— Вот прямо так замуж? — вспоминаю сына Кости — Егора. Сплошные мышцы и ни капли мозгов. Он все детство дергал меня за косы, а потом говорил, что мы будущие муж и жена. Прям уверен был в этом. Придурок, да простит меня дядя Костя. А вот сестры у него нормальные.
— А как ты хотела? Или понизишь ставку? Может быть вообще откажешься от спора.
Нет, никогда. И отец это знает. Значит, нам придется задницы порвать, но выиграть. Тем более что команда отца состоит из упырей, уверенных, что они пупы земли. А у нас молодые, креативные.
— Ну, вот еще!
— Договорились, — жму ему руку. В этот момент выходит Зотов, удивленно взирая на нас. — Дядя Костя, разбейте.
— А я что получу?
— Отличную невестку.
— Причем, когда я выграю, вы тоже получите отличную, просто не меня.
— Беспроигрышный вариант, я считаю, — разбивает дядя Костя со смехом.
В этот же момент по телу катится шаровая волна теплой энергии. Сосредотачивается на лице. Поворачиваю голову, чувствуя, как обжигает щеку.
Георгий. Злой и раздраженный. Ему снимают наручники, и он трет запястья.
Меньше всего мне хочется сейчас, чтобы папа знакомился с Георгием. Но поздно, отец следит за моим взглядом и сразу же идет к нему.
Пока они не поравнялись, у меня откровенная тошнота и страх, что они столкнуться как два мощных грузовика тяжеловеса. Я даже не думала, что они одного роста и комплекции. Просто Георгий весь такой офисный, примерный директор, а папа по жизни байкер, который и врезать может, и напоить всю команду. Куда с таким тягаться?
Они не жмут друг другу руки, а смотрят в глаза, как два борца перед боем. Я подбегаю, планируя вклиниться между, но меня просто отодвигают в сторону. Обидно, между прочим!
— Папа, это...
— Я понял. Воронцов… Я Брамов. Да что ты прыгаешь, как будто у тебя шило в жопе. Встань вон там, пока я с твоим начальником разговариваю. Живо!
— Ладно, ладно, — бурчу, отходя к стене и замечая краем глаза как дядя Костя складывается пополам от беззвучного смеха. Зотов, тебе плохо?
— Нет, нет, я уже ухожу… Раз все уже улажено.
Он проходит мимо меня, одобряюще накрывает плечо, так что у меня колени сгибаются.
— Спасибо за помощь, — цедит Георгий, хотя явно недоволен тем, что я помогла ему. Или что из — за меня мы сюда вообще попали.
— Рад помочь. Берегите вашу… — дядя Костя делает паузу, за которую я готова его убить. — Сотрудницу. Вон у нее какой папа.
— Да вижу уже. Вижу.
— Воронцов. Передайте вашему сыну, чтобы держал подальше свои яйца от моей дочери.
Георгий переводит на меня взгляд, а я делаю круглые глаза, умоляя не говорить ничего лишнего.
— Я прослежу.
— До встречи на конкурсе.
— Да, до встречи. — Георгий достойно принимает рукопожатие, поворачивает голову ко мне. — Маша, нам пора.
— Ну уж нет. Дочь поедет со мной. Тебе, сынок, нужно разобраться, откуда у него в машине запрещенные предметы.
Прыскаю со смеху от этого «сынок».
— Разберусь, — поджимает он губы, смотря сквозь меня.
Я машу ему рукой, говоря одними губами "спасибо" и бегу за отцом.
Мы выходим из отделения и идем к его машине. Когда на парковку буквально залетает черный джип, из которого выходит мужчина, которого я видела уже несколько раз. Вячеслав, знакомый Георгия, отец Кристины. Он радостно здоровается с моим отцом, и тот, судя по всему, хорошо его знает, потому что тепло улыбается и бьет по плечу.
— Ты скажи этому своему приятелю, чтобы разобрался с тем, кто ему чего подкидывает.
— Обязательно. Разберемся. Увидимся на рыбалке?
— В субботу, как обычно.
Он уходит в отделение, а я сажусь в "Гелик" отца, вдыхая запах натуральной кожи и привычной ели, которую так любит мама.
— Может, домой? — предлагает папа, а я качаю головой.
— Не начинай. На работу. Только на работу.
— И в кого ты такая упертая?
— Даже не знаю… Даже не знаю, — хмыкаю я, а отец фыркает. Но мы тут же смеемся. Отец с барского плеча подкидывает мне деньжат. Ого…
— И с чего такая щедрость?
— Чтобы не каталась с престарелыми боссами.
— Стой, стой, ты сам его сынком назвал.
— Для меня он сынок, сосунок, а для тебя старпер.
— Гоша младший слишком молод, Гоша старший слишком стар… А Егорка идеально подходит.
— Вот ты всегда была умненькой.
— Ага. А тебе не приходило в голову, что я сама могу выбрать спутника жизни. Как мама.
— Маме твоей как раз выбора я не предоставил. Взял и все.
— Он что, совсем тебе не понравился? Мне кажется, симпатичный. Мужественный такой.
— Не понял. Он что, подкатывал к тебе? — дает папа по тормозам, но я качаю головой, крича излишне громко.
— Нет, что ты! — испуганно, а после паузы, когда мы уже подъезжаем к офису. — Только я к нему.
— Маша!
— Да шучу я! Шучу! — выпрыгиваю из машины и, послав воздушный поцелуй, забегаю в офис. Сердце еще бьется очень сильно. Руки дрожат. Боже, нет, нет, нельзя папе знать, вообще не о ком. По крайней мере пока я прямо с пузом не приду к нему домой и убивать отца моего ребенка уже убивать будет нельзя.
Хочу уже отойти, но сталкиваюсь с Кристиной, смотрящей на меня как на грязь под своими ногами.
— Думаешь, став любовницей босса, можешь опаздывать? А это кто тебя привез? Офигеть, какой мужик.
— Это мой… — чуть не сказала… Но посмотрела в ее восхищенное лицо.
Отличный повод переключить внимание Кристины с Георгия на кого-то более интересного. Прости, папа!
— Мой поклонник. Но я пока не решила, что с ним сделать. Он, кстати, знакомый твоего отца. По субботам они ездят на рыбалку.
— Это Брамов? Тот самый?! Постой, так ты Брамова… Он твой отец…
— Бинго, детка. Там тебе ничего не светит. Впрочем, с Воронцовым тоже, — хохочу и убегаю в только что открывшийся лифт. Перед тем, как он закрылся, замечаю озлобленное выражение на красивом лице Кристины и задумываюсь о том, что я, пожалуй, переборщила.