Муж моей подруги (СИ)

Глава 51

Осень 2021 года

Приходит медсестра с ужином для Вани, я уговариваю сына попробовать картофельное пюре и котлету. Он ест вяло и снова засыпает, когда заканчивает ужинать.

Я звоню Рите.

— Привет, дорогая. Как дела?

Голос Риты дрожит.

— Ваня умирает?

— Нет, нет, милая. Он не настолько болен. У него пневмония, врачи его вылечат. Ему поставили капельницу. Сейчас он спит. Ему нужно много отдыхать. Ты можешь навестить его завтра, если хочешь.

— Где папа?

— Он здесь, с нами.

— Он пропустит суд?

— Да. Папа хочет быть с Ваней сегодня вечером. — На мгновение мы обе замолкаем, переваривая этот поразительный факт. — Как дела в школе?

— Хорошо. — Ее голос стал мягче.

— Ты будешь ночевать у тети Оли?

— Да. Мне выделили отдельную комнату, прикинь. А еще у них очень классный щенок, он лижет мне руки.

Я отвечаю, как нормальная, исполнительная мать.

— Здорово, только смотри, чтобы он тебя не укусил.

— Ну, мам. — Я слышу голос Оли на заднем плане.

Рита говорит:

— Мам, нам пора идти. Тетя Оля поедет в суд, и я поеду с ней.

— Тогда поговорим с тобой завтра, милая. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, мам. Поцелуй Ваню за меня. И папу.

Ваня то просыпается, то снова погружается в сон.

— Давай составим план, — тихо предлагает Максим. — Мы не можем оба провести с ним ночь. У нас впереди две недели, и нам нужно подумать о Рите, не говоря уже о работе.

— Я останусь здесь на ночь.

— Ты была здесь весь день. Ты не хочешь отдохнуть?

Я обнимаю себя за плечи.

— Я чувствую, что мне нужно быть с ним сегодня. Это его первая ночь в больнице. Он так плохо себя чувствует.

— Хорошо. Я собирался в спешке и совершенно не подумал о твоих вещах. Не хочешь съездить домой и не взять все, что нужно: зубную щетку, сменную одежду, ночнушку?..

— Бутылку виски, — шучу я. — Да. Это хорошая идея. Если он проснется, скажи ему, что я скоро вернусь.

— Я буду здесь.

Глава 52

Осень 2021 года

Этот день был настолько наполнен ужасами, чудесами и странностями, что мне кажется, будто прошли целые месяцы.

Я спускаюсь на лифте на первый этаж, следую по указателям к выходу, и мне кажется, что я покидаю сердце лабиринта. Я выхожу из замкнутого, вызывающего клаустрофобию лабиринта в реальный мир, открытое пространство, полное света, шума и обычной жизни. Но я знаю, что больница постепенно будет становиться для меня все более и более реальной.

Я толкаю дверь и выхожу на улицу. Воздух прохладный, идет дождь. Я стою с минуту, ошеломленная, удивленная мелкими каплями дождя, бьющими по моим рукам, моим ногам, тротуару. Я спешу к машине.

Красивый мужчина, высокий и худощавый, шагает ко мне.

Это Володя.

Его лицо серьезно.

— Юля.

Он тянется к моим рукам.

Я отступаю назад.

— Что ты здесь делаешь?

Когда я поднимаю на него взгляд, дождь забрызгивает мне лицо.

— Секретарша Максима сказала мне, что Ваня в больнице.

— Да, но разве ты не должен быть в суде?

Резким движением руки он смахивает капли дождя со своего лица.

— С этим справится кто-нибудь другой. Как Ваня?

— У него пневмония, но состояние стабильное. Дело в том, что муковисцидоз все усложняет.

— Я привез ему подарок. Нам нужно укрыться от дождя, чтобы он не промок.

Я кладу руку Володе на плечо, предупреждая любое движение вперед.

— Только членам семьи разрешено видеться с ним сегодня вечером.

Володя озадаченно опускает взгляд на мою руку, затем смотрит прямо на меня и выдерживает мой взгляд.

— Я думаю, я подхожу.

Я ошеломленно выдыхаю. Когда ко мне возвращается дар речи, я заикаюсь:

— Ну, с Ваней сейчас Максим.

— Максим там?

Володя делает движение рукой в сторону больницы.

— Да.

— Он вернулся к тебе?

— Да.

Дождь стекает по моему лицу. Или это слезы?

— И это то, чего ты хочешь?

— Я хочу... — У меня перехватывает горло. Я хочу слишком многого, я дико мыслю, я хочу невозможного. — Да. Это то, чего я хочу.

— Давай укроемся от дождя.

Володя берет меня за руку и ведет через улицу в какой-то магазинчик. Здесь теплее, тише и приятнее.

Володя нежно убирает мои мокрые волосы с лица.

— Как ты себя чувствуешь?

— Я очень волнуюсь за Ваню.

— Чем я могу помочь?

— Я не знаю. Просто отпусти меня, чтобы я могла съездить домой, забрать свои вещи и вернуться к нему.

— Хорошо. — Володя на мгновение замирает, выглядя ужасно грустным. — Мне нужно сказать тебе одну вещь, Юля.

— Какую?

Володя прочищает горло. Я чувствую в воздухе что-то очень похожее на опасность. Снаружи по улице проезжают машины, их фары мигают, шины шуршат по мокрому асфальту. Уличный свет становится желтым, красным, зеленым.

— По закону биологический отец ребенка имеет первостепенные права на ребенка.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Я говорю, что по закону Ваня — мой ребенок. Даже тот факт, что Максим вписан в его свидетельство о рождении, не имеет значения.

Он говорит тихо, но властно, стоя передо мной в начищенных туфлях на небольшом каблуке, в элегантном плаще; его голубые глаза темнеют от эмоций.

Я так удивлена, что смеюсь.

— Володя, ты, должно быть, шутишь надо мной.

— Нет. Юля, если я подам в суд, я его выиграю.

— Но ты не можешь так поступить. С Ваней. С Максимом. Со мной!

— Ваня — мой.

— Ваня — сын Максима. Ты это знаешь. Ты видел их вместе. Володя, прошу, прояви немного сострадания. Нам столько всего еще предстоит пережить, нас ждет настоящий ад. Не усугубляй ситуацию, не пытайся забрать Ваню.

— Ты считаешь Максима идеальным отцом?

— Он не идеальный, но между ними очень сильная связь, Володя. Возможно, не биологически, но они отец и сын.

Володя не двигается, но, кажется, свет в его глазах тускнеет. Он делает глубокий вдох.

— Ты уверена?

— Я уверена.

У меня перехватывает дыхание. Я хочу сказать ему больше. Я желала этого мужчину. Я любила его. В некотором смысле я люблю его до сих пор. Я сожалею обо всей боли, которую мы причинили друг другу, но я никогда не пожалею об этом желании и о том, что оно принесло нам. Но мой сын ждет меня, и прямо сейчас это все, что имеет значение.

— Мне нужно домой.

— Юля… Я не знаю, как это сказать… но, если тебе нужны деньги для Вани… Я хочу помочь. Если я могу помочь финансово...

— Спасибо. Я думаю, мы справимся.

Я выхожу из магазина и иду в сторону своей машины.

— Юля! — кричит Володя. — Через год или два… Когда Ваня подрастет… Я хочу сказать ему, что я его настоящий отец, — говорит он, когда подходит ко мне.

— Да, конечно. Максим тоже так думает. Только не сейчас, Володя, пожалуйста.

— Ладно. Хорошо. Я просто хочу внести ясность. Я рад, что вы придерживаетесь той же позиции.

— Пока.

На этот раз я ухожу, не оглядываясь. Я нахожу свою машину, открываю ее, забираюсь внутрь и нажимаю на педаль газа.