Отогрею твою душу

2 глава

Ева

Я едва чашку с остатками кофе не выронила из онемевших пальцев. Смотрю в ее искуссно проведенные черным карандашом глаза и понимаю, что ни слова не могу выдавить из горла.

— Инга Степановна, как только это произойдет, я вам первой сообщу, — выдавливаю улыбку не менее наиграно.

— Что, снова мимо? — женщина тут же меняется в лице. — Да что ж это такое, когда Бог услышит мои молитвы!

Причитает, отходя к подоконнику.

Что ей ответить, чтобы опять не раздуть скандал? Последние полтора года из месяца в месяц длится эта пытка. Словами свекровь умеет добивать искуснее, чем если бы попылалась пытать меня раскалёнными углями.

— Мне очень жаль, — повторяю как попугай давно заученную фразу.

— А мне-то как жаль, — в ее голосе так и скользит яд, исподтишка.

Она всегда так. Вроде ничего плохого не говорит, а так тошно становится. Вот и сейчас она словно хотела добавить: как жаль, что он на тебе, никчемной, женился.

— Вам кофе или чай?

Я специально всегда перевожу разговор на другую тему, но это не факт, что жужжать эта дама перестанет.

— Кофе. А врач что говорит? На что он списывает эту… череду неудач?

Я не спешу отвечать. А делаю некрепкий кофе, тот, который она любит. И зачем из раза в раз одни и те же вопросы. Она прекрасно знает, что доктор лишь пожимает плечами и советует не опускать руки.

— Я к трем иду на прием, как только что-то узнаю, обязательно вас оповещу.

— Может мне с тобой поехать? — зарядила вдруг.

— Вы думаете, я от вас что-то скрываю? — вылетает прежде, чем я осознала всю степень моего сарказма, прозвучавшего в голосе.

Я смотрю на свекровь и уже окончательно убеждаюсь в том, что нам изначально нужно было жить отдельно.

— Я думаю, что ты наивная и доверчивая, и он может отмахиваться от тебя, как от назойливой мухи. Позволь мне пойти с тобой, я поговорю с ним по-взрослому!

Я едва не закатила глаза к потолку. Н, конечно же! Она же у нас гуру переговоров, не зря же считается на фирме железной леди. После смерти мужа она довольно быстро вошла в курс дела и попала в нужную струю. Теперь ее побаивается даже заместитель, который является соучредителем фирмы. Эта женщина всецело поработила все сферы и успешно шагает к своей цели. С ней лучше дружить, а не стать ей на пути. Я, как умела, старалась вести с ней себя вежливо и дружелюбно. Первые полгода после свадьбы я чувствовала, что лишняя в этом особняке. И что сына она не готова отпускать в чьи бы то ещё руки. Влад — единственный сын, и именно в нем она видит свое будущее. Я вообще удивляюсь, как у такой властной матери такой добрый и отзывчивый сын.

Мы познакомились в ресторане. Я праздновала с подругами повышение. Мой начальник, владелец салонов золота, открыл очередной Бутик в новейшем торговом центре и именно мне доверил свое филиал. И я делала все, чтобы не подвести Андрея Ивановича. Прохоров был фанатом своего дела. У него солидная мастерская, да и сам он начинал с нуля. Год за годом обрастая клиентами, а сейчас продукция его бренда известна за пределами нашего мегаполиса.

— Если вы считаете, что так будет лучше, то, пожалуйста.

Я не хочу спорить. Что если поможет разговор, и мой доктор зашевелится активнее?

— Во сколько ты поедешь? — бизнес леди включилась, и тон разговора сменился.

Она уже достала свой смартфон и взвешивает, как распределить свой день.

Впечатление, что она всегда слышит только себя. Хмыкаю, отворачиваясь, чтобы не видеть это надменно-деловое выражение лица.

— В три у меня приём.

— Я буду там, — кивает деловито, сделав пометку в своем ежедневнике. — Так, в час у меня обед с Владиком, в два встреча и в три встретимся в кабинете.

Кто бы сомневался. Она теперь точно ничего не пропустит. Я ставлю чашку со свежесвареным кофе перед свекровь. Делаю ей приятного рабочего дня и покидаю кухню. Мне нужен свежий воздух. Обстановка каждый раз накаляется так, что не хватает кислорода. И вроде бы никогда не скандалили, но я же чувствую, что до сих пор Инга Степановна не може смириться с тем, что ее единственный сын женился на обычной девушке из магазина. И ей не важно было, что я закончила университет финансов с красным дипломом, что мои родители были известными в нашем городе преподавателями. Это словно пустое место для свекрови. Я не бедная овечка, которую пригрели на своей груди состоятельные люди. У меня после гибели родителей осталась огромная квартира в центре города, загородный дом в красивом поселке за городом. Да и сама я к моменту вступления в брак имела солидный опыт управления во вверенном мне филиале.

Полдня как на иголках, что только не надумала себе, но когда безумно разболелась голова, просто приказала себе не думать о предстоящем посещении гинеколога. Я выпила чай с мятой и немного успокоилась, когда нашла в ящичке стола полкоробки конфет. Прощай осиная талия, и здравствуйте вкусные конфетки.

К трем я стояла у кабинета врача и нервно сжимала сумочку заледеневшими пальцами. На улице жарища, а меня колотит от нервного перенапряжения.

— Ева Георгиевна, вас ждут.

На пороге появляется Марина и улыбается, приглашая меня к доктору.

— Несколько минут, пожалуйста.

Девушка снисходительно улыбнулась и ловко спряталась за дверью. Слышу, что объясняет доктору причину моего опоздания, он реагирует спокойно. Впрочем, как всегда.

Она, свекровь, уже была в кабинете. Сидела на кресле напротив и что-то изучала.

— А вот и Ева!

Поднимается на ноги, радужно потирает ладоши.

— Мы уже обсудили ключевые моменты. Тебе нужно сменить таблетки. Доктор мне уже все рассказал! Да, Геннадий Вениаминович?

— Ева Георгиевна, не стоит отчаиваться, вы ещё молодая, сильная. Никогда не нужно опускать руки на полпути.

Я слушаю своего лечащего врача и удивляюсь его позитиву. Неужели верит в то, что мне стоит продолжать обманывать и себя и семью мужа. Уже бы просто дал понять, что не суждено нам. И тогда бы мы с Владом думали о том, как стать родителями другим способом. Ради него я согласна на всё.

— Если вы считаете, что так будет лучше, то я обязательно сменю лекарства.

Вижу, что рецепт уже в руках свекрови. Она пристально вчитывается в написанное и выглядит довольно напряжённо.

— Некоторые не могут зачать и по пять, десять лет, — продолжает доктор, но его резко перебивает свекровь.

— Ну, нас такой расклад не устраивает. Сыну нужен наследник. И женщина, способная его родить.

— Все у вас получится, — кивает нам обеим доктор.

Я сильнее сжимаю сумочку пальцами, пресекая желание этой самой сумочкой двинуть эту святую женщину. Она спит и видит, чтобы я лично стала инициатором расставания. А я не хочу. Влад — мой мужчина, нам очень с ним хорошо. Да и он первым добивался моей руки, я лишь была приятно удивлена вниманию и заботе. Слово за слово при встречах в кафе, прогулки по ночному парку, общие интересы и симпатия сделали так, что спустя полгода вдруг осознали, что готовы как созревшие личности — пожениться.

— Мы верим в вас и медицину, — отвечаю спокойно и наконец-то решаюсь выйти из кабинета, — Инга Геннадиевна, вы домой или у вас ещё встреча?

— Встреча. Я куплю лекарства по пути домой, ни о чём не думай.

Она подходит, в снисходительном жесте стучит мне по плечу и прощается с врачом. Больше ни о чем не спрашивает и ничего не говорит, хотя по лицу видно, что сказала бы ещё многое.

Я даже не пытаюсь вставить свое слово. Она уже меня мысленно линчует. Я возможно несправедлива и из противности это наговариваю. Но этот взгляд я знаю.

Мне не хочется ехать домой. Поэтому я просто захожу в первое кафе и долго пью кофе и ковыряю вилочкой пирожное. Мысли самые нехорошие. Жалею, что ещё утром не рассказала Владу о том, что пришли месячные. А он так в последние недели интерересовался моим состоянием.

Ближе к шести часам прилетает смс: "Это правда, ты не беременна?!"

Меня словно током шандарпхнуло, когда прочитала это сообщение. Этот восклицательный знак о многом говорил. И я оказалась права. Когда вернулась домой, Влада так и не дождалась, обессиленная уснула лицом на влажной от слез подушке.

Гурам

Проснулся с гудящей головой. Зря вчера нажрался. Обещал и себе, и Стасе, что не нажрусь. Но приехал домой и первым делом пошел к бару. И не отрубился, пока не приговорил бутылку.

После разговора со Стасей у меня разболелась голова. Потому что она была во всем права. Я не забуду ее глаза, когда спросил, что она чувствовала, когда Вартан стал подбивать клинья к ней. Эта тема до сих пор довольно табуированная в нашем круге. Сага с Вартой вообще стараются этого никак не касаться. Потому что, чем дальше идут годы, тем больше понимание того, какая это была ошибка.

— Пообещай мне, что ты ничего не будешь предпринимать, Гур. Потому что если мне придется связать тебя и оставить у нас в подвале, я это сделаю.

Она смотрела так, что у меня вся душа упала куда-то на дно. Я представил себе этот взгляд на красивом лице Евы. Испуганный. Непонимающий. Оскорбленный.

У нее есть муж. Муж, которого она любит. С которым создала семью, с которым живет каждый день, засыпает и просыпается. Делит постель. Спит с ним. Чужая.

И мне там не место.

День был как испытание. Похмелье, озлобленность на себя, на нее, вся ситуация, и как добивочка — приезд ее мужа в офис для обсуждения плана строительства. Я больше наблюдал за ним, чем слушал. Говорил и толкал идеи в основном Сага, чем выручил меня. А еще Сага кидал на меня предупреждающие взгляды. Стася точно рассказала ему, что я приезжал. И о чем мы говорили. Как я понял, с тех пор, как к Саге вернулась память, у них нет никаких секретов, и очень здоровые отношения в этом плане, хотя оба взрывные и могут и умеют друг друга подкусить, чтобы чувства не угасали. И о нашем рзговоре она рассказала, как пить дать. Как и о том, что взяла с меня клятву не пробивать Карпова.

Но блядь. Смотрю на него, и внутри корежит. Что-то не то. Жопой чую. Адекватный человек сказал бы, что выдаю желаемое за действительное, потому что хочу его жену, и хочу, чтоб он оказался мудаком. Но я не могу избавиться от мыслей, что что-то не то.

Он уехал, я выдохнул и решил все же слушать рассудок, а не интуицию, и пустил все на самотек. Отпустил ситуацию и позволил жизни идти. Окунулся в работу. Больше месяца пахал как лошадь, когда не пахал, ездил по друзьям, брал к себе обормотов Саги, чтобы они со Стасей отдохнули. Крестника и его копию обожаю. Когда Илья младший и Таир остаются у меня, мы разносим нафиг всю мою квартиру. Но разве не для этого она нужна такая большая? Чтобы маленькие обормоты ее громили?

И вот чертово сегодня. Я заехал в торговый центр, чтобы купить подарок на день рождения Стаси. Если чему Вартан нас всех и научил, что лучшие друзья девушек — это бриллианты, и женщину драгоценностями не испортишь. Вот я и не отступаю от этой философии, каждый год покупаю ей либо побрякушки, либо элитное бухло. Хотел и в этом году бухло, но она кормящая мать и кайфует от этого. Поэтому побрякушки.

Захожу в бутик ювелирных изделий и подхожу к стендам, скучающим взглядом рассматривая ассортимент. Мне нужна подвеска. В том году были серьги. Теперь что-нибудь в их стиле на шею. Или браслет? Черт его знает. Оглядываюсь в поиске консультанта и застываю, как громом пораженный.

Ева. Меня злостно глючит, или это, правда, она? Нет, точно она. Я видел ее всего раз в жизни, но не спутал бы ни с кем. Только вот красноречие и язык в жопу слизало. Стою и молчу как баран, как воды в рот набрал.

— Светлана, я лично обслужу этого мужчину. Займись вон тем парнем, он точно ищет кольцо своей девушке.

Идёт ко мне через весь зал и улыбается.

— Здравствуйте, Гурам, просто интересуетесь или что-то купить собрались?

Пялюсь на неё, пока это не становится неприличным, и лишь тогда прочищаю горло.

— Да, я ищу кулон с бриллиантом, и буду благодарен за помощь.

— Подарок девушке или близкому человеку?

Ева приближается так непростительно близко, что слышу ноздрями аромат ее духов. Я грешным делом думал, что она прикоснется ко мне, когда её ладошка плавно пошла вперёд. Нет, просто показалось. Жестом она указывала пройти к нужной витрине.

Иду за ней, как крыса за кукловодом с дудочкой. Мне начинает казаться, что я бы так с крыши вниз за ней пошел. И это непонятно мне. Какая-то странная химия, которую я не могу объяснить. Разве такое дикое влечение можно объяснить?

Нужно с Сагой тоже поговорить, хотя мы много об этом говорили, когда он только повернулся на Стасе. И как с этим бороться он мне не расскажет. Он зафакапил свою борьбу и с треском проиграл.

К Вартану спрашивать не поеду под угрозой расстрела. Вот где-где, а там точно не стоит бередить старые раны.

— Очень близкому человеку, — уточняю, — любые деньги, главное, чтоб ей понравилось.

— Это прекрасно, тогда выбирайте. И если нужно, то я могу побыть моделью для вашего выбора.