Ошибка по совместимости

15 Алиса и Артём

Алиса лежала в его объятиях, плотно прижавшись к его телу, и всё её естество пело от переполненности. Не только телесной, но прежде всего — душевной. Его рука, лежавшая на её талии, всё ещё не отпускала, будто боялся, что она исчезнет, растает с первым солнечным лучом. Он дышал ровно, глубоко, и она чувствовала каждой клеточкой, как его тепло проникает в неё, как его грудь слегка касается её спины с каждым вдохом.

Она не могла спать. Сердце билось медленно, но каждое биение отзывалось эхом в голове: "Это — он. Мой человек. Моя судьба."

Алиса не знала, откуда это знание пришло. Не из разума. Это было что-то выше, как будто Всевышний сам прошептал ей — это тот, ради кого ты родилась. Она чувствовала: этот мужчина открыл в ней женщину. Настоящую. Ту, что умеет чувствовать, принимать, любить.

И пусть это было запрещённое, украденное счастье — она была готова платить за него. Пусть больно. Пусть стыдно. Пусть даже если это был грех — он стал её единственной истиной. Она больше не была прежней. И больше никогда не будет.

Она не хотела думать о Юле. Не хотела вспоминать Еву. Но перед внутренним взором вновь и вновь всплывало лицо счастливой семьи, запечатлённое на фото у телевизора. Алиса сжалась. Да, она спала с чужим мужем. Но… это был её путь. Её ночь. И если бы можно было отмотать время назад — она сделала бы всё то же самое. Ещё раз. И снова. И снова. Без колебаний.

В его объятиях она провела ещё почти час. Он держал её крепко, почти цепко, как будто чувствовал, что она собирается уйти. Но в какой-то момент её тело всё-таки выскользнуло из этого кокона. Осторожно, медленно, с трепетом. Ещё минут десять она лежала рядом, лицом к нему, разглядывая его черты. Какой он был красивый… мужественный. Линия подбородка. Тонкая складка между бровей. Плечи. Грудь. Руки. Она будто впитывала всё, стараясь навсегда сохранить в памяти.

Слёзы текли по щекам бесшумно. Не от боли — от переполненности. Она наклонилась, поцеловала его в висок. Легко, почти не касаясь, как прощание, как благодарность. Потом встала с кровати.

Пошатываясь, подобрала разбросанную одежду. Трусики, лифчик, платье. Выйдя из спальни, она спустилась на первый этаж — в ту самую ванную, где несколько часов назад она впервые в жизни испытала оргазм.

Опиралась руками о край умывальника, включила воду и ополоснуло лицо прохладной водой. Потом приняла душ — тёплый, очищающий. Словно смывала всё, кроме главного. Всё, кроме того, что осталось в сердце.

Затем занялась ранкой на коленке — она уже начала заживать, но напоминание о этой ночи останется. Оделась молча. Лаконично. Без суеты. Навела порядок. Собрала порванные чулки, тщательно сложила и спрятала в сумку. Когда вышла из ванной, взгляд её упал на полку у телевизора. Фотография. Юля. Ева. Артём.

Она долго смотрела на неё. Как будто искала в себе ответ — кем я стала? Воровкой счастья? Или всего лишь женщиной, которой позволили почувствовать жизнь? Она не знала. Но знала точно: она не разрушит их семью.

Достала из сумочки ключи от квартиры и аккуратно положила на полку, рядом с фотографией.

Она не стала отдавать их консьержу, как планировала. В этом уже не было смысла.

Пока ждала лифт, вызвала такси. Телефон в её руке дрожал. Сердце билось в горле. Но она знала — всё. История закончена.

Когда двери лифта закрылись за ней, Алиса почувствовала, что часть её осталась там, наверху, в спальне, где её впервые полюбили по-настоящему. Но то, что она уносила с собой, было ещё важнее — это было знание о себе. О том, кем она стала. И кем она всегда была.

Его женщиной. Хоть на одну ночь. Но навсегда.