Профессор магии на полставки. Том 4

Глава 24

— Сначала мне было просто любопытно, но теперь вы захватили всё моё внимание, — в разговор вдруг вмешался Ворон, появившись на моём плече. — Ну и кем же мы являемся? Монстрами или может быть теми, кто создал Аномалии? А то слухи, знаете ли, разные ходят.

Несмотря на шуточки фамильяра, интерес у меня появился немалый. Человек, проживший больше двух веков, явно мог знать многое. К его словам стоит прислушаться, хотя бы из уважения к опыту.

— Не обращайте на него внимание, — отмахнулся я, отзывая фамильяра назад. Он конечно будет потом бузить, что я нехороший, но плевать. Разговор у нас серьёзный. — Вот как я предлагаю поступить. Целенаправленно искать Виктора я не буду. Рано или поздно он сам захочет нас найти, раз уж заморочился с метками. Когда же придёт время, я лично его убью, если только меня никто не опередит.

— Хотите использовать его против Краха? — словно бы прочитал мои мысли Мелетий. — Я не возражаю. Пока его внимание сконцентрировано на этой организации, можно не опасаться, что он начнёт причинять вред невинным. На вашем месте, молодой человек, я бы поступил также.

Зачем идти на неоправданный риск, если можно стравить двух врагов? Тем более я подозревал, что Судья больше всех знал о «Крахе», за исключением разве что самого таинственного «информатора». Да и то, от последнего давно нет вестей. Кто знает, может его уже поймали и убили?

Так что да, Судья это одна из главных нитей, ведущих к организации. Если нападу на него и убью, то ничего не получу. Скорее наоборот, сделаю только хуже.

— Пока существует Крах, мне выгодно оставлять его в живых, — сказал я, подняв голову в сторону неба. — Как только организации не станет, наши пути разойдутся. Вот тогда хочешь не хочешь, а придётся его убить. Вряд ли он оставит мне другой выбор.

— Я готов ждать столько, сколько потребуется, — слабо улыбнулся старик. Только в этой улыбке читалась глубокая печаль. — В конце-концов, даже если меня не станет, уверен, вы закончите начатое. Ваши поступки говорят сами за себя.

— Приму за комплимент, — с уважением кивнул я, и добавил: — Будем считать, что договорились. Я убиваю Судью, а вы делитесь со мной информацией. Только желательно авансом.

— Мудрое замечание. С моим возрастом никогда не знаешь, когда придёт костлявая с косой, — холодно ответил Мелетий, смотря, как стая птичек возле его ног разом улетает в другую сторону. Туда, где ещё есть еда. — Если моя теория верна, сущности тьмы это бывшие люди.

— Откуда такие выводы? — сразу же спросил я. — Раз это не гипотеза, то должны быть доказательства, подтверждающие её?

Хотя чего врать, такие мысли меня посещали неоднократно. Могущественные сущности в большинстве своём принимают близкий к человеческому облик. Да и похожи они на нас, пусть даже мыслят и воспринимают этот мир иначе.

— Если будет интересно изучить подробности, данный труд я оставил у ректора для вас. Можете ознакомиться с подробностями, — повернул голову в мою сторону старик. — Давайте кое-что уточним. Скажите, вам знакома концепция души за авторством Эдварда Хроноса?

— Знакома, — кивнул я, ничуть не удивившись услышать имя видного учёного. Его книгу я в конце-концов давал читал тому же Волкову. — Душа есть энергетический слепок, в котором содержатся дублированные воспоминания. Если выражаться современным языком, резервная копия данных о нашей личности. Только само её наличие никем не доказано.

— Это правда, — согласился со мной Мелетий. — Душа с его же слов эфемерна. Её нельзя увидеть и нельзя почувствовать. Однако пусть это недоказуемо, её наличие объясняет сразу множество вещей. В том числе, почему сущности тьмы так похожи на людей.

— Хотите сказать, что сущности тьмы это души, лишённые тел? — приподнял я левую бровь. Звучало это для меня, как минимум, странно.

— Можно сказать и так. Только следует добавить важное уточнение. Сущностями тьмы становятся лишь те, кто умер в Аномалии, — старик выдержал небольшую паузу, прежде чем добавить. — Возвращаясь же к жизни, они теряют если не все, то большинство своих воспоминаний. Остаются характер и привычки, которые они пытаются имитировать.

— По вашему, это невозможно? — задумчиво сказал я, положив пальцы на подбородок. — Чтобы сущность тьмы испытывала например смущение? Или радость?

— Очень сомнительно. Принято считать, что за эмоции отвечает тело, а не разум. Однако «душа» слишком малоизучена, чтобы делать хоть какие-то точные выводы, — с этими словами Мелетий не спеша поднял правую руку и зачем-то ткнул большим пальцем себе в грудь. — Однако в одном я уверен. Многие сущности тьмы хотят вернуть себе чувства. Именно поэтому они перехватывают контроль над человеком.

— Ну или чтобы просто повеселиться, — дополнил я ответ. — Если долгое время ничего не чувствовать и сидеть взаперти, в тёмной клетке, очень легко обезуметь.

— Всё так, молодой человек, — старик снова посмотрел в сторону неба. — Есть три типа сущностей. Первые — звери. Они не смогли полноценно сохранить личность. Вторые — безумцы. Они психопаты, которым плевать на человеческую сущность как таковую. И есть третьи. В моё время их называли владыками. Сейчас же используют термин — могущественная сущность. Они те немногие, кто на протяжении веков сохраняют свой разум и дают себе раствориться в бесконечных потоках маны. Их воля просто оказалась сильнее внешнего воздействия и отчасти они сохраняют очень многое от себя прошлых.

— Тогда зачем они скрывают от нас то, кем являются? — задал я интересующий больше всего меня вопрос. — Какой в этом смысл?

— Дать точный ответ я не могу, — покачал головой Мелетий. — Возможно, это древний договор между ними. А возможно прошло столько времени, что они боятся вспоминать свою людскую суть. Бояться, что могут захотеть вновь жить. Вдыхать прохладный летний воздух, греться на солнышке или даже испытывать любовь. Может и действительно не помнят именно свою прошлую жизнь в полной мере, но сохраняют, скажем так, свои личности.

— Однако привязанность они всё же ощущают, — подметил я, продолжая внимательно слушать старика.

— С этим не поспоришь. Они привязываются к своим хозяевам. Благодаря ним пусть частично, но они могут чувствовать себя живыми, — увидев мой озадаченный взгляд, Мелетий дополнил ответ. — Если моя гипотеза верна, то мана способна пробуждать в них воспоминания или ощущения. Никаких доказательств этому у меня нет, так что верить или нет, решать сугубо вам, молодой человек.

— Я в любом случае приму к сведению, — сказал я, сложив руки вместе. — Вам ещё есть что добавить?

— По этой теме нет, — немного подумав, ответил Мелетий. — Однако хочу сделать предупреждение. Вы ведь давно заметили, что к вам привязался один предмет?

— Да, — ответил я, поняв, что речь про часы. То что он о них знает, я ничуть не удивился. Ему спокойно мог рассказать Судья. Откуда-то они ведь появились. — Этот предмет принадлежал моему старшему брату. И если верить вашему рассказу, я начинаю догадываться, к чему вы ведёте.

Эти же слова объясняли то, откуда раз за разом появлялись часы, и почему я в Британской Империи почувствовал, будто за мной кто-то следил. Однако разумом принимать такую правду совершенно не хотелось.

— Если ваш брат умер в Аномалии или плане тьмы, он вполне мог стать сущностью тьмы, — практически озвучил мои мысли Мелетий. — Или чем-то похожим на сущность тьмы.

— В каком плане? — тут уже я не стал скрывать удивления.

— Часы явный знак того, что он вас помнит. Сущности тьмы если верить моей теории, теряют память. Отсюда я могу сделать вывод, что он необычная сущность тьмы, ровно как и вы необыкновенный маг. В таком молодом возрасте иметь такую силу… Я не припоминаю, чтобы кто-то смог повторить ваш «подвиг».

— В детстве нас с братом похитили, чтобы провести некий ритуал, — подумав около минуты, я всё-таки решил рассказать сокровенное. Если этот человек сможет дать мне ответы на вопросы, то оно того стоит. — Брат умер. Он полностью растворился в плане тьмы на моих глазах. Со мной ритуал прошёл успешнее — они призвали Ворона, моего фамильяра. Я выдержал его силу и убил всех похитителей. На тот момент мне было десять лет. После этого я постоянно тренировался, становясь сильнее.

— В десять лет заключить договор с могущественной сущностью тьмы… — задумчиво проговорил Мелетий. — Вы либо исключение из правил, либо сам ритуал был особенным. Я с трудом представляю, чего добивались те, кто вас похитил. Хотя нет, всё-таки догадываюсь. Либо сделать оружие, либо поймать сущность тьмы. Последнее очень удобно, поскольку у детей мало маны.

— При этом мне не составило труда их всех убить, — подметил я. — Как минимум звучит странно.

— Вряд ли они ожидали, что на зов придёт кто-то ранга владыка, — старик снова едва заметно улыбнулся. — К сожалению, всё это гадание вилами по воде. Точного ответа я вам сказать не могу. Могу лишь предупредить, что если всё-таки увидите кого-то, похожего на вашего брата… Помните, что это уже не тот человек, которого вы знали.

— Прошло почти пятнадцать лет, — я позволил себе вздохнуть и потереть переносицу. — Пятнадцать лет немаленький срок. Я должен с ним сам увидеться, чтобы сделать свои выводы. В любом случае, благодарю за предостережение.

В глубине души мне хотелось радоваться, что брат несмотря ни на что, выжил. Он всё-таки был частью моей семьи. Однако остался ли он тем человеком, которого я знал? Почему лично не встретился со мной, а просто следил с помощью часов? Почему сотрудничает с Судьёй? Где он сейчас и чем занимается?

Слишком много вопросов, на которые мне никто не даст ответа. Поэтому остаётся одно — встретиться лично с братом и поговорить. Только так, и никак иначе. А дальше… Дальше видно будет, как поступлю.

— Думаю, есть ещё одно, что вам стоить знать, — вырвал меня из мыслей голос Мелетия. — Смею предположить, вы немногое знаете о мотивах Краха?

— Очень мало, — усмехнулся я на это заявление. — Они вечно пытаются похитить или зачем-то убить магов тьмы. Остальное лишь теории и догадки.

— Неужели у Российской Империи так мало информации о них? — пожалуй впервые за весь наш разговор, по-настоящему сильно удивился старик. — Или ваша служба безопасности намеренно утаивает большую часть информации?

— Оба варианта, — сказал я, не собираясь раскрывать информацию от принца. Пусть я испытывал к Мелетию глубокую благодарность, но обещание нарушать не собирался. — Они хорошо скрываются.

— Вот оно что, — судя по тону старик понял мой намёк. — Что ж, думаю скоро ответы сами себя найдут. Скажу лишь то, чтобы вы опасались главу «Краха».

— Он настолько силён? — коротко поинтересовался я.

— Скорее всего он древнейшее из ныне живущих существ, — странно сформулировал мысль старик. — Даже старше меня, но преуспел в этом больше, если можно так сказать. Когда вы его увидите, то всё поймёте. Так что вот вам ещё одно предостережение, молодой человек. Даже не думайте сражаться с ним в одиночку.

— Даже не собирался, — покачал я головой. — У «Краха» очень много приспешников. Я конечно силён, но всю эту организацию в одиночку истребить не смогу. Даже у меня есть пределы.

— Приятно видеть, что вы не поддаётесь горделивости, — по-доброму ответил Мелетий. — Если у вас есть ещё вопросы, можете их задать. Время ещё есть, пока солнце не зашло в закат. Потом, боюсь, меня будут ждать совершенно другие дела.

— Вопросов остался ровно один, — сказал я, посмотрев на древнего старика. — Вы знаете магию, способную изменять ауру человека? Настолько сильно изменять, чтоб абсолютно подражать другому человеку. Или чтобы он мог полностью изменить внешность.

— Такая возможность должна существовать, — подтвердил мои догадки старик. — По крайней мере, однажды мне с чем-то подобным доводилось сталкиваться. Никаких подробностей я об этом методе, к сожалению, сказать не могу. Я изучил очень много видов магических техник, в том числе запрещённых, но как она работает, мне неизвестно. Если вы думаете, что это как-то связано с вашим братом, то очень сомневаюсь.

— Мне достаточно того, что такая возможность существует, — коротко ответил я, и немного подумав, добавил: — Однажды мне довелось вновь встретить человека, которого я убил. Теперь это объясняет, почему я встретился с живым покойником.

— У вас насыщенная жизнь, молодой человек, — тихо проговорил старик. Я заметил, как вены на его руках неожиданно запульсировали, а сама гримаса исказилась от боли. В ответ на мой внимательный взгляд он проговорил: — Всё в порядке. Очередной приступ от зелий. Я давно привык, что обмануть природу непросто.

— Если хотите, могу приготовить обезболивающее. Оно практически не навредит организму, — предложил я Мелетию.

— Не стоит. Боль это моё наказание и напоминание о совершенных ошибках, — категорично заявил он. — Давайте лучше снимем с вас метку. Это не займёт много времени. Дайте свою руку.

Я послушно её протянул, после чего старик двумя пальцами коснулся моей ладони. Я почувствовал, как чужая энергия проникла в моё тело, и спустя пять секунд всё закончилось. Хотя как таковых изменений я не почувствовал.

— Полагаю, метка снята? — поинтересовался я у Мелетия.

— Снята, молодой человек, — ответил старик, после чего поднялся со скамейки. — Не проводите ли старика до ворот?

— Отчего же не провести, — улыбнулся я, после чего неспешно побрёл к выходу из Академии.

Что ни говори, а разговор получился очень информативным. Я за один раз получил информации чуть ли не больше, чем за полгода расследований. Оно определённо того стоило. Теперь разве что оставалось решить, что мне делать с информацией о брате. Стоит ли первым искать его или дождаться, когда он сам сочтёт нужным объявиться?

Чувствую этой ночью поспать нормально не получится.

Проводив Мелетия, я сразу же отправился домой. Денёк выдался очень насыщенным и долгим, поэтому я хотел просто отдохнуть наедине со своими мыслями. Хотя отдохнуть было очень громкое слово, учитывая, что я именно что рефлексировал, взвешивая все за и против.

Размышляя обо всём подряд, я сам того не заметил, как вырубился и уснул. Утром же я сразу увидел Ворона, который наконец изволил появиться.

— Не думал, что ты так слепо поверишь старику, — сказал он и после чего недовольно добавил: — И хватит меня отзывать по поводу и без! Я птица свободного полёта.

— Если хочешь, чтобы я ему не верил, возьми да сам расскажи, кто ты такой, — усмехнулся я, увидев недовольную моську фамильяра. — Я весь внимание.

— Я это я, могущественная сущность тьмы. Не надо выдумывать ничего лишнего, — как и всегда, расплывчато ответил Ворон. — Я тоже подумывал, что твой брат выжил. Но куда больше меня интересует Судья. Ладно он перехитрил меня, но Тейру? Она лучшая в таких уловках.

— Это уже неважно, — покачал я головой. — Факт остаётся фактом. Судье нельзя доверять. Тейре тоже. Я не представляю, что ей может в следующее мгновение прийти в голову. Или как она поступит, когда решит проблему с родом Морозовых? Захочет ли она перехватить контроль над Лидией или нет, я сказать не могу.

— Твоя студентка от такой силы отказываться не захочет, — произнёс Ворон и был прав.

— Не захочет. Я бы на её месте поступил также. Пока что риск оправдывает то что можно получить в случае удачи. Тут нужно задуматься о предосторожности. Страховка никогда не помешает, — задумчиво сказал я и неожиданно услышал стук в дверь. Кого там нелёгкая принесла? — Дай угадаю, это Ксения?

Я конечно мог попытаться определить человека по ауре, но не стал этого делать. Так пропадал элемент неожиданности и сюрприза. Иначе станет совсем скучно жить.

— Не угадал, — хмыкнул Ворон.

— Не угадал так не угадал, — пожал я плечами и спустился вниз.

Открыв же дверь, я увидел Белова с пакетом в руках. Что ж, неожиданная встреча. Но надо сказать, парень уже выглядел бодрячком. Молодец, быстро оклемался от произошедшего.

— Алексей Дмитриевич, — поприветствовал он меня. — Прошу простить, что так рано и без приглашения. У меня к вам есть серьёзный разговор, и я не был уверен, что смогу застать вас днём.

— Раз серьёзный, то входите и проходите в гостинную, — тепло улыбнулся я, только догадываясь, что вдруг студенту от меня понадобилось.