Когда мы с Гошей вышли из кабинета, людей, в холле директора компании, скопилось слишком много. Они сразу сделали вид, что занимаются чем — то важным. Хотя то, как Кристина сушила свой гель лак было смешно.
— Давай Гош.
— Что?
— Ну, скажи что-нибудь романтичное.
— Что?
— Да блин, — переживаю, что теперь все будут думать, что я вообще с обоими встречаюсь. — Ну, твой папаша и мудак! Я к нему со всей душой, но он нас не разлучит, правда любимый?
Это было так громко и пафосно, что сама чуть не рассмеялась.
— Да, да, ты права, — шлепает он меня по заду и тут же шепчет. — Нормально?
— Отлично, за талию только держи, а не за попу.
— Понял, — широко улыбаясь, мы заходим в лифт, а перед тем как он закрылся, я дергаю Гошу на себя и целую, чтобы все видели, что я претендую только на одного члена этого семейства. На один член, что сейчас тычется в мое бедро.
Гоша активно елозит в моем рту языком, чуть причмокивая, а я открываю глаза, пытаясь понять, почему это стало меня так раздражать.
— Гош…
— А? Что, детка?
— А можно так языком не крутить и не причмокивать.
— Я не… Понял, — нападает он на мои губы снова, но теперь мне не нравится вкус шаурмы, которой он закинулся.
— Ну все, хватит, — чуть отталкиваю его. Это временный эффект. Небольшая эйфория, как после встречи с кинозвездой. Скоро пройдет. И я не буду сравнивать то, как целуются отец и сын.
Боже… Я до ужаса порочна.
Возвращаюсь к своей работе, а Гоша уходит в свой отдел. Смотрю на часы… Шесть уже скоро. И мне точно не нужно присутствовать на этой демонстрации павлиньих хвостов. Лучше заняться чем — то полезным. Например, позвонить маме, пропущенных от которой заполнили память моего телефона.
Только хочу набрать мамулю, как в кабинет заглядывает Кристина. Перед своей начальницей я уже отчиталась за путаницу, теперь вот надо перед этой сплетницей. И ведь как быстро она сработала. Даже вот сейчас, пришла, пока начальницы нет, а я вроде как на грани сборов домой.
— Знаешь, тебе надо в ФСБ идти работать, — говорю вместо приветствия. — Ты своим языком бы свергала мировых лидеров.
— Тонко, — смеется она, садится рядом, берет мой карандаш и вертит в руках. Забираю. Не терплю такой наглости и свое никому не даю. — Так что, ты правда с младшим встречаешься?
— Да. Мне что, справку от врача тебе принести?
— Нет, нет, конечно, просто забавно получилось.
— Ну, когда меня отчитывали за твой болтливый язык, было не слишком забавно. Так что думаю, говорить тебе что-либо прям противопоказано.
— Ну и ладно, я в подруги тебе не напрашивалась. Да и понятно было, что с такой как ты, Гоша наш встречаться не станет. Сама не понимаю, как я в такую чушь поверила.
— И что значит, такой как я?
— Ну, легкомысленной. Он уже был женат на такой, теперь он будет искать серьезную, готовую отдать ему всю себя.
— Такую как ты? Как я поняла, он не ищет отношений с нашими ровесницами.
— Я работаю над этим, так что не мешайся под ногами.
— Да какими ногами? Мне этот старпер не интересен, — совершенно не интересен, да. И время уже семнадцать сорок пять, а значит пора выдвигаться, чтобы успеть…. Домой. Я поеду домой!
— Машка, меня отпустили, — Гоша забегает и спотыкается об Кристину. Та, махнув хвостом, уходит, оставляя нас наедине. На ее место садится мой парень и широко мне улыбается. — Поговорил с папой. Он вроде остыл. Думаю, ты ему даже понравилась.
Да? А как он это сказал? А что именно он сказал? — все эти вопросы на языке вертятся, но я мысленно бью чертенка, который уже достал рупор.
— А нам обязательно у него жить, может квартиру снимем?
— Я скоро заработаю денег, и мы сможем купить квартиру. Моя девушка не будет по съемным мыкаться.
Вот это мне в нем всегда и нравилось. Упорство. Уверенность. Пусть все это немного затягивается и больше похоже на несбыточные мечты, но среди всех парней, что ко мне клеились, именно он покорил меня своей настойчивостью и готовностью ждать, когда я буду готова. Говорил смешные шутки, рассказывал про интересные книги, которые прочитал.
Я поняла, что хочу именно умного мужчину, такого как мой отец, а не этих болванов спортсменов, которые кроме как демонстрировать мускулы ничего не могут.
— Отец добросит нас домой. Мы переоденемся и поедем дальше, а ты останешься.
В одной машине с папой Гоши? Такое себе удовольствие конечно, его и так стало слишком много в моей жизни.
— Я хотела если честно зайти в книжный. Там вышло новое Метро, — а что с лицом? — Ты не хочешь почитать?
— Ну, скажем папе, он добросит. Он тоже эту муть любит читать.
— И ты любишь, Гош.
— Ну и я, да. Ну что стоишь, поехали.
Мне нужна передышка. Передышка от Гоши, который стал раздражать вещами, которые раньше принимались как норма. Вот почему он жует жвачку и чавкает. Боже… Побыстрее бы лечь спать и закончить этот день.
На улице нас ждет Георгий возле своей машины.
— Ну что, — на меня не смотрит, только на сына. Я сразу прыгаю в машину, на заднее сидение, но слышу разговор. — Домой?
— Машка хочет в книжный заехать.
— Это совершенно не обязательно.
— А ты читать умеешь? — усмехается этот самодовольный орангутанг.
— Да, еще считаю до десяти, видите какая я молодец.
Георгий садится за руль, Гошка рядом.
— И что вы читаете, Мария?
— Книги.
— Какие книги?
— Она тоже Глуховского любит. У нее дома целая коллекция.
— От папы наследство досталось. Он мне его перед сном еще читал. И я так была рада, что у нас с Гошей в этом похожие вкусы, — обнимаю своего парня, сама, не понимая к чему эта демонстрация.
Георгий косится на своего сына, усмехается.
— Ну да, Гоша у нас страстный любитель полистать книги.
— Это очень здорово, ведь нет ничего сексуальнее интеллекта.