Первый день смерти

Глава 28

Вечерний холл был полон народу. Я оглядела собравшихся, но не заметила ничего подозрительного.

Знакомый охранник приветствовал меня кривой ухмылкой. Я пренебрежительно усмехнулась в ответ, повернулась спиной и отправилась за покупками.

Цены в гостиничных бутиках были такие же безумные, как и везде в центре. Больших покупок я не планировала, поэтому сильно разориться не смогла. Взяла только предметы первой необходимости: зубную пасту, щетку, дезодорант, несколько дамских романов и коробку любимых конфет. Подумала и добавила бутылку минералки.

Ну вот и все. Можно возвращаться в номер.

Я вышла из магазинчика и направилась к лифту. Локтем нажала на кнопку вызова, подбородком поправила горку предметов в руках. Идиотка, почему я не додумалась купить пакет?

Раздался мелодичный перезвон, двери лифта открылись. Я вошла в кабинку, нацелилась локтем на кнопку с цифрой три, но нажать не успела. Послышался торопливый топот, из-за поворота выскочил мужчина в черной куртке с капюшоном. Он резко затормозил возле раскрытых дверей кабинки, посмотрел на меня и улыбнулся.

Не знаю, что произошло со мной в этот момент. Моя правая нога совершила резкий рывок вперед и тяжелая шипованная подошва со страшной силой ударила мужчину прямо в живот.

Мужчина болезненно вскрикнул, отлетел и упал. Следом за ним испуганно заголосила пожилая дама с собачкой, направлявшаяся к выходу.

Покупки полетели у меня из рук. Бутылка минералки упала на пол и взорвалась, как маленькая стеклянная бомба, забрызгав все вокруг. Я перескочила через образовавшуюся лужу и рванулась к стеклянным вращающимся дверям.

Но вокруг уже стоял дикий многоголосый вой, и уйти по-английски не получилось. Наперерез метнулся знакомый охранник, грубо перехватил меня за локти, вывернул их назад. Я попыталась лягнуть его в колено и получила короткий болезненный удар по почкам. Удар был нанесен от души, со знанием дела. Я успела выдохнуть воздух и отключилась.

Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на диване в незнакомом кабинете. Вокруг дивана сидели несколько человек и ждали моего пробуждения.

– Сесть можете? – спросил незнакомый мужской голос.

Я повернула голову. Вопрос задал мужчина в белом халате, накинутом поверх пиджака. Ясно. Гостиничный врач.

– Попробую, – сказала я.

Подтянулась повыше на холодных кожаных подушках, села и с интересом осмотрела светское общество, собравшееся в кабинете.

Сплошные мужчины.

Двое знакомых охранников, не отрывающих от меня пристального взгляда, один врач и, видимо, гостиничный администратор в строгом темном костюме при галстуке. Никто из них не шевельнулся, чтобы мне помочь. Галантные кавалеры.

Я хмыкнула и тут же скривилась от боли. Воздушный напор отозвался где-то в районе поясницы резким болезненным всплеском.

– Больно? – спросил врач без особого сочувствия.

– Больно.

Врач повернулся к столу, налил в стакан воду из графина, протянул мне половинку большой белой таблетки.

– Что это? – спросила я.

– Обезболивающее.

Я выпила воду залпом, а таблетку оттолкнула. Может, это обезболивающее, а может, и нет. Я больше никому не верю.

Врач пожал плечами и швырнул отвергнутое лекарство в мусорную корзину.

– Я больше не нужен? – спросил он, адресуя вопрос к администратору.

– Спасибо, нет. Можете идти, – ответил мужчина в костюме.

Врач бросил на меня недобрый взгляд и удалился. Мы остались в комнате вчетвером: я, охранники и администратор.

Примерно минуту длилось молчание. Потом администратор разомкнул недовольно стиснутые губы и спросил:

– Зачем вы ударили человека?

– Затем, что этот человек – убийца, – сказала я совершенно спокойно.

Я знала, что мне никто не поверит, но придумывать оправдания и правдоподобные версии у меня не было сил.

– Убийца, – повторил администратор. – И кого же он хотел убить?

– Он убил четырех человек, – сказала я. – И теперь пытается убить меня.

Администратор встал со стула и прошелся по комнате. Ухмылка на лице моего знакомого охранника стала еще шире.

– Да-да! – сказала я ему. – Можешь быть доволен! Врезал хорошо, почки до сих пор ноют.

Он не ответил. Только откинулся на спинку стула и сцепил на животе широкие лопатообразные ладони. Его напарник взирал на меня с брезгливым интересом. Так рассматривают ядовитое пресмыкающееся за плотным стеклом.

– Мужчину, которого вы ударили, зовут Юджин Фодор, – внезапно сказал администратор, поворачиваясь ко мне. – Это известный канадский скрипач. Приехал в Москву вчера утром по приглашению Московской консерватории для проведения мастер-класса.

– Чушь, – равнодушно сказала я.

Администратор вздохнул, побарабанил пальцами по столу.

– Мы просим вас покинуть нашу гостиницу, – сказал он наконец.

– Хорошо, я завтра же уеду.

– Нет, не завтра. – Администратор немного помедлил и договорил: – Мы просим вас уехать немедленно.

Я бросила панический взгляд на окно, за которым царила ночь, раскрашенная яркими неоновыми огнями.

– Вы с ума сошли!

Администратор повернулся к охранникам.

– Поднимитесь в номер, принесите вещи, – распорядился он: – Гостья нас покидает.

Знакомый охранник ядовито ухмыльнулся.

– Нет у нее никаких вещей, – наябедничал он с радостной готовностью. – Барышня прибыла с пустыми руками!

– Ах, вот как, – протянул администратор, словно это открытие отягощало мою вину. – Ну что ж… Тем лучше. – Повернулся ко мне и уточнил: – Ничего ценного в номере не забыли?

– Я оплатила номер до завтра, – напомнила я, но администратор не дрогнул.

– Вам вернут ваши деньги.

Я отбросила в сторону гордость и взмолилась:

– Не выгоняйте меня! Пожалуйста! Только не сейчас, не ночью! Я уеду утром, честное слово!

– Немедленно! – повторил администратор. – Этот вопрос даже не обсуждается. Скажите спасибо, что гость не заявил в милицию.

По моей щеке поползла одинокая слеза, едкая, как горький перец.

– Меня убьют, – сказала я. – Вы понимаете, что меня убьют?

– Обратитесь в органы правопорядка, – отрезал администратор и добавил через несколько секунд: – Разговор окончен.

Упрашивать этого человека было так же бесполезно, как памятник Пушкину.

Я поднялась с дивана, постояла, привыкая к неприятному ощущению в пояснице, и, прихрамывая, пошла к двери. Охранники поднялись со своих стульев.

– И чтобы никаких эксцессов, – негромко произнес администратор им вслед.

Я дошла до двери, распахнула ее, вышла в длинный узкий коридор.

– Направо, – подсказал голос администратора, и я послушно свернула в нужную сторону. Пошла по толстой ковровой дорожке, заглушающей шаги, спустилась по узкой деревянной лестнице и оказалась в гостиничном холле. Яркие потоки света ударили по глазам, я на мгновение прикрыла лицо ладонью.

– Чего встала? – грубо осведомился охранник за спиной. Меня подтолкнули под лопатки, и я двинулась дальше, к выходу.

Дошла до стойки, и здесь меня остановил новый возглас.

– Стой!

Я послушно затормозила, оглянулась. Охранник о чем-то шептался с девушкой за стойкой. Девушка кивнула, бросила на меня опасливый взгляд, положила на широкую столешницу несколько крупных рублевых купюр.

– Ваши деньги. Пересчитайте.

Наверное, меня здорово шарахнули, потому что сказанное доходило до меня через паузу. Вот и сейчас я никак не среагировала; стояла, смотрела на барышню в нарядной белой блузке и хлопала глазами. Охранник сгреб деньги со стойки, сунул мне в карман и подтолкнул в спину.

– Давай, топай отсюда.

Я пошла к вращающимся стеклянным дверям. Перед выходом остановилась, оглянулась. Меня посетило полузабытое ощущение, словно я наблюдаю за происходящим откуда-то со стороны.

Сияющий холл был полон нарядных оживленных людей. И никому из них не было до меня никакого дела.

Я повернулась и вышла из гостиницы в ночь.

– Эй, психованная! Держи!

Я оглянулась. Охранник высунулся наружу, сделал короткое резкое движение. Сверкнула узкая сталь, на гранитные плиты с лязгом упали ножницы.

Охранник фыркнул и скрылся в холле. Я вернулась, подобрала свое оружие и двинулась навстречу неизвестности.

Вечерняя улица была полна народу. Я брела по тротуару совершенно бездумно, как во сне. Идти мне было некуда, никто меня не ждал.

«Что дальше?» – вяло поинтересовался мозг.

Не знаю. Наверное, нужно ехать в другую гостиницу. Черт! Неужели я действительно ударила ногой ни в чем не повинного музыканта? Получается так. Да, но зачем он мне улыбнулся? Зачем улыбаться девушке, если ты ее видишь первый раз в жизни?..

«Да просто так! – ответила я сама себе. – Потому что хотел продемонстрировать доброжелательность! Нормальное человеческое чувство, о котором я давно позабыла!»

Я остановилась, глубоко вдохнула холодный ночной воздух. Почки напомнили о себе болезненной судорогой, я прикусила губу, пережидая боль.

– Ульяна!

Я быстро обернулась.

За моей спиной стоял мужчина средних лет. Я его знаю, это совершенно точно. Где я его видела?

– Не узнаете меня? – спросил мужчина.

– Извините, – пробормотала я. – Я немного нездорова.

– Олег Алексеевич, – представился мужчина.

Я вежливо кивнула. Все равно не могу ничего вспомнить. Позор.

– Мы с вами виделись после того, как вашу подругу...

Мужчина замялся и не договорил. А я внезапно вспомнила.

Следователь! Тот самый следователь, который допрашивал нас в гостинице и в больнице!

– Вспомнили? – спросил мужчина.

– Вспомнила, – подтвердила я. – Что вам нужно?

Следователь пожал плечами.

– В общем, ничего. Я шел к вам в гостиницу.

– Откуда вы знаете, что я там жила? – спросила я.

– Мы вас искали, – терпеливо ответил Олег Алексеевич. – Просмотрели списки постояльцев всех московских гостиниц с позавчерашнего дня. Нашли несколько женщин по фамилии Егорова. Девушка нужного возраста оказалась только одна. Вот я и приехал.

– Что вам нужно? – повторила я упрямо.

Следователь вздохнул. Взял меня под локоть, но я быстро высвободила руку.

– Не трогайте меня!

– Хорошо, не буду. Давайте поговорим.

– Мне нечего вам сказать, – заявила я.

– И не надо, – ответил Олег Алексеевич. – Зато мне есть, что вам сообщить.

Я насторожилась.

– Вы поймали убийцу?

Следователь немного помолчал, рассматривая меня прищуренными глазами, а потом предложил:

– Давайте куда-нибудь отойдем. Здесь не очень удобно говорить, все на нас натыкаются.

Я огляделась. В конце квартала сверкал нарядной вывеской маленький уютный теремок. Я указала подбородком на ярко освещенные окна.

– Туда.

– Как угодно, – не стал спорить следователь.

Я повернулась к нему спиной и захромала вдоль по улице.

– Почему вас выгнали из гостиницы?

Я остановилась и повернулась к Олегу Алексеевичу.

– Вы и это знаете? – удивилась я.

Он кивнул.

– Знаю. Говорю же, я шел к вам. И увидел... как бы сказать...

– Изгнание из рая, – подсказала я. Следователь тактично промолчал: – Я ударила ногой в живот канадского скрипача.

– Почему?

– Потому, что на нем была черная куртка с капюшоном, – объяснила я. – И еще потому, что он мне улыбнулся.

Следователь снова промолчал. Слава богу, хоть ему не нужно ничего объяснять.

Мы вошли в кафе. Несмотря на позднее время, здесь было много народу. В основном тусовалась молодежь. Я выбрала дальний столик, прохромала через весь зал и уселась спиной к стене.

– Ну? – спросила я хмуро. – Говорите скорей, мне еще в гостиницу устраиваться.

Олег Алексеевич обвел взглядом зал. Мне показалось, что он чего-то ждет.

Не знаю, почему, но это молчание наполнило мою душу тревогой. Я незаметно сунула руку в карман, стиснула холодную рукоятку ножниц. Вот так гораздо спокойней.

– Я должен сказать тебе, Уля...

Следователь снова замолчал. Я ждала, сжимая в кулаке холодную острую сталь.

Следователь лег грудью на стол и поманил меня к себе. Я послушно склонилась к нему. Сердце в груди заколотилось с удвоенной силой.

– Игра окончена, – шепотом произнес следователь.

И не успела я ничего сообразить, как рядом со мной уселся второй мужчина. Я медленно, как во сне, повернула голову.

Черная куртка. Черный капюшон. Знакомая, леденящая душу усмешка.

Не успев ничего сообразить, я рванула правую руку из кармана, размахнулась и всадила острие ножниц в правое плечо мужчины. Вообще-то я метила в грудь, но он в последний момент успел шарахнуться, и это спасло ему жизнь. Мужчина с грохотом свалился на пол, стул полетел в другую сторону. Я прыгнула следом, не раздумывая, не соображая, не примериваясь. Вырвала ножницы, торчавшие из его плеча, замахнулась, не отрывая взгляда от пульсирующей жилки на шее.

«Все!» – мелькнула в голове отчаянная, почти предсмертная мысль.

Ножницы сверкнули над головой нестерпимым блеском, но удара не получилось. Следователь перехватил мою руку, вывернул ее назад.

– Сволочь! – выкрикнула я. – Предатель!

Изо всех сил лягнула его в колено тяжелыми шипованными кроссовками. От неожиданной боли он хрипло выдохнул воздух и громко приказал:

– Быстрей укол! Я ее долго не удержу!

Вокруг послышались испуганные возгласы. «Господи, как же мне надоело быть в эпицентре истерики! Когда же это кончится!» – успела подумать я с тоской, выворачиваясь из цепких вражеских пальцев.

Мое плечо больно ужалила оса, в глазах потемнело. Я кулем повалилась на пол, и все кончилось разом.