Порочная связь

Глава 28

Черт! Откуда он здесь?

Так мы не договаривались!

И плевать, что сердце сладко екнуло в груди, и кончики пальцев закололо в предвкушении. Мое тело этот мужик давно приручил, я реагирую на него, как голодная самка на альфу. И это, блин, бесит! Дурацкая слабость, которой я совсем не планировала!

— Агата! — рычит мужчина, поторапливая меня. — Быстро!

Оглянувшись по сторонам, проверяю, нет ли кого из знакомых. Конечно, вряд ли. Но об осторожности забывать нельзя. Ныряю в машину, только убедившись, что никто не станет потом пытать неловкими вопросами.

— Пристегнись! — командует мужчина, вжимая в пол педаль газа.

Машина рванула с места. А мне осталось только послушно выполнить приказ.

Салон автомобиля пропитан запахом мужского парфюма. Того самого, от которого кружилась голова в нашу первую встречу. Жадно вдыхаю его полной грудь, пытаясь дрожащими пальцами попасть в замок держателя ремня.

Он здесь. А у меня в голове нет ни одного интересного сценария. Как-то не планировала еще одну встречу, находясь по ту сторону тяжелой металлической двери.

Так, стоп! А что он тут делает? Проезжал мимо?

— Какими судьбами здесь? — спрашиваю, глядя на профиль мужчины.

Взгляд, само собой, соскальзывает на его губы. А память тут же услужливо подкидывает воспоминание о том, где были эти губы в нашу последнюю встречу. И, самое ужасное, не проходило и дня, чтобы я не позволила себе помечтать о том, как мне хочется испытать это еще разочек. И теперь особенно. Ведь, мужчина так близко.

Но это же безумие! А я обещала себе все прекратить!

Стоп, Агата! Не пялься на него. Этот мужик тебя угробит.

— Ждал тебя, Агата, — отвечает мужчина.

То есть, наша встреча не случайна?!

— Стоп! — восклицаю. — Как это ждал?! Так мы не договаривались!

— Обстоятельства изменились, детка, — спокойным тоном отвечает этот гад, повергая меня в приступ паники.

А что, если кто-то нас мог увидеть? Что, если Слава узнает? Боже! Ну, какой же он чертов эгоист!

— Нет! Нет! Я не назначала тебе встречу! — меня распирает от злости на его невыносимую беспечность. — Может, тебе и все равно, но я не хочу, чтобы кто-то знал о том, что… о том…

— О том, как сладко стонешь в постели со мной? — заканчивает фразу этот несносный человек, повергая меня в шок.

Разве, можно такое говорить? Еще и теперь, когда мы почти окончательно попрощались?!

— Просто, — опускаю взгляд, — не хочу, чтобы кто-то о нас узнал. Вот и все.

Мне неловко. От того, что он прав, черт возьми! Мне никогда не было так сладко в постели. Только с ним я почувствовала себя женщиной. Мой взгляд скользит по ширинке мужчины, и я тут же себя одергиваю, резко отворачиваясь к окну. Если бы еще моя глупая фантазия не рисовала мне все то, о чем я так стараюсь забыть!

Да что же это за наваждение?! Что такого особенного в этом мужчине?! Совсем не мой типаж! Никогда не любила самоуверенных гадов с обаятельной улыбкой. Мама всегда предостерегала меня именно от таких представителей сильного пола.

— Должен тебя огорчить, — сообщает мужчина, мигом вырывая меня из моих мыслей. И почему, всякий раз, стоит возникнуть сложной ситуации, в голову лезет всякая чушь?! — О нас уже знают.

Сердце ухнуло в пятки. Я резко поворачиваю голову в сторону мужчины.

Он это о том неизвестном, который подбросил записку?

— Твой муж знает, Агата, — говорит мужчина.

Его слова врываются в мозг, разрывая его на части и отправляя несчастную меня в нокаут. Внутри все похолодело, колени начали дрожать. Нет! Только не это! Только не Слава! Он же убьет меня!

— С чего ты…, - голос осип, каждое слово раздирает горло, — с чего ты это взял?

Не верю! Если бы Слава хоть заподозрил измену, мое бренное тело уже бы висело на самодельной виселице на нашем балконе!

— Иного объяснения нет, Агата, — настаивает мужчина. — Он знает. И играет с нами.

Господи! Нет! Слава играет? Он не такой!

— Нет, — мотаю головой, — ты не знаешь его, как я. Он не стал бы играть. Никогда.

И тут догадка, как удар кувалдой по тупой башке. Да что же со мной такое? Почему сразу не пришло это в голову?

— Откуда ты знал, где меня ждать? Я не говорила тебе об этом.

Мужчина даже не повернулся. Он внимательно смотрит на дорогу. И, черт возьми, мне дико нравится, как он выглядит за рулем! Интересно, как бы он выглядел, если бы мы занялись сексом прямо в машине?

Боже! Да что со мной происходит всякий раз, когда этот гад оказывается поблизости?!

— Я все о тебе знаю, Агата, — говорит мужчина.

Раньше он всегда звал меня «детка» или «малыш». А теперь только по имени. И как я сразу не догадалась, что между нами теперь все иначе? Я для него — раскрытая книга? И, ведь, даже имени его не знаю! Он сказал, что его зовут Герман. Но я не уверена, что мужчина сказал правду. Поэтому избегаю обращаться к нему так.

— Как ты попала в изолятор, не расскажешь? — спрашивает мужчина вдруг, резко меняя тему.

Самые жуткие воспоминания, которые еще живы в памяти, навалились на меня в то же мгновение. Совсем не об этом мне бы теперь хотелось поговорить. Но Герман повернул голову и испытующе уставился на меня, пока машина замерла перед светофором.

— Нечего рассказывать, — пытаюсь отмахнуться от неприятных воспоминаний, — я сбила человека, и меня арестовали. Хорошо, что Слава вытащил меня.

— Это он тебе так сказал?! — брови мужчины взмыли вверх.

— Ну да! — резче, чем следовало бы, отвечаю. — Хотя нет… зачем ему что-то говорить? Все же понятно и так! Конечно, ему пришлось воспользоваться связями.

Ну, ладно, если Герман, и так, уже все про меня знает…

На светофоре загорелся зеленый. Мужчина вернул внимание на дорогу.

— Агата, расскажи мне все, — просит Герман. — Как это произошло? Важна любая деталь.

Мне не нравится этот разговор. И подозрения насчет Славы, отчего-то, не столько пугают, сколько раздражают. Что, если Герман говорит правду? И Слава знает? Нет, не может быть! Я знаю своего мужа, Слава не такой. Он бы не смог лицемерить и действовать исподтишка. Нет, нет и нет!

— Да нечего рассказывать, — говорю раздраженно, — я выезжала с парковки. Засмотрелась в сторону и сбила девушку. Она умерла в больнице, и я…

— Что?! — мужчина воскликнул это слишком громко. Я даже подскочила, испугавшись реакции. — Стоп, Агата! С чего ты взяла, что девушка умерла?!

Герман резко обернулся на меня. Совсем мгновение, но шок в серых глазах я успела разглядеть. Его руки сжали руль так крепко, что пластик под пальцами мужчины противно скрипнул. Атмосфера в машине стала напряженной. Словно кто-то бросил в салон гранату, и мы оба ждем, когда она разорвет нас в клочья.

— С чего взяла?! Ты меня за дуру держишь?! — срываю. Мне не нравится этот разговор. И я не хочу его продолжать. Я, вообще, не планировала когда-либо еще встречаться с этим человеком. — Меня заперли в изоляторе! И следователь допрашивал три раза! Думаешь, все это просто так, от испуга?! Или по ошибке?! Скажи сам!

Бесит этот человек! Бесит то, как ловко он опустил меня носом в грязь! Зачем заставлять меня снова вспоминать тот кошмар?!

— Это следователь тебе сказал, что девушка умерла? — не унимается Герман.

Боже!

— Да!

Крепко выругавшись, мужчина стукнул кулаком по рулю. Я вскрикнула, не ожидая от него такой резкой реакции.

— Агата, — говорит Герман, — она не умерла, тебе соврали. И тут без твоего ненаглядного супруга не обошлось.

Кажется, яма с дерьмом, в которую этот мужчина меня погрузил, стала еще глубже.

Не может быть! Этого просто быть НЕ МОЖЕТ!

— Что ты?!! Да как ты смеешь?! Слава бы никогда со мной так не поступил! Он лучший муж на свете!

Герман нервно хохотнул в ответ, крепче сжимая руль.

— Ты плохо знаешь своего мужа, Агата, — настаивает Герман, — думаю, он и не на такое способен.

Я тону в дерьме. Кажется, вот-вот погружусь по самую макушку. Ощущается весь этот разговор именно так. Даже дышать стало трудно, и сердце бешено колотится в груди.

— Не смей наговаривать на него! — рычу на мужчину, смахнув предательскую слезинку с глаза. — Ты не имеешь права так говорить! Слышишь? Я запрещаю тебе! Слышишь меня?!

Слезы наворачиваются, глаза щиплет. Но я не должна позволять себе быть слабой. Нет, только не при нем! Не при Германе! Он всегда видел меня только в лучшем виде. И никогда я не показывалась ему неопрятной или заплаканной. Пусть запомнит меня сильной стервой, а не плаксивой дурой. Ведь, больше мы точно не увидимся! Да после того, что он сказал, я никогда не смогу уже посмотреть ему в глаза!

И что значит «я знаю о тебе все»?! Откуда он получил сведения? И зачем?

Черт!

Да какая разница! Все изменилось, он прав. Теперь я не могу быть с ним на равных. Потому, что он точно знает, что его возможности намного выше моих. Мы никогда не были ровней. И только наша игра создавала иллюзию, что я могу им командовать.

Дура ты, Агата! Глупая идиотка! Это не ты играла, а он играл с тобой. И теперь явился окончательно закрыть счет.