Глава 20

От ее слов, от того, как она сжимает мои плечи, притягивая ближе к своему трепещущему телу, кровь сильнее приливает к члену.

Но я все равно действую сдержанно, двигаюсь медленно, целую, краду ее прерывистое дыхание, прощупывая границы дозволенного. Ее границы. Которые с каждой секундой все больше и больше размываются. Как и пена у наших ног.

— Тебе необязательно осторожничать со мной… Не сдерживай себя… Я хочу почувствовать… — дрожащий шепот вибрирует между нашими губами, и я снова захватываю их в крепком поцелуе.

Не сдерживать себя — это то, чего я хочу.

Вжав Ясю сильнее в стену, оттягиваю ее голову за волосы назад. Провожу языком по подрагивающим губам, спускаюсь на подбородок и прикусываю, вырывая тихий стон. Член требовательно дергается, и я со сдавленным рычанием скольжу зубами по краю ее скулы.

— Ты этого хочешь? — целую в шею и снова прикусываю, скольжу ладонями по ее влажным бедрам, вдавливаю пальцы в нежную кожу.

— Да, — шепчет она тяжело дыша. Обнимает мой затылок. Сталкивает нас лбами. — Хочу. Хочу, Демид. Хочу чувствовать как раньше. Я так… так соскучилась…

Твою мать. Ее голос. Желание. Громкое дыхание, переходящее в стоны… пытка. Горячая. Всепоглощающая и сладкая.

Вода струится по нашим телам. Яся плавно закидывает ногу на мое бедро. Трется нежной плотью о болезненно твердую длину. Мучает. Прикусывает мои губы. Кровь закипает в венах. Яся двигает бедрами, хнычет и царапает пальцами мой затылок, задыхается у моего лица, а я прикрываю глаза, сдавливаю каменный член в кулаке и медленно вхожу в нее. Медленно… медленно…

Стон вибрирует в горле. Яся снова хнычет. Привстает на носочки. Царапает мои напряженные плечи. А у меня в пояснице будто раскаленная лава скапливается, опоясывает, проникает ниже… в пах… Блядь. Кроет от нее не хило.

Двигаюсь плавно. Позволяя привыкнуть ко мне. Мысль, что у нее никого не было все это время, срывает мои тормоза, и я грубым толчком вхожу полностью. Черт… Замираю на мгновение, продлевая сумасшедшее ощущение. Мы два сплошных напряжения. Со стоном сталкиваемся в чувственном поцелуе.

Я трахаю ее, прижимая к стене душа. Влажный пар клубится вокруг. Мы задыхаемся друг другом. Веду рукой по ее талии, сминаю ладонью грудь, вынуждая Ясю выгнуться вперед. Стискиваю челюсти от движения ее бедер. Оттягиваю пальцами сосок, и она сильнее извивается на моем члене. К черту…

Подхватываю ее второе бедро, помогая скрестить лодыжки у меня за спиной, и вонзаюсь в нее.

Яся запрокидывает голову и несдержанно стонет, я тут же впиваюсь в ее мягкие губы, поглощая этот крышесносный звук с гортанным рычанием. Еще и еще. Перехватывая Ясю под коленями и врезаясь с громкими влажными шлепками в ее тело. Быстро. Жадно. Необходимо. До сорванных криков. До распухших от поцелуев губ. Это такой обжигающий кайф, что нас выносит одновременно и, вздрогнув, мы кончаем… Я прижимаюсь лбом к ее плечу и сдавленно выдыхаю, ловя последние судороги ее оргазма. А потом оседаю вместе с Ясей на пол и притягиваю ее к своей груди. Она буквально растекается в моих руках. Утыкается лицом в шею. Прижимается. Дрожит. И я догадываюсь почему.

Мы не предохранялись. Черт возьми. Забыл обо всем на свете. Тяжело сглатываю. Дыхание все еще неровное. Но я обнимаю ее крепче и стараюсь расслабиться под теплыми струями воды.

Глажу Ясю по волосам. Успокаиваю. Хочу словами, но что сказать — не знаю.

— Прости… я не… — ударяюсь затылком о стену. — Просто будь уверена: я не убегу от ответственности. Мы все решим. Вместе.

Яся не шевелится. Только чувствую ее дыхание, которое постепенно выравнивается.

— Нечего решать, — наконец шепчет она сквозь шум воды. — Я больше не могу иметь детей.

Слышу в ее голосе надрыв, но Яся замолкает и оставляет на моей шее короткий поцелуй. А я пытаюсь осознать то, что она сейчас сказала.

Поднимаюсь вместе с ней, не выпуская из рук, и выхожу из душа. Яся кажется совсем хрупкой и миниатюрной. Бережно заворачиваю ее в большое махровое полотенце и несу в спальню, чтобы уложить в постель. Но уйти не выходит, потому что она вцепляется в мое запястье тонкими пальцами.

— Останься…

Загрузка...