Перед закатом

17

Финн

У меня было немало женщин. В жизни я занимался сексом больше, чем в среднем по статистике. Но это… ничего даже близко не стояло рядом с этим.

С ней.

С тем, как она извивалась подо мной, как ее тело покрывалось румянцем от моих прикосновений.

С этими сиськами.

С этими губами.

С этим телом.

С ее стонами и ее запахом.

Фиалка и амбра наполняли мои чувства до краев.

Я никогда в жизни не был так возбужден.

Черт побери, Риз Мерфи была для меня больше, чем просто лучшая подруга.

Она была женщиной, которую я хотел назвать своей.

Я не знал, когда именно это произошло, но сейчас чувствовал это нутром. Не знал, сможет ли она когда-нибудь почувствовать ко мне то же самое. Но я был готов на все, чтобы доказать ей — мы созданы друг для друга.

Я осыпал поцелуями ее живот — плоский, подтянутый, гладкий.

И уже скучал по ее груди, стоило мне оторваться от нее хоть на секунду.

Мой язык прошелся по краю кружевной ткани, скрывавшей всю ее сладость. В воздухе висело наше сбивчивое дыхание, ее тело извивалось подо мной, и, блядь мне это безумно нравилось.

— Пожалуйста, — простонала она, и я приподнялся, вставая на колени.

— Ты хочешь, чтобы я попробовал твою сладкую киску, Риз?

— Да. И еще — сними с себя одежду. Мне не нравится быть единственной голой.

Я усмехнулся. Мне нравилось, что она говорит, чего хочет.

Ее грудь была упругая и округлая, а розовые соски буквально дразнили меня — манили вернуться к ним, снова накрыть губами. Но я не поддался. Потому что сейчас ее киска звала меня сильнее.

Мои пальцы нащупали край кружева, и я медленно стянул трусики вниз по ее ногам, вставая на ноги, при этом проводя ладонями по ее бедрам, а затем по лодыжкам, прежде чем уронить этот маленький кусочек ткани на пол.

— Только взгляни на себя, — прошептал я, проводя пальцами по ее влажной коже. — Бывала ли на свете женщина прекраснее?

Она прикусила нижнюю губу, и ее взгляд встретился с моим. Я мягко раздвинул ее ноги, и у меня перехватило дыхание от того, что открылось передо мной.

Мать. Твою.

Я никогда в жизни не желал кого-то или чего-то — так сильно.

— Сейчас я попробую тебя, — прошептал я, опускаясь на кровать и вдыхая ее аромат, прежде чем погрузить лицо в эту сладость.

Я провел языком вдоль ее щели, и она вздрогнула, вскидываясь с кровати. Боже, как она вообще так долго обходилась без прикосновений? Я знал, что у нее был секс, но ее, похоже, никогда по-настоящему не трогали.

Не так, как должна быть тронута женщина.

Не так, как заслуживает быть тронута эта женщина.

Я не спешил, лаская и пробуя каждый, чертов, сантиметр ее.

Если бы я умер прямо сейчас, на моей могиле стояло бы: Финн Чарльз Рейнольдс умер, наслаждаясь лучшей киской в своей жизни.

— Финн, пожалуйста. Я больше не могу ждать, — простонала она, и я отстранился, чтобы посмотреть на нее.

Тонкий слой пота покрывал ее сладкое тело, кожа пылала, а губы были припухшими от моих поцелуев.

Ее взгляд не отрывался от моего, и я подмигнул ей, прижимая большой палец к ее клитору, в то время как язык снова занялся своим делом. Ее бедра сжались у меня у головы, и она выгнулась, как дикая, мать ее, кошка.

Моя дикая, черт побери, кошка.

Я скользнул языком внутрь и обратно. Ее стенки были такими тугими, что я не понимал, как туда вообще поместится мой член, но в этот момент мне было просто божественно. Я прижал палец сильнее, водя маленькие круги, каким-то образом точно зная, чего она хочет.

Я почувствовал, как ее тело напряглось за секунду до того, как она сорвалась с места. Она вскрикнула мое имя с хриплым выдохом. Ее киска сжалась вокруг меня, и она начала двигаться в такт, прижимаясь к моему лицу. Я сосал, лизал, не останавливаясь, пока она не пережила до конца каждую волну удовольствия.

Мои руки крепко держали ее за бедра, не давая уйти, пока она не замедлилась. Ее дыхание все еще было бешеным, неуправляемым. Я ослабил хватку, поднял голову и посмотрел на нее, потом поднялся и лег рядом, рядом с ее головой. Щеки и лоб были покрыты испариной, а шалфейные глаза встретились с моими.

И она улыбнулась.

— Вау, — прошептала она. — Думаю, идея с сексом по дружбе — лучшее, что мы придумали за последнее время.

— Лучше, чем тот мой план в третьем классе — кто съест больше бургеров с тушеным мясом за один раз?

— Ну, я потом два часа блевала после этого гениального плана, так что да, этот явно лучше.

— Я бы выбрал твою киску вместо сэндвича с тушенкой каждый день недели.

Она закрыла лицо руками и рассмеялась:

— Боже мой, Финн. Прекрати.

Я обхватил ее запястья и отнял руки от лица.

— Я не шучу. У тебя просто офигенная киска. Прямо золотой стандарт среди всех кисок. Тебе стоит этим гордиться. А я — тот счастливчик, которому первому выпала честь её попробовать.

— Вот уж не думала, что услышу от тебя такие слова, — покачала она головой.

— Я тоже, — усмехнулся я. — Но после этого я бы всерьез задумался вытатуировать эти слова у себя на груди.

— Да?

— Да. Все было настолько хорошо.

— Спасибо за… — она отвела взгляд, и я провел пальцами по ее груди — не смог удержаться. Ее глаза снова нашли мои. — Спасибо, что показал, каким это может быть.

— У меня еще много чего для тебя припасено, — поддразнил я.

Она перекатилась на бок, ее рука скользнула между нами, и она провела ладонью по моей эрекции поверх боксеров.

— А теперь я хочу попробовать тебя, Финн.

— Ты в этом уверена? Сегодняшняя ночь вообще-то посвящена тебе. И тому, чего ты хочешь.

Она приподнялась на колени и посмотрела на меня сверху вниз:

— А я хочу, чтобы ты почувствовал себя так же хорошо, как только что чувствовала себя я. Вот чего я хочу.

— Ну что ж. Я ведь не могу отказать красивой женщине с волшебной киской, правда?

— По крайней мере, не до конца праздников, — поддразнила она, но в этих словах прозвучало напоминание — у меня ещё много работы впереди.

Она всё ещё считала, что всё это — временно.

А я уже знал — нет.

Она потерла ладони друг о друга, и мой член тут же дернулся. Он и так уже давил на ткань боксёров, но теперь, кажется, был готов её порвать.

Она наклонилась и осторожно стянула с меня белье, а я втянул воздух сквозь зубы, только представив, что сейчас будет.

Да, каламбур абсолютно уместен.

— Так... Я делала это пару раз, но особо у меня не получалось. Так что, если что — не стесняйся подсказывать, ладно?

И вот эта потрясающая женщина — с ее шалфейными глазами, волшебной киской и идеальной грудью — просит у меня советы по поводу того, как правильно сосать мой член… Черт, это буквально свело меня с ума.

Она заползла на кровать, игриво повела бровями и несколько раз провела рукой по моему члену, прикусив нижнюю губу.

— Риз, я сейчас кончу прямо здесь и сейчас, если ты не прекратишь издеваться, — выдохнул я.

— Оу… А кто теперь извивается? — поддразнила она.

Мои пальцы запутались в ее волосах, и я не упустил, как она нервно сглотнула, хоть и попыталась сделать вид, будто всё под контролем. Да кого она обманывает — я знал ее слишком хорошо, чтобы не видеть насквозь.

— Ты не можешь облажаться, Риз. Я и от одного твоего взгляда могу кончить.

Она рассмеялась и покачала головой:

— Смотреть я не собираюсь. Я собираюсь попробовать тебя… так же, как ты пробовал меня, — прошептала она с хрипотцой в голосе, и это прозвучало до безумия возбуждающе.

— Ага… кто-то у нас тут решил перейти на грязные разговорчики, да?

Но прежде чем я успел осознать, что происходит, она наклонилась и провела языком по самому кончику моего члена — и я едва не сорвался прямо в эту секунду.

Никаких игр. Никаких слов.

Потому что чертова Риз Мерфи подмигнула мне, а потом наклонилась и взяла меня в рот. Ее губы плотно обхватили мой ствол, а пальцы сомкнулись у основания, и моя голова откинулась назад, когда я утонул в этом ощущении.

Ее язык, губы и пальцы двигались в идеальном ритме.

Я напоминал себе, чтобы, черт побери, успокоиться. Я ведь не подросток, которому впервые делают минет.

Хотя, черт возьми, ощущалось именно так.

— Блядь, женщина... — прошипел я. — Вот так. Боже, как же хорошо.

И как только я подумал, что лучше уже быть не может, она взяла меня глубже. Мой член уперся в ее горло, но она даже не замедлилась. Она двигалась в такт каждому моему толчку, подстраиваясь под меня, пока я неистово двигался ей навстречу.

Мои пальцы снова зарылись в ее волосы, помогая задать ритм — чтобы не кончить слишком быстро.

Я больше не контролировал свое тело.

Она двигалась быстрее, и я едва не взлетел с кровати, когда волна удовольствия пронеслась по всему телу.

Я потянул ее за волосы, пытаясь предупредить:

— Я сейчас, блядь, кончу...

Но она не отстранилась. Просто продолжала.

Перед глазами все поплыло. Вспышки света.

Как чертов День независимости на стероидах.

Мое тело охватила огненная волна, когда я сорвался и рухнул за грань.

Из горла вырвался первобытный звук — я кончил сильнее, чем когда-либо в жизни.

И она осталась. Не отстранилась. Приняла до последней капли, без малейшего колебания.

Я все еще тяжело дышал и дрожал, когда она отняла губы, продолжая медленно водить рукой вверх-вниз. Тыльной стороной другой ладони вытерла рот и посмотрела на меня с каким-то вопросом в глазах.

— Что это, блядь, было? — выдохнул я, притягивая ее к себе и укладывая под подбородок. — Ты же говорила, тебе нужны подсказки?

Она провела пальцами по моей груди, потом приподнялась на локтях и посмотрела на меня.

— Ну, такого раньше никогда не было. Те несколько раз... эээ... финала как бы не случалось.

Я расхохотался:

— Он не кончил — и дал тебе подумать, что это ты виновата? Что ты недостаточно хороша?

— Что-то вроде того. Но ты всегда считал, что я способна на большее, чем есть на самом деле, — ее голос стал почти шепотом.

— Или, может, ты просто была с тем, кто не умел видеть тебя так, как должен, — я обнял ее, и она прижалась щекой к моей груди.

— Первый день у нас получился неплохой, да? — спросила она со смешком, но в голосе уже слышалась сонная нотка.

— Еще бы. А теперь ты будешь спать, как чемпион, пока я не разбужу тебя для второго раунда.

Я натянул на нас одеяло и поцеловал ее в макушку, закрывая глаза и вдыхая ее запах.

Я никогда не чувствовал себя таким спокойным и счастливым. А ведь я, в целом, довольно довольный жизнью парень — так что это многое говорит. Я крепче обнял ее, стараясь удержать это чувство как можно дольше.

И сон накрыл нас обоих.

Комната, залитая солнечным светом, разбудила меня после глубокого сна. Я потянулся, раскинув руки над головой, и сразу почувствовал, как не хватает тепла Риз рядом. Поднялся, сел и глянул под тонкое простыню — все еще полностью голый. Моргнул пару раз, прежде чем понял, что моя лучшая подруга уже сидит на краю кровати, полностью одетая.

— Доброе утро. Когда ты встала?

Она обернулась ко мне:

— Привет. Я уже час как на ногах. Как раз собиралась тебя будить. Нам надо возвращаться домой — у Грейси сегодня чаепитие.

Она не смотрела мне в глаза, и я сразу понял — что-то не так. Я провел рукой по щетине на подбородке, дожидаясь, пока она всё же встретится со мной взглядом.

— Что происходит, Майни? Ты в порядке?

— Что? Да. А почему бы и нет? А ты в порядке? Ты... не паникуешь?

Я хмыкнул:

— По-моему, не похоже, что я паникую.

Она прикусила нижнюю губу:

— Нет. Ты выглядишь расслабленным.

Я подался вперед и взял ее за руку, притянул ближе:

— Расскажи, что там в твоей беспокойной голове крутится?

— Не знаю... Я просто не хочу, чтобы между нами стало странно. Я подумала, что ты проснешься и пожалеешь обо всем.

— Пожалеть? Я себя чувствую офигенно. И уже не могу дождаться, когда это повторится.

Она откинула голову и чуть улыбнулась:

— Правда?

— Блядь, да. Мы ведь можем продолжать до тех пор, пока не «расстанемся», верно? — Я хотел, чтобы она чувствовала контроль над ситуацией.

Она медленно кивнула:

— Ага. Но думаю, нам нужны кое-какие правила, если мы собираемся продолжать и... ну, переходить на новый уровень.

— Трахаться как кролики? Ты это имеешь в виду?

— Заниматься сексом, да, — закатила глаза. — Нам нужны правила, Чуи. Или все может сильно запутаться.

— Ты боишься, что я влюблюсь в тебя? — поддразнил я, легко прикусив ее нижнюю губу.

Она уперлась ладонями мне в грудь и слегка приподнялась, чтобы смотреть сверху вниз:

— Это не ты путаешь любовь и секс. Это я. Поэтому нужно действовать с умом. Последнее, чего нам хочется — чтобы я перепутала, что это вообще между нами.

— И что это такое, по-твоему?

— Это двое друзей, которые дают друг другу утешение, прежде чем вернутся к своей обычной жизни, — пожала плечами. — Ты вернешься к съемкам и будешь спать с кем захочешь, а Карл и я, скорее всего, снова вернемся к планированию свадьбы. Надеюсь, перерыв пойдет нашей сексуальной жизни на пользу.

Мои кулаки сжались от одной мысли, что этот самодовольный ублюдок снова получит шанс к ней прикасаться.

Этому не бывать.

— Ладно. Какие у нас «правила»? — Я знал Риз достаточно хорошо, чтобы понимать: она обожает правила. Структуру. Ей нужен план. Бессмысленно спорить с этим.

— Мы делаем все, что захотим. Но когда наступает ночь — спим в отдельных комнатах.

— Почему? Мы же уже миллион раз спали вместе.

— Но мы тогда не занимались сексом. Спать вместе сейчас — это уже слишком интимно. Мы и так изображаем пару, а теперь еще и секс добавился. Нам нужны четкие границы, чтобы все не стало... запутанным.

Все уже и так было, черт возьми, запутано.

— Я спал с тобой прошлой ночью. И что-то не заметил, чтобы ты возражала, когда терлась о мой член в два часа ночи и мы целовались, как подростки. И, насколько я помню, ты тоже не жаловалась, когда дрожала и ловила воздух, кончая второй раз у меня на пальцах.

— Боже мой, — она соскочила с кровати и встала передо мной, скрестив руки на груди. — Вот об этом я и говорю. И мы еще даже не дошли до секса!

— То есть, дай уточнить: если я закапываюсь между твоих бедер или мы трахаемся «всухую» до того, что оба теряем голову — мы можем спать в одной кровати? Но как только мой член войдет в тебя — спать вместе уже нельзя? Ты понимаешь, насколько безумно это звучит?

— Мы только потому спали в одной постели, что кровать была одна. Но теперь, когда мы решили попробовать «секс по дружбе»… это должно измениться. Если у нас будет интим, мы должны спать по отдельности.

— Понятно, — я сел, опершись спиной о изголовье кровати. Опустил взгляд вниз — трудно было не заметить «палатку» под простыней, потому что одно только воспоминание о том, как я проснулся от того, как она терлась об меня, снова возбудило до предела. — То есть, «пока есть бонусы — нет совместного сна». Принято. Какие еще правила мне стоит знать?

Я не упустил, как ее глаза медленно скользнули по моему телу и остановились на члене, который уже чуть ли не указывал на неё, выпрашивая внимание.

— Ну… — она покачала головой и отвела взгляд от «слона в комнате», то есть от моего совершенно неприкрытого стояка, — мы должны держать это в секрете. Если наша семья узнает, что к нашему фейковому роману добавился еще и, кхм, бонус, все все поймут неправильно.

Я провел языком по нижней губе, и ее взгляд тут же зацепился за мои губы.

— Понял. Можно развлекаться, но в одной кровати не спим, и все остается между нами.

Ну, этот пункт я уже нарушил. Но если сказать ей об этом, придется признаться, что я советовался с братьями, как вообще встречаться с ней. А это точно заставит ее паниковать.

Так что оставлю это при себе.

Правило номер два — уже нарушено.

А правило номер один я собирался нарушить до конца недели.

Я никогда особо не любил правила.