После неё

Глава 41

Она

Fearless

Балтимор, декабрь 2022

Baltimora Ravens были командой-победителем, о которой я мечтала с трёх лет, и на траве стадиона MB Banks «Вороны» показывали идеальную игру.

Бо Бакер бегал с невероятной скоростью, его было не остановить, и они с Ламаром, казалось, жили в великолепном телепатическом пузыре. С каждым пасом, каждым очком, каждым тачдауном стадион взрывался неудержимой радостью.

Как взрывалась и я. На игроков я всегда смотрела с технической точки зрения, и как для болельщика, каждая игра Ravens была битвой. Однако на поле Бо выкладывался по полной, переписывал рекорды и обеспечил нам место в Зале славы. Эмоции утроились.

— Мой Малыш хорошо себя ведёт? — спросила Келли, явно скучая. На ней было пальто из искусственного меха изумрудно-зелёного цвета которое, вероятно, красиво смотрелось только на ней и Рианне.

— Он бьёт все рекорды!

— Ну, я так рада за него. Ненавижу, когда он дуется, как ребёнок, потому что плохо играет в мяч.

— Да, он одиозный. Но в то же время Бо неотразим.

Келли крепко меня обняла.

— Ты права, Пенни, и я рада, что ты увидела его истинную натуру. Позволь мне позвонить тебе как-нибудь вечером, чтобы договориться об ужине. Я хочу увидеть вас двоих вместе, и не обращай внимания на Бо, если будет не согласен, он всегда отдаляет меня от своего выбора.

— Я обязательно это сделаю. Теперь мне действительно пора возвращаться в раздевалку.

— Как я тебе завидую, ведь тебя окружает столько голых спортивных парней.

— Ну да, со временем к этому привыкаешь.

Я покинула боковую линию и вошла во внутренний туннель.

— Пенни! — услышала позади себя крик. Меня догонял отец. Я не хотела мешать ему, ведь он болел как одержимый, поэтому не поздоровалась раньше.

— Привет, папочка. Тебе весело?

— Отличная игра, никогда не видел ничего подобного на тактическом уровне. Слушай, не знаю, в курсе ли ты, но Милашка Би в Рождество решил со мной поговорить.

— Бо?

Мой отец разразился весёлым смехом.

— Да, перед тем как войти в дом, когда я был с твоими дядями. Он попросил у меня разрешения пойти с тобой на свидание.

Я испытала шок.

— Бо… Бо что сделал?

— Я решил, что он издевается надо мной, потому как он сделал это в стиле старомодного признания в любви, но потом я подумал, что он не такой парень. Мне это не показалось смешной шуткой, особенно в присутствии твоих дядей.

— Что сделал Бо? — переспросила я, изумлённая.

Папа покачал головой.

— Я никогда не думал, что парень может спросить меня о чём-то подобном. Ведь Сэм едва смотрел мне в глаза, когда разговаривал со мной.

— Ему было шестнадцать, он боялся!

— Ну, он мне никогда особо не нравился.

— Слишком поздно, я бросила его много лет назад.

— Так вы действительно встречаетесь? Ты и Милашка Би? — скептически спросил отец.

— Тебе трудно представить, что кто-то, кого ты боготворишь, будет встречаться со мной?

— Эй, Пенни, ты моя дочь, женщина, которую я люблю больше всего на свете, а он хороший парень. У меня нет желания ненавидеть его. Но я возненавижу, если он будет плохо с тобой обращаться, не сомневайся.

— Что именно он тебе сказал, кроме того, что попросил у тебя разрешения пойти со мной на свидание?

— Мужские дела.

— Мужские дела? Ещё существуют мужские дела? Вы спорите о длине барбекю, качестве шин и о том, у кого самая нежная свинина?

Отец хихикнул и похлопал меня по спине.

— Будь умницей, Пенни, я возвращаюсь смотреть игру.

— Папа, я хочу знать!

— Пока, Пенни!

Я смотрела ему вслед, пока он возвращался на трибуну. И вот, пожалуйста, новая ловушка профессионального уровня была установлена без моего ведома. Я улыбнулась, потому что никто ещё не делал для меня ничего настолько абсурдного и в то же время рационального.

Оказавшись в раздевалке, с бабочками в животе, я убедилась, что всё готово, а когда пришло время ждать команду, я предпочла сесть на скамейку Милашки Би, а не Ламара.

О' положил руку на бедро и посмотрел на меня.

— Но не говори мне...

— Хотела бы тебе сказать, что это не то, чем кажется, но это то, чем кажется, и я горжусь этим.

— Крестите своих будущих детей.

— Прекрати.

— И не забудьте сделать им вакцину от таких инфекционных заболеваний, как бешенство.

— Я же сказала тебе, прекращай.

Мой босс подошёл с макиавеллиевской улыбкой на губах.

— Я тебя знаю, ты, конечно, не поддалась обаянию богатого и недосягаемого спортсмена, но следи за Тилли, потому что она скоро присоединится к нам в плей-офф и будет за тобой присматривать. Пункты, запрещающие нам иметь отношения с игроками, утратили силу, но ей всё равно не нравится тот факт, что с клиентами устанавливаются интимные отношения, и поскольку именно она будет подписывать рекомендательное письмо, которое отправишь в Everlast, и учитывая, что ты не хочешь никакой помощи от Энни...

— Возможно, я смогу попросить Энни помочь мне.

— Ты изменила своё мнение и по этому поводу?

— Я размышляла над твоими словами.

— Пенни, думаешь, я тупой? Что ты делаешь с пресс-секретарём, которого ещё пять минут назад ненавидела до смерти?

Я придвинулась ближе к его уху.

— Ты знаешь, что она лесбиянка?

— Здесь осталось очень мало гетеросексуалов. Я думал, ты в курсе.

— Очевидно, нет.

— Значит, ты ненавидела её из глупой ревности?

— Ты хорошо её разглядел? Высокая, светловолосая, шикарная...

О' надулся.

— Ты реальная девчонка из Монтаны, выросшая в Балтиморе.

— Ты так говоришь, будто это оскорбление.

— Потому что так оно и есть.

Рёв, ставший уже привычным, оповестил нас о том, что игра окончена, и часть персонала вошла в раздевалку. Самыми взбудораженными выглядели новички, ведь их дебют в плей-офф был теперь предрешён. Вместе с Элвудом прибыли и другие врачи, занятые транспортировкой нескольких игроков в медпункт для обследования. В отличие от начала сезона, раздевалка Ravens кишела репортёрами, менеджерами, представителями телеканала команды, адвокатами и личными помощниками. Это был один из немногих моментов послематчевого расслабления и отдыха, потому что с приходом прямых отборочных матчей в этих стенах наступала абсолютная тишина и полная концентрация.

А приезд Тилли Ларсон станет для нас дополнительным бременем.

Во второй волне игроков появился основной состав, и в конце концов, настала очередь Звёзд.

Бо вошёл последним; когда увидела его краем глаза, я всё ещё занималась с новичками. Он попытался подойти, но главный тренер в сопровождении своего личного физиотерапевта остановил его, а когда я закончила с новичками, Бо уже был в душе, и я подошла, чтобы подготовить капитана.

— Пенни, Пенни... — прошептал Ламар с самой лучезарной улыбкой, которую я когда-либо видела на его лице.

— Поздравляю с игрой, капитан, вы были великолепны.

— У этого парня золотые руки и голова, много головы.

— Ты говорил мне это уже не меньше сотни раз.

— Я всегда говорил тебе это как рекомендацию, а теперь говорю как о мере предосторожности.

— Ты сутенёр.

— Знаю, а это работает?

— Работает.

Когда галстук Ламара был идеально завязан, из душа вышел Бо, завёрнутый в халат.

— Скромняга Милашка Би, — прокомментировала я.

— Я замёрз и не понимаю почему. Может, одной термофутболки недостаточно.

— Милый, иди домой, выпей чашку горячей воды, которую ты так любишь, и согрей свои пальчики, — посоветовал Ламар.

— Конечно, пойду, только не называй меня милый.

— А можно я буду называть тебя любимый?

— Даже не думай, тем более что тогда МакМиллиан начнёт ревновать.

Ламар разразился хохотом, а Харди, проходя мимо, показал им обоим средний палец. Я не поняла смысла этого диалога, но того факта, что Бо на самом деле шутил с кем-то, было достаточно для меня.

Я погладила его бицепсы, покрытые мягкой тканью.

— Отличная игра, ты был феноменален.

— Да, отличная смена. Хотел попросить тебя подождать меня, чтобы мы могли вернуться домой вместе, но мне нужно задержаться и поговорить с моим физиотерапевтом.

— Неважно, мы можем встретиться позже.

— Я хочу, чтобы ты подождала у меня дома.

— В этом нет необходимости.

— Да, это необходимо. Подожди у меня. Я дал указание консьержу впустить тебя. Он также выдаст тебе комплект ключей. Закажи ужин и начинай выбирать фильм ужасов.

Мне следовало продолжить работу над своей коллекцией, но в тот день меня начала одолевать усталость, поэтому я послушалась Бо. Правда сначала отправилась к себе, чтобы привести себя в порядок.

Оказаться в этих роскошных стенах без него было странно. Я стояла посреди гостиной и оглядывалась, словно в зале ожидания. Всё было идеально роскошным, опрятным, чистым... Но кого ждала эта квартира, кого она видела уходящим или возвращающимся?

Я подошла к ёлке, которая до сих пор стояла, несмотря на то что праздничные дни прошли, потому что Бо сдержал своё слово.

— Пенелопа… — услышала, как он зовёт меня.

— Я здесь.

Бо появился в гостиной, поставил сумку на пол и быстро снял галстук.

— Ненавижу эту штуку, которую ты нацепила мне на шею, и эти пиджаки тоже.

— Это костюм за восемь тысяч долларов, не обращайся с ним плохо.

— Ты заказала ужин?

— Я только что пришла. Как насчёт суши?

— Выбирай, сегодня я могу сделать ещё одно исключение.

Я последовала за ним наверх, в его спальню, затем прислонилась к дверному косяку и наблюдала, как он раздевается.

— Ты видел Келли на трибуне? — спросила я.

— Да, видел. И я знаю, что она хочет, чтобы ты пригласила её на ужин, но, полагаю, она уже сказала тебе об этом.

— Ты находишь это таким неприличным?

Бо снял рубашку и повесил её на вешалку. Его плечи стали ещё мощнее, а мышцы — более чёткими.

— Вовсе нет, а что такое?

— Потому что ты выходишь из себя из-за вещей, которые не могу предвидеть, и я хотела бы предотвратить это.

— Моя злость на тебя длится тридцать секунд.

— Даже шестьдесят.

— Она не длится долго, поверь мне. Твой отец тоже был там.

— Я знаю, и, кстати, он сказал мне, что ты просил у него разрешения пойти со мной на свидание.

Бо снял брюки.

— Да, на Рождество.

— На глазах у моих дядей.

— Они тоже там были.

— Зачем?

— В твой день рождения я спросил тебя, хочешь ли ты чего-то подобного, и ты не сказала «нет».

— Бо, ты просчитал последствия своих действий?

Он удовлетворённо усмехнулся.

— Ты имеешь в виду, что вся твоя семья будет давить на тебя? Да, я знаю и рад. Если ты думала, что сможешь легко от меня избавиться, то теперь это будет сложнее.

— Я угодила в очередную ловушку.

— Тот, кто поймал меня в ловушку, — это ты, Пенелопа Льюис.

Неожиданным жестом Бо поднял меня на плечи, затем сильно шлёпнул по заднице и понёс на кровать. Он снял с меня брюки и рубашку, затем обхватил мою грудь руками и по очереди пососал соски.

— Я слышал, как ты кричала, болея за меня на трибуне.

— Ты играешь в моей команде, это часть пакета, — ответила я, запустив руку ему в волосы и потянув. В ответ он ещё сильнее впился в мою кожу. Я хотела его таким, мощным и грубым, после трёх дней, когда мы не прикасались друг к другу. В меня вошли два пальца, и я ещё шире раздвинула ноги. Я застонала, он двинулся ниже, и прежде чем успела что-либо понять, его голова оказалась между моих бёдер. Бо лизнул моё самое чувствительное место, поэтому я придвинулась к нему ближе. Мне хотелось большего. Он пососал клитор, потянул его, а затем отпустил. Бо играл с клитором медленно вытягивая и отпуская и продолжая сосать. Я подняла колени и прижалась к его голове бёдрами. Ощущение его бороды на коже вызывало у меня дрожь, но всё, чего я хотела, — это настоящего оргазма.

— Милашка Би, я хочу, чтобы ты трахнул меня, — приказала ему.

Бо рассмеялся, удивлённый такой претенциозностью.

— Ты всегда рушишь романтику.

— Романтика — это паб, полный фиолетовых цветов, а не твоё лицо между моих ног.

— О, Пенелопа, юноша во мне потерял всякую надежду на сентиментальность.

Бо развернул меня, схватил за бёдра и вошёл одним толчком. Я выгнула спину, чтобы плотнее прижаться к нему и ощущать сильнее. Бо сжал мою грудь одной рукой, а другой продолжил стимулировать клитор. Как двигаться решила я, пока он неподвижно стоял позади меня. Я продолжала как хотела, возбуждаясь всё больше, после чего наклонилась и схватилась за край кровати. Бо раздвинул шире мои ноги и начал двигаться. Энергично. Он входил и выходил, каждый раз с большей силой.

Я положила лицо на подушку, позволив Бо полностью контролировать моё тело. Бо Бакер мог делать со мной всё, что хотел, потому как я была уверена, — он заставит меня наслаждаться этим именно так, как мне было нужно. Я чувствовала, как его пальцы крепко сжимают мои плечи, как его вес надавливает при каждом выпаде, как напрягается каждый дюйм моего тела. Трахая, он запустил руку мне в волосы, используя как рычаг, чтобы поднять мою голову. На меня обрушился град резких, быстрых толчков, и я слышала только звук его тела, соприкасающегося с моим, наше дыхание и мои стоны. Глубокий и освобождающий оргазм заставил меня выкрикивать его имя.

Сердце колотилось, Бо продолжал яростно входить в меня, пока наконец не успокоился. Я почувствовала, как его семя смочило мою спину, а затем он рухнул вперёд, увлекая меня за собой.

— Находиться вдали друг от друга три дня в неделю становится всё труднее.

Я закрыла глаза, обняла Бо и погладила его драгоценные руки.

— Бо, есть ещё кое-что, с чем трудно справиться.

— Что?

— Тот факт, что мы не принимаем меры предосторожности и каждый раз рискуем.

— Ты права, это было бы самым захватывающим событием кончить в тебя.

— Это был бы акт зачатия, и я не хочу рисковать.

— Не будет, если начнёшь принимать таблетки или что-то ещё, что ты захочешь.

— Эй, почему об этом должна думать я?

— Если бы существовала мужская таблетка, я бы её принял.

— Существуют презервативы.

— Даже не подумаю об этом.

— Бо!

— Я не хочу, чтобы между нами был латекс. Твоя киска слишком горячая и влажная, чтобы от неё отказаться.

— Что случилось с защитой от болезней?

— У меня нет никаких болезней.

— Я могу их иметь.

— Они у тебя есть?

— Нет, конечно нет!

— Тогда не понимаю, в чём проблема.

— Ты думаешь так каждый раз, когда встречаешься с девушкой?

— Нет, потому что они знают, чем я занимаюсь, сколько у меня денег, и беременность может быть эквивалентна выигрышу в лотерею.

— Я тоже знаю, чем ты занимаешься и сколько у тебя денег.

— Ради тебя стоит рискнуть, и потом я прерываю свой оргазм в самый прекрасный момент, не думай, что это не жертва.

— Тогда воспользуйся презервативом!

— Тогда прими таблетку!

Я повернулась, намереваясь образумить, но когда взглянула на него, желание спорить пропало. Боже, как он красив: растрёпанный, горячий и пахнущий мной.

Мои гормоны тут же перешли в режим атаки: мне хотелось большего.

— Почему ты смотришь на меня, как на пирожок?

Я улыбнулась и поцеловала его шею, затем спустилась к ключице и центру груди, где на белой коже выделялась тату Милашка Би.

— Я смотрю на тебя, как на пирожок, потому что на самом деле могла бы тебя съесть.

— Я не против, просто помни, — жевать не нужно перед тем, как проглотить.