Моя Академия 6

Глава 18 Нас встречают

«Держись, Орлов!» Ну-ну. Было бы за что держаться! Полёт не контролирую от слова совсем. Нас втягивает в огромную воронку. Успеваю только включить личное ускорение — да и это уже неплохо.

За то время, пока нас затягивает в воронку, директор успевает использовать сразу несколько техник. Из того, что бросается в глаза — щиты вокруг нас ощутимо укрепляются. Генрих Олегович перестаёт сдерживать внутреннюю магию, и вокруг нас образуется плотный энергонасыщенный кокон. Понятно, что это его рук дело.

Мы летим внутрь портала. Время чуть замедляется, но мне это не особо помогает. Только дает возможность подготовить глифы щита и активировать амулеты. Все.

Директор изо всех сил старается изменить ситуацию. Он цепляется за землю, но срывается. Воронка сильнее: миры словно спорят между собой, а усилия директора вообще незаметны на этом фоне. Нас затягивает внутрь, схлопывая задетое пространство и выталкивая все, что попало в определенную зону — примерно так ощущаю происходящее.

Ничего не получается… Да уж, сложно конкурировать с законами мира, особенно, если ты с ними столкнулся вообще в первый раз. Ну, в случае директора — во второй. Разница в любом случае не велика.

Генрих Олегович несколько раз подряд пытается остановить время. У него получается, но ненадолго — меньше, чем на мгновение. Словно вспышками. Видимо, сделать подобное в произвольном месте не получится. Либо получится, но очень ненадолго. Замечаю все телодвижения только потому что сам прилично ускорился. И те недолгие секунды, которые мы летим до воронки перехода, у меня сильно растягиваются. Стандартные техники у директора тоже не получаются — тогда он бросает все силы на защиту и на укрепление. Собственно, делаю то же самое — активирую амулет.

Воронка схлопывается, отрезая нас от долины и обрыва. Пара секунд дезориентации — не больше, просто для меня они проживаются долго. Насколько могу вспомнить, ощущения абсолютно такие же, как и при перемещении с Игорем. Только выбрасывает нас не в похожий мир, а в магически более плотное место.

Попадаем прямиком в настоящий огненный ад. И это без преувеличений. Вокруг бушует пламя, и успокаиваться никак не собирается. Мы будто оказываемся в жерле действующего вулкана. С единственным «но» — точно ощущаю, что Академия почти рядом. Не рукой подать, но довольно близко. Ага, как раз километров двадцать. И для этого не нужно перемещаться по отражениям — мы точно находимся внутри нашего мира. Так что мои догадки о перемещении нитяных тварей в наш мир, прямо сейчас подтверждаются в полной мере.

Смотрю по сторонам. Вокруг бушует жидкий огонь.

Директор закукливает нас в защите и накидывает всё новые и слои техник. Обозримы внешний мир для нас почти полностью исчезает. Остаются только мутные тени.

— Директор!.. — зову как можно громче. — Герман Олегович!

Маг не отвечает, только открывает глаза.

— Мы в нашем мире, — сообщаю ему. — Примерно километрах в двадцати от Академии. Похоже, находимся в действующем Очаге.

Директор слышит меня и осмысленно смотрит вокруг. Стена жидкого огня мгновенно отступает в стороны на несколько метров. В щит директора бьются всё новые и новые огненные волны.

Теперь Генрих Олегович вполне сознательно борется именно с причинами, а не со следствиями. Мне выпадает неожиданная привилегия — наблюдать за работой серьёзного мага практически из первого ряда.

Как только директор заканчивает тестирование окружающего пространства, сфера его влияния мгновенно расширяется до нескольких десятков метров. Он явно что-то понимает. А главное — знает, что делать. Пространство охлаждается. Наши щиты также чуть-чуть вырастают. Теперь можно спокойно разогнуться и проверить, где мы находимся.

Осмотреться не успеваю.

До этого Генрих Олегович отправляет сразу несколько техник в глубину стен огня. Они не теряют стабильность, влетают вглубь и уходят дальше. Ещё несколько секунд — и огненная стена раздвигается. Внутрь того места, где мы находимся, врываются порывы ветра.

В проеме появляется вездеход бойцов зачистки.

— Не знаю, кто вы такой, и как тут оказались, — раздаётся из мегафона. — Но забирайтесь на броню, внутрь я вас не пущу.

Генрих Олегович кивает и машет рукой — зовёт за собой. Идем в сторону аппарата бойцов зачистки.

Всё происходит беззвучно. Только несколько капель пота, выступающих на лбу Генриха Олеговича, выдают его напряжение. Стараюсь его не дергать.

Без защиты директора в таком интенсивном месте я, наверное, смог бы продержаться недолго. Хотя своя базовая защита вроде как неплохая, так что, может, и продержался бы. Проверять нет никакого желания.

Забираемся на броню вездехода по спущенной лестнице. Машина подбирает нас и выезжает из огненной зоны. Она даже плотнее, чем казалось на первый взгляд. Ровная, словно бы по линейке созданная высокая стена огня остается за спиной.

Директор везёт с собой сферу — он так и не бросил её в процессе нашего падения и тех мгновений, пока он боролся с жидким пламенем. Да и внутри, получается, защищал не только нас, но и добычу. Неожиданно. Вездеход под нами уже знаком — точно такие же стоят возле нашей Академии. Еще одно доказательство, что мы находимся в нашем мире, а не в отражении.

Едем по огромной выжженной территории. Вокруг серый пепел и дым. Кое-где огонь смешивается с языками хмари и хлопьями тумана. Всё вместе создаёт жутковатую картинку преисподней. Хмыкаю про себя.

Всматриваться вдаль тоже бесполезно — дальше ста метров непроглядная серость. Вокруг словно кипит и колышется что-то недоброе. Сквозь дымную завесу периодически проскакивают разряды молний. Серый туман разрывают огненные всполохи.

Неба, как ни старайся, не видно. Да и ближайшие метры освещаются только благодаря огню. Стена пламени, из которой мы выныриваем, остается позади. И от нее идёт яркий неровный свет. Там же, за спиной, остается редкое оцепление из точно таких же вездеходов. Думаю, в них сидят маги, которые контролируют эту стену.

Глаз пытается зацепиться хоть за какие-то ориентиры, но выцепляет только полностью сожжённые деревья или лопнувшие, а то и оплавившиеся камни.

Раз за разом взгляд возвращается к жёстким и чётким обводам брони, на которой мы едем вместе с директором. Вовне смотреть местами больно, а тут хоть что-то знакомое. Но, положа руку на сердце, вокруг очень интересно. В таком месте я никогда не был, и ощущения впитываю буквально всем телом.

Как только мы выезжаем из-под агрессивного огненного пресса, Генрих Олегович сворачивает свою магию. Становится намного проще осознавать место, где мы находимся. Плотность магии здесь не маленькая — и это, скорее всего, уже характеристика пространства вокруг нас. Очень похоже на знакомое чувство электроподстанции, только без очевидного источника.

Едем не так долго. Мне кажется, что не проходит даже пяти минут, как метрах в ста от нас, из клубов дыма и тумана проступают жёсткие очертания технологичной стены. На ней вспыхивают прожекторы, и почти сразу же лучи сходятся на броне. Лампы словно указывают нам, куда именно нужно ехать. Ровный электрический свет концентрируется на дороге. Это помогает — отчетливо видно направление вездехода. Картинка впереди тоже становится четче и понятнее. Значит, в прожекторах есть определённый смысл.

С другой стороны, если это Очаг прорыва, как я и предполагаю, то нападения тут наверняка поджидают чуть ли не каждое мгновение.

— Почти прибыли, — доносится до нас по громкоговорителю.

— Вижу — вижу, — кивает директор, с интересом разглядывая постепенно нависающую над нами огромную стену. Чем ближе мы подъезжаем — тем она больше и масштабнее.

— Воздержитесь от резких движений и действий, — звучит новая команда из вездехода.

— Хорошо. Принято, — подтверждает Генрих Олегович.

Боец спокойно общается из вездехода, но не делает ни малейшей попытки узнать имена, или определить нас другим образом. Он просто везет нас в форт.

— Как слышно? — уточняет голос из громкоговорителя.

— Без проблем, — повторяет директор. — Мы всё прекрасно понимаем.

— Рад за вас, — звучит ответ, а громкоговоритель выключается сочным щелчком.

Подъезжаем вплотную к дверям форта. Они размером ненамного больше, чем сам вездеход, на котором мы едем. Как раз с учётом защиты директора пройдём по самому краешку. Дверь раскрывается сегментами — видимо, это устроено для того, чтобы при нападении можно было быстро её захлопнуть. Что, собственно, и происходит. Перед нами образуется ярко освещённый огромный зев коридора. Вездеход неторопливо сбрасывает скорость.

Не мешкая, въезжаем в получившийся туннель. Двери за нашими спинами тут же захлопываются практически бесшумным шелестом. Нас отсекает от любого внешнего проявления.

Вот и сам форт. Мы прямо сейчас находимся внутри помещения. Вездеход останавливается.

Включается громкоговоритель форта.

— Слезаем с брони, — звучит равнодушная команда сразу со всех сторон. — Резких движений не делаем. Готовимся к досмотру.

Тут же, без паузы, в разговор влезает еще один более эмоциональный человек.

— Это же гражданские без защиты! — кричит он.

— Не знаю, какие такие гражданские, но один из них точно маг, — флегматично уточняет безэмоциональный боец все так же по громкоговорителю. — И твои медики к ним пойдут только после того, как я их просканирую. Всё понятно?

— Да, — соглашается второй голос.

— Мне всё равно — гражданские они, военные или сам чёрт. С чертями на базу, без осмотра, никого я не допущу. Не в мою смену. Понял?

— Да, это наши союзники из Академии, — оправдывается эмоциональный.

— Да мне плевать! — спокойно повторяет первый. — Сначала сканирование, потом всё остальное.

— Не спорьте, пожалуйста, — вмешивается директор. — Мы всё прекрасно понимаем. Стоим на месте, никаких резких движений, всё нормально.

— Вот, видишь? Вполне себе сознательный гражданский, — звучит холодный голос. — Сказал же, не лезь. Переговорить ещё успеешь.

— А после вас безопасники их сразу перехватят! — во втором голосе слышится переживание. — Генрих, ты что ли?

— Я, — коротко отвечает директор всё так же не шевелясь. Тоже стою смирно.

— Это Веник! — с нескрываемой радостью перехватывает микрофон второй голос.

— Не узнал. Венедиктович, богатым будешь, — улыбается директор. — Рад тебя слышать.

— Помощь нужна? — спрашивает Веник.

Директор бросает на меня короткий взгляд. Я отрицательно качаю головой.

— Нет-нет, нормально всё. Не нужна пока, мы не ранены, — говорит директор.

— Когда нам броня передала, что везут директора Академии, мы подумали, что они с ума там посходили, — с неуверенным смешком рассказывает Веник. — После безопасников тогда сразу ко мне, хорошо?

— Хорошо, зайдём, — отвечает директор.

Интересно, значит бойцы нас опознали. Хотя, чего это я — сделать пару снимков и отправить в форт — дело нескольких секунд. А то, что запись точно ведется — даже сомневаться бессмысленно: не каждый же день, посреди живого огня находишь пару невредимых человек. Странно, если бы такое не фиксировалось. Тут, видимо, вездеход получает свое «добро». Вторые двери спереди резко открываются. Вездеход медленно отъезжает в следующее помещение.

Первый голос снова перехватывает управление микрофоном.

— Гражданские лица остаются на месте, — объявляет он.

— Мы никуда не идем, — успокаивающе говорит директор.

— Ну вот и хорошо. Вот и поговорили, — уже значительно мягче отвечает первый боец.

В звуках микрофона слышатся звуки борьбы и приглушённый разговор, который не разобрать. Через пару секунд возвращается второй голос.

— Олегович, я… в общем, распоряжаюсь насчёт обеда, ладно? — уточняет Веник. — Пообедаете вместе со мной, хорошо?

— С радостью, — соглашается директор.

— Да на, на. Забирай. — Слышу голос Венедиктовича. Только теперь он обращается уже не к нам, а, судя по всему, к первому бойцу.

На мой непрофессиональный взгляд, то, что сейчас происходит на диспетчерском пункте, является диким нарушением. Но, если так подумать, в форте редко появляются гражданские. Тем более, не с безопасной стороны, а практически, прямиком из того места, где происходит зачистка. Конечно, нестандартная ситуация предполагает нестандартные решения. Всё равно уверен, что нарушений здесь много. Не думаю, что после этого разговора хоть кому-то прилетит, но определенные выводы делаю.

— Так, господа, стоим. Можете дышать, — усмехается первый голос.

Проходит не больше минуты.

— Слушай, у тебя оборудование сломалось? — Приглушенно слышится из микрофона. Будто кто-то закрывает его рукой. — Почему тогда гражданские показаны с такими данными? У них даже защитных костюмов нет? У одного заражение нулевое, у другого всего шесть процентов. Плюс сферу просмотреть не можем.

— Да нет, вроде стандартное оборудование. — Доносится ответ. Видимо не заглушили микрофон.

— Секунду еще ждем, — обращается к нам первый голос. — Резервную линию включи. — Это уже не к нам.

Раздаётся пара щелчков и недолгий писк. Снова повисает тишина.

— Да нет, всё так же. — Снова слышим обсуждение. — Ноль процентов заражения у первого, у второго — шесть. И сфера не просматривается. Что у вас в сфере? — Убирает руку от микрофона.

— Добыча Академии, — спокойно сообщает директор.

— Я вас не могу пропустить в форт, если не узнаю, что внутри, — говорит первый голос.

— Так и не надо, — директор беспечно пожимает плечами. Так, будто дело пустяковое. — Просто предоставьте нам контейнер по версии первого класса защиты. Размер… в общем-то, продемонстрирован наглядно — примерно с эту сферу.

— Ждите, — сообщает голос и отключается.

— Ну что, Орлов, стоим, ждём, — обращается ко мне Генрих Олегович.

Стою точно так же как директор и не шевелюсь.

— Я всё-таки настаиваю. Повторяю вопрос. Что у вас в коконе? — спустя пару минут возвращается первый голос.

— Мёртвый монстр, — спокойно отвечает директор.

— Уничтожьте, — раздается приказным тоном.

— Нет, — директор без раздумий отметает возможность подобного исхода. — Это неприемлемо. Его надо доставить в лабораторию для исследований. В настоящий момент это первый гарантировано мертвый образец нитяного монстра.

— Пойманное вами существо очень опасно, — продолжает убеждать голос. — Ему присвоили внекатегорийный ранг. Мы ведём интенсивное и практически беспрерывное уничтожение этих монстров на всей территории. И вы мне сейчас говорите, что вы можете уничтожить кокон? А если внутри споры?

— Мы примем все необходимые меры безопасности, — директор стоит на своём.

— Подождите. Вы уверены, что существо действительно мертво? — уточняет боец. — При всех рисках вы собираетесь забрать его за границы нашего форта?

— Да, — подтверждает Генрих Олегович. — Хочу. Существо добыто в бою. А единственное место, где можно безопасно его исследовать — лаборатория нашей Академии.

— Безопасно? — холодно усмехается голос. — Вы же директор и должны знать про существ внекатегорийного ранга! О чем вы только думаете?

— Да, безопасно, — продолжает директор. — Причина очень простая — у нас есть возможность в случае чего уничтожить монстра и справиться с последствиями. Почти что сотня ваших коллег из госпиталя могут это подтвердить. Напомню, я сейчас говорю про тех сто человек, которых вы уже списали. Не стоит забывать еще один важный момент — активный очаг юридически относится к территории нашей Академии.

— Господин директор, не могу пропустить вас с тварью вне категории, даже если она мёртвая, — снова звучит отказ. — Нахождение с коконом в расположении гражданских лиц недопустимо.