, нынче не для всех! Ей вот приходится в кустах отсиживаться, прятаться. Сейчас вот ещё Зайка уйдёт… и тогда Леська останется совсем одна.