Перед закатом

21

Финн

Мы направились на День благодарения в дом Джорджии и Мэддокса и, как обычно, опоздали, за что нас тут же начали подкалывать.

— Ни одному из вас сегодня не надо было на работу, так почему вы опоздали? — с подозрением прищурился Кейдж.

— Перестань их пилить. Главное, что они пришли, — сказала Джорджия, обняв меня, а потом потянулась обнять Риз.

— Мы не так уж и опоздали, — буркнул я, раздраженный тем, что Риз не могла вымолвить и слова, не покраснев, а значит, защищать нас приходилось мне.

— Ну, вообще-то, вы опоздали на целый час. Мы приехали из Нью-Йорка раньше, чем вы дошли от своего дома в паре кварталов отсюда, — усмехнулась Бринкли.

Я все еще пробирался через кухню, обнимая родню, и Кейдж явно не собирался отпускать тему.

— У нас вообще-то пятилетний ребенок, о котором нужно думать, — проворчал мой старший брат.

— Я не голодная, потому что бабушка дала мне много вкусняшек. Но папа очень хочет индейку, — воскликнула Грейси, запрыгнув ко мне на руки. Я крепко ее обнял.

— Все нормально, брат. Птица еще в духовке, — сказал Хью, тоже обняв меня.

Ко мне подошла Дилан, ее круглый живот шел впереди нее. Я был в полном восторге, что моя кузина и ее муж присоединились к нам в этом году. Остальные из семьи Томасов остались в Хани-Маунтин, а у этих двоих — домашняя игра завтра, ведь они владеют хоккейной командой. Они решили остаться в городе, где живут. Вульф не хотел, чтобы она ехала так далеко всего ради индейки, особенно учитывая, как тяжело ей сейчас передвигаться на таком сроке.

— Если бы вы опоздали еще хоть чуть-чуть, я бы уже держала маленького Хью на руках, — пошутила она, обняв меня за шею, а между нами встал ее живот. Она собиралась назвать своего первенца в честь моего младшего брата, Хью, потому что они с ним всегда были очень близки. Мы все удивились, когда она забеременела, ведь с Дилан мы всегда говорили, что нас вполне устроит роль классных теть и дядь. А теперь она вот-вот станет мамой. Я знал, что она будет потрясающей — она и Вольф обожали друг друга безмерно.

— Извините. Мы немного задержались — с лошадьми были проблемы, — солгал я, потому что на нас уставились все.

На самом деле, секс без презерватива стал моей новой любимой вещью. Я не мог насытиться Риз и ощущением ее без всяких барьеров между нами.

Да, мы действительно проверяли лошадей перед выходом, но когда она наклонилась в стойле в этих обтягивающих джинсах и ковбойских сапогах, я просто не смог ждать ни секунды. Мне нужно было её прямо там. И мы занялись этим в пустом стойле, после чего пришлось снова вернуться в дом — сено оказалось в таких местах, где ему точно быть не следовало.

— О, боже, с лошадьми все в порядке? — спросила Джорджия, полностью поверив моей сказке.

Бринкли поймала мой взгляд и прищурилась, ухмыляясь, будто только что раскрыла убийство. Я быстро отвел глаза, обнял Вульфа, а мама вручила мне пиво и подмигнула.

— Эй, ты мне нужен на минутку, — сказала Бринкли, оглядываясь, чтобы убедиться, что за нами никто не следит, и поманила меня за собой.

Она остановилась у шкафа в прихожей, распахнула дверь и втащила меня внутрь. Дом Джорджии и Мэддокса был построен по индивидуальному проекту, и, конечно же, у них в этом огромном шкафу было окно с видом на океан вдалеке. Света хватало, чтобы видеть друг друга. Я скрестил руки на груди.

— И что мы тут делаем, Бринкс?

— Что происходит, Финни? — приподняла бровь она, и я понял, что в ее голове уже пошел обратный отсчет. Она не отличалась терпением. Даст мне пару секунд, а потом начнёт применять пытки.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Она подняла руку и вцепилась мне в плечо так сильно, что я взвизгнул:

— Ай! За что, черт возьми?

— Не будь тряпкой. И не смей меня оскорблять ложью. Я, между прочим, не вчера родилась, ублюдок.

Я потер плечо и уставился на нее:

— Мы все не вчера родились. Это вообще не имеет смысла.

— Кейдж и Хью в курсе, а нас с Джорджией ты обошел стороной. Это сексизм. И просто грубо. Женщины и так через многое прошли, на минуточку.

Я застонал:

— Дело не в том, что ты женщина. Ты просто ведешь себя, как сумасшедшая. Они ничего не знают.

Дверь распахнулась, и в шкаф ввалился Хью. С ним и со мной тут уже становилось тесновато, а когда рядом еще и миниатюрная Бринкли — места не оставалось совсем. Я отступил глубже, к ящикам с рождественским декором и чемоданам Джорджии.

— Почему мы в шкафу? — спросил он и сделал глоток пива.

— Я злюсь, что он рассказал вам, что у него настоящие чувства к Риз, а нас с Джорджией исключил. Ты же знаешь, как я ненавижу, когда кто-то становится на сторону мужиков.

— А-а-а… то есть ты считаешь его сексистской свиньей, потому что он признался нам, что влюблен в Риз, но вам не сказал? Но ты ведь не самый надежный хранитель секретов, Бринкс.

— Да чтоб тебя! Видимо, ты тоже не лучше. Я ей сказал, что вы ничего не знаете! — Я вскинул руки.

Дверь снова открылась, потому что в этой семье, как назло, никто не умеет проводить приватные разговоры. Теперь это был Кейдж, а за ним Джорджия. Оба втиснулись в шкаф и закрыли за собой дверь.

— Я сразу понял, что тут что-то важное, раз вы все набились в шкаф, — сказал Кейдж, слегка оттолкнув Хью, чтобы встать прямо.

— Джорджия, между прочим, Финн считает, что мы с тобой не достойны знать о его настоящих чувствах к Риз и о том, что их отношения вовсе не фальшивка. Как я и подозревала, — заявила Бринкли.

— Вообще-то, это я первым это заподозрил, — процедил Кейдж. — И не строй из себя праведницу. Он не хотел тебе рассказывать, что они трахаются, потому что ты бы велела ему сначала признаться ей в своих чувствах. А это бы ее отпугнуло.

— Да, мужчины из семьи Рейнольдс всегда должны начинать с члена, — заметил Хью, раздавив пустую банку из-под пива.

— Ты с ней спишь? Господи, Финни. Ты должен был сначала прояснить ваши отношения, а потом уже идти дальше, — Бринкли ткнула меня пальцем в грудь. — Вот почему ты должен приходить сначала к нам, а не к этим придуркам.

— Молодец, брат. Мы ведь еще не рассказывали об этом. И, если честно, мне совсем не хочется обсуждать это в шкафу, пока Риз в соседней комнате, — я провел рукой по волосам. — А ее родители, на минуточку, в десяти шагах отсюда. Можем мы отложить это?

— Надо было раньше думать, — заявила Бринкли. — Все это прямо как с историей про головку члена. Сначала думай, потом делай.

— Да я, черт возьми, только об этом и думаю, понятно? Я не отнесся к этому легкомысленно. Я бы не пошел на это, если бы... я не знаю... — я прошипел, стараясь не повышать голос. — Это просто большее, понимаешь?

— Финни, — Джорджия обняла меня. — Ты ведь любишь ее, да?

— Я всегда ее любил. Поэтому и не знаю, как отличить это от всего остального. Но да, я никогда раньше такого не чувствовал.

— А ты всерьез ее рассматриваешь? — спросила Бринкли.

— Слушай, Карл все еще рядом. Он снова один. Она не захотела все закончить раньше времени — может, это хороший знак. Но в то же время мне по-настоящему страшно. А вдруг я все испорчу?

— Тогда нам придется тебя убить, — мрачно сказала Бринкли, а потом рассмеялась.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалилась беременная Дилан.

— Эй, напомните мне, какая у нас семейная политика по поводу встреч?

— Короткие разговоры? — предположил Кейдж, и она усмехнулась.

— Если один идет, то идут все. Я возмущена, что вы все исчезли и не позвали меня.

— Ну, никто из нас сюда официально не приглашался, — пожал я плечами. — Они просто продолжают заходить.

Дилан начала расспрашивать, что происходит, и Джорджия с Бринкли по очереди ввели ее в курс дела, а я тем временем стащил пиво из рук Кейджа и осушил его залпом.

— Нам пора возвращаться. Все уже заметили, что нас нет, — я потянулся к двери, но Дилан ущипнула меня.

— Не смей уходить, пока я не скажу тебе пару слов, — заявила она.

— А разве беременные не должны быть добрыми? — спросил Кейдж, смеясь.

— А ты попробуй походить с человеком размером с арбуз в животе, а потом выталкивай его из своего члена — посмотрим, будешь ли ты добрым, — приподняла бровь Дилан, и весь шкаф взорвался от смеха.

— Ну что ж, выкладывай, Дилли, — подмигнул ей Хью.

— Ты переживаешь не о том. Понимаю. Она знает, чего хочет — брак, дети, все такое. А ты никогда об этом не думал, потому что никогда не был влюблен. — Она улыбнулась и приподняла бровь. — Я была такой же, Финни. Мои сестры знали, чего хотят, а я даже не представляла своего будущего. Но вот в чем суть — не обязательно все сразу понимать. Потому что когда по-настоящему кого-то любишь, убежать от этого невозможно. Посмотри на меня. У меня в животе арбуз. Кто бы мог подумать, что я вообще когда-нибудь забеременею?

— Но это же Риз, — прошептала Бринкли. — Она часть нашей семьи. Ты должен все как следует обдумать, прежде чем пообещаешь ей весь мир. Потому что если ты ее обидишь, нас ждет буря — и в этой семье, и в ее.

— И не забывай про доктора Придурка. Она ведь собиралась выйти за него, а теперь он снова свободен и хочет ее вернуть. Как мы можем быть уверены, что она не разобьет тебе сердце? — добавил Кейдж с ехидной ухмылкой.

— И почему ты улыбаешься, когда речь идет о моем разбитом сердце?

— Просто никогда бы не подумал, что ты станешь чьей-то маленькой сучкой, — расхохотался он.

— Почему его никто не щиплет? — проворчал я, и в этот момент раздался стук в дверь — все замолчали.

Дилан распахнула дверь, и в нее заглянул Вульф.

— Ужин готов, все тебя ищут.

— А ты как узнал, где мы? — промурлыкала Дилан своему мужу.

— Я всегда слежу за тобой, шалунья.

— Хороший ответ. Учись, Финни, — поддела меня Дилан, пока мы один за другим вылезали из шкафа.

— Эй, — окликнул меня Хью, когда мы с ним остались последние. — Я тоже в себе сомневался. Но понял вот что — если ты никогда этого не делал, это еще не значит, что не сможешь. Это просто значит, что ты ещё не встретил того, ради кого стоит рискнуть. Может, ты был одинок всё это время, потому что она уже была рядом. Ты просто не знал об этом.

Я кивнул. Я ведь не раз об этом думал за последние недели. Я хлопнул его по плечу, и мы вышли из шкафа, услышав, как в столовой уже вовсю гудит разговор.

Риз увлеченно болтала с Лайлой и Оливией, а мама и Дженни Мерфи наполняли бокалы вином. Отец с Грантом только что закончили разделывать двух индюков и раскладывали мясо по блюдам на концах стола.

Все заняли свои места в столовой, и мы сели за стол. Я оказался между Риз и Кейджем. Передавали блюда, накладывали еду, разговаривали.

Когда на тарелках уже возвышались горки вкусностей, отец поднял стакан воды, и мы все последовали его примеру. У Дилан — вода, у Грейси — шоколадное молоко, у остальных — вино или пиво.

— Еще один год, за который стоит поблагодарить судьбу: за хорошую еду, замечательных друзей и мою прекрасную семью. Спасибо Джорджии и Мэддоксу за то, что приютили нас. Спасибо Мёрфи за то, что сегодня с нами. Давайте на минуту задумаемся обо всём хорошем, что есть в нашей жизни, — сказал отец, а Кейдж наклонился ко мне и прошептал:

— А я благодарен за то, что наконец-то ем эту долбаную индейку.

Я усмехнулся и легонько толкнул Кейджа локтем в плечо.

— Я благодарна бабушке и дедушке! — громко заявила Грейси. — И всем моим семьям, и еще Бобу Соленососу!

Я расхохотался — только представьте: мой старший брат, с сердцем, как у Железного Дровосека, не просто подарил своей малышке щенка, а еще и позволил ей дать ему это дурацкое имя.

— За Боба Соленососа, — поднял бокал Хью.

— За Боба Соленососа! — повторили хором все.

— Да-да-да. А теперь давайте уже есть, — закатил глаза Кейдж и стал разрезать еду на тарелке Грейси, которая сидела рядом с ним.

Риз положила мне на тарелку горку картофельного пюре, а я намазал масло на булочку и положил ее на ее тарелку. Подняв взгляд, я заметил, что Бринкли смотрит на меня с улыбкой.

Следующие полчаса мы по очереди говорили, за что благодарны в этом году, а мама не уставала напоминать, что завтра она хочет поставить ёлку и ей нужна будет помощь.

Грейси уже интересовалась пирогом, и все дружно рассмеялись — ведь мы только что съели еды больше, чем любой человек способен переварить за один раз.

Раздался звонок в дверь, и Джорджия пошла открыть. Мы всё ещё болтали и смеялись, вставая из-за стола, чтобы начать убирать тарелки.

— Эм, Риз… Карл пришел. Он в прихожей, — сообщила Джорджия, вернувшись.

Какого черта?

У этого типа и правда хватает наглости.

— Как он вообще прошел через ворота? — прошипел Мэддокс, скрестив руки на груди и доставая телефон, чтобы проверить камеры.

— Я оставила ворота открыты, пока все приезжали, — пожала плечами Джорджия. — Наверное, забыла закрыть.

— Я разберусь. Спасибо, — сказала Риз, бросив на меня взгляд.

— Мы разберемся, — сказал я твердо.

Этот придурок решил, что может явиться на День благодарения, потому что теперь он снова один?

Да ни за что.

— Тебе не обязательно это делать, — прошептала Риз, поднимая на меня глаза. — Я могу просто сказать ему, чтобы ушел.

— Ты не должна это делать одна, — я переплел пальцы с ее и мы пошли по коридору к входу.

Доктор Придурок стоял в прихожей, держа в руках огромный букет цветов. Вид у него был неопрятный: рубашка навыпуск, глаза красные. У нас в семье — целая сеть баров, так что я за километр чую пьяных.

— Ты издеваешься, что ли? — бросил я, отпустив руку Риз и вставая перед ней. — Ты пришел в дом моей сестры с цветами для моей девушки на День благодарения?

Карл перевел взгляд с Риз на меня, откашлялся:

— Мы с Риз обычно вместе проводим День благодарения.

— Серьезно? А ты был с ней в прошлом году, когда послал ее к черту из-за переезда в Лондон? А теперь ты расстаешься со своей девушкой меньше суток назад и считаешь, что имеешь право вломиться сюда и испортить наш ужин?

Он упрямо смотрел на меня, приподняв подбородок.

— Риз, ты можешь выйти на минутку? Я хочу с тобой поговорить.

Вот и момент истины. Встанет ли она снова на его сторону, как делала раньше? Я скрестил руки на груди и уставился на него.

— Карл, тебе не стоило приходить. Ты пьян?

— Я в ужасном состоянии. Я потерян без тебя. Так что да, я поужинал с семьей, выпил много... и вот я здесь.

— Тебе надо уйти, — покачала головой она. — Как ты сюда добрался?

— Взял такси, но оно уехало. Я надеялся, ты отвезешь меня домой.

Вот тут у меня сорвало тормоза. Он что, думал, что моя девушка поедет с ним?

— Ты кто, блядь, такой? — прорычал я, резко двинувся к нему и прижав к двери.

— Я сама справлюсь! — крикнула Риз, и я услышал дрожь в ее голосе.

— Финн, он пьян. Нечестный бой, брат, — услышал я голос Хью за спиной.

— Мы его отвезем, — сказал отец, подойдя вместе с Кейджем и встав рядом с Хью.

— Риз, можно сначала поговорить?

— Ты, блядь, издеваешься? — прошипел я.

— Да пошел ты, — пробурчал Кейдж. — Садись в машину, пока тебе по морде не влетело. А если мой брат ударит, знай — за ним еще толпа стоит. Не испытывай судьбу. Мы тебе еще одолжение делаем, что вообще предлагаем подвезти.

Отец поднял ключи и хлопнул меня по плечу.

— Иди съешь пирога. Мы скоро вернемся.

Хью, Кейдж и отец вывели Карла из дома, а я повернулся — Риз стояла с одинокой слезой, катившейся по щеке.

Как по мне, это должна быть последняя слеза, которую она пролила из-за этого ублюдка.