Моя Академия 6

Глава 9 Совершаю необычный обмен

Утро начинается непривычно: с четкого ощущения, что рядом кто-то есть. Аккуратно приоткрываю глаза. Продолжаю спокойно дышать. В принципе, если сюда пришли за моей душой, изменение ритма дыхания уже однозначно меня выдало бы.

Как-то не ожидаешь ничего подобного внутри Академии, да и предположить сложно, кто может желать мне неприятностей здесь, кроме тварей с изнанки. Там как раз всё понятно и стандартно — они ото всех желают разного: от кого-то руку, от кого-то ногу. А кому-то помогают раскинуться широко по стенам. Только никто обычно ничего подобного не желает — вот и конфликт на ровном месте.

Медленно приоткрываю глаза, стараясь не двигаться, кидаю взгляд по сторонам — так, чтобы не было понятно, что я проснулся.

Поблизости никого не обнаруживаю. Стараюсь практически незаметно повернуть голову. Рядом со сложенной одеждой сидит знакомая обезьянка. На этот раз она ждёт, когда я проснусь. Иначе зачем она просто так сидит рядом с вещами и даже не шарится в них?

Делаю глубокий вдох. Обезьянка тут же реагирует и поворачивает голову на все сто восемьдесят градусов. Смотрится как всегда очень крипово. Такое поведение сразу же напоминает, что это никакая не обезьянка и вовсе не животное, а вполне себе существо из другого мира.

— Ты теперь будешь меня преследовать… — не спрашиваю, а спокойно констатирую факт.

Тварюшка изображает улыбку, правда получается у нее очень страшненько. Рот распахивается от уха до уха, демонстрируя мелкие и очень острые зубы — их, наверное, не меньше сотни. То, что это именно улыбка, понимаю, по тому, что бесёнок не собирается на меня бросаться. Просто сидит и ждёт.

— Что ты тут делаешь-то? — спрашиваю зверюшку, спуская босые ноги на пол.

Обезьянка в ответ только тихо пищит и пожимает плечами. По-прежнему остаётся на месте.

Прохожу в свою странноватую ванную. Бесенок, по всей видимости, не собирается шлёпать за мной, чтобы узнать, куда я и зачем. Полностью уверен, что он никуда не денется за несколько минут. Умываюсь. На улице уже почти светло, но сигнала подъёма ещё не слышно. Шагов в коридоре тоже пока нет — желающих просыпаться пораньше в Академии не так уж много.

— Что ты тут забыл? — спрашиваю бесёнка, когда возвращаюсь к кровати.

Обезьянка аккуратно касается моей сложенной стопкой одежды, но тут же убирает лапу. Молодец, обучаемая, судя по всему. Без разрешения не лезет. Если бы шарилась, пока я сплю, сразу бы заметил по смятой ткани.

— Тебя интересует, что у меня в карманах? — спрашиваю.

— Иииии! — отзывается бесёнок и активно кивает.

— Сейчас проверим, — говорю. Обезьянка застывает в ожидании.

Не торопясь делаю разминку, одеваюсь и вытаскиваю из карманов всё, что успело накопиться за вчерашний день. На кровати появляются монеты. Следом выкладываю патроны. Их после вчерашнего происшествия осталось не так много. Неудивительно, что некоторые из них остались в карманах. Удивительно — что вообще остались. Запасы в любом случае не помешает обновить.

Обезьянка спокойно наблюдает за движением рук. Как только достаю мешочек с камнями, которые мне передали бойцы батальона зачистки, бесенок приходит в легкое возбуждение. Зверюшка перестает сохранять спокойствие и нетерпеливо перетаптывается на месте. Вытряхиваю содержимое мешочка на ладонь.

— Тебе они нужны? — спрашиваю, показывая камни.

Бесёнок крутится на месте, но фиксирует голову, боясь потерять ладонь с камушками из виду. Выглядит это совершенно инфернально.

— Ты так себе шею свернёшь, — замечаю.

— Ииии! — пищит существо, качая головой из стороны в сторону.

Бесёнок непрерывно топчется и показывает на камни. Выбираю один из них, который нравится мне меньше всего. Решаю провести небольшой эксперимент.

Обезьянка следит за каждым моим действием и словно не верит в происходящее. Она останавливается на месте и медленно касается камня. Отдёргивает лапу как от огня и снова касается. Переводит взгляд на меня — видимо, не верит, что я могу так просто отдать ей камень.

Лапы зверюшки подрагивают, но всё-таки забирают камень как величайшую драгоценность. Камень тут же отправляется в рот. Обезьянка моргает, снова замечаю вторые веки. Глаза зверюшки наливаются насыщенным зелёным цветом — той самой энергией, которую она поглотила в замке некромантов. Существо замирает как статуя.

Кажется, теперь понимаю, зачем нужны эти камни другим тварям. Не удивлюсь, если они с их помощью получают взамен что-то важное и редкое. Пока это только предположение — но слишком уж трепетно обезьянка относится к передачке.

Бесенок вздрагивает, открывает глаза, и зелёный цвет ненадолго сменяется в них цветом камня. Ловлю на себе внимательный долгий взгляд. Существо срывается с места и, спустя секунду, исчезает в стене.

— Ну вот, ни спасибо, ни пожалуйста, — ворчу себе под нос.

В целом, ситуация больше забавляет. Ссыпаю оставшиеся камни обратно в мешочек и запихиваю в карман.

Ни здравствуй тебе, Ларион, ни до свидания. Забавное существо. И, похоже, конкретно для меня совершенно не опасное.

Быстро раскидываю на небольшой тумбочке ветошь и разбираю револьвер для чистки. Этим следовало заняться ещё вчера, но ситуация с отцом, ужин и восстанавливающие эликсиры абсолютно не дали мне ни сил, ни времени. Отрубился быстрее, чем понял. Успел только раздеться, а потом меня будто выключили.

Непорядок, конечно, ничего тут не скажешь. Мой дядька бы точно не оценил. Боевое оружие нужно уважать. Слова проносятся в голове его голосом. Но здесь и не поспоришь. Револьвер уже неоднократно очень выручал нас в передрягах. Вчера и вовсе иногда не оставалось времени, чтобы хорошенько прицелиться, а ведь все равно — результат налицо. Промахов за собой не замечал. Хотя в такой суматохе не мудрено.

Ещё раз кидаю взгляд в окно. Время до подъёма точно есть — чувствую. Неторопливо, с помощью набора для чистки и масла привожу револьвер в порядок. Хватает минут двадцати — на время не смотрю, но по ощущениям проходит примерно столько. Странное дело — а ведь я и правда чувствую, сколько проходит минут чуть ли не кожей. Возможно, побочка от эликсиров Пилюлькина. Либо я неосознанно сам всё это время тренирую новый навык. Занятие точно нужное — особенно в междумирье или на полигоне. Там не чувствуешь время, а потом приходится тяжело включаться в общий поток.

Под размышления незаметно собираю револьвер — всё удобно, всего несколько деталей. Щёлкаю спусковым механизмом. Вся машинерия работает хорошо, взаимодействует мягко, а поддаётся нажатию и вовсе как-то по-домашнему. Перезаряжаю револьвер обычными патронами.

Не думаю, что мне сегодня или в ближайшее время понадобятся кассеты. К завхозу заглянуть всё равно надо — боеприпасы у меня закончились практически под ноль.

Вкладываю револьвер в кобуру. Прислушиваюсь к ощущениям — с минуты на минуту должен прозвучать сигнал подъема. Можно потихоньку идти в столовую и приступать к завтраку. Уже стою возле двери, чтобы выйти в коридор.

— Иииии!!! — слышу недовольный визг сзади.

Разворачиваюсь и замечаю бесёнка. Он изо всех сил пытается тащить что-то из стены.

— Тебя подождать? — удивляюсь.

Бесёнок кивает, после чего трясёт головой из стороны в сторону, будто отряхиваясь. Снова ныряет в стену и выныривает обратно в комнату. В каждой лапе голова гадюки. Вот это номер! Прекрасно помню, что эти змеёныши ядовитые. Так же замечательно помню, что завхоз говорил — яд у них вполне себе дорогой.

Бесёнок ещё раз ныряет внутрь стены и достаёт разные запчасти других существ. Причём все они узнаваемо фонят хмарью — я это чувствую. И вроде бы не испорчены, но завернуты в прозрачную пелену.

Обезьянка ещё раза три ныряет в стену, а груда запчастей после каждого нырка быстро растёт. Бесёнок несколькими движениями лап пододвигает всё это ко мне.

— Ты принёс это мне? — задаю вопрос.

Бесёнок кивает в подтверждение.

— Получается, тебе нужны такие камни? — спрашиваю, вытаскивая мешочек из кармана.

— Ииии! — бесенок мотает головой из стороны в сторону, пытаясь объяснить.

— Ага, тебе нужен всего один камень, — говорю. — И я тебе его уже дал.

Существо снова активно кивает.

— А потом когда-нибудь понадобится другой? — предполагаю.

Опять кивает.

Что ж, какой-никакой диалог у меня с этой тварюшкой налаживается.

— Это точно всё мне? — показываю на гору запчастей.

Бесёнок двигает головы гадюк, хвосты и другие части еще ближе ко мне.

— Благодарю, — отвечаю существу.

Создаю небольшой щит и с его помощью перетаскиваю всё добро в сумку. Кажется, поход в столовую придется ненадолго отложить.

Звучит сигнал подъёма.

По коридору словно пробегает стадо слонов. Не понимаю такого подхода. В чем смысл ждать сигнал, если можно встать чуть раньше? Всего-то пять минут разницы — и можно попасть в душ, где никого не будет, а не бежать туда всем стадом, чтобы встать в очередь. Теперь меня это мало беспокоит — своя ванная решает сразу все проблемы с утренним моционом.

Собираю сумку.

— Ты здесь останешься или пойдёшь по своим делам? — спрашиваю бесёнка.

Думаю, что этот вопрос немного сложнее предыдущих. Существо ненадолго подвисает, пытаясь на него ответить. В результате просто пожимает плечами и ныряет в стену.

— Вот и поговорили, — усмехаюсь.

Выхожу в коридор. Вся толпа пронеслась минуту назад, так что ни на кого не натыкаюсь. По большому счету, мне сейчас абсолютно в другую сторону. Спускаюсь и прохожу мимо столовой.

Отодвигать завтрак не очень хочется, но сумка с запчастями монстров давит не только на плечо. Надо бы с ней побыстрее разобраться.

Стучусь в целительскую. Последнее время я сюда, конечно, зачастил. Можно сказать, чуть ли не прописался. Но что поделаешь?

— Орлов? — удивлённо спрашивает Пилюлькин, приподнимаясь с кресла. — А ты чего здесь? Что с твоим самочувствием, ухудшение? Потеря аппетита или переутомление? — тут же уточняет.

— Нет, всё нормально, Константин Иванович, — успокаиваю целителя, и он снова усаживается на свое место. — У меня другой вопрос. Немного неожиданный, но к кому еще обратиться — не знаю. Решил сначала забежать сюда.

— Ну, давай, рассказывай. — В глазах целителя мелькает заинтересованность.

— Странным образом я стал обладателем запчастей от монстров, — рассказываю без подробностей. — Их не так много, но всё-таки… Можете оценить их пригодность для использования? Хочется понять, что можно из них получить.

— Попробуем, — обескураженно говорит Пилюлькин. — Тащи.

Самый главный вопрос — откуда у меня эти запчасти — он мне не задаёт. Видимо, не принято. Ну и пусть — так даже лучше.

Раскладываю все полученные от бесенка части монстров на столе. Вытаскиваю из сумки одну за другой.

— В чём это они у тебя? — показывает на пелену Пилюлькин.

Та, похоже, постепенно исчезает. Когда бесенок только вытащил запчасти из стены, пелена была намного плотнее.

— Удивительно. — Целитель берёт в руки одну из запчастей и крутит в руках, чтобы получше рассмотреть. Похоже, пелена интересует его больше, чем сами ингредиенты. — Надо же, оболочка вроде органическая, но со временем растворяется.

— А ведь вполне себе приличные… — хмыкает Пилюлькин и запускает диагностикой в одну из змеиных голов. — А вот эта будто только что отрубленная. Только этого не может быть. Ты же не прямо сейчас встретил этих тварей?

— Точно не сейчас, — подтверждаю.

— Невероятно. — Целитель продолжает осматривать ингредиенты. — Очень похоже на стазис — все жизненные процессы замедлены и при этом не теряют магию. Но это точно не стазис — просто похоже на него. — Перекладывает части монстров, обследуя каждую на столе.

Оболочка постепенно становится всё тоньше и тоньше.

— Что я могу тебе сказать, Орлов. Хочешь порадую? — спрашивает с улыбкой Пилюлькин. — Все эти вещи ты сможешь продать по нормальной цене. Возьму либо я, либо завхоз. Смотри-ка, хорошо оторвано! — усмехается. — Почему не отрезано — не понимаю. Но вырвано с толком, с чувством, с расстановкой. Все важные критерии соблюдены, — пожимает плечами.

Кажется, обезьянка не просто смышленое существо — там интеллекта в разы больше, чем кажется.

— За эти две головы змеёнышей — дам минимум по пять империалов за каждую, — продолжает целитель. — Яд сохранён, а это самое главное. Печень и сердце. — Пилюлькин приподнимает над столом парочку ингредиентов. — Вполне себе насыщены силой, для эликсиров пойдёт на «ура». В общем, на круг вся эта кучка запчастей, — прикидывает, — примерно на шестьдесят-семьдесят империалов потянет. Плюс-минус.

А ничего так. Неплохой заработок.

— Значит могу оставить всё это у вас в кабинете? — спрашиваю с надеждой.

Хранить принесенное бесёнком добро мне сейчас негде. Нужно заказывать специальный холодильник. Подобные поставки у меня не регулярные, поэтому и смысла пока не вижу.

— У меня? — переспрашивает Пилюлькин. — Слушай, признаться честно, мне столько не нужно, — откладывает несколько запчастей. — Змеиные головы заберу — тут без вопросов. Сердце тоже пригодится, его лучше сразу использовать — так надежнее, и результат мощнее, а остальное тащи к завхозу. Пускай он дальше морочится.

Вздыхаю, не скрывая расстройства. Во-первых, придется отложить завтрак еще неизвестно на сколько, во-вторых, изначальный план звучал, как «сдать всё это счастью Пилюлькину и сразу забрать заработанное». Сгребаю остатки в сумку и подхожу к двери.

— Хотя, нет, стой, подожди, — тормозит меня целитель и достаёт небольшой плотный контейнер. — Высыпай сюда.

Расстегиваю сумку и пересыпаю туда остатки частей.

Пилюлькин закрывает крышку активирует и активирует амулет сверху.

— Всё, держи. — Протягивает мне контейнер. — Скажешь, что с возвратом, а то мало ли — не найдёшь Германыча или ещё что… А контейнер сохранит твой улов в целости и сохранности. Тем более, ингредиенты у тебя приличного качества. Про деньги не думай — скоро упадут тебе на счёт.

— Понял, — киваю. — Спасибо большое, выручили.

Забираю контейнер и выхожу из целительской. Получается очень неплохая затея. Этот камень, по словам завхоза, стоит около двадцати золотых. Обезьянка же притараканила мне запчастей империалов на шестьдесят. В совокупности один к трём — неплохой получается бизнес. Усмехаюсь — мелкий, но хороший.

Самое главное — я вообще никак не участвую. Надо будет только отложить для себя фиолетовый камень, который меняет свой цвет. Пока были в городе, не успели зайти в ювелирную мастерскую. В следующий раз надо обязательно. Думаю, девчонкам эта идея тоже понравится.

Остальные камни при таком обмене принесут мне приятную сумму, просто получится дольше. Нестабильный заработок, зато — на пустом месте. Многое, конечно, зависит от бесенка, но с ним разберемся. Все равно никто не знает, что делать с этими редкими камушками. А вот я, кажется, теперь знаю. Да и с коллекционерами связываться и не хотелось. Еще далеко не факт, что купят с первого раза. На все вопросы ответь, кучу времени потрать, а вот так — одно удовольствие.

Будто в подтверждение в личную зону приходит сообщение о пополнении баланса. Пилюлькин сработал оперативно. Почти половину, считай, сбагрил.

Стараюсь доделать все побыстрее, чтобы успеть на завтрак и спускаюсь к завхозу.

— Афанасий Германович! — стучусь в двери склада.

Двери распахиваются сами. Ожидаемо.

— Заходи, — доносится голос из-за стеллажей.

Германыча за стойкой не видно — видимо, он опять с самого раннего утра разгребает поставленные Прокофьевым ящики.

— Рановато ты зашёл… — замечает он.

— Есть такое дело, — подтверждаю. — Я к вам от Пилюлькина.

— И что же нужно нашему целителю? — Германыч продолжает разговор из глубины склада. Слышно, как гремят склянки и опускаются на пол деревянные ящики.

— Не совсем ему, — отвечаю. — Он направил меня к вам с контейнером запчастей от всяких монстров, — стараюсь говорить громче, чтобы меня было слышно.

— О как! А ты тут каким боком? — уточняет завхоз и выходит ко мне.

— Так это мои запчасти, — понижаю тон.

— Ещё лучше! — отзывается Германыч. — Ладно, выкладывай, студент. Посмотрим, чего ты там притаранил. Сразу говорю, места у меня немного. Если что нужно — заберу, а ежели нет, то извиняй.