Отец моего парня - мой босс

Глава 39

Хочется провалиться сквозь землю. Кажется, что сейчас и в аду будет не так жарко. Я скукожившись сижу за диваном обнаженная, а отец стоит сверху. В этот момент мне падает что — то тканевое и я делая вид, что я дерево и просто тяну ветку, чтобы напялить на себя, ага, футболку. В голове опять мелькают ангел и черт, которые жмутся, к друг другу и трясутся от страха.

— Захар, как вас там. — Господи, ничего лучше придумать не мог? Как вас там. — Захар, да не стойте вы над ней. Ничего страшного не произошло. Мы просто с Машей любим друг друга.

— Просто, — я даже видеть не хочу, что там происходит. Так и сижу мышкой. Вдруг все закончится без моего участия. — Просто ты хрен трахаешь мою дочь? Чтобы что? Чтобы я тебе тендер отдал? Или может быть всю компанию подарил?

— Папа! — не выдерживаю. — То есть меня можно трахать только за твою компанию?

— Рот закрой и спрячься, — поворачивается ко мне отец.

— У меня и своя прекрасная компания и до вашей мне нет никакого дела. Думаю, вам нужно просто смириться, что Маша будет со мной.

— Смириться? А ты ничего не попутал сынок? — шагает папа на Гошу, и я закрываю глаза, когда они начинают драться. Бросаются друг на друга как два буйвола, пытаясь доказать, кто тут главный.

И тут над ними поднимается черный дым, они перевернули сковородку с рыбой и несколько капель масла попала им на кожу. Они если и заметили, то вида не подали, продолжая друг друга метелить.

Я наконец перепрыгиваю через диван, захожу в коридор, в котором видела огнетушитель. Сбываю клапан и навожу прицел на двух хищников, сцепившихся в страшной схватке.

Как только пена попадает на их седые головы они расходятся в разные стороны, начиная отплевываться и хором орут.

— Маша!

— О, заметили, что я еще тут. Вы между прочим рыбу мне испортили.

Отец снимает с себя пену, встает и кивает на дверь.

— Мать тебе рыбу приготовит. Сейчас мы уходим.

— Она никуда не пойдет.

— Закрой рот, пока я тебя к стоматологу не отправил.

— Попробуй, окажешься в травматологии.

— Да я поняла, что на вас врачи озолотиться. Папа, я никуда не пойду. Мы с Гошей встречаемся, и я останусь тут.

— С Гошей. А ты не быстро одного Гошу на другого сменила. Ты спроси, может тебе деда Гоша тоже зайдет. Будешь переходящим призом. Не думал, что моя дочь станет…

Гоша не выдерживает, бьет папу в челюсть. Тот валится на диван, а я бегу к нему.

— А поаккуратнее нельзя было?!

— Ты… — Гоша замолкает под моим взглядом. — Выпроводи отца, надо тут порядок навести,

Да, погром жуткий, но я вытираю лицо папы. Но он дергается, убирая от себя мои руки. Встает и просто уходит, хлопнув дверью так, что затряслись стены.

Все произошло так быстро, что я растеряно рассматриваю ужас, который мужчины натворили. Гоша поднимает сковороду, бросает в раковину. Я продолжаю сидеть на диване, чувствуя, как попа пропитывается пеной. Поднимаюсь и иду переодеваться. Гоша в душ.

Мы молчим, словно поругались, хотя, как раз между нами конфликта никакого нет. Но вот между ним и отцом. И почему папа сказал, что Гоше нужна его компания. У него же своя есть. Да и я сама по большей части его соблазняла, он скорее против был. Вон, даже расстаться хотел. Если только не обманывал меня с самого начала. А может быть они вообще с сыном договорились меня развести. Чтобы что? Даже если он на мне женится, то вряд ли отец с распростёртыми объятьями отдаст ему компанию.

— Ну что ты тут села, — Георгий садится рядом, переплетает наши пальцы. — Это было неизбежно. Будь я отцом дочери, я бы тоже отметил мужика, который посягнул на ее честь.

— Ну а чего ты тогда дрался. Надо было лежать неподвижно.

Мы смеемся, Я тут же влезаю на его колени и сжимаюсь, обнимаю любимого за талию.

Все это глупость. Гоша и сам прекрасный бизнесмен и архитектор и у него никогда не было мысли у кого — то что — то отобрать. Это просто не в его характере.

— Там все в пене, малыш. Надо клининг вызвать, а нам с тобой поехать отдохнуть

— Куда?

— В воду поедем. Словим релакс, снимем номер.

— Рыбу жалко.

— Я тебе ее поймаю.

— А я костюм надену.

— Договорились, — щелкает он меня по носу и отправляет одеваться, пока договаривается, чтобы пришли и убрали всю квартиру.

Пока мы едем в спа центр мне звонит мама. Ну что, нотации неизбежны. Но мама хотя бы не орет.

— Привет, мам, — мельком смотрю на Гошу, но он спокойно ведет машину, держа одну руку у меня на колени. — Папа уже рассказал?

— Да, пришел весь в пене, злой как черт. Чуть зеркало в ванной не разбил. И выражался не очень прилично.

— Про меня.

— В основном про Гошу. Но и про тебя мелькало. Я думала вы с Гошей расстались.

— Ну вообще да,

— Тогда я ничего не понимаю.

— У Гоши отец тоже Гоша. Который мой босс.

— О… — мама замолкает. — Оу… Неожиданно. А как это произошло?

— Ну… Там такая, забавная вышла ситуация. Я перепутала спальни…

— Так, ладно, этот разговор отложим до момента, когда тебе стукнет тридцать, я не готова это слушать. Ты любишь его?

— Люблю.

— Ну и хорошо. А в остальном разберетесь.

— Поговоришь с папой. Он почему — то думает, что Гоша со мной по расчету.

— У него денег нет?

— Да есть. Все у него есть.

— Я поняла, поняла. Поговорю, насколько это возможно. Ты же его первенец. Он все остро воспринимал связанное с тобой. Помню, как тебя толкнул мальчик, так он его папе руку сломал, потом его Зотов вытаскивал. В общем, думаю он просто хочет убедиться, что все серьезно, чтобы потом тебе не было больно. Понимаешь?

— И поэтому больно делает другим. Логично.

— Он такой какой есть. А тебе нужно найти способ их примерить, если хочешь, чтобы больше не было конфликтов.

— А ты…

— А это не меня он с парнем застал.

— Думаю тебя бы он убил.

— Скорее всего, — смеется мама. Он вышел, пойду расспрошу. И звони, а то с тобой пару дней не пообщаешься, ты вообще в космос улетишь.

Я выключаю вызов, смотрю в окно, потом на Гошу. Он чуть хмурится, внимательно следя за дорогой.

— Подкинула я тебе проблем, да? — опускаю ладонь на его обтянутое трениками бедро.

— Ты мне их с лихвой компенсируешь. Вот как приедем, сразу потребуется лечение моему побитому телу.

— Да на тебе даже синяков нет!

— Есть один. Большой и твердый. И если ты и дальше будешь гладить мое колено, он может посинеть.

— Ой… — смеюсь я, тут же отворачиваясь к окну и убирая руку, но Гоша возвращает ее на место, продолжая ловко маневрировать по ЗСД.