Порочная связь

Глава 35

Герман.

Она смотрит на меня своими глазищами, в которых совсем не тот испуг, который я видел раньше. Агата в своей конспирации так увлеклась, что почти верила в то, что она находится в криминальном детективе. Раньше я посмеивался над ее страхами. Теперь точно знаю, кто в них виноват. И этот, сука, мудак за все ответит. Ручаюсь!

— Он тебе что-то сделал? — спрашиваю, сглотнув ком в горле. Даже думать о таком страшно.

Отстраняюсь на шаг назад, прохожусь взглядом по прекрасному телу. Вроде, ссадин и гематом не видно. Но ее, блять, муженек же из полиции! А, значит, знает, как бить так, чтобы не было следов.

— Он тебя бил? — заглядываю в глаза. Голос дрогнул от волнения.

Убью эту мразь!

— Что?! Нет! — отскакивает назад. Мой облегченный выдох, наверное, слышали даже соседи. — И мы не можем быть уверены в том, что это Слава прислал ту записку! Перестань все время его подозревать!

Она напугана сильнее, чем хочет выглядеть. А я не подозреваю ее мужа. Я точно знаю, что это именно он прислал ту чертову записку! Это Агата еще о том, что и мне досталось такое же точно письмецо, не в курсе… Не стоит ее пугать еще сильнее. Как и про свои злоключения с проверками не расскажу.

— Иди ко мне, — говорю. Беру женщину за руку. Ее ладонь холодная, как лед.

Вздрогнув, Агата подходит, прижимается всем телом. Уткнувшись лицом мне в грудь. Прижимаю женщину к себе, как самую ценную реликвию. Она даже не представляет себе, как сильно хочу защитить ее. Да она и не поверит в то, что меня волнует ее безопасность. Мы оба играли в розыгрыш. И пропустили момент, когда игра перестала быть забавным фарсом.

— Успокойся, — выдыхаю ей в макушку, наклонившись, чтобы зарыться носом в ее волосы. Вдыхаю их аромат, пропуская запах, который давно уже стал для меня почти родным. — Все не так страшно, как кажется.

— А мне страшно, — хнычет она, как маленький ребенок. Такая уязвимая сейчас. Так не похожа на властную стерву, которую изображала в наших играх при каждой встрече. — Знаю, тебе плевать на мои страхи…

Ты даже не представляешь себе, как сильно заблуждаешься. У меня в груди все рвется на части от одного вида твоих перепуганных глаз.

— Наверное, думаешь, что я все выдумываю…, - продолжает сетовать Агата.

Уверен, что ничего не выдумываешь. И в том, что сбила насмерть человека, ты была абсолютно уверена. Тот ужас, который я видел в твоих глазах спустя пару дней, даже тебе не под силу сыграть. Страшно подумать, что могло бы случиться с твоей психикой, если бы я не вытащил тебя вовремя.

— Тшш, — шепчу ей в волосы, — я тебе верю, малыш.

Какая она хрупкая. Сама нежность и женственность. Эту прелесть надо держать в комфорте и безопасности. Куда ей воевать с полковником полиции?

Если она уйдет ко мне, проблема решена. Только так я смогу обезопасить ее полностью. Когда буду уверен в том, что Агата в целости и сохранности, у меня развяжутся руки. Уверен, что после этого наш ревнивец не выдержит, явится выяснять отношения. Я найду способ ответить, пусть не сомневается.

Но она брыкается и не хочет согласиться на мое предложение. Поэтому пока приходится обходиться скупыми сводками частного детектива и надеяться на то, что получиться прижать к стенке обиженного рогоносца. До того, как тот успеет навредить моей девочке.

— Расскажи мне все, — прошу Агату тихо. — Что стряслось?

Пропускаю ее волосы между пальцами, оглаживаю плечи. Какая ж она классная! Везде складная и женственно мягкая.

Соглашайся стать моей, прошу тебя.

— Помнишь, где-то месяц назад, когда мы встречались, — Агата старательно подбирает слова.

Я почти физически ощущаю, как она краснеет. Как можно быть такой скромной после того, что она творит со мной в постели?

— Напомни мне, в какую игру мы тогда играли, — подбадриваю ее. На губах, против воли, расплылась улыбка.

Разве, можно вспоминать наши шалости с серьезным выражением лица?

— На мне было кожаное белье, — напоминает женщина.

Мне даже ее лица видеть не надо, чтобы понять, что она прикусила губу. Я бы тоже ее куснул, но держусь. Ту встречу, когда Агата с порога скинула плащ, я не забуду ни за что в жизни. Чуть не охренел, пялясь на, выпирающую из-под латекса, нежную кожу.

Мышцы напряглись, как перед прыжком, в паху снова стало горячо. Как иначе? Мы с этой малышкой скопили такую подборку общих воспоминаний, что теперь до глубокой старости будет, о чем поностальгировать нам обоим.

Спокойно, Гер! Сейчас не время. Обещал же, что выслушаешь.

— В мельчайших деталях, — отвечаю. Довольный смешок, все же, сдержать не удалось.

— Кто-то прислал мне тот комплект белья по почте, — заканчивает рассказ Агата.

Мое настроение резко рухнуло под плинтус.

— То самое? — складываю в голове пазлы. — Его у тебя выкрали, что ли?

— Нет, — хмурит лоб, встречаясь со мной взглядом, — тот комплект я выкинула сразу же, как только мы разошлись. Неужели, ты думаешь, что я стану хранить такую улику дома?

— Конечно, не думаю, — успокаиваю женщину. Я всегда знал, что она не глупа. Так заметать следы, как это делает Агата, наверное, не умеет никто в мире. — Но где он взял твои кожаные трусики? Копался в мусоре?

Челюсть Агаты поползла вниз. Думаю, мысль о копании в мусорке раньше не приходила ей в голову. Она так живо представила за этим занятием своего мужа, что я, без труда, смог считать ее мысли. Потом, словно опомнившись, женщина покачала головой, прогоняя видение.

— Мы не уверены, что это Слава, — опять повторяет она. — Не надо обвинять моего мужа без доказательств!

Особенно резанули слух слова «моего мужа». Даже ее неверие в мои предположения так не напрягает. Полгода она держала меня в неведении относительно своего семейного положения. И я, как наивный идиот, решил, что женщина абсолютно свободна.

Весь мой предыдущий опыт общения с женским полом приучил меня к тому, что женщины готовы на что-угодно, чтобы привлечь и удержать мое внимание. Мне казалось, что вся эта конспирация нужна только для того, чтобы произвести на меня незабываемое впечатление. Вот же я кретин! Еще и посмеивался втайне, мысленно убеждая женщину, что с такими формами, как у нее, мое внимание приковано навеки. Но не озвучивал этого, потому что, как полный кретин, ждал новой выдумки своей красавицы, как малыш ждет конфету.

— К тому же, — добавляет Агата, — это могло быть не то самое белье, а очень на него похожий комплект.

— Понятно, — киваю. — Что ты сделала с посылкой?

— Выбросила, конечно! — восклицает эмоционально. — Не тащить же домой!?

Киваю.

Странное у нас расследование выходит. Есть мои проблемы, как факт. И есть ее слова, которые подкреплены только моим полным доверием. Ни одной существенной улики, ни одной зацепки. И она станет убеждать меня в том, что это не полковник полиции устроил? Кто, если не он, сумел бы так красиво замести следы?!