Право кулинарного мага

Глава 11

— Татьяна Михайловна, вы сказали, что бой — это первая часть истины. А вторая? — спросила Лина, не поднимая глаз от собственного ножа.

— Вторая — это танец. Сплетение вкуса и восторга, грациозные пируэты на лезвии ножа, чувственное единение специй. Оксюморон пяти элементов, если хотите. Нельзя приготовить шедевр, не познав двух частей одной истины. Вы должны сражаться за удовольствие гостя, но делать это с изяществом балерины первого плана. Помните, кулинария — это умение подружить продукты между собой. Сначала подходящие, а когда станете профессионалами, научите дружить совсем разные вкусы.

Пышный букет свежих гвоздик успел слегка распуститься, напившись воды из обычной трехлитровой банки. Сначала мне было стыдно. Святые крендельки, разве можно так с размаху меня удивлять? На нас не посмотрел только ленивый, а дарителю было плевать. Гордо задрав подбородок, инженер покровительственно улыбнулся.

«В цвет вашего платья», — добавил Август и не ошибся. Покраснев, как девчонка, я жалобно обернулась на коллег. Брать или не брать? Неловко-то как! Особенно под любопытными взглядами окружающих, невзначай задержавшихся в холле. Мадам Праймар не успела отойти от шока и потому была неконструктивна, а профессор окатила меня прохладным взглядом. Клянусь, хотелось сбежать на урок и больше не появляться в общежитии!

И осуждения не принимаются.

«Бегите на занятие», — спустя пару минут посоветовала профессор Гаянэ. И что-то в ее голосе мне показалось обреченным, с налетом сопереживания. Букет розовых гвоздик пах летом и любовью садовника, уделяющего внимание каждому лепестку. Погрузившись в волнение, я протянула руку к подарку, на мгновение перестав дышать. Тем неожиданней был резкий звук захлопнувшейся крышки прямо за спиной.

— А, мастер Майер, — с неудовольствием отреагировал инженер, тронув меня за локоть.

За спиной стояла невозмутимая фигура мастера, закрывшего часы на цепочке. Видимо, барон устал ждать, пока я приду в себя и освобожу проход, а потому демонстративно посмотрел на циферблат. Как по сигналу, остальные преподаватели начали расходиться, хлынув в открытую дверь. Пришлось схватить букет в охапку, наспех поблагодарить и рвануть на пару. Пахнут вкусно, но совсем не по-земному: мятой и лемонграссом. Было бы любопытно высушить лепестки, добавив их в чай или украсив десерт.

Прибежав на кухню с черного входа — своей волей объявляю его официальным, — я плюхнулась на стул и витиевато выругалась. Видимо, вневедомственные чудики омолодили мне не только тело, но и мозги. Иначе я не могу объяснить спонтанные треволнения. Подумаешь, букет! Взяла, поблагодарила и удалилась примадонной после концерта. Мало ли Аркаша мне цветов дарил?

«То Аркаша», — вздохнула память. Тридцать лет брака не проходят бесследно, а другие мужчины не отваживались оказывать мне знаки внимания. Разве что зять и внук, но это обрадовать по-семейному, а не иезуитски огорошить даму веником посреди коллег. Пришибленными казались и студентки, стоя в ряд и поглядывая на меня со смесью ужаса и обреченности — так прониклись растерянностью преподавательницы.

— Татьяна Михайловна, — ахнула Янита, бросаясь ко мне и перекрывая обзор. — Вам подарили цветы? Как неожиданно!

— И не говори. Я полагала, следующие гвоздики в моей жизни появятся иначе: в круглом виде и с черной ленточкой. И… Что здесь произошло?!

Пожалуй, лишь серьезное потрясение способно оправдать рассеянность. Устремившись на рабочее место, я не сразу заметила подвох. Хотя «подвох» — это маленький и незаметный нюанс, а я не приметила слона.

Все девушки имеют право посещать свой учебный «класс», проникая изнутри дворца. Практически в любое время, кроме ночи, когда ключник запирает помещения, кухня открыта для студенток. И последние три дня юные кулинарки приходили пораньше, чтобы переобуться, облачиться в форму и тщательно помыть руки. Похвально? Угу.

— М-мы немного потренировались, — покраснела Малика. Короткие пшеничные волосы встопорщились от волнения.

Посреди удивительно целой столешницы высилась горка щепок. Пошатнувшись от ужаса, я с трудом узнала в мелко порубленной древесине табуретку, разделочную доску, две салатные миски и… стеллаж для специй? Высота «блюда» достигала моей груди, кокетливо просвечивая парчовой обивкой табуреток. Сколы лака и синтепона торчали во все стороны, словно повар любовно украсил мишленовский шедевр.

— И собрали салат из того, что есть на кухне? Боюсь спросить, кому приготовлено блюдо. Жукам-короедам?

Внешний вид юных леди тоже вызывал вопросы. «Какого маракуйя, дамы?» — так бы и рявкнула, будь это педагогично. Флегматичная красавица Эсми напоминала всклоченную ворону: длинные волосы сбиты в гнездо, фартук распущен на ниточки, вместо помады губы перепачканы свекольным соком. Её догоняла Кристина: шевелюру проще сбрить, чем распутать, на щеке длинный порез, на правой туфле сломан каблук. Но круче всех явно отчебучила Лина, красуясь фингалом под левым глазом и рваным платьем!

— У вас минута, чтобы объясниться.

Если студентки подрались, уволюсь к чертовой матери. Пока я, аки овца, таращилась на коллег и болтала с Джуликой, девочки организовали отбор на тот свет. Кто же финиширует?

— Накажите нас! — хором потребовала учебная группа.

— Ч-чего?!

Единогласно сложив руки на груди, пятеро студенток сделали шаг подальше от Эсми и твердо повторились:

— Накажите нас. Мы виноваты.

— Вы с дубовой табуретки рухнули, что ли? — почему же черноволосая волшебница единственная не подает голоса.

— Мы нарушили ваш запрет, — Янита набралась храбрости. И метнула в мадемуазель Линдерштам неприязненный взгляд. — Пытались применять кулинарную магию.

— Зачем?

Учеба только-только началась, я едва успела выучить всех по именам и мотивации. Подобно слепым котятам, будущие кулинарки хватались за нож, пища от страха и обливаясь холодным потом. Какой бес их дернул феячить там, где они даже руками ничего не умеют и всего боятся? И этот злой взгляд в адрес Эсми… Ой-ой-ой.

— Хотели приготовить конфи дё Лео, — призналась Джинджер чуть флегматично.

Хм, но близ кухни никто не ошивался, и степень разгрома едва ли дотягивает до участия паршивых кадетов. Разве что девушки применили метод забоя кроликов, и теперь граф фон Вальтер маринуется на столовой подушке под грудой дерева. Тогда мебельный лак оттянет на себя горечь преступления, а гвозди приятно захрустят на зубах. Только парчу добавили слишком рано, ею лучше украсить блюдо перед подачей.

Боже, о чем я только думаю.

— Ты где таких слов понахваталась? — рука пощупала карман в поисках корвалола.

— Вы рассказывали о консервах из мяса птицы, а человечина на вкус почти как ку…

«Твою-ю ма-а-а… малину!» — взвыл внутренний преподаватель. Господи, помилуй, эта девчонка так зациклилась на фигуре, что в людях еду видит. Всё, с этого дня не подпускаю мадемуазель фон Рихтер со спины и дверь в спальню подпираю стулом. Чертовщина какая-то, она же благородная тростиночка, откуда только силы взяла.

— А свидетелей вы на ливерную колбасу пустили?

— Полуфабрикаты вредны, — влезла Кристина. — Их пичкают заклинаниями стабилизации и медленного разложения, а это вызывает колебание четвертого слоя ауры.

— Поэтому оболочки для любых колбасных изделий необходимо тщательно промывать, чтобы избежать попадание бактерий, а готовую колбасу лучше вакуумировать, если не собираетесь… Так, не заговаривайте мне зубы! Где граф фон Вальтер?

Кровью на кухне не пахло, обрывков мужской одежды не валялось, да и спрятать великовозрастного недоросля целиком на кухне — задача нелегкая, а разделывать туши девушки категорически не умеют. Черный юмор я оценила, но вопрос о произошедшем нельзя спускать на тормозах. И правильно! Оказалось, не дождавшиеся извинений девушки решили быть во всеоружии, чтобы в следующий раз наказать благородного паразита за издевки. Влекомые жаждой мести за свои испуганные визги, мадемуазель разработали план. А поскольку бросаться на мужчину с ножом — поступок, недостойный леди, феи решили действовать тоньше.

— И никто не поверит, что кухонный нож может сам броситься на человека, — стеснительно улыбнулась Янита. — Списали бы на оплошность жертвы, напортачившей с магией. При удаче можно объяснить произошедшее реверсивными повреждениями: колдовал, не рассчитал силу, ножик дал сдачи.

— Девушки…

— М-м?

— Вы что, маньяки? — от моего истерического смешка волшебницы слегка смутились.

Ответа не последовало, да и слышать их оправдания не хотелось. К счастью, колдуньи никого не убили и сами почти не пострадали, за исключением Эсми — она отказалась участвовать в коллективном покушении. Девушка даже сумела обезвредить шеф-нож, когда заклинание вышло из-под контроля, и клинок принялся крошить мебель. Пока пять обалдевших леди увертывались от щепок, летящих во все стороны, Эсми сумела перехватить контроль над чужой магией. Но спасибо ей не сказали.

«Это как поцеловать чужого мужа», — сквозь зубы процедила Лина, объяснив всеобщую неприязнь. Н-да, тяжелые у магов социальные порядки.

В наказание за проступок ученицы обязались перемыть всю посуду руками, не пользуясь посудомоечными артефактами и магией. А также съесть на обед то, что приготовят сами, пока я назидательно обедаю нормальной едой, приготовленной у них на глазах. Кстати, одну порцию можно забрать с собой на вечер, картофельное пюре и фрикадельки отлично сохраняются в контейнере-артефакте.

«Фу-у-у-ух!» — вырвалось невольно, стоило вернуться к себе в комнату. До чего же трудна преподавательская жизнь! Если кто-нибудь узнает, что на моей кухне летают ножи и уничтожаются табуретки вместе с разделочными досками, не видать мне зарплаты — штрафанут, как гаишники пьяного водителя. По плану сегодня студентки должны были выразить пожелания и кулинарные предпочтения для списка блюд на аттестацию. Помимо основ, каждая будет работать над индивидуальным проектом на дополнительных занятиях. Я планировала уделить особое внимание всем студенткам, поработав с ними тет-а-тет.

Но произошедшее напрочь выбило Татьяну Михайловну из колеи!

— Молодой огурец, дай мне сил, — похищенный из кухни овощ красноречиво промолчал. — Вот бы ты сам в салат порезался.

Нехорошо таскать с работы продукты, но идти в столовую и гробить поджелудочную путем жиропоедания я больше не могу. У меня нет права второй раз убить свое здоровье в пищеблоке! Тем более так бездарно — через еду, а не готовку. Слава баранкам, формально вся еда на учебной кухне принадлежит мне. Му-ха-ха-ха, буду готовить исключительно питательные блюда и переманю на свою здоровую сторону весь замок!

— Вот блин, а как этот контейнер разогревать? — дурацкие магические артефакты. — Придется идти к Джулике на поклон.

Общежитие еще не спит, по коридору то и дело разносятся шаги вернувшихся коллег. Если открыто выйду из комнаты и поздороваюсь с каждым встречным, меня запомнят как преподавателя. А утренние цветы… Ерунда, я красивая женщина, имею право на знаки внимания. Только переоденусь и приму душ, а то красота у меня чучельная. «Кто там?» — стоило завернуться в полотенце, как во входную дверь постучали.

Незваный гость размеренно и тихо колотил в дверь, нетерпеливо набирая скорость. Да иду, иду!

— Что за?.. — осеклась я, выйдя в спальню. Источник равномерного стука замер, повернувшись ко мне корпусом. — А-а-а-а-а!