Полукровка – 5

Глава 25

21–23 ноября 2470 по ЕГК.

…Всю «ночь» с четверга на пятницу мы с Мариной убили на мотания по «четверочке» между Талгаром и «нашей» мертвой системой. Зато в семь утра по внутрикорабельному времени все восемь кораблей команды оказались «в гостях», встали в разгон и прыгнули к столичной планете. Боевые задачи я раскидал еще накануне, так что сразу после выхода в обычное пространство «скинул» синхронизацию и отпустил «Наваждения» в свободное плавание. Занялся делом и сам — полетел к ближайшей сверхтяжелой верфи, порадовался тому, что Баничур засадил все масс-детекторы на защиту флотов и столицы, без особого труда просочился в «сферу» с лакунами размером с крейсер и высадил на прочный корпус «рейдовую группу» из одного штурмового и двух обычных дроидов. Само собой, не пустых, а с подарками.

Закончив с этим объектом, подготовил к диверсии два сверхтяжелых промышленных комплекса и металлургический комбинат. А потом перебрался в точку сбора, развернул в отдельном окне ТК список из двадцати шести орбитальных сооружений, которые собрался разнести, вычеркнул свои четыре и начал открывать сообщения с промежуточными докладами членов команды. Как и следовало ожидать, энергичнее всех шевелилась Кара — успела побывать на трех из четырех своих объектов и усвистела к последнему. Красотки тоже отжигали не на шутку — посетили по два из трех. А остальной народ работал в режиме «Семь раз отмерь, один раз отрежь». И правильно делал: да, я перенес на «Наваждения» Власьева, Верещагиной, Базанина и Мироновой по одному своему искину, чтобы Фениксы контролировали процесс и не давали косячить, но ребята и девчата жаждали выполнить боевые задачи самостоятельно и без ошибок, вот никуда и не торопились.

И ведь выполнили. Без единой шероховатости. К полудню по времени Новомосковска. А после того, как доложили о завершении подготовительных мероприятий, выдвинулись в точки съемки. Я облегченно перевел дух, в темпе наговорил сообщение из трех предложений и отправил Цесаревичу. Потом вытребовал у одолженных искинов коды доступа к системам управления «Смерчами», «Тайфунами» и «Гиацинтами», немного поскучал и, наконец, дождался появления конвертика.

Врубил только звуковую дорожку. Но и ее хватило за глаза:

— Замечательно! Тогда государь начнет аудиенцию ровно в двенадцать тридцать, а ориентировочно в двенадцать тридцать пять закончит зачитывать ультиматум. Кстати, посол Каганата уже сидит в приемной и, как мне кажется, чувствует себя крайне неуютно. Впрочем, то ли еще будет… На этом все. Желаю удачи и до связи…

Свернув картинку вместе с «Контактом», я поделился услышанным с Настей и Костяном. Потом посмотрел, который час, создал новое сообщение, врубил запись и уставился в камеру:

— Посол Баничура уже в приемной Императора. Аудиенция, на которой Каганату выставят ультиматум, начнется через… восемь с половиной минут, а закончится через пятнадцать. В этот-то момент мы и жахнем…

«Жахнул» я. Ну, или Феникс, но по моему приказу. И вокруг Талгара вспыхнуло двадцать шесть «светил» разной степени яркости. С точки дрейфа моего корабля было видно только семнадцать, но картинка все равно убивала. Прежде всего, пониманием того, что термоядерных реакторов не было только в трех орбитальных складах РАВ и в двух терминалах орбитальных лифтов, а все остальные объекты, кроме всего прочего, начали еще и нещадно фонить.

Впрочем, мы били не по мирному населению, а по карманам местных промышленников, поэтому первую волну паники, начавшейся в планетарной Сети, я проигнорировал — подождал прилетов семи видеоотчетов о подрывах, приаттачил к пустому сообщению и отправил наследнику престола. Потом вызвал «Наваждения» к себе и переключился в режим ожидания. А без десяти час услышал восторженный выдох Ахматовой и вслушался в ее слова:

— Все, понеслась: наш посол слил в местную Сеть текст ультиматума, выставленного Императором всему населению Каганата, и в ней уже полыхнуло!

Я вытребовал ссылку, открыл видеофайл, промотал вступление, нашел место, с которого начиналось самое интересное, и вслушался в гневный голос Олега Третьего:

— … убедительные доказательства того, что тысяча семьсот шестьдесят бывших наложниц, сорок два члена экипажей пассажирских транспортников и двадцать врачей были уничтожены по прямому приказу кагана Баничура сотрудниками Главного Управления Разведки и Контрразведки, приаттачены к этому обращению. Такие оскорбления смываются только кровью виновных. И если вы, жители Каганата, не хотите оказаться вбитыми в Каменный Век, то отправите мне этих тварей в человеческом обличье в течение суток. Иначе я начну уничтожать промышленность и энергосистемы ваших планет. Кстати, ждать сутки я не буду: первую демонстрацию моей готовности выполнить обещание жители Талгара увидят через несколько минут. Проигнорируете и этот намек — за ним последует второй, заметно более жесткий, и после него жить на вашей столичной планете станет крайне некомфортно. Ибо — повторю еще раз — мое терпение иссякло…

…Первые часа полтора-два после «намека» мы провисели в планетарной Сети — с помощью искинов находили, переводили и анализировали самые интересные статьи, видеоролики и репортажи. Ну и, конечно же, поглядывали на бардак, царивший на средних и низких орбитах. А потом Феникс прервал просмотр монолога какого-то особо уважаемого муфтия, вывесив вместо этой картинки другую, показал дворец кагана то ли с крыши, то ли с верхних этажей какого-то небоскреба, и дал послушать перевод закадрового причитания:

— О, Аллах, милостивый и милосердный: со стороны дворца слышна сумасшедшая стрельба и мощные взрывы, а в Серебряном Крыле что-то горит!

— Хе-хе! — довольно хохотнул Костян. — Операция начинает оправдывать свое название…

— Ага, крысы начали грызться! — подтвердила Настена и посмотрела на меня: — К Таласу подходить будем, или как?

— К нему подойду только я один… — ответил я и объяснил, почему: — Хочу понаблюдать за космодромами: есть ненулевая вероятность того, что Баничур решит куда-нибудь свалить. А зависать на высоких орбитах всеми восемью бортами, мягко выражаясь, небезопасно.

Контроль за «Наваждениями», остающимися дрейфовать, перекинул Марине, дал самую малую тягу на движки и поймал очередное сообщение Цесаревича.

Развернул в ТК, врубил воспроизведение, вслушался в голос Игоря Олеговича и расплылся в злорадной улыбке:

— Тор Ульфович, ваши диверсии и публикация ультиматума государя в планетарной Сети Талгара вызвали синергетический эффект — в «Контакт» отца в среднем раз в минуту прилетают послания от старших офицеров ВКС, полиции и спецслужб Каганата, членов Тайного Совета, самых влиятельных представителей духовенства, крупных промышленников, и кого-то там еще. Причем требований нет вообще — его умоляют немного подождать, сообщают, что делают все возможное для задержания и передачи нам всех виновных в «чудовищных преступлениях», и даже присылают видеозаписи с признаниями вины уже отловленных исполнителей монаршей воли. Впрочем, это мелочи: по уверениям информированных источников в самом дворце, Айдар и Ирек — сыновья Баничура — не позволили отцу уйти в подземное метро, ведущее на космодром, и в данный момент гоняют по подвалам. Само собой, не сами, а руками верных телохранителей, но суть происходящего от этого не меняется. И эти «высокие отношения» внутри семьи просто умиляют. На этом пока все. Ждите следующих новостей…

Утверждение «не позволили отцу уйти в подземное метро…»,

конечно же, порадовало. Но я все равно подлетел к планете на расстояние, на котором заработал оптический умножитель, и навел его на военный космодром Ават. Почему именно на него? Да потому, что над ним висел линкор, три тяжелых ударных крейсера и всякая мелочевка, а полтора десятка малых разведчиков вовсю сканировали ничем не примечательный посадочный квадрат. Ну, или высококачественную голограмму, маскирующую бронеплиту над ангаром для личных бортов кагана.

«Точные координаты секретного ангара уже ушли на сторону…» — отрешенно отметил я, а через несколько мгновений услышал практически то же самое от Настены. Потом подумал, что грохнуть Баничура так же, как Императора Поднебесной, мы уже не сможем, мысленно обозвал себя убийцей глав государств, задавил улыбку, пытавшуюся проявиться, и вслушался в перевод очередного сетевого репортажа, внезапно озвученный Фениксом:

— Клянусь Аллахом, эти нечестивцы волокут к флаеру самого шейха Али Гюнеша!!!

— А кто такой этот Али Гюнеш? — полюбопытствовал Синицын и получил от искина о-о-очень интересный ответ:

— Заместитель начальника второго отдела Главного Управления Разведки и Контрразведки. Правда, второй отдел работает не по нашей Империи, а по Делийскому Султанату, но панический страх перед следующим «намеком» Олега Третьего заставляет отлавливать всех достаточно высокопоставленных сотрудников этого ведомства!

— Пусть отлавливают… — авторитетно заявил Костян. — Офицер такого уровня — это море нереально важной информации. А ее много не бывает…

Я согласился. Потом нанес на трехмерную карту планеты примерные координаты лакун в сети масс-детекторов, появившиеся нашими стараниями, отправил Ахматовой и предложил спланировать несколько диверсий на самых значимых объектах наземной инфраструктуры Талгара. Для второго «намека» Ромодановского. Девчонка кивнула, разблокировала замки скафа и уехала укладываться в вирткапсулу, чтобы воспользоваться возможностями системы моделирования боевых действий.

— Ты думаешь, что Баничур удержит власть? — проводив ее взглядом, спросил друг детства, прочитал в моих глазах ответ на этот вопрос и вздохнул: — Ну да, нам надо быть готовыми к чему угодно…

…К чему угодно готовилась только Настена. А я ждал сообщений Игоря Олеговича, наблюдая за спасательными операциями в атмосфере Талгара, за дикой паникой в Таласской агломерации и за маневрами тех кораблей ВКС ВТК, которые ждали линкор кагана. Поглядывал и на дворец. Но нечасто. Из-за того, что пожары в Серебряном крыле уже потушили, новых возгораний не было, а увидеть происходящее в подвалах с орбиты было нереально.

Минут через двадцать-двадцать пять, заскучав, отправил Марине, Даше и Маше по персональному текстовому сообщению, в котором признавался, что мне их страшно не хватает. Ну, а они оторвались по полной программе. Благо, находились в рубках в гордом одиночестве и могли выражать свои мысли без купюр. Да, хулиганили, но просмотр ответов не только скрасил ожидание, но и улучшил настроение. Поэтому очередное послание с флагом, внезапно упавшее в «Контакт», я развернул, улыбаясь. И, вглядевшись в лицо Олега Николаевича, понял, что у нас все получилось. Тем не менее, воспроизведение, конечно же, врубил. И вслушался в голос самодержца:

— Тор Ульфович, Баничур, наконец, отловлен, закован в наручники и в течение получаса будет передан нашему послу в комплекте с начальником ГУРК и семнадцатью высокопоставленными сотрудниками этого ведомства. Кроме того, новый каган — Айдар — «в качестве жеста доброй воли и в знак глубочайшего уважения ко мне, моему сыну и Империи Росс» выделит послу легкий крейсер «Джинн» и готов отправить на родину этим же кораблем порядка ста наших соотечественниц. Айдар согласился и на дружеский визит в столичную систему Второго Ударного флота, который доставит на Талгар четыре тяжелых круизника проекта «Парус», и на еще несколько условий «скорейшего мирного урегулирования проблемы», так что возвращайтесь на Белогорье… никого не спасая. Да, это расстроит бригаду медиков, которых вы с собой прихватили, но всем членам группы обеспечения этого рейда будет передана моя личная благодарность и перечислены очень серьезные премии. Ну, а с вами и вашей командой я разберусь тут, в Новомосковске. На этом у меня все, а Игорь свяжется с вами сразу после того, как закончит строить посла Каганата. Спасибо за службу, спокойного перелета и до встречи…

Как только запись закончилась, я улыбнулся во все тридцать два зуба и уставился на Синицына:

— Все, Баничур спекся — его отловил старший сын и в данный момент перевязывает голубой ленточкой, готовясь передать нашему послу. Так что можешь поднимать свою ненаглядную и радовать этой новостью, а я подхвачу остальные борта и поведу к нашей «четверке».

Костю как ветром сдуло, а я в том же стиле порадовал всех остальных членов команды, затем поручил Каре уводить «Наваждения» к зоне перехода, не дожидаясь меня, и встал в разгон на внутрисистемный прыжок. Увы, стоило оказаться на струне, как у меня испортилось настроение — я вдруг сообразил, что на протаскивание шести МДРК в мертвую систему мы с Завадской убьем целые сутки, ибо такие струны пока не по зубам даже Красоткам.

Как выяснилось после возвращения в обычное пространство, Завадскую плющило по той же причине. Но альтернатив этому варианту возвращения к крейсеру, увы, не было, поэтому мы с ней подхватили «Наваждения» Миши и Оли, по очереди ушли в гипер, обменялись сообщениями и завалились спать.

Прыгать к поясу астероидов и тратить лишние четыре с половиной часа ради возможности обрадовать группу обеспечения хорошими новостями я не стал — отстыковал корабль Базанина в области схода со струны, дождался появления «Наваждения» Марины, связался с обоими подопечными и поручил им провести политинформацию без нашего участия. Как только их МДРК встали в разгон, развернул «Зубастик», подхватил борт Завадской, пригласил ее к себе, опустил аппарель и дал половинную тягу на движки. А на последних минутах работы с гиперприводом заметил появление очередного конвертика, дотянул связку до гипера и развернул послание Цесаревича. Причем не в окне ТК, а перед нами обоими.

Начало монолога Цесаревича я слушал вполуха, так как он практически повторял то, что уже сообщил Император. Но в какой-то момент с губ Игоря Олеговича сорвалось новое имя, и я, извинившись, отмотал запись на тридцать секунд и снова врубил воспроизведение.

— … Баничура только-только загрузили в «Джинн», но наш посол пошел мне навстречу, вывел экс-кагана из медикаментозного сна и задал тот самый вопрос. Само собой, не просто так, а использовав соответствующую «химию». Таким образом, теперь мы знаем, что при минировании «Уральца» оперативники ГУРК использовали амеровский аналог «Лягушки», и что пять экземпляров этого МВУ тайно доставил на Талгар заместитель директора ЦРУ ССНА Вильгельм Шмидт. Свободные оперативники и ОГСН Первого Отдела все еще находятся в системе Нью-Вашингтон, и я через Орлова поставил им еще одну боевую задачу. Так что Шмидта просто уберут,

а вот его начальника выкрадут, сломают и допросят…

После этой фразы Ромодановский выпил то ли воду, то ли минералку из бокала, стоявшего за пределами моего поля зрения, на миг расфокусировал взгляд и вздохнул:

— Да, чуть не забыл: Катерина передала вам и вашим подругам большой привет и… глубочайшие извинения. За то, что мы, Ромодановские, регулярно вынуждаем вас забывать о таких персональных праздниках, как дни рождения, и за то, что свой вы встретите в гипере. Я тоже прошу прощения. Хотя знаю, что вы — человек дела и не обижались. На этом, пожа— … Хотя нет, не все: мне сообщили, что ваша Слуга сравнивает тактико-технические характеристики гражданских автоматических систем защиты поместий и консультируется с экспертами с профильных форумов. Попросите ее не тратить время на ерунду: мы не собираемся демонтировать специальные системы, которые установили, превращая «Цитадель» в поместье-ловушку. Более того, выделим вам все, что потребуется, с баз Спецстроя. Ибо союзников, на которых мы, Ромодановские, можем положиться в любой ситуации, раз два и обчелся. Вот теперь точно все. Привет верным напарницам и до связи в ваш день рождения…