Пламя возродится из искр

Глава 3

Всё-таки я научился не оставлять следов.

Не в смысле полноценной скрытности — это было для моего Пути… не то чтобы нереально, но уж точно задачка со звездочкой. Огонь может сжигать запах тела, в пламени можно растворить звуки шагов, языки огня скроют следы ауры. Но не на ступени Разгорающегося Пламени, всего лишь второй ступени. А вот контролировать температуру тела настолько, чтобы трава под ногами не вяла, камни не нагревались, воздух не искажался волнами жара — это уже ближе к реальности. Техника была простой в теории — удерживать пламя глубже, плотнее, не давать ему просачиваться наружу через кожу. На практике требовала постоянной концентрации, истощала за несколько часов, но работала. Утром, проверяя тропу, по которой прошёл вчера вечером, я не нашёл характерных выжженных отметин. Трава была примятой, но не сухой. Камни сохраняли нормальную температуру. Следы, которые оставлял теперь, не отличались от следов обычного человека.

Прогресс. Медленный, но прогресс.

За эти дни я убил ещё двух демонических зверей. Горного барсука второго ранга — толстого, злобного, с когтями из каменной энергии. Подсознательно опасался тоскливых флешмобов про моего старого знакомого — но не случилось. И стаю теневых лис первого ранга — шестерых, охотившихся скоординированно, использовавших примитивные иллюзии. Барсук был сложным противником, лисы — скорее раздражающими, чем опасными. Обе охоты прошли чище, чем первая. Меньше ошибок. Меньше потраченной энергии. Меньше эмоционального дискомфорта при поглощении.

Становилось легче. Как и предсказывала Система.

Воспоминания добычи всё ещё приходили во время поглощения — это было неизбежным побочным эффектом. Но я научился… не фильтровать, фильтровать не получалось, но дистанцироваться. Наблюдать чужие последние мгновения как зритель, а не участник. Брать силу, не впитывая эмоции слишком глубоко.

Эффективность росла. Человечность — падала. Справедливый обмен, как говорили древние мудрецы о пути культивации. Отдай то, что делает тебя слабым, получи то, что сделает сильным. Просто в данном случае «то, что делает слабым» оказалось способностью сопереживать добыче.

Голоса павших в пламени одобряли изменения. Чжан Хао был особенно доволен — его эхо резонировало с каждой успешной охотой, подпитывалось жаждой крови. Старейшина Янь оставался нейтральным, просто наблюдающим. Сюй Фэн иногда шептал что-то вроде «помни границы», но его голос был тише остальных, легче игнорировать.

А ещё появились новые голоса. Слабые, едва различимые. Олень. Барсук. Лисы. Эхо тех, чью энергию я поглотил. Они не говорили словами — животные не знали языка. Но их присутствие ощущалось. Инстинкты, рефлексы, фрагменты звериного восприятия, вплетённые в моё сознание.

Утро выдалось туманным. Густой белый туман заполнил долины между пиками, превратив горы в острова, торчащие из молочного моря. Видимость — метров десять максимум. Звуки приглушены, искажены. Идеальные условия для засады.

Или для того, чтобы самому попасть в засаду, да.

Я сидел на уступе скалы, пережёвывая невкусное мясо — остатки от барсука. Демоническая плоть была жёсткой, волокнистой, с привкусом земли и камня, но насыщала лучше обычной дичи. Не так эффективно, как поглощение энергии, но в качестве дополнения сойдёт.

План на день был простым. Двигаться дальше на север, в сторону ещё более диких, необитаемых территорий. Охотиться по пути, если попадётся добыча. Найти новое укрытие к вечеру — текущую пещеру я покинул вчера, слишком долго оставаться на одном месте было неразумно.

Простой план. Конечно же, он пошёл на хрен в первый же час.

Я только спустился со скалы и двинулся по едва заметной тропе, когда почувствовал… что-то. Не звук, не запах — хотя обострённое обоняние от Эха Добычи уже прошло несколько дней назад. Просто ощущение, интуиция, шестое чувство, которое развивалось у тех, кто долго жил в опасности. Я — не долго, но видимо, масштаб опасности тоже играет роль.

Ощущение, что за мной наблюдают.

Замер. Не резко — резкие движения привлекают внимание. Медленно, естественно, как будто просто остановился осмотреться. Прислушался. Туман поглощал звуки, но что-то пробивалось.

Люди.

Нет, возможно, я просто драматизирую — и даже если мне не показалось, это совсем не по мою душу. Но вот не верится, совсем не.

Развернулся и пошёл на север, ускоряя шаг, но не переходя на бег. Бег создаёт шум, оставляет более заметные следы, расходует энергию. Быстрая ходьба — наш выбор.

Туман был союзником. В нём я был невидим, пока не подходил слишком близко. Но он же был и проблемой — я тоже не видел преследователей, не мог оценить их количество, позиции, намерения. Прошёл метров сто. Остановился за крупным валуном, прислушался снова.

Шаги. Ближе. Определённо ближе. Они двигались в мою сторону, хотя я не издавал звуков. Либо видели меня до тумана, либо отслеживали другим способом. Артефактаии? Техниками? Культиваторы могли чувствовать ауры других культиваторов, особенно если те использовали энергию. Но я не использовал ничего, кроме базового контроля температуры, а это было пассивной техникой, почти не оставляющей следов в окружающей энергии.

Или это охотники достаточно высокого уровня, чтобы чувствовать даже пассивные техники. Тогда я встрял, конечно.

Решил рискнуть. Активировал Очи Пламенные на минимуме, едва-едва достаточно, чтобы видеть тепловые следы сквозь туман. Мир окрасился в оттенки синего и красного. Туман был холодным, тёмно-синим. Земля — серой. Камни — от тёмно-синих до светло-серых.

И фигуры. Пять фигур, светящихся жёлто-оранжевым теплом живых тел. Распределены веером, двигаются методично, прочёсывают территорию. Ближайший был метрах в двухстах. Остальные — чуть дальше, но расстояние сокращалось.

Деактивировал Очи. Нельзя было держать технику активной долго — любой культиватор с чувствительностью к энергии почувствует всплеск.

Прямое столкновение было самоубийством. Даже если бы я был в пиковой форме, что было не так после вчерашней охоты, пятеро против одного — так себе шансы. Особенно если они были достаточно опытными, чтобы отслеживать меня в тумане.

Нужно было исчезнуть. Качественно исчезнуть, не просто спрятаться.

Слева — обрыв, метров сорок вниз. Туман скрывал дно, но прыгнуть туда было так себе вариантом. Справа — нагромождение камней, ведущее вверх по склону. Впереди — продолжение тропы, уходящей в туман. Позади — охотники.

Значит, вверх. Если подняться достаточно высоко, выйти из зоны тумана, возможно, смогу обойти их по верху.

Начал карабкаться. Камни были влажными от тумана, скользкими. Приходилось двигаться осторожно, проверять каждую опору. Один неверный шаг, один грохнувший камень — и меня обнаружат.

Поднялся метров на двадцать. Туман стал чуть реже. Оглянулся.

Охотники были видны смутно, как тени в молоке. Они всё ещё двигались методично, но один из них остановился. Присел. Изучал что-то на земле.

След? Я думал, что научился не оставлять следов. Но, возможно, пропустил что-то. Или они были настолько опытными, что замечали минимальные изменения — примятую траву, сдвинутый камешек, что угодно.

Первый поднялся, сказал что-то остальным. Голос не разобрать сквозь туман, но интонация была чёткой — нашёл что-то.

Группа сместилась, начала двигаться более целенаправленно. В мою сторону. Вот суки.

Рванул быстрее, уже не так осторожно. Камень выскользнул из-под ноги, покатился вниз, грохоча. Снизу раздались крики — короткие, отрывистые. Они знали, что я здесь.

Охота началась.

Достиг вершины нагромождения, выскочил из тумана. Холодный горный воздух ударил в лицо. Солнце светило ярко — над туманом погода была совершенно другой. Я стоял на узком хребте, с одной стороны обрыв в туман, с другой — крутой, но проходимый склон, ведущий к следующему пику. Позади, в тумане, слышно было звуки погони. Они поднимались следом. Быстро. Слишком быстро для обычных людей. Культиваторы, определённо.

Побежал по хребту, балансируя на узкой каменной гряде. Справа и слева — склоны, достаточные, чтобы убить или серьёзно покалечить. Но выбора не было.

Впереди хребет раздваивался. Левая ветка вела вниз, обратно в туман. Правая — к скальной расщелине, узкой, тёмной. В туман возвращаться было глупо — там их преимущество в координации, опыте, количестве зарешает. В расщелине пространство ограничено, сложнее окружить, легче защищаться.

Нырнул в узкий проход между скалами. Стены сжимались по бокам, едва оставляя место протиснуться. Пахло сыростью, мхом, чем-то ещё — затхлым, странным, мускусным… какое то животное? Вроде бы не демон…

Прошёл метров десять. Расщелина расширилась, превратившись в небольшую пещеру. Не глубокую, метров пять в длину, но с несколькими ответвлениями — трещинами в скале, достаточно широкими, чтобы человек мог протиснуться.

Остановился, прислушался. Погоня приближалась. Голоса эхом отдавались в расщелине.

— … след…

— … осторожно…

— … выходы…

Мандарин. Акцент северных провинций. Голоса опытные, уверенные.

И один голос я узнал.

— Чжоу Сяо! — крик эхом прокатился по расщелине, усиленный акустикой камня. — Я знаю, что ты здесь! Выходи! Мы просто хотим поговорить!

Вэй Цзян.

Бывший наставник из клана Небесного Грома. Одна из немногих фигур, которую я помнил достаточно чётко из времени до столицы — именно он приезжал в клан Феникса для организации той памятной дуэли. Сильный — четвёртая ступень культивации, если память не подводила. Специалист по молниевым техникам группового боя.

Именно тот человек, которого меньше всего хотелось встретить в узкой расщелине без путей к отступлению.

— Мы не враги, Чжоу Сяо! — продолжал Вэй Цзян. — Временное Правительство хочет просто задать вопросы! О том, что случилось в столице! О клане Металла! Ты можешь помочь найти истинных виновных!

Красиво звучало. Почти поверил бы, если бы не знал, что Временное Правительство уже объявило клан Феникса предателями. Если бы не помнил, как легко обвинения сфабриковали, как охотно толпа поверила.

«Просто поговорить» означало «арестовать, допросить, скорее всего пытать, определённо казнить».

Спасибо, я пас.

Осмотрелся быстро, оценивая варианты. Пещера имела три трещины, ведущие глубже в скалу. Первая была слишком узкой — застряну. Вторая шла вниз под острым углом — неизвестно, куда ведёт, может быть тупик. Третья была самой широкой, горизонтальной, тьма за поворотом.

Третья.

Нырнул в трещину, протиснулся, почувствовал, как стены скребут по плечам. Прошёл метров пять в кромешной тьме. Расширение. Маленькая камера, размером с большую бочку. Тупик? Нет — наверху щель, ведущая ещё выше. Узкая, но проходимая.

Из главной пещеры донёсся звук шагов. Они вошли.

— След обрывается здесь, — голос одного из охотников. — Три прохода. Проверяем все.

— Осторожно, — предупредил Вэй Цзян. — Он опасен. Носитель Солнечного Пламени, убил демона-разведчика несколько дней назад. Не недооценивайте, не расслабляйтесь.

Интересно. Они знали о разведчике. Либо нашли останки, либо демоны сообщили Временному Правительству о потере. Возможно, предательство таки было… но, как говорится, есть нюанс. Прекрасно.

Начал карабкаться в щель наверху. Узкую, неудобную — приходилось протискиваться, используя локти и колени. Камень был холодный, влажный, острые края резали кожу сквозь истрёпанную робу.

Никогда не понимал всяких диггеров и спелеологов, а вот теперь понимаю… ещё меньше. Срань же неимоверная, слава всем богам, щель расширилась, я выполз в ещё одну камеру. Больше предыдущей, неровный пол, несколько сталактитов свисало с потолка. И запах. Просто неимоверная вонь.

Что-то жило здесь. Что-то крупное, и судя по размеру костей, разбросанных по полу, что-то хищное.

Снизу раздался голос охотника, вошедшего в трещину:

— Наставник Вэй! Здесь проход! Ведёт вверх!

Сука.

Нужно было двигаться. Но в камере было всего два выхода — один, откуда я пришёл, второй — тёмная дыра в противоположной стене, ведущая неизвестно куда.

Значит, тёмная дыра. Потому что возвращаться к охотникам было не вариантом — стоило тогда вообще дёргаться.

Пересёк камеру, стараясь не наступать на кости — интуиция подсказывала, что шуметь здесь так себе вариант. Нырнул в тёмный проход.

Туннель. Опять узкий, низкий, приходилось пригибаться, ещё и снова полная тьма. Я шёл на ощупь, одна рука на стене, вторая впереди, проверяя путь.

Туннель изгибался, поворачивал, раздваивался. Я выбирал наугад, просто пытаясь уйти как можно дальше. За спиной звуки погони эхом отдавались в камнях — охотники нашли камеру-логово, обсуждали, куда я мог пойти.

Через несколько минут блуждания я увидел свет впереди. Слабый, зеленоватый, но свет. Вышел из туннеля в большую пещеру.

И охренел.

Пещера была огромной — потолок терялся в темноте, метров двадцать минимум. Стены покрыты светящимся мхом — источником зеленоватого света. Пол усыпан костями — не несколькими, как в логове, а сотнями. Целое кладбище жертв. И в центре пещеры, свернувшееся в кольцо, спало нечто большое, чешуйчатое, дышащее медленно и глубоко.

Змея. Демоническая змея. Огромная — метров десять в длину, толстая как бочка. Чешуя тёмно-зелёная, переливающаяся в свете мха. Голова размером с мою грудь, покоилась на свёрнутом теле. Глаза закрыты.

Спит… вроде бы точно спит.

Первым желанием было валить отсюда. Вторым тоже. Проблема в том, что отступать было некуда — из туннеля за спиной доносились голоса охотников. И они приближались.

Я стоял на пороге между змеиным логовом и погоней. Выбор был между «определённо умереть от охотников» и «возможно умереть от змеи, если она проснётся».

Начал двигаться вдоль стены пещеры, максимально тихо, максимально медленно. Каждый шаг ставил осторожно, проверяя, нет ли под ногой костей или камешков, которые могли бы создать шум. Дышал поверхностно, контролировал каждый вздох. Да, я в курсе (но не знаю откуда), что змеи не слышат звуков… но не уверен, в курсе ли об этом сама змея.

Во всяком случае, пока она продолжала спать. Грудь поднималась и опускалась в медленном ритме. Из ноздрей с каждым выдохом вырывалась струйка зеленоватого пара.

Прошёл четверть периметра пещеры. Ещё одна четверть — и я достигну противоположного туннеля, который, надеюсь, вёл куда-то помимо змеиного желудка.

Из туннеля за спиной донёсся голос:

— … свет впереди…

— … осторожно, может быть…

Голос оборвался. Они увидели змею.

Секунда тишины.

Потом один из охотников, молодой и явно неопытный, ахнул. Не громко, но в мёртвой тишине пещеры этого хватило.

Змея дёрнулась. Видимо, все ж не глухая.

Голова поднялась. Глаза открылись — полностью жёлтые, без зрачков, светящиеся в темноте. Язык высунулся, раздвоенный, длинный, и задрожал, пробуя воздух.

Она чувствовала нас. Всех. Меня у стены. Охотников у входа в туннель. Несколько секунд змея оценивала ситуацию. Потом зашипела — звук был низким, резонирующим, заставлял кости вибрировать.

И атаковала.

Не меня, к неописуемому счастью. Охотников. Они были ближе, они были многочисленнее, они были более очевидной угрозой. Зверюга развернулась с невероятной для такого размера скоростью и метнулась к входу в туннель. Охотники реагировали чётко, профессионально — отступили, оперативно сформировав боевые техники.

Молния ударила из рук одного из них. Попала в чешую, высекла искры, но не пробила. Змея зашипела громче, плюнула струёй зелёной жидкости. Охотник увернулся, жижа ударила в стену — камень зашипел, начал плавиться.

Развлекайтесь, ребята.

Пока змея и охотники были заняты друг другом, я рванул к противоположному выходу. Бежал, уже не заботясь о тишине — шум боя заглушал всё.

Достиг туннеля, нырнул внутрь. За спиной вспышки света, удары, крики, шипение. Пещера превратилась в арену, и я был более чем счастлив покинуть её. Все равно ставки не принимаются… кстати, поставил бы на змеюку.

Туннель был коротким, метров двадцать, потом расширился, вывел на открытый воздух. Я вылез из трещины в скале и оказался на другой стороне горы, далеко от места, где начиналась погоня.

Внизу виднелся лес — настоящий лес, не редкие горные деревья, а плотная, сплошная растительность.

Шанс скрыться, затеряться.

Но сначала нужно было решить проблему.

Я слышал звуки боя из пещеры, и они не затихали. Змея была сильной, охотники — опытными. Бой мог затянуться. Или закончиться быстро, если кто-то получит преимущество.

Если охотники победят, они продолжат погоню. И они будут злыми, истощёнными… но жаждущими оторваться на ком-то. Есть у меня некоторое подозрение, на ком именно.

Если змея победит, она вернётся в логово. И, возможно, начнёт изучать окрестности, ища того, кто вторгся в её дом.

Оба варианта мне не нравились.

Но был и третий вариант.

Я нашёл место на склоне, откуда видна была трещина, ведущая в пещеру. Присел за камнями. Активировал Очи Пламенные на минимуме, достаточном, чтобы видеть сквозь стену — не детали, но тепловые силуэты. Мне хватит.

Шестеро. Пять охотников и змея. Они двигались, атаковали, уклонялись. Танец смерти в ограниченном пространстве.

Один силуэт погас. Охотник. Мёртв, определенно — тут очи работают чётко. Остальные продолжали драться. Змея была ранена — видел, как её движения стали менее плавными, более резкими. Но она была яростной, отступать не собиралась — защищала территорию.

Ещё один силуэт охотника погас. Двое из пяти мертвы. Но змея тоже слабела. Её температура падала — явное истощение энергии, а для демонических зверей это верная гибель. В её случае приходится ориентироваться на косвенные показатели — Очи не справляются, не показывали сколько ей осталось.

Прошло ещё несколько минут, бой достиг критической точки. Змеиный силуэт резко переместился, обвился вокруг одного из охотников. Удушающая хватка. Охотник боролся, но тщетно.

Третий силуэт погас.

Оставшиеся двое охотников координированно атаковали. Яркие вспышки — мощные техники, вложение большого количества энергии. Змея извивалась, пыталась уклониться.

Её силуэт дрогнул. Затих. Не погас — она не умерла. Но перестала двигаться активно.

Тяжело ранена. Возможно, парализована.

Два охотника остались стоять. Их силуэты были тусклыми — явное энергетическое истощение. Но они живы, хотя явно не в форме.

Значит, пора действовать.

Я деактивировал Очи, поднялся из укрытия, спустился к трещин. Осторожно заглянул в трещину.

Пещера была освещена остатками светящегося мха и слабым остаточным свечением от техник охотников. Змея лежала в центре — огромная, окровавленная туша. По чешуе текла непонятная жижа— зелёная, светящаяся, явно ядовитая. Голова покоилась на полу, глаза полуприкрыты. Хвост изредка дёргался.

Двое охотников стояли у противоположной стены. Один — средних лет мужчина в изорванной синей робе клана Грома, кровь текла из раны на плече. Второй — женщина, молодая, в зелёной робе клана Воды, держалась за бок, где зачарованая ткань была разорвана и обожжена кислотой.

Вэй Цзяна среди них не было. Либо он был одним из погибших, либо остался снаружи, координируя поиск.

Охотники не видели меня. Они были истощены, сфокусированы на змее, проверяли, точно ли она не представляет больше угрозы.

Я мог уйти. Прямо сейчас. Они не в состоянии преследовать. Змея при смерти. Я свободен.

Но…

Но они пришли за мной. Охотились за мной. Если я уйду, они сообщат остальным. Направление, внешний вид, может быть ещё какие-то детали. Охота продолжится, более информированная, более целенаправленная.

И энергия. Змея третьего ранга, при смерти. Охотники, истощённые, не готовые к бою. Столько потенциальной силы, просто лежащей передо мной.

«Возьми.»

«Они враги.»

«Они бы не пошадили тебя.»

«Убей их. Поглоти. Стань сильнее.»

Я стоял в тени трещины, наблюдая за двумя истощёнными охотниками и умирающей змеёй.

Решение нужно было принимать сейчас.

Секунда раздумий.

И я шагнул в пещеру.

Они услышали шаг, развернулись. Глаза расширились в узнавании и страхе.

— Ты… — начал мужчина.

Я не дал ему закончить. Стрела мерцающего пламени — быстрая, точная, вложено достаточно силы, чтобы пробить истощённую защиту — попала в центр груди, легко пронзив кожу, прожигая мясо, уничтожая сердце и легкие. Враг рухнул без звука.

Женщина среагировала быстрее. Водяная стена развернулась между нами. Хорошая защита против огня, отличная скорость исполнения. Против меня, но месяцем раньше — могло бы и хватить, но прорыв из столицы дал мне многое.

Обошёл стену сбоку, используя не Путь Пламени даже, скорее старый добрый Шаг сквозь Пламя — кратковременное ускорение, оставляющее за собой след выжженного воздуха. Материализовался рядом с ней, ладонь выстрелила вперёд, коснулась её шеи.

Длань Первородного Пламени. Минимальная мощность, но достаточно.

Она попыталась закричать, но голос превратился в хрип. Техника выжгла горло, перекрыла дыхание. Она рухнула, хватаясь за шею, глаза наполнились ужасом и непониманием.

Ещё одна граница была пересечена. Не та тонкая линия между охотой на зверей и поглощением их энергии. Теперь граница между защитой себя и устранением потенциальной угрозы.

Да. Это был мой выбор. Я мог уйти. Мог позволить им жить. Они бы не догнали меня в текущем состоянии.

Но я выбрал убить, потому что это было эффективнее, безопаснее. Потому что голоса требовали. Потому что энергия была доступна.

И, если честно, потому что часть меня хотела. Хотела силы. Хотела устранить угрозу. Хотела перестать бежать и начать охотиться.

Змея зашипела слабо, дернувшись в мою сторону внимательно. Она всё ещё была жива, хотя и едва. Голова повернулась в мою сторону, жёлтые глаза смотрели внимательно, даже с ноткой разума.

Я подошёл. Присел рядом с массивной головой. Протянул руку, коснулся чешуи. Холодная, скользкая от крови.

— Прости, — сказал тихо. — Ты оказалась не в то время не в том месте.

Энергии было много. Очень много. Змея третьего ранга плюс остатки жизненной силы двух культиваторов — не поглотил их полностью, слишком отвратительно было поглощать людей… да и сложнее оказалось, чем со зверями. Но то, что впитывалось само — взял.

Пламя внутри горело ярко, насыщенно. Тело было полно сил. Раны затянулись окончательно. Я чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние недели.

И хуже одновременно.

Воспоминания змеи пронеслись через меня во время поглощения. Годы жизни в этой пещере. Охота в лесах внизу. Борьба за территорию с другими хищниками. Спокойные дни, свернувшись в логове, переваривая добычу.

Простая жизнь. Без сложностей, без моральных дилемм. Охотиться, есть, спать, защищать дом. Цикл, понятный и естественный. Мне бы так, хотя бы годик… явно не сейчас.

Начал спускаться по склону к лесу внизу. Нужно было уходить далеко, быстро. Остальные охотники обнаружат тела рано или поздно. Поймут, что я опаснее, чем думали. Погоня усилится.

Но сейчас у меня было преимущество — энергия, сила, фора.

Лес встретил меня тенями и тишиной. Деревья здесь были высокими, старыми, кроны плотно сплетались, блокируя большую часть солнца. На земле лежал толстый слой опавших иголок и листьев — хвойные смешивались с лиственными, создавая уникальную систему.

Запахи были богатыми — смола, мох, влажная земля, гниющая древесина, слабый аромат цветущих где-то кустов. С Эхом Добычи от змеи я воспринимал мир по-новому. Обоняние обострилось ещё сильнее — я мог различать отдельные запахи, определять, где прошло животное час назад, где растёт съедобный гриб, где течёт скрытый ручей.

Слух тоже изменился. Не столько обострился, сколько… перенастроился. Я слышал вибрации в земле, движение воздуха, шелест чешуи — нет, не чешуи, листьев, но мозг интерпретировал звук как шелест чешуи.

Необычно, но полезно.

Шёл несколько часов, углубляясь в лес, петляя, запутывая след. Использовал техники маскировки, какие хоть чуть получались — контроль температуры, минимизация ауры, осторожная походка. Если не слишком опытные преследователи попытаются отследить, им будет сложнее. Если опытные — ну, хоть посмеются. К вечеру нашёл подходящее место. Дупло в основании огромного дерева, достаточно большое, чтобы я мог забраться внутрь. Обследовал — пусто, вроде бы никто не жил здесь последнее время. Ну, значит я буду, с новосельем меня.

Сидел в темноте дупла, прислушиваясь к звукам леса. Птицы устраивались на ночлег. Ночные хищники просыпались. Где-то вдали выл волк — обычный или демонический, не мог сказать. Жизнь продолжалась. Мир не остановился оттого, что я убил сегодня двоих людей. Закрыл глаза. Попытался медитировать, успокоить пламя, упорядочить мысли.

Голоса павших не слишком напрягали сегодня. Чжан Хао ликовал, нашёптывал о силе, росте, правильности выбора. Старейшина Янь оставался нейтральным, наблюдающим. Сюй Фэн был тише обычного — возможно, разочарован, возможно, просто устал шептать о границах, которые я игнорировал.

А ещё появились новые. Слабые, почти неразличимые. Охотники. Мужчина и женщина, чью энергию я поглотил частично. Они не говорили словами — я не взял достаточно, чтобы их эхо было полноценным. Но их присутствие ощущалось.

Ещё двое мёртвых, живущих в моём пламени.