Право кулинарного мага

Глава 35

Физические травмы на кухне сопровождают повара ежедневно, как ревностные секьюрити, взимая плату за навыки. Порезы, ожоги, легкие пищевые отравления — рутина среди кастрюль. Куда реже и опаснее психологические травмы: нанесение страшного ущерба овощной морали, попрание мясной нравственности, издевательство над добрым именем борща. Одна только селедка в торте по психологическому давлению сравнима с трагичными событиями жизни, вроде развода родителей или смерти любимой бабушки. Уж я-то могу сравнить.

Но ничто не наносит большей травмы, чем внезапное предательство.

— В-вы, — я кое-как прохрипела через сведенное судорогой горло.

Барон фон Майер поднял равнодушный взгляд, перекладывая стопку листов расширенного протокола экзамена. Жутко принципиальный вредный старикашка, поставленный меня измочалить и завалить, оказался… Разве что не старым. Во всем остальном — несносный тип!

Для приема экзамена барон изволил одеться по форме в черный фрак с золотым шитьем и железными клиньями, классические брюки и белую рубашку изысканного атласа в тон к белоснежным коротким перчаткам. Не достает парика и характерного воротничка — как есть судья, занявший массивное кресло за общим столом. У противоположного конца огромной столешницы стоит обыкновенный стул для студента, бросившего вызов системе.

— Студентка Энгерова к пересдаче готова.

Ну и пусть! Марк — значит Марк, хуже точно не будет. Завалить меня хитровывернутыми вопросами не сможет, в провале мастер не заинтересован, а что промолчал о статусе экзаменатора… Фиг ему, а не домашние сосиски.

В первый раз я не добралась до практической части экзамена, но сегодня половина аудитории дрожит зыбким маревом, скрывающим локацию для второго задания. Бытовые маги отвечают за исправную работу домашнего уюта, налаживая очаг и поддерживая умеренное довольство жильцов. Задание соответствующее: технологи чинят прорванную трубу, строители меняют планировку комнаты, а кулинарный маг готовит.

— Доброе утро, мастер, — рука нервно сжалась на сумке с маленькой коробочкой для специй.

О содержимом дамской сумочки не знает никто, кроме Майера, и я окончательно перестаю что-либо понимать. По правилам личные вещи студента остаются у входа, поэтому никаких шпаргалок или зелий пронести вглубь аудитории не получится.

— Вы позволите повесить сумку на стул? В ней носовые платки и запасная ручка.

Барон бегло оглядел скудное содержимое: пачка платков, канцелярия, коробка размером со спичечный коробок и сушеный бутон черной розы. Сегодня даритель оригинально преподнес сразу два цветка: алый и черный, разной степени свежести. Пожалев черную розу, я помогла ей засохнуть окончательно и на удачу бросила в сумочку вместе с коробкой.

Язык цветов — не моя сильная сторона. Завядший темный цветок наверняка говорит о скорби и обиде, переживаемых графом фон Крафтом, но символ алого бутона с капельками росы остался загадкой. Отношения пошатнулись, но симпатия не угасла? Лучше бы прямо сказал, чем загадки подкидывать, тем более говорить умеет. Это барону таинственность простительна, крутится мужчина как умеет.

Увидев среди личных вещей запрещенку, мастер поднял на меня холодный стальной взгляд.

«Позволяю», — мелькнула улыбка в уголке губ. Фу-у-ух, начинаем экзамен с маленького нарушения.

Согласно протоколу, вторая попытка сдать экзамен может быть не похожа на первую. В целях экономии времени устные вопросы заменяют тестом или экзаменатор заранее выберет билет с содержимым, которое посчитает нужным. Три листа с тестами уже лежали на крае стола, но барон удивил.

— Мастер фон Майер? — я изрядно растерялась, получив возможность выбрать билет из стального ящика.

— Хм? — Марк пробежался глазами по тесту и скривился, щелчком пальцев сжегши бумагу.

Второе нарушение ознаменовалось гулом из голографического артефакта. Ха, наблюдатели в ауте, если включилась двусторонняя связь!

А что у нас в билете? Вопросы сложные, но знакомые: магическая письменность с практикоориентированным заданием и трансформация неорганической материи. Удача спохватилась, щедро одарив меня своим лучезарным сиянием.

— Магический алфавит есть литеры, имеющие несколько значений в зависимости от порядка их начертания. История создания каждой литеры отсылает нас к самому миропорядку, установленному несколько миллиардов лет назад.

Мастер слушал внимательно, подперев голову рукой, будто в самом деле интересовался механизмом создания печатей. Тех печатей, которые сам же вчера и выводил моей рукой, сдавливая подушечки пальцев. Бледная кожа мужских запястий издали веяла холодом и наощупь отдавала прохладой, списанной на ночную пору. Но, кажется, возьми я Марка за руку сейчас, обморожу ладонь.

— Таким образом, умение читать магические печати необходимо каждому магу, прошедшему стадию адепта, — какая же я молодец.

— Угу, — барон с отстраненным видом подвинул к себе бланк.

— Сорок баллов?!

Да он издевается! Процитировала главу из учебника со всеми выдержками, примерами, терминами и исторической справкой. Заслуживаю сто процентов правильного ответа, какие ещё сорок жалких баллов?!

— Гхм, — стальной взгляд бритвой пресек возмущение.

Р-р-р-р!

— Трансформация неорганической материи — это изменение структуры и свойств материалов, не имеющих в составе углерода.

От злобного скрипа зубов даже артефакт принялся гудеть потише. Двойное предательство! Клянусь борщом и пресвятым холодцом, каждому подмешаю слабительное в суп. Преступная беспечность — злить человека, из чьих рук принимаешь еду, да ещё и профессиональной владычицы ножей. Зато на трансформации неорганики я съела собаку ввиду простоты механизма изменения материи. Если барон не поставит мне девяносто баллов, я его…

— Прокляну, — вырвалось тихое рычание от цифры «семьдесят» на бланке с баллами.

Марк обалдело поднял голову, посмотрев на меня с немым изумлением.

— Прием, — артефакт записи зашипел, донося потусторонний голос. — Студентка Энгерова, поздравляем, вы набрали минимальную сумму проходных баллов по результатам теоретической части экзамена. Приступайте к практике, на испытание отводится сорок пять минут.

Дрожащее марево, разделяющее аудиторию, начало опадать, явив доселе сокрытое. Вторая половина комнаты выглядела как скромная домашняя кухня без претензий на профессионализм. Один холодильник, раковина, плита, чайник и кухонный комбайн весьма старой модели.

— Приступаю.

Готовка из ингредиентов, выданных специально для экзамена. Классическое кулинарное испытание, где набор продуктов ограничен или крайне разрознен: от кориандра до морских водорослей. Проверяется багаж рецептов повара, умение адаптироваться к стрессовой ситуации, сочетать конфликтующие ингредиенты и делать вид, что так и задумано.

Готова спорить, шеф Октé приложил руку к содержимому продуктовой корзины. Продуктов вдосталь, но… Не без подставы. Два килограмма муки и ни грамма дрожжей или разрыхлителя, отличная мясная вырезка и ни единой специи, первосортная морская рыба… фугу, уже порезанная на ломтики чужой рукой, а значит, неизвестной степени безопасности. Даже сахар исключительно тростниковый, колотый крупными кусками, и мёд — засахаренное нечто на донышке банки. Из зелени только кинза, которую многие не переносят за резкий запах, и сельдерей. Ах да, ещё мята, целая охапка, издевательски смотрящаяся на фоне стопочки сливок, нужных во многих блюдах.

Ножи — дрянь, тупое орудие пытки злобного расчленителя. В шкафчиках вместо привычной соды и уксуса только плитка горького шоколада с белым налетом. В банку для чая трудолюбиво собрана пыль индийских дорог, которую предлагается подавать в изысканном фарфоровом сервизе с серебряным узором. Творите, мадам Энгерова, ни в чем себе не отказывайте.

Но самая большая подстава притаилась на нижней полке.

— Они знают, что сыр с плесенью не нуждается в испорченном аккомпанементе? — я хмуро вытащила из холодильника воняющее нечто.

Императивно розовая колбаса поглядывала на меня свысока, прикрываясь пушисто-склизким охранником, выросшим прямо на ней. Рядом возлежал такой же белый и пушистый хлеб, издевательски предлагая сделать бутерброд из троицы плесневых друзей.

— В виду заражения холодильной камеры грибком, по санитарным нормам Мирана требуется изъять всю продукцию из холодильника и подвергнуть профилактическому уничтожению. После чего вымыть камеру специальным раствором от пищевой плесени.

Даже Марк не ожидал настолько крутого поворота, вторгшись на кухню своей экзаменаторской волей. Выражение мужского лица ошеломляло: ленивое равнодушие сменилось удивленным осознанием, вызывающим бурю гнева.

— Единственное, чем я могу пользоваться, — это продуктами в запечатанной заводской упаковке. Как видите, их мне любезно не предоставили.

«Зачем?», — маг страдальчески свел брови к переносице. Записывающий артефакт далеко, никто бы и не узнал, сокрой я факт испорченных ингредиентов. Теперь же придется играть по правилам злоумышленников, затащивших меня на свое поле. Однако промолчать о плесени нельзя, подлые пираты только и ждут, когда я облажаюсь, и аннулируют пересдачу за обман экзаменатора. Даже если тот рад обманываться.

— Шеф перешел границы.

— Хм-м, — барон испытующе побуравил взглядом холодильник и покачал головой. Не пират? Но больше у меня нет завистников и врагов.

Сдается, граф фон Вальтер умудрится организовать трансляцию для девчонок. Намедни Лео шушукался с мастером иллюзий Шмидтом, периодически бегая к моим феям. Шаткое перемирие имело какую-то цель, и чуйка подсказывает, что за экзаменом в прямом эфире наблюдает не только комиссия.

— Передаю привет коллеге, — четыре куриных яйца с мрачным треском разбились об столешницу. — Уважаемые зрители, если злобные лепреконы подбросили вам тухлую свинью, не отчаивайтесь. Оцените обстановку, найдя преимущества своего положения.

Иногда достаточно двух ингредиентов, чтобы создать шедевр. В моем распоряжении их куда больше, и не заметить выгоду ситуации — это быть совсем дурочкой. Думают, подловили? Святое заливное! Наиболее трудной задачей является угодить вкусу экзаменатора, имеющего право грубо выплюнуть любое поданное блюдо. Хотя, судя по лицу барона, он съест даже подошву прежде, чем пойти и скормить испорченные продукты подлецам.

Самые горячие кулинарные шоу содержат элементы хоррора: скандалы, битье посуды или охоту за живыми компонентами. Жаль, тараканы по кухоньке не бегают, с удовольствием бы приобщила миранцев к изыскам сычуаньской кухни.

— Раз-раз, прием, — хрипло каркнул артефакт. — Студентка Энгерова, сообщаем, что время вашего экзамена сократилось на пятнадцать минут в связи с чрезвычайным происшествием на второй дворцовой кухне.

— Я тут ни при чем.

— Знаем, — замялись по ту сторону канала. — Но сами остановить не можем. Заканчивайте скорее, если уложитесь в оставшиеся полчаса, начислим сверху десять баллов.

По мановению руки барона смело в сторону. Полчаса для задуманного десерта мало, но вязь печатей может создать темпо-сферу, внутри которой время выпечки локально ускорится.

— Этот рецепт имеет удивительную историческую подмену. В шестнадцатом веке португальские купцы отправились в путь, прибившись к берегам Японии. Среди товаров на кораблях оказалось пирожное, сохраняющее свежесть месяцами на радость морякам. Его рецепт мог озолотить Португалию, но ушлые японцы присвоили пирожное себе, представив нежнейшее лакомство как свою разработку. Только оригинальное название выдает происхождение десерта.

Но его главное достоинство — вариативность рецептуры. Можно обойтись без масла, молока и даже сахара, сделав блюдо несладким. Секреты идеальной формы, нежной текстуры и влажности в самом процессе выпечки.

— Обратите внимание, я использую сразу четыре печати: замыкания пространства, огня, воды и ускорения времени.

— М-м, — чуть ехидно протянул барон, поднимая голову от личного артефакта связи.

Багрово-черная сфера, напоминающая клубок, взмыла над столом, заключив в себя форму для выпечки. Форму принято оборачивать фольгой, но пищевая фольга имеет в составе алюминий, быстро окисляющийся под действием магии. Ускоренное вращение молекул влажного воздуха спровоцирует быстрое окисление, но если постепенно трансформировать фольгу в часть формы, то… Либо я жестко проваляюсь, либо вырву свою магическую степень из чужих рук.

— Шесть минут, — предупредили из артефакта.

— Ша, не торопите тётю.

Багрянец «клубка» засветился, разматываясь прямо в воздухе, высвобождая результат. Длинные воздушные ленты напоминают газовую ткань, растворяясь в пространстве и заливая кухню алым, почти кровавым светом.

На квадратном фарфоровом блюде остался лежать идеально круглый румяный цилиндр.

— Прошу, ваше благородие. Японский хлопковый бисквит «Кастелла».

Влажная мягкая текстура дрожала подобно суфле. Досадно, если бы не подстава с продуктами, можно было бы сделать хлопковый чизкейк на основе творожного сыра. Впрочем, судя по заинтересованному взгляду барона, он и без того впечатлен простотой десерта.

— Рекомендую попробовать с растопленным шоколадом. Мсье, мне пора…

— Пора, пора! — нервно завопили из артефакта.

«Брямс! Бух!», — за окном на зеленом горизонте кленов поднялось небольшое пылевое облако. Ну, точно мои феечки начудили. Быстро попрощавшись с мастером, я подхватила сумку, оставив финальный подсчет баллов на совесть экзаменатора. Рука машинально сжалась на маленькой подарочной коробочке, в которой подсыхал ярко-красный корень на травяной подушке.