(не) измена, (не) развод

Глава 6

- Знаете, Валерия Сергеевна, за десять лет практики я пришел к выводу, что самые ужасные подлости прилетают от самых близких. От тех, кому доверяешь, к кому не страшно повернуться спиной. То есть было не страшно. И это не только мое мнение, к сожалению.

Юриста по семейным делам звали Алексеем Анатольевичем. Подогнала его Ритка.

Хороший парень, сказала она. И юрист хороший. Не Левадный, конечно, но тоже неплох.

- А кто такой Левадный? – спросила я почему-то шепотом, чувствуя себя темной деревенщиной. Настолько с придыхом это прозвучало.

- Левадный – лучший спец по разводам, алиментам и прочей семейной шняге, - терпеливо разъяснила она. - Но к нему не попасть, и дерет столько, что у тебя почек не хватит, чтобы продать и его услуги оплатить.

- А этот твой? Ты его откуда знаешь?

- Федькин однокурсник. Бывал у нас часто. Я даже глазки ему пыталась строить, но он тогда такими малявками не интересовался. А потом стало не актуально.

С Риткиным братом я была хорошо знакома. Мы жили в одном доме, и он, будучи на пять лет старше, в младших классах водил нас в школу и из школы. Грозный старший брат – таким я его и запомнила. На юрфаке он выбрал своей специальностью коммерческое право и работал в крупной торговой компании.

- Кстати, Алекс не женат, - добавила Ритка, продиктовав номер телефона. – Точнее, в разводе.

- Рит, это последнее, что меня сейчас интересует, - застонала я. – Единственное, чего я хочу, это развода. Или хотя бы тупо денег.

- И то и другое проблемно, Белова, и ты это знаешь. А что до остального, так ведь жизнь не закончилась. Сейчас ты замордованная ребенком до самой жопы и света белого не видишь, но это пройдет. Захочется любви и ласки. Проверено.

- Чего проверено? – возмутилась я. – У тебя муж есть.

- Ну так на муже и проверено. Сначала такое – на фиг уйди, я не баба, я дойная корова. Купи себе резиновую или жми тихо в ванной, а меня не трогай. А потом внезапно - хоба, мужчинка рядом! Живой, с прибором!

Я невольно фыркнула, представив, как Ритка посылает своего брутального Пашку дрочить в ванной. Сейчас секс и правда казался мне чем-то из параллельной вселенной. А вот насчет более насущной проблемы она была права. Иначе юрист не понадобился бы.

Результаты анализов я Егору отправила. Приложением к посланию, в котором высказала все, что о нем думаю. Потребовала разблокировать счет и добавила, что хочу развестись. Если бы он не возражал, хватило бы его согласия, заверенного в российском консульстве.

Галочки поголубели: сообщение было длинным, в пуш не влезло. Видимо, ему стало любопытно, что я там такого обширного накатала. Но ответа так и не дождалась. Написала еще. И еще. И добилась того, что он меня заблочил. Следующее мое сообщение повисло с одной серой галкой.

Красота!

Мониторинг интернета дал мне лишь то, что алименты можно потребовать и без развода. Причем не только на ребенка, но и на свое содержание, на все время декрета. Но и это, и развод можно было провернуть исключительно через суд. И как быть в том случае, если муж работает за границей и не дает согласия, я ответа так и не нашла.

Алексей Анатольевич оказался довольно интересным мужчиной. В другое время я, возможно, и зацепилась бы. Не до такой степени, чтобы ахнуть и растечься лужицей, но он определенно был в моем вкусе: высокий, поджарый, с жестким взглядом темно-серых глаз. Коротко подстриженные русые волосы казались светлыми по контрасту с ухоженной щетиной на чуть впалых щеках и твердом подбородке. Но улыбка у этого серого волка оказалась неожиданно теплой. Даже если была чисто профессиональной, адресованной потенциальной клиентке.

Выслушав меня, Алексей Анатольевич какое-то время молчал, разглядывая стол перед собой и покусывая губу.

- Занятная история, - сказал он наконец. – А вам не кажется, что дело не в пандах?

- В смысле? – не поняла я.

- Вы подали все так, что ваш муж хотел уехать за границу работать, но беременность спутала ему все планы. А тут якобы ребенок не его, и у него оказались развязаны руки.

- Подала? – мне стало обидно и захотелось уйти. - Вы так говорите, как будто я… натянула сову на глобус.

- Ох уж эта сова. Бедняга, все только и делают, что ее натягивают. Нет, вы сделали вывод на основе той информации, которая была доступна. Приправив эмоциями. Я смотрю чисто по фактам, и у меня крупные сомнения, что человек, который бросил вас с ребенком сейчас, отказался от работы, узнав о вашей беременности. Возможно, все было не совсем так, как он вам сказал. Или совсем не так. Но это не главное. Главное – что нам с вами делать.

- Нам с вами?

- Ну вы же пришли ко мне за консультацией? Скажу честно, на данный момент я ничем вас обрадовать не могу. Чтобы развестись без согласия мужа, он должен либо быть безвестно отсутствующим, либо заключенным с большим сроком, либо игнорить отправленные ему и полученные повестки. Повестку отправить некуда. То есть можно, конечно, в этот самый заповедник, где он работает, там же имеется почтовый адрес. Но фишка в том, что не будет зафиксирован факт вручения. Безвестно отсутствующим его тоже нельзя признать, потому что местонахождение известно.

- Понятно. Этого я и боялась. А алименты? Без развода?

- Тоже мимо. Это довольно простая процедура, но она, во-первых, требует доказательств, что муж уклоняется от содержания ребенка или нетрудоспособной жены, а во-вторых, алименты практически невозможно высчитать из зарплаты, если муж работает за границей. Зарубежные компании не подчиняются решениям наших судов.

- А нельзя как-то через банк разблокировать счет? – уцепилась я за последнюю возможность. - Он же общий.

- Давайте уточним, - Алексей Анатольевич посмотрел на меня внимательно. - Вы оба подписывали договор об открытии счета?

- Нет. Муж открыл его и выпустил для меня дополнительную карту.

- Значит, счет не общий. Он в полном праве заблокировать вашу карту. В теории через суд можно было бы наложить взыскание на его банковские средства – вместо алиментов. Но в сложившейся ситуации у вас даже иск не примут.

- Значит, ничего нельзя сделать? – спросила я обреченно.

- Боюсь, что нет, - вздохнул он. – Мне очень жаль, но вам придется ждать, пока ваш муж не вернется.