Неприкаянный 4

Глава 26

Без политики никуда

Плеханов наконец закончил свою проникновенную речь и ему вручили ножницы, после чего он перерезал красную ленточку. Новая больница города Никольск-Уссурийского открыта и теперь будет принимать всех жителей города и окрестностей. Причём совершенно бесплатно. При ней имеется и поликлиника, для амбулаторного лечения больных.

— Господи, а смотрят-то как. Ну прямо герои свершившие великое деяние, — не сумев сдержать ухмылку, тихо произнёс Миротворцев.

— Сергей Романович, вам доченька опять спать не давала. С чего такое дурное настроение? — хмыкнул в ответ я.

В июле Нина родила здоровую и крепенькую дочь, оказавшуюся весьма горластой и неспокойного нрава. Пусть при ней и имелась няня, а квартира у светилы медицины очень даже просторная, достаётся от трёхмесячной бестии всем. И как результат, у отца семейства порой случается дурное настроение.

— При чём тут Лиза, — отмахнулся Миротворцев. — Вот это всё заслуга в первую очередь Медицинской Академии. Но лавры отчего-то достаются социал-демократам, которые не внесли на строительство ни копейки, и не положили ни единого кирпича.

— Зато они пробили выделение земельного участка именно там, где вы им указали.

— Никому ненужный пустырь, мозоливший всем глаза своим неприглядным видом. Я вообще не понимаю к чему вам с ними заигрывать.

На время мы прекратили разговор, так как все высокие гости организованной толпой двинулись обходить помещения больницы. Довольно большое каменное здание в три этажа, в форме буквы Г, где маленькая перекладина поликлиника, откуда не выходя на улицу можно попасть прямиком в лечебный корпус. На заднем дворе склады, котельная, угольный сарай, гаражи под три автомобиля скорой помощи и один разъездной.

С фасада разбит сквер, с дорожками, лавочками и клумбами, которые по весне покроются высаженными цветами. Вот деревьев пока ещё нет, только саженцы. Кстати, после обхода больницы, почётные гости возьмутся за лопаты, чтобы оставить живой след в истории лечебного заведения.

Тот факт, что большевики решили поучаствовать в моём устранении меня ничуть не настроил против коммунистов. Показал, что меня задевать себе дороже, вот и ладушки. В дальнейшем же я планировал с ними дружить. Не с большевиками, видящими во мне угрозу, ведь я ходячая реклама того, чего можно добиться путём переговоров. Моя ставка на меньшевиков, рассмотревших в моём лице своего союзника. Я против радикальных методов, но обеими руками за реформы, и это их устраивает.

Нашёл я понимание и у Плеханова, который является сторонником революции и даже выступал за агитацию в армии и вооружённое восстание в 1905 году. Однако пришёл к выводу, что это преждевременно и по его инициативе РСДРП приняло активное участие в выборах в думу всех трёх созывов.

В свою очередь проявляя лояльность к будущим меньшевикам, которых, к слову, большинство среди социал-демократов, концерн принял самое активное участие в предвыборной компании Приморья. Если что, то городские думы имеются во всех пяти уездных городах и Владивостоке, как отдельном субъекте. И во всех них определяющее большинство за членами РСДРП.

Не сказать, что это нравится тому же Столыпину, но его не может не устраивать умеренная и здравая позиция партии. Так, они целиком и полностью поддерживают предложенные им реформы на основе уставов концерна Росич. А вот земельная реформа их не устраивает, так как подразумевает под собой единоличные хозяйства. Но это уже рабочие моменты и поле для дискуссии. Главное, что они выступают за диалог, а не за радикальные меры.

Признаться, я не в курсе политической деятельности Плеханова, и ни коим образом не участвовал в его судьбе. Без понятия чем именно вызвано решение Петра Аркадьевича, позволившее Георгию Валентиновичу вернуться в Россию. Быть может вполне себе созидательная деятельность социал-демократов в том же Приморье, показавшем, что эти по меньшей мере готовы к диалогу. С другой стороны, не исключаю, что он решил вбить клин внутри достаточно влиятельной партии и, как минимум, отсечь её радикальное крыло.

Лично я намеревался укрепить позиции меньшевиков на Дальнем востоке, и ни коим образом не мешать большевикам. Разумеется, если те не станут донимать меня. Тут уж, каков привет, таков и ответ. На пулю я отвечу пулей, даже если её только отливают для меня. Хотя и не собираюсь позволять им развернуться в этом регионе. Пусть вошкаются на западе, здесь же должно быть тихо и мирно.

Без понятия получится ли быстро выиграть войну и тем самым предотвратить февральскую революцию. Но если до этого всё же дойдёт, то у меня никаких сомнений в том, что временное правительство не устоит и только большевики будут способны подхватить и удержать власть.

При таких раскладах я постараюсь отторгнуть от России Дальневосточное генерал-губернаторство, проект создания которого в настоящий момент находится на рассмотрении у царя. И опираться при этом намерен на приводимый в нормальное рабочее состояние административный аппарат и РСДРП. Уж на своей-то территории они смогут воплотить свои хотелки в жизнь. Уверен, что придётся постараться, чтобы удержать их от всероссийского замаха, надеюсь не от общемирового, хотя и такие максималисты найдутся.

Вполне рабочая схема, учитывая удалённость от центра, климатические условия северных широт и сложности логистики в неосвоенных дебрях тайги не позволят красной армии, буде таковая случится, развить широкомасштабное наступление. А расшатать нас изнутри мы постараемся не позволить. Именно по этой причине я не передаю лицензию на строительство дирижаблей и не ставлю верфи на западе, и вообще собираю всё производство в Приморье. А так же принимаю самое активное участие в программе переселения.

Уже в этом году заложено сразу несколько предприятий с довольно большим размахом. И если прежде нам было не переварить серьёзный поток переселенцев, то сейчас опять назревает кадровый голод. У нас взрывообразно возрастёт потребность в квалифицированных рабочих.

Поэтому вовсю работает агитационная машина. В кинотеатрах перед фильмами крутятся киножурналы об успехах Дальнего Востока. В газетах печатаются статьи о наших достижениях и высоком жизненном уровне рабочих и крестьян, на окраине империи. Проводим мы агитацию и в армейских частях Приморья, устраиваем солдатам выезды в рабочие посёлки и сёла на гулянья. Это даёт свои плоды. В ходе общения многие из них увидев всё своими глазами, после увольнения в запас предпочитают остаться, а кто-то и перевозит близких, воспользовавшись займом предоставляемым нашим банком.

Если эти темпы сохранятся, то к началу войны население Приморья должно возрасти до полутора миллионов. А как начнутся сложности в западных губерниях, что неизбежно, то поток переселенцев возрастёт в разы. Ведь я планирую ввести ещё и программу поддержки новоприбывших. Для этого конечно же потребуется жирок, но и тут кое-что предпринимается…

— Так всё же, Олег Николаевич, для чего вы оказываете поддержку социал-демократам? — спросил Миротворцев, когда мы вышли из здания и направились в сквер к уже выкопанным лункам и подготовленным саженцам.

— Если вы заметили, то тут присутствуют сразу два оператора. На киностудии потом будет смонтирован киножурнал, который пойдёт в массы. На будущий год намечены выборы в думу четвёртого созыва и мне хотелось бы, чтобы в её состав вошло как можно больше социал-демократов. Взгляды коммунистов во многом созвучны с моим видением будущего устройства России. Правда, не с её радикальным крылом, которое, как я полагаю, вскоре отколется и пойдёт своим путём.

— Но на выборы это крыло может выйти вместе с умеренными. И в этом случае, вместо одной фракции в думе, социал-демократы могут получить две противоборствующие.

— Вот мы и постараемся сделать так, чтобы так называемые большевики не прошли в думу. Всё равно от них там не будет толку, лишь дерьмо на вентилятор набрасывать станут, вместо того, чтобы работать на результат. Словом, мне хочется показать людям, чего могут добиться социал-демократы имея рычаги давления. Признаться, я всерьёз рассчитываю на Плеханова. Прежде им не интересовался, но в последнее время изучил все его работы до которых сумел дотянуться. Плюсом к этому немного личного общения. Как по мне, это именно тот человек, который сейчас необходим на внутриполитической арене России.

— Вас послушать, так вы собираетесь влезть в политические дрязги, — хмыкнул Миротворцев.

— Ни в коей мере, Сергей Романович. Единственно чего я хочу, так это тишины и спокойствия на Дальнем Востоке. И пока у нас тут всё обходится без забастовок, а антиправительственные выступления четырёхгодичной давности вспоминаются как дурной сон. Вот пусть всё так и остаётся. Мне интересно создавать, а беспорядки способны только разрушать. И как мне кажется, Георгий Валентинович та самая фигура которая потянет этот воз, к нашей обоюдной выгоде. К слову, он высоко оценил моё начинание и намерен проталкивать законопроект о предложенных мною уставах. А если они будут приняты по всей России, это будет большим шагом к улучшению положения рабочих и сохранению стабильности в стране. Кстати, как обстоят дела с его здоровьем?

— Туберкулёз, к тому же изрядно запущенный. Но ситуация не безнадёжна, Мария Александровна уверена в полном выздоровлении. Разумеется, если он сам не станет саботировать лечение.

Лебедева оказалась для нас настоящей находкой. Она служила простым земским врачом в Курской губернии. Её посоветовал Миротворцеву какой-то его знакомый, как грамотного инфекциониста. Вот он и привлёк её к работе над лекарствами соответствующего направления. Разумеется не без моей помощи. На тот момент ей было тридцать три и она с пылом взялась за работу не задавая лишних вопросов откуда, как и почему. Её интересовало только одно, пойдёт ли это на пользу больным, и если да, то всё остальное по боку.

В девятьсот десятом году в Маньчжурии началась эпидемия чумы и она в буквальном смысле этого слова бросилась в бой. Год провела на передовой, заслужив признание недоверчивых поначалу местных. За это время она опробовала на практике новые лекарственные препараты и новую методику лечения. К тому же провела полевые испытания нашего костюма химзащиты и противогаза. За год ни одного случая заражения медицинского персонала. Не вижу смысла делать из этого секрет, уж лучше получать лицензионные отчисления за изобретённый противогаз. Зато быть может получится не допустить на поле боя отравляющие вещества. Хотя это вряд ли.

В настоящий момент эпидемия сошла на нет и мы выдернули Лебедеву из Мукдена, чтобы она продолжила научную и преподавательскую деятельность. Если что, во Владивостокской Медицинской Академии совсем тяжко с преподавателями и полный швах с докторами наук. Привлекать старых ретроградов Миротворцев категорически отказывается, и намерен взрастить свою профессуру. Я только за. Главное, чтобы они и сами потом не превратились в такие же кандалы для подрастающих кадров…

Наконец торжественные мероприятия подошли к концу и мы устроились в моём авто. Денёк выдался солнечным, как и предыдущие, бабье лето своей красе. Золотые деньки. Сегодня температура в районе двадцати градусов, так и тянет раздеться до рубашки, но я ограничился лёгким летним костюмом, так как не расстаюсь с оружием и предпочитаю его прятать.

М-да. Привычка всегда быть вооружённым вызвала у господ жандармов множество вопросов. И уж тем паче на фоне того, что несостоявшимся убийцей Столыпина, отделавшегося ранением в руку, оказался один из лучших и надёжных информаторов охранного отделения города Киева.

Хотя я и притащил с собой Миротворцева на всякий непредвиденный, чтобы вытащить Петра Аркадьевича, спасать ему пришлось Богрова. Плевать на то, что того в итоге повесят, главное чтобы он заговорил. И Сергей Романович прекрасно справился со своей работой, хотя ранение было тяжёлым, а по сегодняшним меркам, так и смертельным. Ну не было у меня ни времени, ни возможности выцеливать его конечности.

По итогу в камеру меня не посадили и даже оружие не отобрали. Хотя часа три с завидным упорством тиранили на тему, а не умышлял ли я против государя императора и августейшего семейства, ибо стрелял-то я в их сторону. Ну а как ещё-то, коль скоро в той же стороне находился и несостоявшийся убийца.

Пришлось напомнить, что перед этим я был на аудиенции у её императорского величества, при всё тех же пистолетах, отличной модели ПГ-08. К слову, весьма рекомендую. Я потом ещё озаботился и тем, чтобы название пистолета непременно было указано в статье, как образчик оружия самообороны. Припомнил и посещение августейшей четой гатчинского лётного поля, где я так же был при оружии.

А что до стрельбы в направлении ложи государя, так она всё же была чуть в стороне, К тому же, я великолепный стрелок, что могу с лёгкостью продемонстрировать. Даже с закрытыми глазами. Думаете не пришлось доказывать. Как бы не так. Посетили тир, где я с закрытыми глазами поразил все мишени, предварительно окинув их взглядом и запомнив расположение относительно меня. Впрочем, у меня сложилось стойкое убеждение, что сделано это было не в интересах следствия, а ради удовлетворения любопытства следователя. Прямо артистом цирка себя почувствовал.

Как показало расследование, никто за Богровым не стоял. Во всяком случае, он в этом был абсолютно убеждён. Своими планами относительно убийства Столыпина ни с кем не делился. Но что совершенно точно, в царя стрелять не собирался, ибо полагает его человеком слабым и безвольным.

Я помню по просмотренным материалам, что многие выдвигали гипотезы относительно заказчиков на устранение Петра Аркадьевича. Увы, но в этом плане следствие зашло в тупик. Правда, нужно отдать должное министру внутренних дел, он переправил раненого в Питер, поручив следствие своим проверенным кадрам. Туда же под стражей отправилось несколько жандармов.

Ну, а ваш покорный слуга прямиком на дальний Восток, со строгим наказом более не появляться в окружении царской семьи при оружии. А я что. Я совсем даже не против. Больше не буду. Честно, честно…

По окончании посадки саженцев, все высокие гости направились на торжественный обед в лучший ресторан города. И уже оттуда мы с Миротворцевым сумели сбежать. Пора возвращаться во Владивосток, а так как поезд прибудет только вечером, да потом ещё два с лишним часа в пути. Автомобиль же, даже при отсутствии шоссейных дорог, и проще и быстрее. Главное, что сухо.

Когда выехали за город я остановился и забросив сюртук на заднее сиденье открыл багажник в котором обнаружилось моё снаряжение. Снял с пояса кобуры с ПГ-08, крепившиеся клипсами. Надел бронежилет, поверх которого парусиновую майку разгрузку с четырьмя рядами петель из которых торчат шестьдесят патронов к дробовику в латунной гильзе. Папковым у меня доверия нет, они и отсыреть могут и донце гильзы способно оторваться в самый неподходящий момент. Самозарядное же ружьё двенадцатого калибра «Булат» рассматривалось мною в первую очередь как оружие штурмовиков, а не охотников. Так что, лучше уж подороже и потяжелее, но надёжней. Увы, но с пластиком у меня пока никак.

В багажнике лежит и самозарядный карабин, но дорога по большей части пойдёт по лесистой местности, лишь с незначительными прогалинами. А в таких условиях дробовик куда предпочтительней. К тому же в верхнем ряду разгрузки находится пятнадцать патронов со стреловидной пулей, которая на расстоянии до трёхсот метров имеет разброс меньше чем у берданки.

Уже на разгрузку набросил сбрую с плечевыми кобурами, в которых находилась пара «Бердышей» и подсумки под магазины повышенной ёмкости. Пусть у них боеприпасы с ПГ-08 и одинаковые, это оружие куда серьёзней и создавалось как боевое. А это и лучшая надёжность, и большая прицельная дальность, и возможность автоматического огня.

Ну и наконец сам «Булат», который я пристрою в специально изготовленной стойке между передними сиденьями. Там, при необходимости вполне встанет и карабин и даже винтовка, нужно лишь слегка подкрутить регулировку зажимов.

Позади нас остановилась машина с телохранителями. Они так же облачались и вооружались, готовясь к загородному путешествию. Двое из них выбрали самозарядные карабины Горского, СКГ, что обеспечит и дальность и плотность огня. Ну и боекомплект у них соответственно значительно больше. Поверх броников разгрузки с восьмью магазинами, карманы для которых пристроились с боков, на уровне живота.

— Не понимаю, зачем каждый раз вооружаться до зубов, — недовольно бубнил Миротворцев, застёгивая ремень бронежилета.

От оружия он категорически отказывался, но на защите я настоял. А иначе, прошу на поезд, и доберётся он до Владивостока только поздним вечером.

— Вы совсем не уважаете хунхузов, Сергей Романович. Их это может обидеть, — покачав головой, возразил я.

— На вас посмотреть, так мы проживаем в прифронтовой полосе, — хмыкнул он.

— Простите, Сергей Романович, но я придерживаюсь принципа, пусть уж лучше будет и не понадобится, чем понадобится и не окажется под рукой. Предпочитаю выглядеть смешным, а не мёртвым.